Глава 18

Мы двигались небольшими перебежками, придерживаясь маршрута карты, которую создал Харвей. Отсутствие каких-либо демонов показалось странным, даже туман несколько рассеялся.

– Куда подевались арахниды?

– Уползли зализывать раны. Как-никак, мы ранили их королеву.

Ликование орка было понятным, но…

– Не расслабляйтесь! – скомандовал Туан, будто мысли мои прочел.

Нехорошее предчувствие стало только сильнее, когда в пятидесяти метрах показались ворота, и даже послышался голос ректора Эмари.

– Туан, – окликнула я некроманта. – Что-то не так. Мне кажется это слишком…

– Во имя Тьмы, Мэй, только не говори: «это слишком просто!» – перебил меня Харвей. – На этой тренировке ничего простого не было! Кто-то убил солдат! Нам устроили западню! Пришлось сражаться с арахнидами, их королева чуть не сожрала Саю, и выглядит она так, будто вот-вот отправится к праотцам. Ты связала себя с опасным демоном. Мы столько ран за все годы в академии не получали! Помощь уже рядом, прекрати наводить панику!

Впервые видела Харвея таким вспыльчивым. Оно и не мудрено. Думаю, каждый из нас знал – выжили мы в тот момент не потому, что хорошие бойцы, а потому, что нам позволили выжить. И эта мысль гложила всех.

Однако мои слова не остались простым предчувствием. Бежать было бесполезно. Но не стоило недооценивать трех наследников великих родов, особенно, когда рядом нет его цепных псов.

Путь к воротам резко загородил настолько плотный туман, что к нему можно было прикоснуться. Над нашими головами возвышались пентаграммы, искрясь, готовыми сорваться, атакующими заклинаниями, создать которые мог лишь архимаг. Эти атаки скрывались и среди тумана, отделившего нас друг от друга, где один неверный шаг мог повлечь за собой серьезные последствия.

Крепче сжав хвостовик стрелы, которая появилась, стоило мне натянуть тетиву, я разжала пальцы, позволив атаке разогнать клубящийся туман. В нескольких метрах от меня стоял высокий, худощавый мужчина в длинной синей мантии. Алые глаза холодно смотрели на магическую стрелу, которую он удерживал пальцами! Исходивший от нее зеленоватый свет придавал лицу мужчины жутковатый вид, а рваный багряный шрам, перечеркивающий переносицу, еще больше его уродовал.

Передо мной стоял человек из воспоминаний Наисы, тот, чей портрет нарисовала я.

– Невежливо, знаешь ли, стрелять в любимого дядюшку, – губы мужчины растянулись в кровожадной ухмылке, стрела в пальцах переломилась пополам, осыпаясь затухающими искрами.

Дядюшку?!

Видимо, на моем лице все же отразилось удивление, потому как, шумно выдохнув, он добавил:

– Пусть они и погибли, но ты по-прежнему – моя дорогая племянница.

Если он – брат отца Наисы, выходит, этот мужчина… заклинатель!

– Наиса, – от мрачного голоса я непроизвольно отступила назад, – твой взгляд меня огорчает. Почему я не вижу в твоих глазах жажды мести? Неужели ты решила предать меня?

– Я не давала вам клятвы, – эта реплика рефлекторно сорвалась с губ.

– Ты давала ее, стоя на руинах Иствуда, когда слышала отголоски умирающих. Ты дала слово, что отомстишь за убийство родителей.

– Да, – согласилась с ним, поскольку спорить в такой ситуации было бесполезно, а раз он об этом упомянул, значит, присутствовал в тот момент. – Я приложу все усилия, чтобы виновные понесли наказание. Но сделаю это по-своему. Я не стану уподобляться тем, кто устроил побоище, – четко и медленно выговорила, стараясь, чтобы голос не дрожал.

– Значит, таково твое решение, – с какой-то досадой выдохнул заклинатель. – Сдается мне – на него повлияли они.

Обернувшись, сквозь рассеявшийся туман я увидела сражающихся Ларэя и Туана.

– Нет! Никто не влиял на мое решение! – выкрикнула я.

Просто я не та Наиса, которую вы знаете.

