Глава 7

Острые специи и цитрус. Уткнувшись в крепкую шею Ричарда, я беспомощно лежала на нем и вдыхала аромат его кожи. Тело было ватным, непослушным. Словно все кости вытащили. И потому мужчина сам изменил мою позу, усадив боком к себе на бедра. Я лишь обняла его за плечи, выпрямив ноги на софу.

Дар утих. Я не чувствовала ни капельки солия внутри. Только жуткую усталость, прохладу и дикое смущение.

Мне еще никогда не было так стыдно, как в эти минуты. Ричард видел то, что никому не доводилось. То, чего никогда не происходило со мной. Он видел, как я извиваюсь от удовольствия, как томные стоны вырываются из моего горла, как сжимаются мышцы и дрожат бедра. Он видел, как я кончаю.

Первый раз в жизни я получила оргазм. Здесь — в красивой комнате с благоухающими цветами. С ним — Верховным археем, лордом Алмазной долины, Ричардом Колтоном.

Правда, может я обманулась? Может это не было оргазмом? Может лишь сильный выброс солия? Дар мог иметь свои приятные проявления, которые никак не связаны с удовольствием от близости. То, чем мы занимались трудно назвать полноценным сексом. Насколько я знала все происходит не так.

В любом случае, чтобы мы не делали и как бы это не называлось, внутри меня шла борьба. Какая-то часть предлагала поблагодарить Ричарда за помощь в избавлении от солия. Другая заставляла молчать, дабы не выглядеть глупо.

Но если я промолчу, то меня замучает совесть. За помощь положено говорить «спасибо», тем более, когда сама о ней просишь. Конечно помощь была специфична, но разве это что-то меняло?

Я набралась смелости и поборола робость.

— Спасибо, — прошептала, касаясь губами шеи. Мне еще никогда не было так неловко благодарить кого-то.

— Не за что, — прохрипел Ричард, покрепче обняв меня.

Я ощущала, как поднималась его грудь от глубоких и размеренных вздохов, и в моей голове родился вопрос, озвучить который я не решилась. А как же он? Он ведь тоже сходил с ума от желания.

От этой мысли я растерялась. Не знала, как вести себя дальше. Но раз Ричард ничего не требовал взамен, то все нормально? Спросить его об этом у меня не повернулся язык. Я даже не знала, как сформулировать вопрос. И пока думала надо ли говорить об этом или нет, наслаждалась нежными прикосновениями.

Шло время. Ричард гладил меня по спине и волосам, разжигая в моем сердце странную искорку. Незнакомое чувство постепенно заполонило меня. Я ютилась в крепких объятиях, вбирала тепло его тела и вдруг перестала думать о чем-либо. Я прикрыла глаза и просто наслаждалась нашим безмолвным общением.

Силы постепенно стали возвращаться. Я зашевелилась всем телом, переместила голову на плечо и увидела, как Ричард задумчиво целовал кончики моих волос. Мне хотелось запомнить это мгновение навсегда.

Я заметила на его черных волосах крошечные золотистые кристаллики. Как стеклянная крошка. Рука сама потянулась к его голове, чтобы пощупать их. Ричард сразу же обратил на меня внимание.

— Часть твоего солия кристаллизовалась, — объяснил он, заметив мое замешательство.

Меня ужасно напугала эта новость.

— А так бывает?

— Я читал, что так умела делать Вивия.

— Но она богиня, а я простой человек.

Ричард внимательно посмотрел на меня.

— Может ты и простой человек, но дар у тебя необычный. Я никогда не слышал о вивьене, способной кристаллизовать свою магию подобно богине.

— Да ну… Может просто… — я засмущалась и отвела взгляд. У меня возникла теория насчет кристаллов. Возможно, это было связано с тем удовольствием, которое я испытала. Но произнести вслух оказалось непосильной задачей.

— Ты же знаешь легенду о Вивии и Архенисе? — неожиданно спросил Ричард.

— Которая объясняет, как появились вивьены и археи? — улыбнулась я. — Конечно, это то, о чем в первую очередь рассказывают в храме на вводной лекции.

— О, у вас тут есть лекции? — он усмехнулся.

— Да, перед обедом кто-то жриц читает послушницам коротенькие лекции. Новеньким всегда рассказывают историю Вивии и Архениса.

— Тогда ты уже все знаешь и мне нечем тебя удивить, — Ричард облокотился затылком о спинку софы.

Но мне не хотелось, чтобы мужчина замолкал. Нравилось слушать его голос.

— Расскажи мне. Я с удовольствием послушаю еще. Вдруг твоя версия будет отличаться, — попросила я, чуть заерзав.

Ричард с лукавой улыбкой посмотрел на меня.

— Тебе невозможно отказать, — прошептал он, убрав непослушную прядь с моей щеки. Его забота вызвала приятное щемящее чувство в груди. — Как ты уже знаешь, у Солисандры, богини солнца, было две дочери. Старшую звали Бриара, покровительница огня. Младшая — Вивия, богиня созидания. Сестры жили в согласии до тех пор, пока Вивия не влюбилась.

— В Архениса, — не удержалась я от желания похвастать своими скромными знаниями.

Мужчина хмыкнул.

— Да, в Архениса. Бог разрушения полюбил Вивию первым. Он долго ухаживал за ней и в конце концов она ответила взаимностью. Их союз стал крепким и счастливым. Говорят, что так задумано Великим Создателем, чтобы созидание и разрушение шло рука об руку. Когда Вивия и Архенис поженились в мире воцарилось равновесие. Все были счастливы. Все, кроме Бриары и Лотара, бога изменений. Он ненавидел крепкие браки. Он считал, что все подвержено изменению и любовь тоже. Она не может длиться вечно.

