Глава 19.3

— Уважаю, — окинула я его одобрительным взглядом.

— В следующий раз зовите сразу меня.

— Вы были далеко. Не хотелось кричать через весь бальный зал.

— И не нужно. У вас есть это, — поднял он мою руку к своим губам и поцеловал брачную печать.

Прикосновение отозвалось щекоткой в груди.

— Чувствуете, да? Нам это украшение не просто так дано. Идём, наш экипаж подан. Пока добираемся, расскажу о некоторых особенностях меток, которые успел выявить за это время.

— Обратно тоже едем своим ходом? — спросила я. — Почему? Ну сюда, понятно, чтобы отдать дань традициям. Хоть это и глупо. А обратно зачем?

— Академия накрыта мощным куполом, через него телепорты не проходят. А дорога в приятной компании не так уж утомительна.

Спиной чувствуя взгляды, мы прошли до кареты. Прикидываться любящими супругами оказалось неожиданно приятно. Глендарт набросил мне на плечи манто, задержав при этом руки чуть дольше необходимого, я подхватила его под локоть, с удовольствием прижимаясь к тёплому боку.

— Так что там с метками? — напомнила я, устроившись в карете.

— С вашего позволения, — немедленно воспользовался он поводом пересесть ко мне на сиденье и взять меня за руку.

Я сделала вид, что не поняла сути этого бесхитростного маневра.

— Поскольку печать имеет магическое происхождение, то даёт и некоторые магические возможности.

Оказалось, брачные печати, в зависимости от типа обряда, дают супругам некую связь, которой можно пользоваться в разных ситуациях. Чем более яркие эмоции испытывает один из супругов, тем более чувствительной становится метка у второго. Умеючи, можно передавать настоящие послания друг другу через метку. А Глендарт Ливартис маг умелый.

— После должной тренировки вы тоже сумеете, — пообещал он.

Повисла пауза.

— Полагаете, у нас есть будущее? — помедлив, спросила я.

— На самом деле, это я бы хотел услышать ваши соображения о том, как нам быть дальше.

— Кто из нас мужчина? Говорите, а я послушаю.

— Что же. Если вы так настаиваете, извольте. Не скрою, вы симпатичны мне. И я бы хотел…

— Симпатична, и только? — перебила я. — По-вашему, этого достаточно для брака? А как же любовь?

— Любовь — это слово. Я предпочитаю выражать свои чувства поступками. Понимаю, что обстоятельства нашего знакомства были не слишком приятными. Для вас в особенности. Простите меня за это. Готов загладить свою вину делом. И словом, если для вас это так важно. Вы очень красивая женщина. Сегодня я был горд и счастлив называть вас своей женой перед всеми этими людьми. Поэтому… будьте мне женой, Диана. Я всё сделаю, чтобы вам никогда не пришлось жалеть об этом.

Он так и не сказал люблю.

А я? Что к нему испытываю я?

То, что в моих мыслях слово «супруг» уже прижилось, это факт. И то, что он меня поддерживает и защищает, несомненно нравится. А ещё мне приятны его прикосновения и поцелуи. Ну а кому они будут неприятны, если мужчина не только хорош собой и обходителен, но и надёжен и никуда от тебя не денется.

А дальше-то что? Готова ли я связать свою жизнь с ним? Ох, не могу однозначно ответить на этот вопрос. Взять, к примеру лорда Бартона. Предложи он до всей этой истории руку и сердце, я была бы счастлива. А сейчас?

Попытка вызвать в воображении его образ не заставила трепетать сердце, как бывало раньше.

Попробую иначе.

— Поцелуйте меня, — велела я милорду.

Удивление и радость осветили лицо мужчины. Я поскорее закрыла глаза, чтобы представить, что целуюсь с Бартоном.

О нет. Он это делает совсем не так.

Нежные прикосновения совсем не в его характере. Он впивается в губы как хищник в жертву, ещё и за затылок обычно держит, так что и не отстранишься, пока он сам не захочет прервать поцелуй.

Мне нравилась в нём эта необузданная страсть. Но любви в его поцелуях не было. Только требовательное желание.

Сейчас мне нравилось то, что делал Глендарт Ливартис.

— Если вы не готовы ответить сейчас, не торопитесь. Я подожду, — тихо сказал он, нежно оглаживая мою щеку.

Да, так лучше.

Помнится, тётушка Мерид говорила мне, что в выборе мужа главное не промахнуться.

«Спешка хороша при ловле блох. Поверь, дорогая моя, у тебя женихов будет столько, что можно предъявлять любые требования. Обязательно найдётся тот, кто будет соответствовать им всем. А скорее, таких претендентов тоже будет не один и не два».

Хоть и оказалась она змеёй, а всё-таки была права.

Милорд умудрился попасть в супруги, минуя стадию жениховства, но это потому, что выбирала не я. Теперь пришёл мой черёд делать выбор, и спешить точно не следует.

Не торопит он меня — вот и славно. Поживу, подумаю.

Карета приостановилась перед воротами, и нас на мгновение будто сжало огромной рукой.

— Проверка, — пояснил он. — На наличие нечисти и нежити.

— А нас-то зачем? — удивилась я.

— Это защитное заклинание. Ему всё равно, кто ты, хоть сам император. Вдруг кто-то только прикидывается человеком.

Наконец мы оказались на территории, и меня с комфортом доставили прямо к дверям общежития.

— Помните, мои двери открыты для вас в любое время дня и ночи, — сказал он на прощание, помогая мне выбраться из кареты.

Завтра и проверим, пропустит ли цербер-секретарь студентку Полеву к ректору.

Целуя мою руку на прощание, милорд задержал её в своей ладони и чуть потянул на себя. Вкупе с ожиданием в глазах это намёк на ещё один поцелуй?

Я вывернулась и покачала головой.

О нет, милорд. Сладкое на ночь вредно, да ещё в таких количествах.

— Подождите, сейчас разомкну контур, чтобы вы могли войти, — прошептал Глендарт у дверей.

Приложив ректорский знак к замочной скважине, он потянул створку и пропустил меня внутрь.