Глава 15

Дик

Это была моя красивая, упрямая пара. Гордость наполнила меня от ее открытого вызова, ее смелости, даже пока я боролся с тем, чтобы позволить ей закончить это, удостовериться, что у Энгеля нет вариантов, нет выхода. Мне пришлось уважать ее храбрость, ее желание помочь, но мне не должно было это нравиться. Тогда ярость захватила меня. Дэксу понадобилась вся его сила и двое охранников, чтобы сдержать меня, когда голос Энгеля стал более требовательным.

«Где ожерелье?»

«Ты отравил Дика».

В его смехе не было никакой доли разума. Я поднял взгляд на монитор, увидев, что моя пара висит в его огромных руках, руках, которые обхватывали ее нежное горло.

И зверь вырвался на свободу.

Я понесся по коридору в комнату, где Энгель стоял над моей парой. Рев моего зверя сотряс стены. Он сходил с ума, когда Раш ударил по моему организму. Я был разъярен, когда Улей калечил моих воинов. Я даже был в ярости, когда узнал от Серанды, что Тиффани меня оставила. Но видеть Тиффани на полу, под влиянием другого наркотика, беззащитную и слабую, мой зверь не смог. Как у Атланского воина, у меня не было над ним контроля, да я его и не хотел. Я хотел отрывать от Энгеля конечность за конечностью. Я хотел уничтожить его.

Ничто не встанет на моем пути. Ни Дэкс, ни стража. Ничто.

Периферийным зрением я увидел Дэкса возле двери со всеми остальными, все были в ожидании. Он войдет, но не сейчас. Сейчас настало время для меня закончить это раз и навсегда.

Я и мой зверь против опасности для моей пары.

Он умрет.

«Не похоже, чтобы вы восстановились от лихорадки, Командир», – Энгель дразнил меня, оставаясь спокойным, безучастным по отношению к моему зверю.

«Ты умрешь».

Два слова, и даже они были сказаны с усилием. Мой зверь просто хотел драться.

Энгель кружил, его глаза стали черными в ответ на мою угрозу. И все же, он пожал плечами.

«Потеря пары хуже смерти, не так ли? Возможно, когда твоя драгоценная Тиффани умрет, ты увидишь, что, возможно, тебе следовало сделать другой выбор».

Я выступил вперед, броня была тесной, а сердце колотилось. Зверь не атаковал. Он все еще был слишком близко к нашей паре. И я точно знал, о чем он говорит. О его лекарствах и оружие, об отгрузке, которую я ему испортил.

«Ксерима».

Энгель расположился между мной и Тиффани, которая лежала неподвижно на полу. Мой зверь слышал ее сердцебиение, но оно было слабым. Медленным. Скоро у меня не останется выбора, мне придется атаковать и надеяться, что я смогу добраться до Энгеля раньше, чем он ее убьет.

«Какой смысл иметь членов семьи на высоких постах, если они не могут помочь? Это было просто, Командир. Подпись, это все что нужно было, чтобы предотвратить все это».

Он признавался в преступлении. Возможно, он знал, что умрет. Возможно, он знал, что все в курсе его преступлений. Он накачал наркотиком мою пару. Только за это его должны засадить пожизненно. Все остальное каралось смертью. Казнью.

«Алчность. Никакой чести».

Голос моего зверя рычал на него и я сделал шаг ближе.

Глаза Энгеля полностью почернели, его лицо удлинилось, когда он начал меняться.

«У меня есть деньги, ты, придурок. Деньги и власть».

Это было правдой. Он был одним из самых могущественных лидеров на нашей планете. Уважаемый. Почитаемый. Даже богаче, чем самые заслуженные и титулованные военачальники, вернувшиеся с войны. Так почему он имел дело с Рашем и нелегальным оружием? Я не понимал.

«Зачем это тебе?»

Три слова. Полное предложение. До Тиффани это было невозможно.

«Мне стало скучно, Дик. Правда. Я провел десять лет, разрывая солдат Улья. Я прибыл домой, носил тапочки и потягивал вино, – Энгель поднял руки и обвел ими богатые гобелены, роспись и элегантную мебель гостиной. – Это все ничто, Дик. В свое время, ты это поймешь. У меня был шанс изменить исход войны на Ксериме, повлиять на развитие целой цивилизации».