Бриара завидовала сестре и хотела разлучить влюбленных. Она попросила у Лотара особое зелье, которое он с радостью ей дал. Бриара приняла образ Вивии и попыталась соблазнить Архениса. Но ей не удалось обмануть его. Чары разрушились из-за его темной магии.

— Зато Бриара смогла обмануть Вивию, послав ей иллюзию того, что Архенис изменял ей, — я не любила эту часть истории. Бриара подарила людям огонь — защиту от зла. Непонятно почему она была такой коварной.

— Да, в ту ночь Вивия горько плакала, а ее слезы пролились Солнечным Звездопадом. После той ночи родились вивьены, — Ричард сделал паузу, чтобы прочистить горло. — Архенис разгневался, когда узнал о сговоре Бриары и Лотара разлучить его с Вивией. Вслед за Солнечным звездопадом на мир опустилась Великая тьма.

— Семь дней и ночей во мраке, — медленно проговорила я.

— У меня ощущение, что я пересказываю историю отличнице, — усмехнулся Ричард.

— Ну-у, я всегда любила истории про богов, — я пожала плечами. — Но продолжай, пожалуйста. Извини, что вставляю словечки.

Мужчина лишь улыбнулся. Он взялся за мой локон и принялся наматывать его на палец.

— Как ты наверняка помнишь, после Великой тьмы стали рождаться одаренные темной магией мальчики. Археи, — он задумчиво на меня посмотрел. — Как думаешь, что было дальше?

— Э-э-э, а что дальше что-то было? — я нахмурилась. — На этом моменте жрица рассказала, что Вивия и Архенис вновь были вместе и все.

— Все? — Ричард поднял брови.

— Да, — неуверенно произнесла я. — И то, что они невзначай наградили людей своими дарами. Дар Вивии создавать солий и отдавать его архею. Архею переделывают его, то есть как бы разрушает внутри себя, и превращает в темную энергию. В отличие от богини вивьены ничего не могут создавать, кроме солия.

Мужчина явно довольный собой улыбнулся.

— Ты слышала только половину истории. Великая тьма взаправду закончилась воссоединением Архениса и Вивии. Но это не все. Солисандра желала примирить богов. Она призвала Вивию, Архениса и Бриару в свой Солнечный храм. Прежде чем пойти туда Бриара вновь обратилась к богу изменений. Она выпила зелье лжи и когда произносила слова прощения, думала о проклятии. Вивьены и археи, подобно богу разрушения и богини созидания, созданы друг для друга, но они никогда не обретут свою пару.

— Почему? — от ужаса и несправедливости сердце вмиг забилось быстрее. Я слушала так, будто история совсем нас не касалась. Словно мы с ним не были вивьеной и археем. — Это так жестоко. Зачем Бриара разлучила людей?

— По двум причинам. Бриара — богиня огня. Она считала себя более достойной Архениса, потому что огонь — единственное, что может светить во тьме, — Ричард задумчиво посмотрел на меня.

— А вторая причина? — мне не терпелось ее услышать.

— Вторую причину дал Лотар. Бог изменений не любил ничего постоянного. Союз вивьены и архея — проявления истинной любви. Лотар не хотел признавать, что такая любовь существует. Как и Бриара. Собственно, именно поэтому он и дал зелье.

— Так что же получается… — от услышанного по коже пробежались мурашки. — Предназначенные друг другу вивьена и архей никогда не встретятся?

Ричард бросил на меня загадочный взгляд.

— Считается, что Архенис уловил обман. Он же бог разрушения. Но он не успел прервать Бриару. Она договорила слова проклятия до конца. Единственное, что смог Архенис, так это дополнить его одной фразой.

— Какой? — с нетерпением спросила я.

— За исключением одной пары в каждом поколении, — задумчиво ответил Ричард.

— То есть в мире существует одна вивьена и один архей, которые предназначены друг другу и проклятие Бриары на них не действует? — встрепенулась я.

— Наверно, — мужчина натянуто улыбнулся. — Доподлинно неизвестно, что сказал Архенис и говорил ли он что-нибудь. Не забывай, это всего лишь легенда. В истории нет упоминаний, чтобы боги спускались в мир людей и рассказывали свои истории. Быть может вся легенда людская выдумка.

— Ну нет, — отмахнулась я. Мне хотелось верить, что история настоящая. Причем в версии Ричарда, а не жриц. От волнения я выпрямилась. Собралась с мыслями и решила поделиться тем, что думала. — Если все правда, то тогда становится понятно откуда взялись все эти традиции… Откуда взялись храмы, почему вивьенам и археям нельзя пожениться. Ты же понимаешь, что все происходящее не позволяет им найти друг друга. Встретиться. Архей может никогда не попасть в тот храм, где его ждет та самая вивьена!

— Продолжай, — прищурив глаза, он чуть наклонил голову. Судя по его довольному лицу, Ричарду нравились мои мысли.

— Из-за того, что вивьенам запрещено рожать, дар не передается по наследству. Он вырождается. Пройдет еще сто, может двести лет, и не останется ни одной вивьены. Вслед за ними не станет археев, потому что без вивьен они не смогут пополнить свой магический резерв. Проклятие никогда не спадет. И Бриара с Лотаром, считай, победили. Никакой истинной любви не будет существовать.

Моя грудь вздымалась от частого дыхания, а щеки раскраснелись. Я ужасно разволновалась.

— А если развеять проклятие, то никаких храмов не будет. Никаких лишений. Вивьена ничем не будет отличаться от обычного мага. Её дар будет изучен. Быть может она умеет что-то еще, помимо того, чтобы создавать солий.