– Думаешь, они примут тебя, глупая девчонка?! – ядовито выплюнул он. – Ты навечно останешься дочерью предателей. Безродной! А когда они узнают, что ты помогала мне свергнуть королевский род, неужели и вправду веришь, что тебе оставят жизнь? Наиса, у тебя нет выбора, нет иного пути, кроме этого, – зловеще выговорил «дядя».

– Выбор есть всегда. Вопрос в том, сможем ли мы жить с его последствиями, – возразила ему. – Выбор есть и у вас. Остановите начатую вами войну. Месть не вернет к жизни погибших! – отчаянно попыталась до него донести, хотя и понимала, что эта затея с самого начала была обречена на провал.

– Кто сделал тебя такой слабой?

В алых глазах появилась ледяная ненависть.

– Я не стану марать свои руки кровью.

– Тебе и не нужно, – дружелюбно сообщил заклинатель. – Твоя задача – стоять подле меня, когда падет нынешняя власть.

– Отказываюсь!

– Тогда ты умрешь!

С этим тихим шипением, обрушившаяся сверху атака вдребезги разнесла мой щит. У меня не было и шанса против заклинателя. Но он бы появился, если бы я смогла уничтожить его странное заклинание, заставляющее парней убивать друг друга.

Стрела, выпущенная из лука, даже не достигла стены тумана, артефакт полностью утратил свою силу. Отбросив в сторону бесполезную железку, принялась плести заклинание. Но уворачиваться при этом от атак заклинателя было тяжко. На теле все больше и больше появлялось ушибов и порезов. Он играл со мной, как кот с мышей. И все же ни одна из его атак не была смертельной.

– Вы не убьете меня, дядя, – сплюнув кровь, я растянула губы в издевательской усмешке.

Мое дыхание было тяжелым, каждая клеточка ныла от боли, ноги дрожали, а тело казалось слишком тяжелым. Но я изо всех сил старалась не показывать страха.

– Я нужна вам. Вам нужна бедная сиротка, которая лишилась родителей по вине королевской тирании, чтобы получить шанс привлечь на свою сторону народ королевства. Будь все по-другому, вы бы уже убили меня.

– Не переоценивай свое значение, – с ленцой в голосе выговорил заклинатель, медленно обходя меня по кругу, словно тигр, готовящийся наброситься на свою добычу. – Я все еще не отобрал твою жизнь лишь из любви к погибшему брату! Но все меняется. И подростковый бунт легко усмирить, если отобрать любимые игрушки.

От улыбки, с которой он это произнес, у меня мурашки пробежались по позвоночнику. Проследив за его взглядом, я поняла, кого именно он подразумевал под словом «игрушки».

– Не смейте! – прорычала я, но когда обернулась, «любимого дядюшки» уже и след простыл. – Ларэй! Туан! Прекратите!

Бросившись к ребятам, я натолкнулась на невидимую преграду, будто меня от них отделяло прочное стекло. А парни продолжали пытаться друг друга убить, используя атаки невероятной силы!

– Боритесь! Вы видите иллюзию! – я изо всех сил колотила кулаками по барьеру. – Мистэил! – воззвала я к пламени, но горло снова опалило жаром.

Отступив назад, начала плести атаку пытаясь разрушить преграду. Пыталась даже, несмотря на то, что собственные ладони покрылись ссадинами и ожогами. Чем сильнее были неконтролируемые заклинания, тем больше калечила собственные руки.

А когда Ларэй замертво повалился на землю, истекая кровью, сердце пропустило удар.

– Быть… не может…

Даже когда поняла, что угодила в другой мир, не была так шокирована и напугана. В эти секунды во мне что-то оборвалось. Пусть и не мой, пусть и принимает меня за другую, но он стал единственным другом, тем, кому я могла бы открыться.

Его грудь не вздымалась от дыхания, глаза безжизненно смотрели в пустоту, на губах застыли капли крови. А в тот момент, когда его судьбу повторил Туан, из моего горла вырвался душераздирающий крик. Магия в теле вскипела с такой силой, что вырвавшийся всплеск пламени разорвал барьер, испепелил землю, сжег туман и ринулся к воротам. К воротам, где я услышала их голоса, увидела шок и гнев на лицах.

– Но как?.. Почему… они… живы?.. – сорвалось еле слышное с губ, прежде чем ревущий багровый огонь полностью все поглотил.

