13

Много тысячелетий назад.

Совет Высших демонов, состоящий из десяти мужчин, решил бороться за свой дом до последнего вздоха. Их мир находился на грани краха. Землю заселяли огромные кровожадные монстры Кулары, пожелавшие истребить всех обитателей Демария.

Чудовища жаждали крови… и получали ее. Насильно. Истребляя город за городом. Поедая всех, и детей и взрослых со стариками.

Их вид плодился настолько быстро, что демоны, эти отважные и бесстрашные существа, не успевали заметно прорежать их численность. Кулары методично опустошали и разграбляли любые поселения, встречавшиеся на их пути.

С отчаянным ужасом и бессилием признали, что в живых осталось не больше сотни жителей во всем мире. Все они сейчас находились в этом полуразрушенном замке вместе с правящим Советом Высших демонов. Им нужно было спасать своих выживших, но ни сил, ни ресурсов на это не оставалось.

Что может жалкая горстка детей, женщин и пожилых против машин для убийства? Ничего. Только достойно принять свою смерть. Каждый из них был готов к такому исходу.

Один лишь Совет искал пути отступления, чтобы сохранить жизни своим подданным. Путем долгих и жарких споров они приняли решение. Им нужно надежно спрятать этих людей. Настолько далеко, насколько они смогут. Единственным вариантом для них было сотворить новый прекрасный мир, где будут жить обычные люди и представители их демонической расы.

Мир, в котором не будет зла и кровожадных убийц.

Не сразу, но у Совета получилось расколоть пространство и создать Пандемор. Туда переселили выживших.

Совет, как истинные правители, остались защищать Демарий ценой собственных жизней.

Проходили года, века, тысячелетия… Жизнь в Пандеморе давно наладилась и била ключом. Люди размножались, зарождалась магия во всех ее проявлениях, образовывались новые расы.

Вечным напоминанием о происхождении этого мира служила Раскольная падь, как ее с давних времен окрестили знающие жители. История появления первых людей и демонов в Пандеморе передавалась из уст в уста, пока ее не стали считать обычной детской выдумкой.

Но какой бы выдумкой она не считалась, во всем Пандеморе поклонялись Святым демонам, давшим жизнь нынешнему населению. С годами появились и другие религии, где порой восхваляли обычных людей или магов, но основной верой для многих всегда оставались обращения к Святым демонам.

И пусть сейчас их большая раса давно успела «очеловечиться» и от былого могущества, когда они могли расколоть пространство, создав новый мир, не осталось и следа, они все равно оставались потомками тех первых демонов.

Дикие особи, проживающие на востоке, эти демоны всегда стараются подчеркнуть свой особенный статус принадлежности к основателям мира. Иногда они чересчур увлекаются попыткой добиться к ним такого же священного отношения, как и к их предкам.

В наши же дни Раскольная падь — это место, куда никто не отправится добровольно. Большущий разлом в земле, наполненный кипящей брызгающейся лавой, и извивающимися огненными реками. Если бы Ад существовал, то вход в него располагался бы здесь.

* * *

Замок некроманта. Наше время

Азэль быстро вошел в свой кабинет и застал брата уминающим горячие пироги, что приготовила для него Нора.

— Азэль, честное слово, я готов ездить к тебе хоть каждый день ради этой вкуснейшей выпечки, — неприлично слизывая тягучий джем с пальцев, проговорил Аластр.

— При королевском дворе разве не кормят? — приподнял бровь некромант. Он сел напротив брата и тяжело на него уставился.

— Кормят, — вздохнул Аластр, — Но без души. Какие у тебя новости?

— Новостей нет, — покачал головой Азэль, — Придется просить у Его Величества отсрочку. Я думаю, ты понимаешь, что в таком вопросе не может быть четких сроков. Я не зелье от несварения желудка изобретаю.

— Ты в любом случае должен что-нибудь показать на балу. У тебя ведь есть хоть какие-то наработки? — насторожился брат.

— Аластр, скажи мне правду. Король чем-то серьезно болен? — некромант впился взглядом в лицо сидящего напротив мужчины.