Повисла тишина, в течение которой Ричард задумчиво смотрел на меня. Он молчал, а я ждала его ответа: правильно ли я мыслю или нет? Быть может я слишком далеко пустилась в фантазии, и мои выводы не соответствовали его ожиданиям. Может я разошлась в рассуждениях, и легенда прозвучала только за тем, чтобы сделать комплимент моей способности кристаллизовать солий.

Я ждала ответа Ричарда, как приговора. Внезапно его мнение приобрело вес. Надеюсь, мои рассуждения совпали с его собственными. Потому что для меня легенда о богах стала спасительной веточкой. Все в мире, даже закон, можно изменить, если история правдива. И мне не хотелось, чтобы наши взгляды разделились.

— Ты говоришь то, что я и хотел от тебя услышать, — наконец произнес он, а мое сердце забилось быстрее. Мы на одной стороне.

— Что будем делать? — усталость как рукой сняло. Я была готова встать и приниматься за дело. Вот только за какое не знала.

Ричард в мгновение повеселел.

— Для начала приберемся здесь. Часть солия я соберу в сосуд, часть впитаю. Об остальном подумаем позже.

— А как же…

Мужчина резко приложил палец к моим губам.

— Позже, — прошептал он.

Мы принялись за дело. Поднявшись с софы, поправили одежду. Мое белое платье-тога слегка помялось. Отсутствие нижнего белья ощущалось легкой щекотливой прохладой между ног. Мне было непривычно, что эта часть тела свободно контактировала с воздухом. Это слегка возбуждало, так что хотелось поскорее добраться до своей комнаты и одеться.

Ричард тоже отряхнулся. Пока он расправлял камзол и поправлял брюки, я старалась не смотреть на него. Хотя взгляд то и дело стремился к паху. Мне было интересно узнать возбужден он или нет.

«Боги, Элина, любопытство тебя погубит!» — думала я, стараясь отвернуться от статного красивого мужчины. Ричард был прекрасен. Великолепен, как бог. Широкие плечи, сильные руки, тренированное годами тело… Мне по-прежнему не верилось, что случившееся между нами в этой комнате — правда. Это было похоже сон, но ведь я не спала. Вдруг в памяти всплыл момент, когда архей положил мою ладонь себе на пах. Щеки мгновенно вспыхнули, когда я вспомнила твердость под пальцами.

Я отвернулась от него, чтобы скрыть накатившее смущение. Глядела в одну точку пустым взглядом и заплетала косу, а сама думала о Ричарде. О том, что нас связывало и что я к нему испытывала помимо надежды на помощь.

— Ты только посмотри на цветы, — задумчиво проговорил мужчина позади меня.

Развернувшись, я увидела, как архей стоит возле металлической подставки в человеческий рост с кольцами-креплениями для горшков с цветами. Он пристально рассматривал большие белоснежные орхидеи.

— Мне кажется, все цветы расцвели от твоего солия.

— Что? — удерживая три пряди для косы, я подошла к нему, чтобы взглянуть на растения. — Как будто все бутоны раскрылись.

— Похоже на то, — буркнул он. — Но я не обратил внимание сколько цветков было изначально, так что не будем торопиться с выводами.

— Согласна.

Я не знала, как относится к тому, что мой дар, похоже, уникален. Мне бы побольше разузнать об этом, почитать в книгах или поговорить со знающими людьми. Не будь наставница или госпожа Агния такими противными, я бы задала все вопросы им. Но этого делать категорическим нельзя. Они решат, что мой дар полностью раскрылся и устроят обряд инициации. Легенда о Вивии и Архенисе — единственное, что давало приблизительный ответ.

Впервые темная магия предстала передо мной в таком количестве. Ричард не стал медлить с собиранием солия. Мужчина поднял руки на уровень груди и сформировал черный туманный шар. Он быстро расползся дымкой по комнате и вобрал почти весь солий. Прошло не больше минуты, когда оранжерея очистилась. Лишь на каминной полке осталось немного золотистой пыли. Архей собрал её в маленький пузатый сосуд. Кристаллики полностью покрыли стеклянное донышко. Воздух внутри быстро окрасился в оранжево-красный. Солий переливался, как пламя костра.

— Отдам его своему алхимику. Посмотрим, что можно сделать с кристаллами солия, — Ричард спрятал сосуд за пазуху. — А теперь пойдем отсюда.

Мы вышли в пустой коридор и направились к атриуму, чтобы через балкон второго этажа попасть в покои Ричарда. Поскольку я ему прислуживала, мне предстояло провести сегодняшнюю ночь в его комнатах. И не только сегодняшнюю, но и все последующие. До тех пор пока архей не покинет храм или же не отошлет меня обратно к госпоже Агнии, приказав подать ему другую вивьену.

Я не знала, как относится к этому. Не знаю, что меня ждет этой ночью. Ричард обладал природным благородством и манерами. По моим наблюдениям мало какой мужчина обладал таким самообладанием.

В храме принуждать вивьену к близости было запрещено. Я думала, это непреложное правило. Но Конор и зелье для повышения чувственности посеяли сомнения. Уверена, другой архей воспользовался бы ситуацией и завалил бы меня на софу. И я бы ничего не смогла сделать.

Ричард не походил на остальных мужчин. Он хорошо умел контролировать себя. Но ведь у любого терпения есть предел, не так ли?