«Ты играешь в бога».

«Мы и есть боги, дурак. Большинство просто трусы, слишком бояться править.

Я медленно покачал головой, и мои ладони в режиме зверя сжались в кулаки. Он безумец. Тогда я это увидел, маниакальную веру в его взгляде.

И я набросился на него. Он этого ожидал, позволил приблизиться к нему, дал схватить себя. Агрессия подкормила его зверя, подпитала ярость его внутреннего животного, превращая Энгеля в зверя. Он вырос до моего размера, его седые волосы показались мне необычными. Не многие мужчины его возраста и статуса превращались, и этот вид был непривычным. Но его тело состояло из чистых мускулов, его плечи и грудь по размеру приравнивались к моим. Он был огромным, мощным, и он знал, как сражаться.

Но я собирался драться не ради собственного эго. Я собирался сражаться за Тиффани.

Мы боролись, проверяя силы друг друга. Туда-сюда, ни один не одерживал верх. Я слышал, как прибежала стража, но не обращал на них внимания. Их бластеры только взбесят меня в этом режиме, и они мало чем помогут, чтобы остановить Энгеля. Военачальники, которые сражались на передовых, уяснили как превозмогать боль от бластеров.

«Нет, не вмешивайтесь».

Услышал я слова Дэкса, но сосредоточился на Энгеле. Он оттолкнул меня и мы кружили друг напротив друга, пока он вытирал кровь со рта тыльной стороной ладони. Его зверь тяжело дышал, пот катился с его лба.

«Никогда не вставайте между воинами в режиме зверя. Что, я должен всех вас отправить на базовую переподготовку? Принесите сюда ReGen палочку. Командиру не нужна наша помощь, а вот его паре она понадобится».

Энгель бросился на меня и я отклонил его удар, парировав и ударив его по почке, зацепив его лицо и потянув назад и вниз, задирая ублюдку голову. Используя когти, я разорвал ему лицо, проворачивая шею. К сожалению, он вывернул тело так, как будто я сломал ему позвоночник, на его лице только остались глубокие горизонтальные царапины от моих когтей. Кровь лилась из ран, когда вырвался вой, потрясший комнату.

Тяжело дыша, я наклонился вперед, руки перед собой, готовый драться дальше. Видя мои отметины на его лице, зная, что он умрет с таким позором, мой зверь заревел с триумфом. Но мы еще не закончили.

На этот раз он атаковал меня, его рев ярости раздался как взрыв в комнате. Я использовал его же инерцию против него. Отшагивая в сторону, я бросил его на пол и воткнул когти ему в спину.

Не раздумывая, я прошел когтями через плоть до костей, схватился руками за его позвоночник и провернул, пока не почувствовал как ломаются кости, одна, вторая, потом еще, пока Энгель кричал в агонии подо мной.

Я держал его там, рукой сжимая позвоночник, пока он метался. Его ноги перестали дергаться и мой зверь зарычал от удовлетворения. Нам пришлось сделать ему больно, уничтожить его, сокрушить нашего врага. Энгель не поднимется, он не пойдет, он никогда снова не сможет драться.

И я все же не мог отпустить. Он поднялся на руках и протолкнул мой кулак глубже, отделяя кости и пробивая мягкие ткани. Я знал, что его легкие наполнились кровью. Его руки подогнулись и он шлепнулся на пол, его тело остывало в состоянии шока. Он медленно моргал, пока кровь вытекала на пол изо рта.

Зверь покончил с ним. Все. Торжествуй. Но я не мог отпустить, до тех пор, пока он не сделает последний вздох.

«Дик. Дик!»

Я почувствовал ладонь на своем плече, услышал голос, но было трудно прорваться сквозь туман ненависти. Ярости. Злости. Это не зверь не слушал, а Атланский воин. Я хотел, чтобы Энгель умер. Зверь, однако, слушал свою пару и она сейчас говорила.

Он успокоился и сильно пихнул меня, чтобы я почувствовал ладонь моей пары на своем плече, услышал ее слова.