***

В глухой тишине был слышен лишь звук дождя. Холодные капли барабанили по крышам серых домов и вымощенной камнями дороге. В переулке, окутанном полумраком, Наиса стояла напротив незнакомца, чьего лица я не смогла рассмотреть, видела только черно-золотой рисунок на тыльной стороне его ладони. И хотя слова ускользали от меня, чувства, что она и я испытывали в тот момент, разрывали сердце.

Этот человек не был врагом или другом, но его слова принесли невероятную боль. Мир просто рухнул в одночасье, словно я оказалась на пепелище своей жизни. Возникло чувство, которое описать словами невозможно, и те, кто не испытывал его, не смогут понять. Ненависть и гнев сводили с ума. А в голове билась только одна мысль: «Это ложь!»

– …Наиса…

«Ты лжешь!» – этот истошный крик одновременно сорвался с губ Наисы и моих.

– Наиса проснись!

Болезненная пощечина заставила резко открыть глаза.

– Усмири пламя! – приказал Ларэй.

Огненную стихию, норовившую испепелить все, к чему прикоснется, Туан сдерживал барьером.

– Наиса, пламя, – повторил Туан.

Встрепенувшись и осознав происходящее, я подскочила с кровати, крепко обняв Ларэя.

Стоило ощутить тепло его тела и убедиться в том, что передо мной не игра воображения, огонь, бушующий в лазарете начал утихать.

– Да ты просто нечто, – недобро усмехнулся Туан.

– Наиса?

Отстранившись, улыбнулась растерянному магу и, поднявшись на ноги, направилась к Туану. Прежде, чем он успел что-то сказать, я и его заключила в объятия. Туан, как и Ларэй обнял в ответ, но гораздо крепче. Его ладони успокаивающе поглаживали меня по спине.

– Там, на полигоне, что ты увидела?

– Вашу смерть, – тихо ему ответила.

– Это была иллюзия, – сообщил уже очевидное Харвей. – Когда появился барьер, ты пропала из поля нашего зрения.

– Я поняла это слишком поздно, – произнесла с досадой, заглянув в глаза наследника Дома Альтриол.

На губы Туана скользнула еле заметная улыбка, ладонь осторожно легла мне на щеку, поглаживая ее большим пальцем.

– Кхм-кхм, – покашлял Харвей в кулак, прерывая это странное проявления нежности со стороны некроманта. – А как же я? – склонил орк голову набок. – Где мои обнимашки?

Увидев обиженную моську Харвея, я рассмеялась. Отстранилась от Туана и подошла к орку. Но обхватить громилу не смогла, зато он, недолго думая, подхватил меня на руки, крепко сжав в объятиях, да так, что спина хрустнула.

– Полегче, здоровяк, ты меня сломаешь, – пискнула я.

– Достаточно, – возразил Туан и, обхватив мою талию сильными ладонями, отобрал меня у Харвея, опустив на пол. – Наиса, я хочу знать, что там произошло?

– Должно быть, я угодила в ловушку демона, – спокойно ответила, осторожно высвободившись из рук некроманта.

Демона, именуемого дядей Наисы. Но сила заклинателей гораздо мощнее демонической. Это было настолько реально, что до сих пор заставляет дрожать от страха, стоит вспомнить увиденную картину.

– Ловушку создал демон, но барьер – дело рук мага, – добавил Ларэй, привалившись плечом к стене.

– Я больше никого не видела, – солгала парням. – Только вас, сражающихся друг с другом. Я пыталась пробиться сквозь барьер.

– О-о-о, ты пробилась! Да так пробилась, что и наши щиты разгромила в пыль. Так, что мы на себе почувствовали твое желание нас спасти, – хмыкнул орк, скрестив руки на груди.

– Я вас ранила?

– Ранила – это мягко сказано, – хмуро отреагировала появившаяся Раиль. – Я сообщила ректору Эмари о пробуждении адептки Мэй. Глава академии ожидает вас в своем кабинете, – деловитым тоном сообщила охранный дух.

– Передай ректору, что Наиса еще слишком слаба…

– Все в порядке, – прервала я Туана. – Не хочу оттягивать неизбежный разговор. К тому же, мне любопытно, что она хочет сказать.

Уже близился вечер, поэтому в коридорах академии нам почти не встретились адепты. В это время все пребывали на полигонах и, оттачивая мастерство, избавлялись от слабых мест.

– Сколько я была в отключке? – спросила, поравнявшись с парнями.