Быть может это глупо и наивно, но я доверяла ему. Не потому, что не было выбора. Не потому, что он единственный кто мог и хотел мне помочь с побегом. А потому, что хотела доверять. Я понимала, что могу ошибиться, и что расплата будет высока. Он — Верховный архей, лорд, богатый и влиятельный темный маг. Он сможет развернуть любую ситуацию в свою пользу. Я же обычная вивьена. Сирота без гроша за душой и мне никак не защититься. Но я ненавидела сомнения. Если не буду решительной, то никогда не изменю свою судьбу.

В конце концов, Ричард был тем мужчиной, с которым не стыдно обмануться.

Мои мысли прервала окликнувшая нас послушница.

— Простите, милорд, госпожа Агния передала вам сообщение. Вас желает видеть император.

Страх полоснул сердце, подобно дикому зверю. Я так много думала о том, что же будет, когда мы с Ричардом останемся вдвоем сегодня ночью в его покоях, что совсем исключила возможность обратного. Что будет, если он покинет меня?

Я сразу же вспомнила Конора, который зажал меня в коридоре. В тот момент на меня действовал проклятый настой. Если бы не Ричард, мое сопротивление быстро бы сломали и на софе я бы оказалась с другим археем.

Но даже без настоя, есть ли у меня шанс дать отпор тому мужчине? Я вдруг засомневалась в своих способностях.

«Не уходи», — с такой мыслью я посмотрела на Ричарда. Судя по выражению лица, ему тоже не хотелось оставлять меня. Но желание императора — закон. Мы оба понимали это. Секундная растерянность сменилась недовольством. Он с раздражением взглянул на послушницу, и девушка вся сжалась.

— Император ожидает меня здесь, в храме? Или мне прибыть к нему во дворец? — холодно произнес он.

Мое сердце замерло в ожидании ответа. Если император прибыл сюда, то Ричард оставит меня ненадолго. Есть шанс просто отсидеться в его покоях, но если надо ехать…

— Его императорское величество ожидает вас во дворце, — выдала послушница, отступив на шаг назад. Она догадалась, что вызвала явное неудовольствие архея своей вестью.

— Ясно, можешь идти, — архей развернулся ко мне, а послушница тихо, как воришка, заторопилась прочь.

Сделав шаг к мужчине, прошептала:

— Что будем делать? Как только ты уйдешь, госпожа Агния вызовет меня к себе и начнет расспрашивать, что я разузнала. Что мне ей сказать? И что делать с этим мужчиной. С Конором.

Губы Ричарда превратились в одну тонкую линию. Заходили желваки. Скрестив руки на груди, он смотрел сквозь меня и напряженно думал.

— Какая самая ближайшая к нам башня? — внезапно спросил он.

— Восточная. А что?

— Пойдем туда, я кое-что придумал.

Расспрашивать не стала. Учитывая, что Ричарда ждал император, нам нельзя было медлить. Я повела его кратчайшей дорогой через малые залы к башне. По пути нам встречались редкие гости в компании жриц и спешащие исполнить поручения послушницы. Вечер уже был в разгаре и многие уединились по комнатам.

В Восточной башне никто не жил. На нижних этажах располагалось хранилище артефактов. На верхних изучали звезды. А круглая ровная площадка без навеса предназначалась для тех, кто летал на драконах. Правда, чаще всего здесь гуляли. Поэтому вдоль парапета расставили лавочки и клумбы с цветами.

Далеко не у каждого архея был фамильяр. И еще реже в их качестве выступал дракон. Они были слишком своенравными и большими любителями свободы. При первой же возможности старались покинуть хозяина, отвязаться от него и вернуться в гнездо к родной семье.

Я никогда не видела драконов. За то время, что мне довелось прожить в храме, никто не прилетал. Других фамильяров тоже не видела. Впрочем, магических созданий в храме не жаловали. Прямого запрета не было, но никто их не приводил, а жрицы о них особо и не говорили. Про драконов я вообще узнала из книги, взятой в библиотеке храма. До этого я слышала о них лишь в детских сказках.

— Как удачно. Место самое что ни на есть подходящее, — с воодушевлением произнес Ричард, когда мы оказались на открытой крыше.

Я не знала, что имел в виду архей. Мое внимание захватил открывающийся с крыши городской вид. Закатные сумерки придали столице румяную пикантность. По широким бульварам разлился розовато-красный отсвет. Пышные зеленые деревья казались багрово-черными. А светло-бежевые строения напоминали пряничные домики. Красиво.

Не помню говорил ли Ричард что-нибудь еще. Зрелище так заворожило меня, что я прямиком направилась к парапету. Высокое ограждение было в несколько кирпичей шириной. Я могла свободно облокотиться на него, не опасаясь упасть вниз.

Вот она свобода! Рукой подать. Умела бы летать, то обернулась бы птицей и упорхнула бы из этого проклятого храма.

— Завораживает? — широкая ладонь Ричарда легла между моих лопаток. От его прикосновения стало так приятно и тепло, что захотелось мурлыкать, как кошечка.

— Да.

Мужчина повел рукой к шее. Так ласково и, одновременно, требовательно, что я выгнулась в спине. И как только Ричарду удавалось вызывать столь бурную реакцию одним движением?

— А это нравится? — добравшись до затылка, он повернул руку и, притронувшись костяшками пальцев к спине, заскользил вниз. — Скажи, нравится?

— Да, — у меня непроизвольно вырвался стон, когда Ричард коснулся поясницы.

— И здесь? — его ладонь легла на попу.

Мне нравилось, но я не понимала к чему все идет. Это беспокоило, ведь ему нужно поторопиться к императору. На такую важную встречу нельзя опаздывать. А мне нужно найти укромное местечко в храме, где никто меня на найдет на время отсутствия архея.