Его брат резко поперхнулся, но постарался удержать лицо. Растерявшись на секунду, Аластр округлил глаза.

— Откуда такие мысли? Что за вздор⁈ — наигранное возмущение проскользнуло в его голосе. Уж кому, как не младшему брату знать, когда врет Аластр.

— Значит правда, — подытожил Азэль, — Плохо работают ваши службы, раз об этом прознал какой-то выпивоха из Йоркала.

— Что⁈ — свистящим шепотом спросил братец, — А ну, выкладывай!

— Это не имеет отношения к делу, — покачал головой младший Винтерс.

Его брат насупился и откинулся на стуле.

Азэль же в это время лихорадочно продумывал различные варианты. Возможно, и не обязательно спешить? Свято место пусто не бывает, или Король умер, да здравствует Король! А новому Его Высочеству открытие некроманта окажется не к спеху?

— Если ты хочешь намеренно потянуть время, надеясь, что Его Высочество умрет, то даже не рассчитывай. Тебя все равно притащат в королевские тюремные застенки, где ты будешь без отдыха и сна под строгим взором стражи работать на благо государства, — предупредил Аластр, бросив на младшего брата предостерегающий взгляд.

— Мне показалось, или в твоем голосе прозвучала угроза? — невесело усмехнулся Азэль.

— Родственное предупреждение. Я не хочу, чтобы мой младший брат всю оставшуюся жизнь провел в сырой темнице, переделанной под лабораторию.

— Аластр, скажи, мы на самом деле находимся на грани войны с соседями? — испытующе глянул младший Винтерс.

Старший слегка замялся, но после твердо посмотрел на Азэля.

— Да. Я не вру тебе. Ситуация может обостриться в любой момент.

Кабинет некроманта братья покидали в тягучем молчании. Каждый думал о своем.

Перед обоими Винтерсами стояла непростая задача. Один должен был сделать шокирующий прорыв в науке и магии, а другой аккуратно лавировал между Его Величеством и обозленными послами недругов, вот-вот готовых объявить им войну.

* * *

Чуть ближе к вечеру я отправилась в кабинет Азэля. Возможно, он в лаборатории, но начать его поиски я решила отсюда. Мне хотелось поговорить с ним и узнать, что он планирует делать дальше. Помимо этого, меня тревожил вопрос, а что будет со мной после бала? Если я останусь здесь, то надолго ли?

Конечно, понимаю, некромант заплатил за меня, теперь мы партнеры, так сказать, но на какой срок?

Мне нужна ясность!

Если Азэль имеет представление, что делать дальше и это не поможет, я хотела бы посетить Раскольную падь. Или если у него нет никаких идей, то может мы переместимся туда завтра? На мой взгляд, все логично.

Можно ли верить господину Рогерсу? Я не знаю, но пока моя ситуация весьма «щекотливая», которая еще ни разу не встречалась.

Меня беспокоит такой момент, что сегодня второй день моего «живого» состояния. Старик писал о том, что следует следить за этим, не позволяя себе задерживаться на кой-либо стороне. Интересно, как это работает?

По его логике выходит, что если я надолго останусь умертвием, то живая сторона мной овладеет. Разве это не то, что нам нужно⁈

Стоит отметить, что слова старика о недоверии к Азэлю и тут смогли маленькими ростками пустить корни в моем сознании.

Сегодня я за собой в целом отмечаю некую нервозность и мнительность. Что вполне объяснимо, учитывая всё произошедшее в последние дни. Какая нервная система выдержит подобные эмоциональные качели?

Будь ты хоть трижды молодой маг четырехстихийник, убивающий огненными импульсами упырей в ночи, но недавние события в жизни сегодня ощутимо выбили меня из колеи.

Чувствуя легкий мандраж и взвинченность, я попыталась глубоко и ровно дышать. От моего нестабильного настроения магия внутри плескалась, как штормящее море, грозя вот-вот выплеснуться из резерва и бодро нестись впереди меня.

Вдох, выдох, вдох…

Вот и комнаты некроманта. Я тихонько постучала и, не дождавшись ответа, вошла, чтобы проверить его кабинет. Согласна. Дурная привычка — без спроса ломиться в покои человека.