– Больше суток.

«Так сегодня суббота. Из-за случившегося я потеряла один выходной», – с досадой подумала я.

– Как Сая?

– Живее всех живых, – фыркнул Харвей. – Уже успела вынести мозги мамочке, требуя у нее наказания для собственно тебя, – указали на меня пальцем.

– Чего? – я даже с шага сбилась.

– Она утверждает, что ее ранили из-за тебя, – зло усмехнулся Ларэй.

– Когда спасала ее, о таком повороте событий как-то не подумала, – замогильным голосом произнесла.

Харвей понимающе хмыкнул.

«Я, конечно, не ждала благодарности, но… вот ведь, стерва! – мысленно прошипела. – Я жизнью рисковала! И ради кого? Нет, умом я понимала, что ничего хорошего из этого не выйдет. Но не до такой же степени!».

– Остальные ребята в порядке? Как там Каэр?

– Они целы. А Каэр находится в кабинете ректора, скованный заклинанием ее клетки.

– Почему? – не поняла я таких радикальных мер.

– А сама как думаешь? Пока ты в отключке была, он никого не подпускал к своей хозяйке. А тебе необходима была помощь целителей, – мрачно отреагировал Туан.

Так вот, в чем дело. И все же, сажать в клетку – лишнее! Этой черноглазой лишь бы жизнь мне «послаще» сделать!

– После противостояния королеве арахнид и подчинения демона, только о тебе и говорят, – похлопал меня по плечу орк.

Плечо заныло. Сильно так заныло.

– Не все комментарии лестные, – продолжил представитель орочей расы, не замечая моей молчаливой муки, – но большинство кардинально изменили о тебе свое мнение. К тому же твою последнюю атаку видела глава академии и профессора, не считая члена королевской семьи.

– Что, я, наконец-то, избавлюсь от своего прекрасного прозвища? – язвительно интересуюсь.

– Теперь мало кто рискнет тебя злить, – пожал плечами Харвей.

Туан и Ларэй шли молча, только хмурились отчего-то.

– Нечему тут радоваться! – гаркнула плывущая рядом Раиль.

Я аж на месте подпрыгнула от этого гневного окрика.

– Своей атакой, вы, адептка Мэй, повредили свой источник! Если получите еще одно повреждение, для вас это может закончиться смертью! Ваша магия нестабильна, используя такую мощь, вы могли убить себя и всех, кто находился рядом! – раздраженно высказалась охранный дух.

Да она была просто в бешенстве! Впервые ее такой вижу. Но! Я повредила свой источник? Значит, это неприятное чувство, будто кто-то все время раздражает рану, и есть оно?

– А вы, госпожа охранный дух, как всегда суровы, – оскалился орк.

Но Раиль ничуть не испугалась, наоборот – ответный оскал призрака заставил орка поежиться. Конечно. Раиль иногда такие гримасы проворачивает, что и заикой можно остаться.

– Но все же, я понятия не имел, что твоя магия настолько сильна, – прокашлявшись, сказал мне Харвей. – На каком бы уровне ты была, если бы не прекратила взывать к источнику четыре года назад?

– Такой выброс мог произойти как раз по этой причине, – возразил Ларэй.

– И ближайшее время тебе… вам, адептка, – исправилась Раиль, – нельзя использовать боевую магию выше среднего уровня! Придется ждать, пока источник не придет в норму, а у вас, знаете ли, практика не за горами! – укоризненно запричитала охранный дух.

– Я магию использовала не для того, чтобы разрушить собственный источник! – огрызнулась в ответ. – И не думаю, что смогла бы это повторить. Я даже не поняла, как так вышло. Магия отвечала на мои эмоции, когда я увидела, как их…

– Забудь об этом, – перебил меня Ларэй. – Этого не случится. Нас не так-то легко убить. Хотя последние события преподали нам очень доходчивый урок. Не стоит расслабляться.

– Готова? – спросил Туан, остановившись у черной высокой двери.

– Да. Но что-то подсказывает, ректор мне не медаль будет вручать, – криво усмехнулась.

Ларэй и Харвей остались в коридоре, а Туан, открыв дверь, уверенным шагом вошел в кабинет. Я же, собрав всю волю в кулак, последовала за ним. Правда, моя уверенность несколько поубавилась, когда в ректорском «склепе», а ее хоромы реально на него смахивали, я увидела весь преподавательский состав.