Не дождавшись ответа, Ричард вплотную подошел ко мне и прижался бедрами. Он обнял меня под грудью, поводил большим пальцем по напряженному соску.

— Мне нужен твой солий, — его горячее дыхание обожгло шею. Губы коснулись нежной кожи в мимолетном поцелуе. Теплый кончик языка проделал влажную дорожку до самой мочки.

Ричард поцеловал меня в шею. Его ладонь накрыла грудь, и пальцы принялись ласкать чувствительный сосок. Мое тело затрепетало. Дар проснулся, и знакомое жгучее тепло вновь разлилось внизу живота.

— Зачем? — выдохнула я, придерживаясь пальцами за парапет. Еще чуть-чуть и ноги перестали бы меня слушаться. Боги, как же легко ему удается владеть мной!

— Хочу призвать одного беглого дракона. — прошептал мужчина, едва касаясь уха. Его пальцы ловко проникли под шелковую ткань и смяли оголенную грудь. — Сейчас он очень далеко от меня. Мне понадобится много силы для призыва.

— Ричард… — тихо произнесла его имя. Горячие поцелуи сыпались на мою шею и плечо. Бретель платья сползла вниз и теплые губы приникли к нежной коже.

— Элина… — прошептал он, толкнувшись бедрами.

Я жадно хватала воздух ртом. Боролась с подступившем смущением. Мы стояли на крыше башни. Нас могли увидеть, нас могли услышать.

— Ричард, а если… если… кто-то придет? — мое дыхание сбилось. Я не могла раствориться в его объятиях до конца. Беспокоилась, что кто-то в любой момент нарушит наше уединение.

— Я заколдовал дверь, — мужчина поцеловал меня в висок. Он потащил бретель вниз и полностью оголил одну грудь.

Прохладный воздух облизал нежную кожу, поцеловал чувствительный сосок. Эти ощущения были новыми для меня. Я никогда так не оголялась на природе. Даже в водоемах всегда купалась в сорочке.

Из-под полуопущенных век я смотрела на вечернюю столицу. На ровные ряды уличных фонарей, на запряженные двойкой кареты, на роскошные дома с вычурными фасадами. Смотрела на городской пейзаж, а он ласкал меня так, словно мы находились в укромном месте.

Мы бросали еще один вызов за сегодня. Сначала личная оранжерея госпожи Агнии, теперь крыша Восточной башни. Казалось ли мне, что кто-то смотрит на меня? Да. Было ли мне стыдно? Да.

Но не настолько, чтобы просить остановиться.

Ричард перешел ко второму плечу. Пальцы сомкнулись вокруг бретели и натянули ткань. Я вздрогнула, ощутив спиной напряжение сильного мужского тела. Он хотел сорвать одежду, но сдержался. Его рука на мгновение зависла в воздухе.

— В другой раз я обязательно сорву с тебя это дурацкое платье, — прошептал он, потянув лямку вниз.

Во рту пересохло. Я стояла обнаженная по пояс и чувствовала, как легкий ветерок ласкает мое тело.

— Ты останешься голой, — его ладонь легла мне на шею. Большой и указательный пальцы взялись подбородок и развернули лицо к архею.

Мы встретились взглядами. В темноте его глаз полыхал огонь страсти. Поистине завораживающее и, одновременно, пугающее зрелище.

— И ты будешь просить меня делать с тобой все, что угодно, — мужчина склонился ко мне и коснулся моих губ своими. Его рука продолжала ласкать мою грудь. Пальцы умело играли с сосками. То стискивали, то оттягивали, то нежно поглаживали. Каждое прикосновение распыляло дар. Солий растекался по венам, копился внизу живота и требовал разрядки. Наверно, я сойду с ума, если не получу удовольствия.

— Я буду брать тебя, — шептал Ричард в самые губы, не позволяя отвезти взгляд. А я бы и не смогла. Я тонула бездонном омуте черных глаз и мне это нравилось. Прижав к себе, он шевельнул бедрами. Неожиданно у меня возникло желание прогнуться в пояснице и подставить себя. — Брать, как ты захочешь.

Ноги совсем не держали, и я схватилась за его предплечье.

— Как захочу… я? — не знаю почему, но мне захотелось повторить его слова. Я положила ладонь поверх его руки, что ласкала грудь. — А как же ты?

— Я? — он вскинул брови. — Ты уверена, что хочешь знать, чего хочу я?

Солий, страсть, мужчина или все вместе вскружили мне голову. Я не понимала играем мы или сейчас происходит серьезный разговор, но поддалась.

— Хочу.

Его рука отпустила мою грудь и схватилась за юбку.

— Я бы хотел, — он начал задирать подол, — взять тебя прямо сейчас. Вторгнуться в твое тело, заполнить полностью, и брать тебя, пока ты смотришь на город.

Мои бедра сами стиснулись от пробежавшей по телу истомы. Это был не оргазм. Только сильная волна трепета, заставившая мышцы сократиться.

— Ты бы стояла и смотрела на спешащих людей, а я бы двигался в тебе, — прохрипел он. Его рука легко скользнула между ног, несмотря на плотно стиснутые бедра. Я не могла и не хотела противостоять его напору. — Они бы шли по своим делам и не знали, что ты смотришь на них. И что в это время я делаю с тобой.

Ричард смял мои губы в диком поцелуе. Язык проворно скользнул мне в рот, и я мгновенно ощутила нехватку воздуха. Дыхание ускорилось, а солий… Солий захватил каждую клеточку моего тела. Еще чуть-чуть и я лопну от кипящей внутри магии.

