Глава 18

Аранион

Я давно уже смирился со своим унизительным положением. Не в моем стиле ныть и ругать судьбу за случившееся.

Правитель Аэтерны в кандалах в темнице — насмешка или плевок в лицо. Горько? Определенно.

Но это оказались еще цветочки по сравнении с тем, что меня поимела женщина!! Мне до сих пор было сложно смириться с подобным! Теперь, Ава могла читать все мои сокровенные мысли! Она могла чувствовать мои эмоции!

Но при этом она была и оставалась моим врагом — человеком, чью расу я хотел уничтожить до основания! Люди — паразиты, которые отравляют матушку-Землю. Ноги эльфов тоже ходят по этой земле, а значит надо убрать тех, кто отравляет природу.

Несмотря на миролюбивость нашей расы, мы были нетерпимы к остальным. Мы считали себя лучше других, совершеннее, идеальнее. Но мы никогда не преследовали грязные цели. Нам были чужды меркантильность и низменные желания. Мы просто хотели жить в гармонии с собой и миром.

Внезапно я почувствовал знакомые эмоции. Столп искр взорвался внутри меня. А это могло значить только одно: Ава! И она приближалась ко мне. Я дернул цепи.

Скрип половицы и звон металла эхом разнеслись по каменным стенам, нарушая тягостную тишину темницы. Я ощутил, как мое тело напрягается, готовясь к неизбежному. Не важно, что она несла с собой — новые унижения или очередную попытку сломить мой дух. Я был готов.

Дверь темницы со скрежетом отворилась, впуская в полумрак яркий свет и фигуру Авы. Она стояла на пороге, словно воплощение всего, против чего я боролся, и в то же время — символ моего самого глубокого страха и смущения. Ее взгляд, прямой и пронзительный, казалось, видел насквозь мою душу, проникая за все маски и защитные барьеры.

— Я пришла поговорить, — произнесла она, ее голос, такой знакомый и в то же время чужой, прозвучал в тишине, как приговор. Я знал, что любые слова бесполезны. Наши расы стояли на разных полюсах, разделенные пропастью вековой ненависти и непонимания. Но что-то в ее глазах заставило меня прислушаться.

— Нам не обязательно разговаривать. Теперь ты сможешь прочитать все ответы сама, — равнодушно произнес я, стараясь потушить гнев, бушующий внутри меня.

— Да. Наверное, могу, но не стану.

Я усмехнулся, не веря в ее искренность.

— У тебя есть оружие, и ты с легкостью сможешь навести прицел прямо в мою голову. Теперь, ты охотник, а я — добыча. Нравится ли тебе такой расклад?

Ава поморщилась.

— Зачем ты так? — в ее голосе как будто бы просквозила боль. — Я не собираюсь использовать нашу связь против тебя. Копаться в твоей голове без твоего согласия — неправильно.

Она приблизилась, и я почувствовал, как ее присутствие наполняет пространство, неся с собой волну эмоций, которые я не мог контролировать. Страх, гнев, и что—то еще… что—то, чего я боялся больше всего — жалость.

— Хочешь показаться правильной? — усмехнулся я. — Не стоит. Мне и так про тебя все давно понятно.

— Ты про что?

— Ава, — устало протянула я, — неужели, ты думала, что я не догадался, зачем тебя поселили ко мне? Гарольду нужен артефакт.

— Да, — Ава слегка потупила взгляд и затеребила край платья, наматывая его на указательный палец.

Мои глаза уставились на лицо девушки, как колючая ветка цепляется за одежду. Намертво. Крепко.

— Сколько он заплатил тебе?

— Достаточно, чтобы моя семья ни в чем не нуждалась.

— Тогда, зачем ты здесь?

Я замер в ожидании ответа. Каждая клеточка моего тела кричала о сопротивлении, о презрении к человеку, который осмелился властвовать надо мной, использовать меня. Но в глубине души, где-то под слоем гордости и ненависти, зрело зерно сомнения. Что, если Ава не просто враг? Что, если она — нечто большее?

— Не знаю. Но я не могла не прийти.

Ава выглядела потерянной и чем—то напоминала взъерошенного котенка. Я закрыл глаза, чтобы не выдать себя, хотя она и так могла бы прочувствовать все мои мысли и эмоции.

— Аранион, — девушка подала голос и тут же запнулась.

— Что?

— Я знаю, ты ненавидишь меня, но я никогда не желала тебе смерти. В тот день на площади я….

— Ты была на площади? — я открыл глаза и посмотрел на Аву.

— Да, была. И ты мне очень понравился! — голос девушки стал тверже, звонче, словно она обрела силу и уверенность. — Возможно, если бы ты не был так категоричен в отношении людей, мы могли бы…

Ава снова запнулась и сжала губы в тонкую полоску.

Я молчал.

— Вот! — она вдруг достала какой-то платок с рисунком.

— Где ты его прятала?

— Под платьем. Я всегда хранила его рядом с собой. Я вышила твой портрет после того дня.

Я не мог взять платок, так как мои руки были в кандалах, и Ава сама развернула его передо мной. Вышитый рисунок и правда очень достоверно напоминал мое лицо. Благородные черты, гордый взгляд, непоколебимость и свобода в каждой линии. Как Ава могла так четко передать мои эмоции? Ведь тогда мы еще не были знакомы…

— Я влюбилась в тебя с первого взгляда, Аранион! И я хочу, чтобы ты знал, что на это задание я пошла не ради денег — это лишь приятный бонус и возможность помочь близким — а ради того, чтобы стать твоей. Я знала, что все равно не смогу спасти тебя от казни, но искренне надеялась сделать твои последние дни счастливыми. Если бы ты снял со своих глаз пелену предубеждений к моему народу и ко мне, ты бы увидел, что границы твоего восприятия мира более шире, и они способны показать тебе то, чего ты раньше не понимал и не видел.

Ава села рядом со мной, и я учуял тонкий аромат ее волос. Ее зеленые глаза сияли так ярко, что могли бы ослепить меня в темноте этой башни, но я все равно не отвел взгляд, продолжая смотреть прямо в лицо девушки, которая, самым непостижимым способом, стала моей возлюбленной.

— С того самого дня, как я впервые увидела тебя, я мечтала только об одном, — Ава коснулась моих губ и провела по ним дрожащими пальцами. — Ощутить вкус твоего поцелуя. Пожалуйста, Аранион, позволь мне сделать это. Я хочу навсегда запомнить тебя.

Я хотел повернуть голову, отодвинуться назад, высказать сопротивление, но…не смог.

Губы Авы неумолимо приближались к моим. А я просто застыл в ожидании. И это было самое долгое мгновение в моей жизни. Мгновение длиной в вечность.

Но оно однозначно стоило того….