Глава 10

Я не нашлась, что сказать. Вполне вероятно, мы с Сашкой настолько палились, глядя друг на друга, что Демид прав: не сообразить было трудно. Просто я не была готова к этой встрече. Я вообще зареклась с ним когда-нибудь видеться, и даже на вечера встреч одноклассников не приходила, если знала, что он там появится.

Первая любовь отчего-то в большинстве случаев равна первой боли, и мой не стал исключением. Да и вообще, если совсем начистоту, с самого начала все было наперекосяк.

Короче, мы молча поднялись на мост, потом спустились, и сели в машину.

– Ну что, будем звонить этому товарищу? – я потрясла в воздухе рукой с листком, надеясь, что мы не будем возвращаться к обсуждению личных вопросов, но Демид только сложил руки на груди:

– Что, серьезно не расскажешь?

– В смысле? – захлопала я глазами, кося под дурочку.

– Да ладно, Пчелка, ты даже не отрицала, ну. Хочешь мое мнение: парень переживает не меньше твоего. Чуть ручку не сломал в руках.

Я только снова глаза закатила.

– Ну хорошо, да, между нами кое-что было. Тебе стало легче?

– Вообще не стало, сижу, как на иголках, в ожидании подробностей.

– Очень смешно, – зыркнула я. – С чего мне с тобой откровенничать? Я же не выспрашиваю тебя о твоей первой любви.

– Мне было четырнадцать, ей шестнадцать, мы познакомились в лагере, она была, знаешь ли, прожженной девчонкой, и мне это нравилось. У нас случился роман, и я честно верил, что влюблен. Потом оказалось, что роман у нее случился не только со мной, но и с девятнадцатилетним вожатым, и любовь моя пошла на убыль. Я страдал, честно.

– Не верю. И вообще, это не история любви, а пособие, как быстро подцепить венерическое заболевание в раннем половом возрасте.

Демид рассмеялся, потом покачал головой.

– Значит, не расскажешь?

Я покосилась на него.

– Расскажу, если ты расскажешь по-настоящему. Любил когда-нибудь?

Мазуров немного поглазел.

– Ладно, – кивнул в итоге. – Не любил. Но думал, что могу полюбить. Правда, – добавил на мои вздернутые брови. – Та история в лагере мало чему меня научила. Вообще-то я был романтиком и верил в светлое чувство. Искал, можно сказать, единственную и неповторимую. Сначала думал, просто попадаются не те, а потом понял, что все эти чувства на самом деле слова, пшик. Нет их. Есть взаимное притяжение, секс, выгода. Люди подстраиваются друг под друга, чтобы получить желаемое. Это не всегда что-то материальное. Кому-то нужно чувство защищенности, кому-то обожание, кому-то спихнуть ответственность, и так далее. Но не более того. И знаешь, Пчелка, когда ты наконец это понимаешь, становится легче жить.

Я обалдело на него глазела. Нет, ну я-то думала, что он сейчас опять отмажется как-то, а таких откровений точно не ожидала. Не любил, значит… Но верил.

– Тебе просто не те женщины встречались, – высказалась, не удержавшись, а потом подумала: может, он потому им и сказки рассказывает, чтобы было не все, как всегда?

– Что-то их многовато, не тех, – хмыкнул Демид на это, – ладно, Пчелка, твоя очередь.

Я постучала по консоли, поджимая губы. Ну знаете, рассказывать о таком действительно сложно, тем более незнакомому человеку. Но отвертеться уже явно не получится.

Я вздохнула.

– Вообще, Сашка тоже собирался в Москву после школы, – начала я. – Думал, они с Алинкой поедут, но она сбежала, и он очень расстроился тогда.

– И нашел утешение в твоих объятьях?

Я только зыркнула, он быстро добавил:

– Ладно, молчу. Продолжай.

– Мы начали общаться на этом фоне, и знаешь, очень сблизились… И тогда между нами ничего не было. Мы просто как будто нашли друг в друге родственную душу. Потом он уехал учиться в Москву, а я осталась.

– Почему, кстати?

– Так бабушка тут одна, куда я от нее? Сашка пытался в Москве зацепиться, не срослось, вернулся сюда. Мы встретились случайно, решили посидеть в кафе, ну и слово за слово…

– Оказались в одной постели.