– Адептка Мэй, вы, наконец-то, очнулись! – взволнованно воскликнула Ноэлла. – Я места себе не находила. Ужасно за вас переживала! – в сердцах выпалила целительница.

Уж кто-кто, а эта змея не знает, что такое искренне за кого-то волноваться. Но заботливую и всю испереживавшуюся «опекуншу» просто отлично играет! Оскар в студию!

– Простите за беспокойство, – вежливо произнесла, с трудом сдержав презрительный фырк.

– О-о-о, никакого беспокойства, – улыбнулся профессор Градмейн.

Злится! Он определенно в ярости!

– Вы хотели меня видеть, ректор Эмари? – перевела настороженный взгляд на главу академии.

– Я задам вам тот же вопрос, который задавала каждому адепту, – начала она, в замок сложив руки на столе, за которым сидела. – Что произошло на тренировке?

– После сигнала начала практики, на нас напали арахниды, – спокойно отвечаю, выдержав ее злобный, подозрительно прищуренный взгляд.

Я рассказала о случившемся в довольно мелких деталях, естественно, опустив момент с заклинателем и Каэром, сказав, что подчинила его намеренно, так как ситуация сложилась весьма опасная. Сила демона в моем положении не стала бы лишней.

– Адептка Эмари рассказала несколько иную версию случившегося, – медленно проговорила глава академии, следя за моей реакцией.

Я решила не тешить самолюбие этой «великодушной» дамочки и сухо сказала:

– В таком случае, вам не нужны мои объяснения. Вы, ректор, несмотря на то, что знаете, как обстоят дела в действительности, уже все решили.

Еще до того, как она произнесла следующую реплику, я уже догадывалась, в чем будет ее суть.

– Адептка Мэй, мне жаль, но я вынуждена исключить вас из экзаменационной практики.

– Вы превышаете свои полномочия, ректор Эмари, – холодно процедил Туан. – Благодаря Наисе, ваша дочь осталась жива.

– В момент нападения королевы арахнид, там были только адептка Мэй и адептка Эмари. Версия моей дочери кажется более правдоподобной. Вы не согласны?

Удивление главы академии казалось вполне искренним. Стало быть, она не ожидала, что Туан будет возражать против ее решения.

– Не согласен. Артефакт Наисы лежит у вас на столе.

О, и правда. Эх, жаль. Я уже приловчилась к нему, а сейчас это просто бесполезная пустышка, покрытая глубокими трещинами и утратившая свою магическую силу.

– Королева арахнид была усеяна ее стрелами, это видели все адепты. Она продолжала стрелять, даже, когда артефакт начал рушиться! – отрезал наследник, доказывая свою правоту.

– Артефакт адептки Мэй использовала адептка Эмари, – не уступала ему ректор, сохраняя спокойствие и не превышая тона.

Но тут даже я обалдела. Это получается, я ползала по земле и молила о помощи, а Сая героическим образом сразила арахниду!

– Артефакт адептки Мэй, – на губах Туана скользнула усмешка, – обустроен так, что активировать его может только она и никто другой.

– Но мы не можем это проверить, артефакт полностью угас, а его мастер мертв.

Мертв?

– Не сочтите за грубость, ректор Эмари, – начал профессор Отис. – Но вы говорите с наследником Дома Альтриол. Вам стоит проявить больше уважения, – заметил старик, пригладив длинную бороду.

Остальные профессора помалкивали.

– Раз Туан Ариас говорит, что Сая Эмари солгала, так оно и есть, – заключил он.

– Профессор Отис…

– Вы забываетесь, глава академии, – с леденящей вкрадчивостью оборвал ее Туан. – Вижу, отец слишком сильно распустил дисциплину в академии. Считаю своим долгом это исправить. Сейчас вы обвиняете адептку, которая намеревается принести мне клятву. Вам напомнить, что будет в этом случае?

– Принесет клятву? – черные глаза ректора округлились, из-за чего видок у нее стал, ну, мягко говоря, жуткий.

А все как один воззрились на меня, я – на Туана, изображая преданный взгляд.

– Вы все верно расслышали, – подтвердил он, криво усмехнувшись. Видать, наслаждался ее ступором и на этом не закончил: – К слову, если вы еще не поняли. Вам не удастся стать частью рода Альтриол. Я не женюсь на вашей дочери.