«Дик, отпусти. Все кончено», – сказала она. Она сжимала мое плечо и я оторвал взгляд от парализованного Энгеля, чтобы посмотреть на Тиффани.

«Для него все кончено. Оставь его охранникам».

«Но он сделал тебе больно», – возразил я. Я не мог упустить этот шанс. Мне нужно было уничтожить воина, который ей навредил.

«Да. Но он и тебе навредил, – она сглотнула, так как для нее это была свежая рана. – Но все кончено».

«Он должен умереть», – заявил я.

Она кивнула, положив ладонь на мою мокрую от пота щеку, проведя пальцем прямо под моим глазом. Мой зверь наклонился к прикосновению и расцвел.

«Он умрет, но не от твоей руки. Позволь Дэксу войти и вылечить его».

«Нет!»

Зверь и я были полностью согласны друг с другом, но Дэкс шагнул вперед, чертова ReGen палочка уже сверкала голубым и приготовлена, чтобы помочь ублюдку.

«Дай ему предстать перед советом, Дик, – сказал мне Дэкс. – Я не могу вылечить его позвоночник, но он достаточно излечится для того, чтобы его транспортировали в тюрьму. Я обещаю тебе, он будет казнен, когда совет узнает, что он сделал».

Тиффани умоляла меня взглядом.

«Дай им сделать так. Дай страже забрать его. Я не хочу, чтобы он запятнал тебя. Пожалуйста».

Моя маленькая пара старалась защитить меня от чувства вины. Чего она не понимала, так это то, что у меня не было ни раскаяния, ни сожаления. Если бы Энгель умер здесь и сейчас, я бы ни на секунду не чувствовал себя виноватым, никогда. Но ее сердце было мягким, ее беспокойство искренним, поэтому я отступлю в угоду ей. Не потому что буду страдать от убийства человека, который сделал ей больно, но потому что она будет страдать и переживать за меня. Я намного холоднее, чем она думала. Я был убийцей. Воином. Только ради нее билось мое сердце. Только из-за нее я чувствовал боль.

Моя хватка была жесткой, когда я разжал пальцы и отпустил Энгеля. Но я сделал это для нее.

Дэкс стоял позади Тиффани, скрестив руки, и с ионным бластером в руке, он ждал, пока работала ReGen палочка. Как только все было сделано, он махнул головой и охранники наклонились, подхватили Энгеля и потащили из комнаты, крики боли преступника удалялись.

«Спасибо».

Тиффани упала на колени передо мной. Я чувствовал тепло ее кожи, ее запах кружил между нами и я его глубоко вдохнул.

«Я тоже хотела, чтобы он умер. Хотела. Надо было его застрелить. Мне следовало защитить тебя».

Мои глаза расширились. Тиффани была нежностью и светом, любовью и смехом. Я не мог представить, чтобы такое зло касалось ее.

«Боги, нет. Я запрещаю. Тебе не нужно такого зла на твоих руках. Оно очернит и душу».

«Верно».

Она положила руку мне на грудь и я почувствовал, как замедлилось мое сердце. Почувствовал, что ее прикосновение успокаивает не только моего зверя, но и меня.

«Я не могу позволить тебе замарать этим руки. Почему? Я должен заботиться о тебе. Я. Твоя пара».

Я сделал глубокий вдох, затем еще один.

«Я больше никогда не хочу его видеть. Обещай мне, что ты проследишь, что он умрет?» – спросил я Дэкса, поднимая подбородок, чтобы встретиться с ним взглядом.

«Прослежу. Я тебе доложу, когда все будет сделано. Позаботься о своей паре. Палочка устранила воздействие парализующего средства. С ней все хорошо».

Я был благодарен другу за его ясный разум, за то, что присматривал за моей парой, пока я выбивал дерьмо из Энгеля. Но теперь пришло время поменяться ролями. Дэкс присмотрит за Энгелем, я не буду возражать, если он выбьет из него еще немного дерьма, а я позабочусь о Тиффани.

«Достаточно хорошо для порки?» – спросил я.

Глаза Тиффани округлились, а Дэкс усмехнулся.

«Достаточно хорошо, я полагаю».

«Дик, я не думаю…»

«Это точно, ты не думала».

