Глава 19

Как я и предполагала сегодня ночью, утром мы встали, а проснуться забыли, а точнее, были словно дохлые мухи, даже бодрящий душ и тренировка нас не взбодрили. Нервы были натянуты как струна, которая в любую минуту могла лопнуть от невероятного волнения. С пересмешкой, чуть ли не животным страхом мы не могли рационально мыслить, и все из—за предстоящего наказания, умеют же эти гады «интриговать»!

Единственная надежда осталась на медитацию — она всегда помогала в сложных для меня ситуациях очистить разум и найти нужное решение или, на крайний случай, успокоиться. Подруги тоже решили присоединиться ко мне, мы расположились на нашей поляне для тренировок. Я, по обыкновению, приняла позу лотоса, а вот у девчонок с этим была проблема, пришлось им объяснять, что это не обязательно, главное, чтобы спина была прямая, посему, было принято решение им это делать лежа. Объяснила, как правильно дышать, и мы приступили: вздох—выдох и снова вздох—выдох, дыхание стало ровным, я словно растворилась в окружающем меня пространстве. Больше не было тех проблем, которые рвали душу на части, только покой, умиротворение, неожиданно меня окутало странное сияние, от которого шло ощущение благоговения и невероятной красоты вокруг, я сама стала частью этой красоты. Невероятное чувство восторга заполняло меня, и тут я уловила ранее неизвестный мне аромат, который стал заполнять пространство, он был настолько невероятно приятным, что от него аж дух захватывало. Аромат?

Я тут же пришла в себя, резко открыла глаза и увидела три невероятно—красивых цветка белого цвета, от которых шло нежно—голубое сияние. Они парили в воздухе рядом с нами, видимо, мои подруги тоже из—за этого аромата пришли в себя, и с ужасом на лице уставились на столь прекрасное творение природы.

— Девчонки, что случилось, почему на вас лица нет? — тихо спросила я их.

— Нам конец, причем полный — обреченно высказала свое мнение о нашей дальнейшей судьбе Рэн.

— Это еще почему? — не разделила ее пессимизма я.

— Ты хоть знаешь, что это за цветы, и какие теперь нас ждут неприятности? — так же тихо и как—то нервно спросила Вэл.

— Разумеется, нет, если бы знала, не спрашивала у вас, — начала я уже реально злиться на подруг.

— Эти цветы называются «Элари», они расцветают только перед истинными избранницами, — шепотом, как будто боясь спугнуть парящие в воздухе цветы, ответила Вел.

— Допустим, а почему у вас такие лица? — так же тихо спросила.

— А какие ты хочешь, чтобы у нас они были? Если эти цветочки к нашим извергам попадут, они с катушек слетят, и все, будет тебе и брачная ночь сразу, темница в придачу, так как запрут они нас, и не видать нам игр, как собственных ушей. А они к ним попадут обязательно, ведь цветочки магические, — не повышая голоса, просветила меня о масштабах катастрофы Рэн.

У меня от этой новости на нервной почве непроизвольно глаз стал дергаться, да мои подруги тоже имели не менее впечатляющие изменения во внешнем виде: Рэн стала белая как полотно, а вот Вел приобрела зеленоватый оттенок.

— Так, девочки, не делаем резких движений и ловим эти чертовы цветы, рвем их на мелкие кусочки и прикапываем от греха подальше, — предложила выход из сложившейся ситуации.

— Нет, не получиться, они восстановятся и все равно переместятся к этим гадам. — не сводя взгляда от проклятых цветков, ответила Рэн.

— Хорошо, — не сдавалась я, — ловим цветочки и прячем у нашей мадам, я просто уверена, что у нее есть что—нибудь для того, чтобы удержать их пока. А сколько времени они должны летать над нами, перед тем как попадут к ненавистным извергам?

— Минут десять где—то, — тихо ответила Вел.

— Отлично, успеем добежать до Китайской границы! Что сидим, быстро ловим и к мадам на всех парусах несемся! — дала команду девчонкам.

Мы быстро подорвались и кинулись за мерзкими цветочками, те пытались уплыть ввысь из наших ручек, но, когда женщина чего—то очень хочет, высота для нее сущий пустяк, она может и двухметровую перекладину без шеста взять и даже не заметить этого, тем более, для нас цена промаха была очень высока: свобода и магия, а для Рэн еще и жизнь, ее родителей. Так что с задачей мы быстро справились и рванули к мадам со скоростью света, по дороге невзначай чуть ли не сбив несколько адептов. Мадам открыла дверь, ей хватило одного беглого взгляда, чтобы понять, что у нас что—то страшное случилось, молча, не задавая лишних вопросов, впустила к себе. Рэн ей показала цветок, та смачно высказалась, явно использовала ненормативную лексику этого мира и рванула за каким—то сосудом.