В гостиной никого не было, зато дверь в кабинет оказалась приоткрыта. Различив доносящиеся оттуда приглушенные голоса, я только хотела осторожно развернуться и по-тихому уйти незамеченной, как слух уловил моё же имя в разговоре.

— А что тогда будет с Мариэллой? — по всей видимости, это спросил Джарт.

— А что с ней будет? Ничего. Стоит мне ее показать на балу, как король, наверняка, захочет, чтобы она осталась на какое-то время при дворце. Для демонстрации перемен в ее состоянии. С ней будут работать его высшие маги. Ну, я так думаю, но не уверен, — задумчиво протянул Азэль.

Что, простите⁈

На цыпочках я бесшумно подкралась ближе к двери. Разговор Винтерса и скелета доносился со второго яруса кабинета.

— Господин, это не гуманно, — слабо заикнулся Джарт, — Только представьте, что ее там ждет.

— Слушай, я уже ни в чем не уверен. Может Его Величество на нее посмотрит пару дней под моим присмотром, и мы вернемся в замок, — равнодушно сказал Азэль.

— А это, правда… — замялся Джарт, — Что кое-кто, кхм, рискует долго не прожить?

— Джарт, подслушивать — нехорошо, — ничуть не рассердился некромант, — Но скорее всего, это так.

О ком идет речь⁈ Они говорят обо мне? Я долго не проживу в своем состоянии?

Из кабинета раздался едва различимый шепот, в котором ни слова не смогла разобрать.

— Хозяин, я ни на что не намекаю, но может быть такое, что смерть приберет кое-кого раньше? — внезапно мне удалось расслышать вопрос скелета.

— Джарт, я уж точно вмешиваться ни во что не буду. Пусть живет, сколько суждено… Вряд ли я смогу помочь, — холодно и без особого сожаления проговорил Азэль.

— Все равно жалко, — вздохнул помощник, — Человек же все-таки. И не абы какой, а тоже маг!

— Уверен, замена найдется очень быстро. Свято место пусто не бывает.

Святые демоны!!! Эти двое обсуждают меня!!!

— Джарт, книги, что мы отложили, отнеси в лабораторию. Напоследок, хочу проверить кое-что на Мариэлле. Вряд ли поможет, но хочу посмотреть на реакцию.

— Вы о теореме Фускаса? — уважительно переспросил скелет, — Насколько помню, очень рискованный ритуал для испытуемого. Может наступить резкий регресс.

— Отступать некуда. Если бы не мои разбитые наработки, я не был бы столь стеснен в работе, — раздраженно прошипел Азэль, — Чего же там только не было! И кровь первородных демонов, и сила прапрапрапрапра истинного мага, магия драконов! Где я снова добуду эти компоненты⁈ Их даже на черном рынке во всем мире уже не найти. Некоторые вещества были в единственном экземпляре.

Чувствуя, как кровь отливает от головы, на немеющих ногах я отошла к выходу. Вот и поговорила с некромантом… Так даже информативнее получилось.

Это что же… Азэль решил провести надо мной очередной опыт. Опасный, попрошу заметить! При этом спокойно рассуждал, что вероятнее всего помочь он мне не сможет и вмешиваться не собирается⁈ Сколько проживу, столько проживу⁈

Да еще и замена легко найдется.

Ему не жалко шесть тысяч золотых, что заплатил за меня? Ах, да-а-а, при хорошем раскладе они к нему вернутся через год.

Бежать! Мне нужно срочно бежать из замка некроманта.

Но, может… он поможет? В душе робко ворохнулась надежда, однако воспоминание о холодном и равнодушном голосе Азэля, когда он сказал, что замена найдется быстро, на корню задушили мою веру в помощь этого человека.

Ой, не зря Рогерс писал, чтобы я не доверяла некроманту, ой, не зря!

Я неслась по коридору замка, не имея представления, куда же мне нужно. Бурлящая от возмущения магия во мне подстегивала и подгоняла. Ей в руки, словно, дали хлыст, смоченный в соленой воде, которым она без устали охаживала меня по спине.