— Тебе бы понравилось, — мужчина оторвался от меня, отпустив подбородок. Он обхватил мою талию. Вторая рука продолжила ласкать между ног.

— Не знаю, — выдохнула я, чувствуя насколько стала мокрой.

— Понравилось бы, — в его голосе сквозило лукавство. — Сейчас же нравится. А с проникновением удовольствия намного больше.

Эти речи, этот бархатистый голос пьянили. Властвовали надо мной. Куда подевалась моя скромность, моя сдержанность, я не знала. Я как будто действительно была готова на любые ласки, только бы наступила разрядка. Только бы солий наконец покинул меня.

— Ты просто еще не знаешь, каково это, — палец накрыл лоно, но внутрь не двинулся. — А когда узнаешь, уже не сможешь отказаться.

Я уже не могла отказаться. Тело бесстыдно прогнулось навстречу его ласкам. Мне не хватало совсем немного. Хотелось просить, умолять его помочь мне. Но я не могла. Все слова вылетели из головы. Лишь пошире расставила ноги, чтобы ему было удобнее трогать меня.

— О, Элина, твой солий…

Вокруг все резко потемнело.

Нас окружил густой мрак. Плотный, зернистый, переливающийся, как черные шелковые ленты. Но я не успела испугаться или как-то еще среагировать. Тело скрутило от удовольствия. Пылающие искорки пробежали от позвоночника к бедрам и хлынули к низу живота.

Жар охватил меня. Солий вырвался бурным всплеском. Моя кожа засияла. Нежно-желтая пелена с парящими в воздухе кристалликами окутала нас. Золотистые всполохи извивались вокруг подобно змеям.

Ричард продолжал обнимать меня. Если бы не его крепкие руки, я бы наверно уже упала на каменистый пол. Стиснув рукав черного камзола, я заметила, как солий впитывался в мужскую ладонь, что лежала на талии. Магия лилась из меня, а он вбирал ее всем телом.

Сладкая истома сменилась приятной усталостью. Я откинула голову на плечо Ричарда и выдохнула. По сравнению с вечерней прохладой, воздух пропитанный солием теплый и приятный. Меня потянуло в сон.

— Ричард… — выдохнула я. Платье висело на талии, юбка задрана, оголяя бедра и попу. Но мне было все равно. Хотелось прикрыть глаза и заснуть в бережных мужских объятиях.

— Не спи, у нас еще дела, — прошептал он, продолжая впитывать солий.

Я не представляла, как удержаться и не заснуть. Глаза слипались. Каждое моргание давалось с трудом.

Моя кожа больше не светилась. Осталось лишь тепло. Будто меня напоили теплым молоком с медом.

— А что за тьма вокруг нас? — язык еле ворочался.

— Это я наколдовал, чтобы никто не заметил солий, — он нежно поцеловал меня в шею.

— А дракон? — только мысль о призыве удерживала ото сна.

— Сначала мне нужно впитать весь солий.

Я зевнула и уставилась наверх. Мы находились в куполе из черной магии, которая словно вихрь кружилась вокруг. Миниатюрные кристаллы слетались к Ричарду, как мотыльки на огонь. Я и сама мало чем отличалась от них. До Верховного архея не было мужчины, которому я бы позволила делать с собой то, что он делал.

Постепенно воздух становился прозрачнее. Ричард держал меня и вбирал магию. Я чувствовала спиной его напряжение. Широкая твердая грудь мерно вздымалась от глубоких вдохов. Мне вдруг стало любопытно наполнится ли его резерв полностью или нет?

Когда последняя песчинка солия исчезла, наколдованная тьма мгновенно развеялась.

Сумерки прошли, наступила ночь. Над нами простиралось бескрайнее звездное небо. Под луной город выглядел совершенно иначе. Высокие здания отбрасывали длинные тени. Из окон жилых домов светил мягкий оранжевый свет, напоминаю об уютных вечерних посиделках за столом с горячим чаем.

— Взгляни на свое платье, — прошептал Ричард, потянувшись за лямками. Он принялся одевать меня. А я не могла пошевелиться. Лишь стояла и смотрела, разинув рот, на золотистую ткань. Белый шелк впитал солий. Теперь я выглядела как жрица храма.

— Как это? — я стиснула юбку пальцами, приподняла и принялась рассматривать ткань. Все тот же шелк, только более тонкий. Нити переливались в свете Луны, будто ткань была соткана из золота.

— Не знаю, Элина, как это произошло, — Ричард коснулся губами моего виска и зашептал. — Но могу сказать, что твой солий великолепен. Твой дар обладает большой силой.

— Думаешь, так и становятся жрицами? — я повернула к нему голову. — Послушницы носят белое, а когда дар раскрывается, их платье впитывает солий?

— А ты уверена, что крой и сама ткань такие же как у тебя?

— Хороший вопрос.

Я вновь принялась разглядывать юбку. Чем дольше щупала, тем сильнее убеждалась, что Ричард прав. Ткань совершенно другая. Она невесомая, волшебная, нереальная для этого мира. И да, жрицы носили более откровенные наряды. Так что крой разительно отличался.

Ричард вышел на середину крыши и приложил к запястью большой палец. Он застыл, а я с интересом смотрела на него. Не знала, как происходит призыв, и ждала что же будет.

Какое-то время ничего не происходило. Мужчина не шевелился. Воздух вокруг него никак не менялся. Ни дымки, ни всполохов темной магии. Не появилось никакой пентаграммы или круга призыва. Ничего.

Я разволновалась. Время шло, дракон не появлялся. Ричарду нужно спешить к императору, а мы застряли здесь. А мое платье!