– Вот совсем не можешь без комментариев? – сердито спросила я. – Да, оказались, я сама этого захотела. Ну у нас вроде начались отношения, только странные. Мы встречались у меня на квартире, бабуля уже к тому моменту умерла… Ну и все как-то было вроде в тайне. Я наивно полагала, что Сашка просто не спешит обнародовать, потому что у нас на районе сразу начнут болтать, и так далее… И тоже молчала. А через два месяца он сообщил, что женится. Оказалось, он уже на тот момент состоял в отношениях со своей будущей женой полгода.

Демид только хмыкнул, качая головой.

– Надеюсь, ему ума хватило не позвать тебя в любовницы? – задал вопрос.

– Хватило. Там и понятно было, что я на такое никогда не соглашусь. Я была разбита. Ну понимаешь, для меня Сашка был первой любовью, и нам реально было хорошо вместе, не только физически, но и духовно. Полное совпадение…

– Не полное, раз он женился в итоге на девчонке с приданным.

Я только засопела, отворачиваясь к окну. Разговор разбередил старые раны, я вспомнила, как рыдала вечерами в подушку, а днем делала вид, что все нормально. Рассказывать о том, что случилось, не хотелось никому. Даже близким. Не хотелось, чтобы меня жалели.

Как и все умницы, я должна была оставаться такой до конца, не зря бабуля вкладывала мне в голову, что настоящая девушка не будет вешать свои проблемы на других, а все решит сама, да так, что никто и не поймет, что проблемы были.

Хотя я бы предпочла, конечно, не подушку, а чье-то плечо, но как-то привыкла не лезть к другим, а потому и преодолела это все одна.

В ящик положила, ключик повернула и выбросила его – вот так. А тут пришлось и ключик отыскать, и ящик открыть. Вот как Демид умудрился из меня все это выпытать?

Пока я обо всем этом думала, мы успели вернуться к дому. Демид запарковался на том же месте, я вылезла, размышляя, как теперь вести с ним диалог, когда, можно сказать, душу открыла? Одно дело просто язвительные перепалки, совсем другое – когда вы знаете друг о друге личное.

– Пчелка, ты так усердно думаешь, что у тебя сейчас мозг закипит, – пошутил Мазуров, шествуя к подъезду. – Между нами мало что изменилось, если ты там об этом.

Я фыркнула.

– Больно надо мне о тебе думать.

– Я только одного не понимаю, неужели ты все еще по нему страдаешь?

Мы зашли в квартиру, я, скинув обувь, пошлепала в ванную.

– Ну знаешь, когда кроме него никого и…

Я заткнулась, зажмурившись и закусив губу. Мозг по ходу точно кипит, как я могла выдать такое-то?

Осторожно повернулась к Демиду, может, он не расслышал? По взгляду вижу: расслышал и пребывает в легком обалдении.

– Я ничего не говорила, – быстро выдала, как только он открыл рот. – Ничего не говорила и больше не хочу это обсуждать. Все.

Я захлопнула дверь в ванную и закрылась на щеколду.

– Долго ты там не просидишь, – услышала Мазурова, он, кажется, шел в кухню.

– Не просидишь… – передразнила я, посмотревшись на себя в зеркало. – Это мы еще посмотрим.

Прав оказался, конечно, Мазуров. Уже через пять минут я начала маяться, а потом справедливо решила, что имею полное право не обсуждать с ним свою жизнь. С этой целью вытащила листок, набрала номер на экране и вышла из ванной.

– Звоню мужику, – сказала, пройдя в кухню, где Демид снова хлебал зеленый чай.

Он ловко вскочил и забрал у меня телефон. Вот же гад. Пришлось встать на табуретку и прижаться ухом к телефону с другой стороны. Демид попробовал отойти, я схватила его за футболку и чуть не навернулась вместе с табуреткой. Мазуров успел перекинуть телефон в другую руку и подхватить меня. Вот прямо одной рукой подхватил и прижал к своему твердому, как камень, телу.

Я обхватила его за шею и подумала: мамочки, как хорошо. Уткнулась Демиду в шею носом, втянула запах, осторожно, чтобы он не понял, что я тут фетишизмом занимаюсь. Приятно пахнет. Когда уедет, можно будет поспать на его подушке, там наверняка запах останется. Боже, Пчелка, ты превращаешься в извращенку.

– Хорошо, тогда адрес сейчас скину смс, и сумму переведу, – эти слова я расслышала, когда Демид аккуратно усадил меня прямо на стол, и пришла в себя.

Боже, я пропустила весь разговор. Кашлянула, сделав вид, что все, как надо и спросила:

– Ну что он сказал?

Мазуров выглядел задумчивым. Настолько, что я даже отбросила в сторону все, что меня тревожило полминуты назад.