Борясь со всплеском силы, лихорадочно обдумывая план действий, ноги внезапно вывели меня на задний двор замка. Здесь располагался небольшой скотный двор, при котором разводили свиней, коров и птицу.

Зачем я сюда пришла? Ответом на этот вопрос стало скромное ржание старой клячи.

Пожилая гнедая лошадка, призывно постукивала копытом и трясла редкой гривой. Ну-у-у… вполне сойдет. Воровато оглянулась, ища хозяина животного, я пробралась в загон единственной здесь лошади.

Седло висело как раз рядом, и мне не составило труда с помощью капельки выпущенной магии перенести его ей на спину и крепко затянуть подпруги. С трудом залезла наверх и дрожащими от перевозбуждения руками взяла поводья.

— Давай, родная, веди нас отсюда. Буду магией скрывать нас, — сказала я и соорудила над нами непроницаемый купол. Теперь нас не слышно и не видно.

Я слабо пока представляю, как доберусь до Раскольной пади, но мне остро необходимо это сделать! Не хочу участвовать в странных играх некроманта. И я очень рада, что смогла подслушать этот разговор. В лицо он бы не сказал мне то, что говорил Джарту.

Снова вспоминая их беседу, почувствовала все нарастающий внутри меня вихрь. Тихо, спокойно… Мы почти на воле.

Где-то глубоко снова заворошился червячок сомнения, нашептывающий, что будет лучше просто подойти к Азэлю и все обсудить, а не повторять историю с разбитым шкафом кристаллов.

Мысленно задавила его каблуком своего башмака. Нет! Здесь и так все ясно! О чем я буду с ним говорить, зная его истинное мнение? Моя жизнь в моих руках.

Подстегнув лошадь, я проскакала до главных ворот. Легким движением руки и проверенным заклинанием, распахнула их, и мы выпорхнули на каменную брусчатку, ведущую вдаль от замка Винтерса.

Вот и всё! Теперь я буду сама по себе. Главное соблюдать осторожность и без лишней необходимости не привлекать к себе внимание.

Еще раз оглянувшись на шпили замка, по сердцу легонько поскребла кошка.

«Может, не надо убегать вот так?» — с робкой надеждой постучалась в голову здравая мысль.

«Надо» — мысленно сказала я и подстегнула лошадь.

* * *

Мой путь лежал в соседний городок Аустер, славящийся весьма развитой инфраструктурой, маленькой школой для одаренных детей и крупной библиотекой, где я планирую узнать подробнее о Раскольной пади. Меня интересует все: от легенд до исторических записей. Что-нибудь полезное я выцеплю для себя.

С учетом, что после побега прошло уже больше двух часов, на улице ощутимо потемнело и похолодало. К сожалению, моя вспыльчивость и горячность в данном поступке сыграли со мной злую шутку. При себе у меня абсолютно ничего не было! Ни теплого плаща, ни запаса еды, ни денег. Что тут скажешь, сама виновата!

Напоминает практические занятия на шестом и седьмом курсе, когда нас без всяких запасов отправляли ночью в темный лес, на отработку боевых заклинаний. Под весьма «халтурным» приглядом магистра. Что мы делали? Пока кто-то взаправду охотился на нечисть (в их числе я), другие адепты уходили за мили и разжигали костер, на котором жарили аппетитные мясные кусочки и весело проводили время.

Признаюсь, был один раз конфуз и с моей стороны. Молодой парень по имени Бирк, сын владельца нескольких продуктовых лавок, на такие занятия пронес целую головку мягкого сыра Бри, покрытого, со слов юноши, деликатесным слоем пенициллина.

В ту ночь настоящие упыри и кровососы сами испуганно шарахались от тихо постанывающих в кустах адептов. Даже те, кто только лишь помышляли восстать из поросших могил, откладывали это сомнительное мероприятие.

Я же рвалась в бой, как собака, получившая команду отыскать ценный трюфель. Рыская по темноте, то и дело ошибочно принимала болезненных ребят за осмелевшую нечисть. Пока… под мою разгоряченную руку не попался один невезучий студент, издающий самые похожие на упыриный клич звуки.