Боги, я же не могу появиться в таком виде перед жрицами. Они сразу все поймут. Госпожа Агния успеет за час устроить мне ритуал инициации, пока Ричард будет во дворце. Паника охватила меня. Где же мне раздобыть новую одежду?

— Кайрекс, прими истинное обличье, — потребовал архей.

Я сделала шаг в сторону и увидела рядом с ним ребенка. Мальчика не старше десяти лет. Светло-русые волосы, веснушки и наимилейшее выражение лица. Разве на такого можно сердиться? Мое сердце оттаяло бы в мгновение ока. Но Ричард лишь скрестил руки на груди и строго посмотрел на него.

— Ой, Ричи, ну ты же знаешь, — протянул мальчишка с грозным именем Кайрекс.

От «Ричи» мне внезапно стало смешно. Я не смогла сдержать улыбку. Верховный архей никак не ассоциировался с ласковым «Ричи».

— Я люблю побыть ребенком. Дети, они же, ну, ты понимаешь, беззаботные, веселые, радуются всему подряд, вот и мне захотелось немного побыть ребеночком… — Кайрекс бегло огляделся. Заметив меня, он изобразил плаксивое выражение на лице и помчался в мою сторону. Секунду и его детские ручонки вцепились в мое платье мертвой хваткой. — Ричи, ты же знаешь, по драконьим меркам, и я сам ребенок.

Я опешила от такого поведения «дракона» и с удивлением взглянула на Ричарда. Мужчина закатил глаза.

— Кайрекс, тебе тысяча двести тридцать пять лет. Ты уже давно не ребенок даже по драконьим меркам, — как можно более спокойно проговорил архей. — Хватит устраивать спектакль. Прими истинное обличье и отдай то, что принадлежит мне.

— Он будет ругаться за то, что я не вернулся к нему, — прошептал мальчишка, покрепче вцепившись в меня. — А ты славная, леди. Чувствую, что у тебя доброе сердце. Не дай меня ему в обиду. Пожалуйста, — умолял он.

На мгновение я растерлась. Взглянула на Ричарда, который стал медленно приближаться к нам.

— Кайрекс, прекрати давить на жалость. У нас мало времени. Мне нужно твое истинное обличье.

Мальчишка замотал головой.

— Ну-ну, — я положила ладонь на его русую голову и ласково погладила. В общине всякое случалось и нередко приходилось успокаивать сирот младше меня. — Не бойся, я никогда не видела дракона. Может покажешь, как выглядят летающие ящеры?

Глаза Кайрекса заблестели. Его лицо вытянулось от возможности покрасоваться.

— Правда? — с легкой наигранностью спросил он.

— Да, — я кивнула.

— Да, Кайрекс, покажи леди свое истинное обличье. Похвастай, — с одобрением произнес архей, подойдя к нам на расстояние одного шага.

В воздухе вновь повисло напряжение. От Ричарда исходил слабый поток энергии. Пока слабый. Ситуация с Конором показала, что он хорошо владел магией на расстоянии и в любой момент мог постоять за меня. Опасности от жавшегося ко мне «ребенка» я не испытывала. Но не стоило забывать, что мальчик на самом деле дракон.

— Давай Кайрекс, перевоплотись, а то леди уже начинает скучать.

Вот скучно мне точно не было, поэтому я с недоумением посмотрела на Ричарда. Мужчина подмигнул мне.

— Пожалуйста, — подыграла архею, не веря, что настолько простая уловка сработает. К тому же, я не понимала, зачем дракону принимать истинный облик. Но раз Ричард настаивал, значит так было нужно.

Кайрекс начал смеяться.

— Вы серьезно думали, что я куплюсь на это? — он с улыбкой взмахнул руками, потом отпустил меня и крутанулся на месте. — Ладно, вполне куплюсь. Люблю хвастаться перед красивыми девушками.

Мальчишка отошел от меня и сразу же принялся меняться. Я с замиранием сердца наблюдала за тем, как его тело трансформируется в могучего черного ящера.

— Не обращай на него внимание. Он большой любитель спектакля. Мечтает в театре выступать, — Ричард подошел ко мне так близко, что я ощутила исходящее от него тепло. — Преданности ему не занимать. Как и силы.

— Мечтает о театре? — я недоуменно перевела взгляд с Кайрекса на архея. Дракон и театр в моей головы были совершенно не совместимыми понятиями. Только если «дракон» не персонаж постановки.

— Ага, — кивнул мужчина. — Как раз сегодня нам понадобятся его навыки игры.

— Что ты задумал? — по спине пробежал холодок. Я вдруг вспомнила, что поход на крышу изначально был частью какого-то плана, в который меня не посветили.

— Узнаешь, — с хитрой улыбкой ответил Ричард.

И вновь я ничего не узнала.

— Ричи, я не ослышался и тебе нужна моя игра? — пророкотал дракон. Слышать от здоровенного черного ящера слово «Ричи» уже было не смешно, а даже страшно. Удивительно, что Ричард никак не реагировал на это сокращение.

— Да, ты все правильно понял, — мужчина подошел к своему фамильяру.

Я же сделала несколько шагов назад, чтобы получше рассмотреть Кайрекса. Черный дракон был совсем как в детских книжках, которые в общине затирали до дыр. Он еле умещался на площадке. Голову с длинной шеей величали два рога, костистые отростки по всей спине. Четыре лапы с когтями, хвост с шипастой кисточкой на конце и большие крылья, как паруса. Угольные пластинки делали его почти невидимым в ночи.

— А что мы будем делать? Разыграем представление для милой леди? — несмотря на громадные размеры, Кайрекс двигался игриво как кошка.