– Боюсь, это решать не вам, Адепт Ариас, – «вежливо» процедила черноглазая.

– Правильно делаете, что боитесь, – с издевкой подметил некромант. – Ведь этот вопрос глава Дома оставил решать мне. Мой ответ вы уже слышали.

У-у-у. Еще чуть-чуть, и глава академии лопнет от злости.

– Адепт Ариас, неужели вы действительно предложили дочери предателей служить вам?

Вопрос был задан не мне, но вот смотрела ректорша исключительно на меня. Злобно так. С неприкрытой ненавистью. А вот Ноэлла, кажется, была несколько растеряна.

– Я не отвечаю за поступки глав Дома Дирэйт! И не обязана платить за их грехи, – четко выговорила, стойко выдержав ее испепеляющий взгляд.

Несмотря на то, что сказала правду, стало противно. Но мысль о том, что с найденным документом я смогу очистить имя родителей Наисы, немного притупляла горечь.

– Если вам мало слов трех наследников, тогда, как на счет моих в довесок?

Когда он вошел?

Высокий и широкоплечий парень с короткими медовыми волосами. Глаза в полумраке светились аметистом. Богатая одежда в черно-золотых тонах выгодно подчеркивала спортивное тело. Со сложенными за спиной руками он расслабленной походкой прошел к окну. А его голос, руку на отсечение даю, был невероятно похож на голос того кичливого первогодки! Разве что, ниже и грубее. Взрослее, одним словом.

– Адептка Эмари ослушалась приказа и ринулась навстречу королеве арахнид, приказав адептке Мэй следовать за ней. Однако не успела ваша дочь блеснуть способностями, как получила повреждение источника, – на губах незнакомца появилась недобрая ухмылка. – На месте адептки Мэй я бы бросил ее там, но вместо этого она закрывала ее своим телом, что лично я считаю неимоверной глупостью. Этот лук, – указал он на артефакт, лежащий на столе ректора, – начал рушиться, когда Наиса Мэй бездумно подпитывала оружие своей магией, продолжая выпускать стрелы. После появился огненный цукай, он обернулся, вкусив крови некромантки. Остальная группа подоспела следующей, – закончил парень пересказывать события того случая, которого, кстати, никак не мог видеть и, обернувшись к нам, с улыбкой добавил: – Я доходчиво пояснил?

Выходит он был там и наблюдал! Бездействуя!

– Вы исчезли сразу после тренировки, поэтому…

– Поэтому вы решили пренебречь словами наследника Дома Альтриол? – недоуменно выгнул светлую бровь незнакомец.

– Нет, Ваше Высочество Ноэль, – смиренно склонила голову ректор, разжав кулаки.

– Ваше Высочество?! – изумилась я, некультурно так, в порыве шока вытаращившись на медововолосого. – Вы? Принц?.. Кичливый малец? – последнее я произнесла одними губами.

Дрожащими. Ибо начала сознавать, что натворила.

– Адептка Мэй! – нахмурился профессор Отис. – Проявите должное уважение, когда говорите с принцем Ноэлем.

– А что, не похож? – на губах наследника престола скользнула насмешка.

– Нет, то есть, похож, я не знала… – пролепетала невнятно.

«Во имя Тьмы! И что мне теперь делать? Я же его за шиворот, как щенка, таскала! И подзатыльник… – мне сделалось дурно. – Я ему атакующей магией подзатыльник дала! – обреченно вспомнила».

Когда сказали, что за тренировкой будет наблюдать член королевской семьи, я и помыслить не могла, что он станет прятаться под мантией первогодки и ведь вел себя соответствующе тому, за кого себя выдавал!

– С вопросом: «Правда злословие не остановит», мы разобрались? – спокойно поинтересовался принц Ноэль.

– Несомненно, Ваше Высочество, – закивал профессор Отис.

Другие профессора вторили старцу.

– Для вашего же блага, я надеюсь, мне больше не представится возможности наблюдать, как вы ставите под сомнения слова Туана Ариаса, – добавил он холодным голосом.

– Это лишнее, Ваше Высочество, – скупо отозвался Туан, но реплика была проигнорирована принцем.

– Раз с этим вопросом разобрались, перейдем к следующему. Где демон?