— Быстро в сосуд цветы засовывайте! — рявкнула она, а мы, не теряя ни секунды, запихнули туда свои цветы, и как только она его закрыла, смогли облегченно вздохнуть.

— Называется помедитировали, блин! — не выдержала я, и высказала свою мысль вслух, садясь на стул. — Как они вообще появились, — недоумевала я.

— Сложно сказать, — начала мадам Мзран, — понимаете, пар много, а вот истинные — это большая редкость, даже не знаю, что и сказать, вот с Ирикой понятно, она своему тоже метку поставила, а вот кто у вас, девочки, пара, я затрудняюсь даже предположить. — немного растерянно ответила она.

— А тут предполагать не нужно, — ответила я, и стала вводить в курс дела нашу преподавательницу. После моего рассказа она опять витиевато высказалась и пошла за какими—то зельями. Девчонки смотрели на меня и ждали, когда я им расскажу, при каких обстоятельствах демона успела меткой наградить.

— Нечаянно я, при первой нашей встрече, он меня укусил, ну а я тоже решила от него не отставать, возможно, я бы его и стукнула, но только этот рогатый не позволил, пришлось кусать, кто ж знал, что безобидный на вид укус такой катастрофой обернется.

Девчонки уже с сочувствием на меня посмотрели, только хотели что—то сказать, как пришла мадам Мэриал с какими— то пузырьками и отдала их подругам, командуя: пейте. Те даже не спросили, что там выпили. Я только хотела спросить: а мне? Она меня перебила:

— Ты уже противозачаточное зелье пила, — невозмутимо ответила она, а вот подруги от услышанного ошарашено уставились на преподавательницу.

— Девочки, спокойно, это вынужденная мера, — начала успокаивать она их, — кто знает, как дела дальше пойдут, нужно быть к всему быть готовыми. Вам сейчас самое главное — нужно на игры попасть, а для этого что нужно? — испытующе уставилась она на нас.

— Что? — хором спросили мы.

— Не забеременеть и договор подписать, тогда они ничего не смогут сделать! от первой напасти я вам дала средство, а вот с договором будет сложней, так как они почему—то тянут с подписанием его, и только с вами. Вас это не настораживает?

— Очень, но есть один вариант как это провернуть и узнать, где этот договор храниться, и подписать без их ведома, самим, — предложила я выход.

— Договор у ректора в кабинете, в тайнике находиться, нужно только узнать, как его открыть, — дала нам наводку мадам.

— Я Глюка попрошу, он нам с этим поможет, так что с этим проблем не будет. Мадам Мэрил, Вы не можете нам приготовить зелье от влияния метки, а то, как мы поняли, нам скоро крышка, — попросила о помощи ее.

— Могу, но только для девчонок, а вот тебе уже через несколько дней никакое зелье не поможет, — убила она меня этой новостью.

— Как, ничего? И что мне теперь делать? — от ее «оптимистичного» прогноза моего будущего у меня сердечко чуть не забыло как стучать нужно, замерло на несколько секунд, а потом, наверное, резко вспомнило, да как рванет догонять упущенное время, у меня от его выкрутасов аж в глазах потемнело.

Мадам Мэриал, видя происходящее, тяжело вздохнула, и пошла за очередным пузырьком. Поняв, что мне вновь хотят помочь, у меня появилась призрачная надежда, что все—таки и для меня зелье найдется. Вернувшись, мадам налила полстакана воды и накапала из какого—то пузырька зелья, я даже спрашивать для чего оно не стала, быстро выпила, так как в этом вопросе полностью ей доверяла. Она у нас своего рода гений, но многие об этом даже и не догадываются, почему она скрывает свои возможности, мы незнаем, но по—прежнему делаем вид для всех, что также разделяем всеобщее заблуждение, что профиль ее только бытовая магия.

— Ну как, Ирика, легче? — спросила у меня наша гениальная.

И ведь действительно стало намного легче, мир заиграл новыми красками и все проблемы стали для меня просто сущим пустяком. Девчонки увидели во мне такие перемены, тут же стали просить преподавателя и им плеснуть столь волшебного средства. Та же наотрез отказалась, сказала, что они не в том состоянии, чтобы принимать столь сильное успокоительное средство. Прошло минут пять, я снова была в норме, чувство эйфории прошло, и я смогла уже мыслить ясно.