— Для многих милых леди, — Ричард протянул руку дракону. — Отдай мне кинжал.

— О, Ричи, это вещица… — дракон замялся.

— Да, это самая вещица, с помощью которой ты носишься по миру. Верни ее мне, — архей поманил рукой дракона.

— Но ты же знаешь, ну знаешь, Ричи, кинжал такой невероятный. Летать все время — крылья болят. А тут раз, и ты уже на новом месте.

Ричард с угрюмым выражением лица уставился на дракона. Кайрекс завертелся на месте, явно не желая отдавать какой-то кинжал. Я не вмешивалась. Не знала: стоит ли снова подыграть архею или на этот раз лучше промолчать?

— Милой леди очень нужна наша помощь, Кайрекс. Так что давай сюда кинжал, — просьба Ричарда прозвучала как угроза. Не хватало добавить слово «по-хорошему».

— О, ну что же ты сразу не сказал, — дракон протянул переднюю лапу и на ладони архея возник кинжал в ножнах.

— Элина, иди сюда, — позвал Ричард, и я поторопилась к нему.

Кайрекс распахнул крыло и закрыл нас от всего мира. Лишь крошечная полоска лунного света падала на мужчину.

— Поначалу кажется, что это просто дорогая вещица. Блажь какого-нибудь богатея, — хмыкнул архей. Я бы так и подумала, если бы не слова дракона о перемещениях.

Ричард взялся за отполированную рукоять, высеченную из фиолетового камня. Был ли это аметист или нет, я не знала. Мужчина обнажил тонкую сталь, убрал ножны и показал кинжал во всей красе. Инкрустированный правильной формы округлый камень загадочно блеснул в лунном свете.

— Это единственный в своем роде артефакт. Это Кинжал Путешествий.

Я не сразу поняла, что задержала дыхание. По телу пробежала нервная дрожь. Так вот как он собирался помочь мне бежать.

— С его помощью можно прорезать пространство и очутиться в любом месте, где уже побывал. Проще говоря, Кинжал Путешествий создает порталы, — пояснил Ричард.

— Ричи является его Хранителем. Сам император назначил, — похвастался Кайрекс так, будто это была его личная заслуга.

Я с восхищением посмотрела на Ричарда. Никогда в жизни не могла представить, чтобы мне доверили что-то столь ценное. Вряд ли бы я смогла защитить редкий артефакт от чужих посягательств. А он смог. Это еще раз доказывало, что ему можно и нужно доверять.

— А теперь план действий. Элина, я открываю портал и одновременно разрушаю привязывающие чары. Мы переносимся ко мне домой. Там ты останешься, а я вернусь обратно. На крышу. Мне нужно уйти так, чтобы люди видели, как я один покидаю храм через главные ворота.

Я кивнула. Слишком волновалась, чтобы говорить что-нибудь.

— Ты, Кайрекс, будешь отвлекающим маневром. Устроишь небольшое представление.

— Какое? — кажется дракон только и ждал своей части.

— Изобразишь нападение на храм. Разбей пару окон, погреми, постучи, полазь по башням, полыхни огнем.

— Понял, сделаю в лучшем виде.

— Только без жертв. И не переусердствуй с погромами.

— Все сделаю, как надо. Я же мастер притворяться. Только скажи, когда начинать? — Кайрекс затряс всем телом от нетерпения.

— Как только мы скроемся в портале.

Ричард перехватил кинжал и взял меня за руку, на которой висел браслет, привязывающий меня к храму.

— Когда браслет исчезнет, кожу может немного жечь. Ты готова?

Страх подобрался костлявыми пальцами к моей шее. Говорить — это одно, действовать совершенно иное. Поступки несут за собой последствия. Иногда ужасные.

Если бы бежала только я, то это не было бы преступлением. Никакой тюрьмы или, не дай боги, смертной казни. Меня бы вернули в храм и, скорее всего, заставили бы заниматься отвратительной работой. Госпожа Агния наверняка бы заставила прислуживать какому-нибудь архею. Может даже Конору. Это было бы ужасно. Но за свой проступок отвечала только я.

Но сейчас все обстояло по-другому. Ричард преступал закон. Никто не будет разбираться в деталях, потому что дело касается вивьены. Никто не будет слушать меня в суде, потому что я — женщина. Мое желание бежать посчитают глупой выдумкой.

Ричард будет отвечать за мой побег. Его накажут по всей строгости. Лишат всего, что у него есть. Должности, Алмазной долины, власти и, возможно… жизни! Ричард потеряет все. Абсолютно.

Я ведь ни разу не задумывалась насколько высока ставка. Ричард рисковал всем. Он красив, умен и благороден. Он тот, к кому хотелось прижиматься и позволять делать все, что угодно. Наверняка, на свете много девушек, которые предпочли бы его в мужья. Архей мог связать себя с любой из них и жить счастливо, а не спасать сироту-вивьену.

Я посмотрела в его прекрасное мужественное лицо. В черные глаза, в которых плясал азарт. Я не могла сказать ему «да». Хоть и понимала, что поздно отступать назад.

— Вижу, что готова, — улыбнулся мужчина.

Ричард коснулся большим пальцем навершия рукояти. Кинжал полыхнул фиолетовым свечением. Мужчина ударил воздух. Это выглядело так, словно рядом с ним стояла прозрачная стена. Он повел рукой вниз, и лезвие прошило пространство.

— Иди ко мне.

Ричард опустил кинжал, второй рукой притянул к себе. Кисть кольнуло тысячами иголок. Как только браслет растворился в воздухе, поднялся жуткий вой. Сработали охранные чары.