Глава 20.2

— М-м-м, какая ты хорошенькая в этом платье, — с готовностью подставил ладони блондин, пройдясь ими по моей талии и груди и зарывшись пальцами в оборках декольте.

Пришлось надавать ему по рукам.

— Поставь меня на землю! — рассерженно прошипела я.

Шустрый какой! Ты меня одевал, чтобы распускать ручонки? На такое платье ты год зарабатывать будешь.

Не следовало бы, конечно, гулять со всякими студентиками в таких нарядах, но пора объяснить ему раз и навсегда, кто чего стоит.

— Идём! — махнула я в сторону дорожки, уводящей в парк.

— Ай! — схватился он за палец. — Что это у тебя такое острое?

— Боевой веер, — с гордостью продемонстрировала я ректорский подарок. — Специально против таких как ты, которые по-хорошему не понимают.

— Слушай, Диана, — снова подступился блондин.

— Нет, это ты меня послушай, — наставив на него веер, прервала я его на полуслове, пока он не начал канючить своё. — С чего это ты решил, что я тебе что-то должна? Подумаешь, пару танцев сплясали. Два часа назад я пять или шесть партнёров переменила, что мне теперь, с каждым целоваться?

— То есть тем вечером ты меня обманывала? — насупился блондин.

— Никого я не обманывала, потому что ничего не обещала. Было весело, и только. Даже так до сих пор расхлёбываю. И ты ещё вязаться вздумал.

— А как же твои слова?

— Какие слова, Боженчик, о чём ты? Померещилось видать, — нервно обмахнулась я веером.

Пора заканчивать разговор. Что хотела, я сказала. Ругаться не хотелось, но и его фантазии дальше поддерживать не хотелось. Не в тот момент, когда моя судьба решается.

— Ректор сегодня тоже померещился? — ехидно спросил он, перекрыв мне путь к общагам.

— Видимо, да, — ещё быстрее замахала я, прикидывая, как буду забираться обратно в окно.

Если сейчас залепить ему пощёчину, вряд ли он согласится оказать мне такую любезность и подсадить до подоконника.

— Я видел, как вы из кареты вместе выходили. Поздно отпираться.

Так и знала, что какому-нибудь идиоту да взбредёт в голову пялиться на нас среди ночи. Щелчком сложив веер, я повыше вздёрнула подбородок и окатила блондина ледяным взглядом.

— Это вообще не твоё дело. Забудь, что видел.

— Выходит, слухи, что гуляют о вас по Измирану, правдивы? То-то все обрадуются новой сплетне. Ну бывай, красотка, смотри, не пожалей.

— Я смотрю, у кого-то слишком длинный язык…

— А я бы послушал. Что там с ректором? — раздался вдруг голос из темноты.

Мы оба потрясённо замолчали. Кто здесь? Развернувшись на звук, я заметила, как на миг сверкнули в темноте глаза. По позвоночнику вниз побежали мурашки.

На свет вышел тот, кого я ожидала здесь встретить ещё меньше, чем Божена.

— Лорд Бартон? Откуда вы?

— За тобой пришёл, — широко улыбнулся мужчина, протягивая ко мне руку в перчатке.

Я самым позорным образом растерялась.

Как, откуда, почему он здесь? Ничего не понимаю.

— Разве ты не получила моё послание? — притворно изумился он.

— Какое послание?

— Ай-яй-яй, а я так старался, каждую букву выводил каллиграфическим почерком. Надушил листок твоим любимым одеколоном, — проворковал мужчина.

В груди затрепетало сердце, как происходило каждый раз, если Бартон оказывался рядом. По коленкам плеснуло противной слабостью.

— Всё интереснее и интереснее, — хмыкнул Божен, с интересом наблюдая за новым действующим лицом.

— А это кто? — небрежно махнул рукой в его сторону Бартон.

— Мой… друг, — улыбнулась я, вцепившись в блондина, как утопающий в болоте хватается за чахлый кустик.

Я смотрела на мужчину, которого считала идеалом мужской красоты, по которому вздыхала весь последний год, и липкий страх сдавливал мою грудь. Что вообще происходит? И почему мне это так не нравится?

— Кто это? — спросил в свой черёд блондин.

— Вечно твои друзья лезут в самый неподходящий момент, — оскалился в улыбке Бартон, небрежно отодвинув его. — Щенок, исчезни сию секунду. Сегодня никто не должен нам помешать.