Мне сразу стало лучше, мир восстанавливался сам по себе, наконец становясь четче. А Тиффани была в его центре.

«Вот так подвергать свою жизнь опасности? Называть себя жирной и глупой? Время для порки, Тиффани».

Она мямлила, когда я встал и поднял ее на руки. Она была идеальной «головной болью», в самый раз. Для меня. Я никогда не дам ей снова уйти.

Я отнес ее в спальню, бросая браслеты, которые она оставила, на кровать перед тем, как зайти в ванную комнату. Я слышал Дэкса внизу, он выпроваживал всех из моего дома. Дома Тиффани. Нашего дома. И никто никогда больше не будет снова ей угрожать.

Она оставалась молчаливой, пока мы не услышали, как входная дверь захлопнулась, благодаря Дэксу, без сомнений. Я прислонил Тиффани спиной к стене в душе и включил теплую воду.

Прикусив свою пухлую нижнюю губу, она посмотрела на меня, ее глаза были наполнены слезами.

«Ты не можешь меня шлепать! Я пыталась тебя спасти».

Я не ответил ей сразу, просто сорвал теперь уже мокрое платье с ее мягкого тела и позволил ему упасть на пол. Я тщательно ее мыл, нуждаясь в том, чтобы каждая секунда этого дня, любой намек на наркотик или Энгеля, исчезли с ее тела.

Мои большие руки были быстрыми, расторопными, так как я не хотел трахать ее здесь в душе, в крови Энгеля, которая кружилась в воде возле наших ног. Я хотел, чтобы она была чистой и готовой в моей кровати, моя. Вся моя.

Закончив, я проигнорировал то, как ее грудь вздымалась и опускалась, как потемнели ее глаза, и снял свою броню, бросая рядом с ней на пол в душе. Я счищал прикосновения Серанды со своего тела, кровь Энгеля и ненависть, которая утекала от запаха свежего мыла.

Я глубоко втянул воздух, наслаждаясь запахом мокрой кожи моей пары, ее жаром, ее мокрой киской.

О, да, она была возбужденной и мокрой, готовой для меня. Ее взгляд задержался на моей груди и плечах, моих бедрах. Когда она уставилась на мой член, ее щеки стали розовыми, ее дыхание сделалось поверхностным.

«Я твой, Тиффани. Каждый долбаный дюйм».

Помывшись, я выключил воду, пока она смотрела на меня с сомнением во взгляде. Я хотел убедиться, что больше никогда, никогда не увижу этот взгляд. Она была моей. И с этого дня она никогда не станет сомневаться в этом снова.

Я завернул ее в полотенце, не переживая о том, чтобы вытереться самому, и понес ее в спальню.

«Я собираюсь тебя отшлепать сейчас, пара. Но эта порка − не наказание, хотя Боги знают, тебе бы такая пригодилась!»

«И что же это за другой вид порки?» – спросила она, когда я кинул ее на кровать. Она подпрыгнула, затем легла спокойно. Хватая за лодыжку, я перевернул ее на живот.

Я не терял времени, задрав полотенце, пока не обнажилась ее задница. Пышные, кремовые выпуклости ее зада заставили моего зверя зарычать, а мой член затвердеть.

Она оглянулась на меня через плечо, прищурившись. Но не двигалась. Она оставалась там, где я ее положил и это являлось добрым предзнаменованием. Ей нравилась моя властная рука, моя потребность восстановить контроль. Ей было нужно это высвобождение так же сильно как и мне.

Я забрался на кровать рядом с ней, мое колено уместилось рядом с выпуклостью ее большой груди. Я положил одну ладонь ей на спину, а другую ей на задницу, чтобы гладить ее, ласкать, подготовить. Мои глаза переместились с ее идеальной задницы на лицо.

«Тебе нужно, чтобы тебя трахнули, Тиффани?»

Она прикусила губу и кивнула.

«Ты моя, Тиффани, моя пара?»

«Да».

«Правда? Ты уверена?»

Она нахмурилась.

«Да, я твоя, а ты мой».

Я потянулся и поднял браслеты с постельного белья, размахивая ими перед ее лицом. Я знал, что мои глаза потемнели, так как зверю не нравились ее голые запястья.

«Тогда почему ты их сняла?»