— Но так что теперь мне делать? — спросила ее повторно и уже как—то спокойно.

— Ирика, деточка моя, а что в таких случаях обычно делают? — ласково улыбнулась она.

— Что? — хором спросили мы.

— Принимают свою судьбу, а уже потом перекраивают ее, как выгодно для себя. Брыкаться и орать смысла нет, ректор еще больше распалится. А вот если прикинуться милой и хорошей, да еще и договор подписать, тогда шанс есть на счастливое будущее с красивым мужчиной.

— С демоном, — поправила я ее.

— Пусть с демоном, — согласилась она, — тем более, когда договор без разрешение подпишите, ректор будет лютовать не по—детски, а кто его сможет успокоить? — как— то хитро она посмотрела на меня.

— Я, что ли, и, интересно, чем? — сильно удивилась уверенности в этом мадам, и тут же решила предложить свои варианты для успокоения ректора. А то кто ее знает, что она сейчас предложит, а так, может, мой один из вариантов подойдет, — зельем успокоительным или банально вырубить и связать буйного?

— Ирика, фи, так грубо, — покачала головой мудрая женщина, — ты разве не знаешь, в чем сила женщин?

— В чем? — очередной раз хором с девчонками задали вопрос.

— Сила женщины в ее слабости: когда мужчина видит перед собой слабое, хрупкое, нежное создание, его мужское естество просто кричит защищать и лелеять, он готов ради такой женщины абсолютно на все, так что нужно умело пользоваться своим преимуществом. И вообще, что это за женщина, которая не сможет обвести вокруг пальца мужчину? — стала наставлять она нас на путь истинный.

— Нет, лицемерить — это не мое, — сразу отмела этот вариант.

— А ты посмотри на это с другой стороны: он тебя точно за нос водить будет, а ты как на это отвечать собираешься? — задала провокационный вопрос мадам Мэриал.

— Рога отшибу, — на автомате ответила я. Преподавательница закатила глаза к потолку с таким видом, как будто спрашивала: «Господи, за что мне такое наказание?!» Посмотрела на нее, и мне стало реально стыдно. — Хорошо, не буду рога отшибать, но и лицемерить тоже, — стояла я на своем.

— Ну, тогда мой совет: ищи у него положительные качества, и как можно быстрее, так как ваше феерическое воссоединение не за горами, месяц уже прошел, и скоро у вас обоих будет непреодолимая тяга друг к друг. — «обрадовала» она меня.

Хорошо, что я успокоительное выпила, а то, наверное, от осознания услышанного меня начало бы трясти, как осиновый лист на ветру. Что ж, если нужно искать положительные качества, значит, буду, одно у него точно есть — это его рога. Ну хоть что со мной делайте, нравятся они мне, и все тут. Наверное, потому что отломать не получилось, а может, и нет, а с другой стороны, это и не важно, ведь главное — пусть и не качество, но хоть что—то нашла, что мне действительно нравится в демоне. Я бы и дальше сидела и решала задачку «найди положительное у демона», если бы Вела неожиданно не вспомнила про зомби.

Боже! Со всеми перипетиями мы позабыли, что я его до плеч восстановила, если магистр увидит, то обязательно будет выяснять, кто это сделал, это самое настоящее палево. Мы наперебой стали рассказывать события этой ночи на кладбище, мадам слушала нас, а потом налила из графина рюмку чего—то и быстро выпила не запивая. Да, наверное, последняя новость — это уже перебор для ее крепкой психики.

— Коньяк? — поинтересовалась я.

— Нет, успокоительное, но слабое, — посмотрела на девчонок и предложила им выпить тоже, те, не будь дурочками, конечно же согласились, так как день только начался и кто знает, что ожидать на впереди. Между тем наша пышная мадам полезла в тайник и достала оттуда черную коробочку, хитро посмотрела на нас, при этом хихикая, как молодая девчонка.

— Ой, не могу, как в старые добрые времена, — продолжая посмеиваться, начала доставать амулеты. Сначала достала пять, потом призадумалась и взяла еще один.

— Так, лапушки вы мои, если зомби разумный, спрячем у меня в лаборатории, там искать его никто не будет, наденьте амулеты, меняющие облик, и бегом на кладбище, времени в обрез, через сорок минут адепты по академии будут шастать во всю, а нам лишние свидетели не нужны. Мы быстро надели амулеты и рванули на место захоронения деятельного зомби, наша мадам развила такую крейсерскую скорость, что мы еле за ней поспевали, и не говорите мне теперь, что полные женщины медлительные, вот живое доказательство в обратном мчится впереди нас, у нее аж ее рыжие кудряшки на ветру выпрямились, а они у нее, между прочим, натуральные.