В общем, парнишку долго лечили от ожогов. И с тех пор каждого адепта при подобных вылазках тщательно обыскивали, отнимая припасенные харчи.

Почему-то эта история обернулась для меня массовым бойкотом однокурсников. Подумаешь перепутала в кустах упыря и мучающегося животными коликами адепта!

Возвращаясь к ночлежке… Если с прохладой я еще справилась с помощью теплового экрана, то наколдовать еду было проблематично.

Рассудив, что посреди ночи мне вряд ли кто-либо будет рад в Аустере, я отъехала поглубже в лес с тракта. Магия земли помогла найти небольшую полянку, возле исхудавшего и почти высохшего ручья. Этого будет достаточно, чтобы провести ночь.

Расположившись на поляне, первым делом поставила защитный купол и охранное заклинание. Теперь нас снова не видно и не слышно. Дикие звери, чуя магию, будут проявлять осторожность и обходить место стороной.

Расседлав кобылку, я, как следует, ее выводила, дав возможность отдохнуть и прийти в себя. Пожилое животное устало фыркнуло и ткнулось мордой мне в плечо. Мол, заканчивай уж и веди к ручью.

Напоив ее и себя, собрала сухих веток и толстые бруски поленьев, после чего развела костер. Сразу стало чуточку веселее.

Охранное заклинание успокаивающе переливалось тонкими изумрудными нитями, обещая каждого, кто пересечет черту с громким звуком отбросить подальше.

Уже завтра я должна буду снова стать умертвием. Надо как-то продержаться день в подобном беспомощном состоянии, после чего из Аустера, надеюсь, смогу отправиться дальше к Раскольной пади.

Просканировав поляну и окружающий меня лес магическим взглядом, я удовлетворенно выдохнула. Никого по близости пока нет. Можно попробовать лечь спать.

С подобными мыслями я спокойно заснула под треск поленьев в костре и одинокое уханье совы.

Ночью мне снился Рогерс, указывающий пальцем на темное пятно пожеванной старой карты. Он указывал маршрут от Аустера до предполагаемой Раскольной пади. Сверкая серебряными глазами, старик кричал об уходящем времени.

Внезапно его образ резко оборвался в голове вместе со стуком сердца. Пришло время, когда мое тело сменило «ипостась».

Раскрыв глаза, первое, что я увидела, было восходящее сквозь деревья солнце и розовато-красную дымку из облаков на небе.

Умиротворяющая тишина, сопровождаемая тихими звуками просыпающегося леса, подозрительно прерывалась голодным причмокиванием.

Медленно обернувшись назад, я чертыхнулась. За только-только испарившимся куполом и защитным заклинанием предвкушающе бродило трое волков. Черные лоснящие шкуры, массивные большие лапы и довольные такой встречей глаза. Кто же не обрадуется, увидев свежий завтрак?

Они смачно облизывались, косясь то на испуганно зафырчавшую лошадь, то на меня.

Животные хорошо чувствуют магию, поэтому они не рискнули пресечь линию охранного заклинания ночью, зато сейчас самый крупный из них, явно альфа стаи, осторожно перешагнул место бывшего контура и победно зарычал, скаля пасть.

За ним не менее агрессивно повторили его сородичи. Быстро сориентировавшись в ситуации, я схватила из дотлевающего костра наполовину обугленное поленце. Вскочила на ноги и, выставив его перед собой, заняла боевую стойку.

Ожидая их первого выпада, боялась, что они набросятся на беззащитную лошадь. Это молодая кобылка может еще отбиться от нападающих хищников с помощью ударов копытами. А вот пожилое животное будет лишь испуганно хрипеть и таращить глазами, пятясь назад.

Волки рычали и устрашающе лязгали клыками, пока их вожак не рискнул наброситься на меня. Моментально среагировав, я отбила его морду горячей дымящейся деревяшкой. Жалобно заскулив, он отскочил в сторону, уступая место своим товарищам.

Двое на одного… так нечестно. Я сильнее сжала в руке свое «оружие».