Ректор молча взмахнула рукой, и перед нами появилась огромная магическая клетка, где был заперт Каэр.

– Ваше Высочество, этот демон принадлежит мне, – выступил вперед профессор Градмейн.

Во время перепалки главы академии с Туаном, некромант очень зловеще скалился. Мне. И глазами прожигал тоже меня. По его ехидной физиономии можно было понять, что он всецело поддерживает ректора.

– Думаю, он с вами не согласится, профессор Градмейн, – глубокомысленно изрек наследник трона, окинув зарычавшего демона любопытным взглядом. – Огненный цукай уже связал себя с адепткой Мэй. Если она в состоянии его контролировать, я оставлю за ней право решать, как поступить. Укрепить связь или разрушить, – сказал он деловитым тоном.

– Демон не станет ей подчиняться. Магия адептки Мэй нестабильна и слаба! – выпалил профессор, бурно жестикулируя руками.

– И вы говорите это после того, как увидели последнюю атаку адептки? – недоуменно выгнул бровь Ноэль.

– Случайность, – согласилась ректор с некромантом. – Бывают случаи, когда даже у слабого мага выходит выплеснуть огромную силу, единожды.

– Даже со слабой связью, получив приказ, демон защищал адептов, – просветил их принц.

– Наиса, прикажи ему замкнуть печать, – обратился ко мне Туан.

Замкнуть печать – означает принять первую форму. То есть вид маленького зверька.

– Хорошо.

Я осторожно приблизилась к клетке. Каэр был агрессивен и обеспокоен, ему не нравилось то, что с ним сотворила глава академии. Мне бы тоже не понравилось, посади они меня в клетку. Так что, я была полностью солидарна с демоном.

– Тише, – я успокаивающе положила ладонь на мускулистую лапу зверя. – Вот так, – улыбнулась ему. – Ты хорошо потрудился, обязательно получишь обещанную награду. А сейчас вернись к первой форме. Тогда клетка исчезнет, и ты сможешь пойти со мной. Будешь жить в моей комнате.

С минуту демон недоверчиво щурил раскосые глаза и, будто увидев в моих, что я говорю правду, вернулся к форме маленького пушистого лисенка. Клетка исчезла, что позволило Каэру прыгнуть мне на плечо, лапки тут же крепко вцепились в одежду коготками, а тонкие хвосты обвились вокруг моей шеи.

Последнее, конечно, несколько нервировало, но придушить он ими меня не пытался, поэтому, натянув на лицо спокойное выражение, я вернулась к Туану.

– Что вы решили? – выражение Ноэля была абсолютно серьезным.

– Я укреплю связь.

Профессор Градмейн тихо взвыл. Хорошие оценки по его предмету мне теперь точно не светят.

– Что ж, хорошо. С этой задачкой мы тоже успешно справились. Теперь последний и главнейший на сегодня вопрос, – окинул он отчего-то дружелюбным взглядом преподавательский состав и ректора. – Адепт Ариас подметил одну важную деталь. Дисциплина в академии оставляет желать лучшего! Вместо того, чтобы направить все силы на поиск преступника, проникшего в академию, убившего двух солдат, призвавшего арахнид, покалечившего адептов, и узнать его мотивы, вы, глава академии, выясняете абсурдные вещи, выгораживая свою дочь! – начал он спокойным, я бы сказала, размеренным тоном, но, по мере того как говорил, стал повышать голос, а последнее предложение так вообще прорычал.

– Мы уже попросили помощи у королевских солдат, – поспешила сообщить ректор.

– Оставьте, – лениво отозвался Ноэль. – Один из элитной десятки Орис Нэин будет находиться в академии. Прошу вас содействовать его расследованию, но не слишком заостряйте внимание на нем и продолжайте работать в привычном темпе. Я сам со всем разберусь. Мы обязательно найдем преступника, – сообщил он, окинув Ноэллу далеко не радужным взглядом.

– Как вам будет угодно, Ваше Высочество.

– Адепты могут быть свободны. Профессорский состав я попрошу остаться.

– Забери свой артефакт, – скомандовал Туан.

Я про него чуть не забыла. Подойдя к столу, не глядя на ректора, схватила артефакт и, последовав примеру адепта Ариаса, поклонилась принцу. Кабинет покидала на негнущихся ногах, чувствуя на себе пристальные взгляды.