Наконец, мы добрались на место, и Рэн стала быстро читать заклинания для поднятия нежити. Наш зомбик долго на не заставил ждать, стал подыматься из своей могилы, но когда увидел мадам, застыл как вкопанный, а его недавно восстановленные глаза стали дергаться от нервного тика поочередно. Такая странная реакция нас с девочками невероятно удивила. Но и гениальная наша повела себя совсем странно: увидев зомбика, она прожгла его полным ярости взглядом и и стала оглядываться в поисках чего—то, как позже выяснилось — палки, найдя ее, подошла, молча взяла и без единого слова как врежет последнему по голове! Тот не выдержал и рухнул ничком на землю.

— Мерил, дорогая, за что? Больно же! — взвыл пострадавший.

— Врешь, ты труп, тебе не больно, а жаль! Убила бы, но ты и так мертв, подлец! — возмущенно воскликнула она, продолжая яростно сверлить его взглядом.

— Ты не права, мне морально больно, — сел на свой конек виртуозный переговорщик, при этом изобразил такое неземное страдание на лице, что хотелась кинуться и начать жалеть его, горемычного, но, видать, мадам была закаленная, и на его уловку не поймалась.

— Что? Тебе? — рассмеялась она, — да тебе хоть плюй в глаза, все одно Божья роса! Так что не нужно мне тут обиженного и оскорбленного строить! — рявкнула она на него.

— Ты не справедлива ко мне, родная, — не сдавался зомбик и продолжал гнуть свою линию.

Мы же с подругами стояли и тихо выпадали в осадок, ничего себе, какие туг испанские страсти кипят, сразу видно — любовь у них. А мадам ведь только недавно нам говорила про женскую слабость, а сама… Мы недоумевали.

— К тебе? Не справедлива?! Да ты, подлец, двадцать лет пропадал неизвестно где, а теперь ты считаешь, что мне тебя приласкать нужно? Так не проблема, — взревела она, — сейчас я тебя так приласкаю! Хотя нет, подожду, когда тебя восстановят, вот тогда, негодяй, ты сполна прочувствуешь все на своей шкуре!

— Как двадцать лет? — удивился зомбик, и, причем, искренне.

— Ты мне дурака не включай, я тебя знаю как облупленного, на, быстро амулет надевай, теперь Сюзи будешь. — злорадно усмехнулась мадам.

— Что? Сюзи? Да ни за что! — заорал несогласный с такой перспективой несчастный, ну а мы никак не могли понять причину его паники.

— Да? К магистру на опыты захотел? Ты ведь знаешь, кто у нас новый магистр? — шипя, как змея, спросила она его.

— Ладно, буду Сюзи, — быстро согласился зомби, — что сразу угрожать? Я, между прочим, по твоим—то делам уезжал, — обиженно ответил бедненький.

— Молчать! Дома поговорим, а там посмотрим на твое поведение, сколько тебе Сюзи ходить, а также не забудь про обещание Ирике, понял меня, аферист проклятый? — рыкнула в очередной раз она на него. Несчастный посмотрел на нее, в его взгляде такая вселенская тоска отразилась, что мне его стало очень жалко, он же молча одел артефакт. Мы посмотрели на изменения, и божечиииииии… перед нами стояла такая красотка… просто глаз оторвать невозможно, теперь я понимаю причину паники зомбика. За ним чуть ли не половина мужского населения академии гоняться теперь будет с сексуальными домогательствами. Мда, вот это месть, жестока мадам с ним.

Она посмотрела на него, полезла в карман и достала артефакт.

— На, надень, красавица ты наша, а то твоя вонь весь образ портит. — тот с укором во взгляде на нее посмотрел, но артефакт надел. Под впечатлением от увиденного и происходящего мы направились в сторону академии, благо, на их баталии ушло примерно двадцать пять минут, так что время было, перед входом в академию мы вспомнило про зелье для выносливости.

— Мадам Мериал, а можно нам зелье, которое Вы недавно разработали? — стала просить ее.

— Можно, конечно, но вот только какой побочный эффект будет, если зелье вместе с успокоительным принять, мне неизвестно, а вот то, что он будет, я уверена на все сто. — предупредила она о возможных последствиях, но нам деваться некуда, сил уже просто не было, поэтому пошли на риск. И как оказалось, наша гениальная была права, побочный эффект имел место быть.