– Что? – спросила с опаской. Мазуров поглазел на меня и ответил:

– Алина просила найти все возможные данные о твоей семье.

– Чего? – удивленно протянула я и уже серьезней добавила: – Ты серьезно?

– Более чем. Этот парень, Борис, согласился выслать документы за небольшую плату.

Демид стал что-то делать в телефоне, а я задумчиво хмурилась. Зачем Алине понадобились данные о моей семье? Глупость какая-то. Тем более что и данных никаких не найти. Бабуля умерла, отца никто не знает, мать не пойми где…

– Что-то это очень странно, – высказалась я.

– Согласен. Борис сказал, что девушка настаивала на личных встречах, на первой отдала деньги и данные по тебе, которые имелись, на второй получила распечатанные бумаги.

– Она боялась, что электронку или перевод денег могут отследить, – высказала я мысль.

– Скорее всего. Если бы не случайная мамочка, ее встреча с парнем могла остаться незамеченной. Хотя риск был, учитывая, что она нашла вашего Сашку через Петькины соцсети.

Мне вот совсем не понравилось это «вашего». Вашего – типа ее и моего? Совсем отвратительно звучит что-то. Он как переходящее знамя какое-то. Но эти мысли я оставила при себе, потому что понимала, Демид не питает к Лучникову теплых чувств.

Правда, непонятно, он с какой стати, ему лично Сашка ничего плохого не сделал, а если брать в процентах опороченных девиц того и другого… Сказочник поди в таком отрыве, что даже не рассмотреть точку на горизонте.

– Ну что, подождем, пока скинут данные, – подытожил Демид и потопал в свою комнату.

То есть в мою, разумеется, на выделенный диван. Я слезла со стола, поправила одежду и села на стул. Все же непонятно, чего хотела добиться Алина, и станет ли яснее, когда мы получим документы? И почему она меня-то не посвятила в это все, раз уж ей так информация понадобилась?

Я взяла в руки телефон и чуть не присвистнула. Вот это время летит, только казалось, я дверь открывала сквозь сон, а уже пять вечера. Таким образом, скоро двенадцать часов моего законного отпускного дня будут потрачены на непонятные шатания по разным местам. А еще теперь у меня в квартире живет мужик, настоящий, телесный.

Кстати!

Я прислушалась к тишине, а потом забила в поиске «Демид Мазуров».

Во-первых, оказалось, никакого обмана и подлога, это действительно он. А что, мало ли, подсунули специально красавчика, чтобы задурил мне голову… Ага, мечтай, Пчелка, что ради тебя олигархи такие планы будут выстраивать и кастинги мужиков проводить.

Во-вторых, если судить по фото, то баб у Демида было превеликое множество. Как минимум все жительницы Москвы и ближнего Подмосковья. Просто ни одной повторяющейся картинки. Ну кроме Алины. Я открыла несколько статей, и оказалось, она действительно единственная, кто задержался в его постели, тьфу, то есть жизни. Четыре месяца – для Мазурова немалый срок. Начали даже вон планы строить, мол, захомутает моделька Селезнева русского пана?

Она решила поступить иначе: смыться с кольцом. Почему? Вышла бы замуж за Мазурова – получила бы много больше. Или все-таки он правду говорил, что ему было просто удобно не искать девиц, пока занимался важным проектом, и Алина это осознавала?

Если брать информацию рабочего характера, то в России Мазуров стал работать в области антиквариата и предметов искусства, что впрочем, никого не удивило, как заметил журналист в статье, потому как и на родине (в плане, в Польше) Мазуров крутился там же.

Говорят, Демид ворочает весомыми суммами в этой отрасли, при том что основой доход получает с ценных бумаг, которыми владеет. Божечки мои, сколько же бабла у этого человека? А он так радуется моему супчику, как будто всю жизнь только о нем мечтал.

А вот дальше было любопытно. Журналист упомянул, что в России таланты Демида тоже не остались незамеченными, и под талантами он подразумевал способность Мазурова раскопать генеалогическое древо даже в безнадежных случаях. А так как среди людей обеспеченных желание такое отчего-то возникает регулярно, то Демид мог бы, кажется, озолотиться только за этот счет. Потому как независимо оттого, повезет ли заказчику оказаться внучатым племянником именитой личности или нет, услуги Мазурова стоят дорого. Но как закончил журналист, они того действительно стоят.

Телефон я отложила и вздохнула. Надо было как-то прийти в себя от такого потока информации. Пока я читала статью, количество нулей в прикидке дохода Демида доросло до очень неприличной цифры, название которой, может, и вовсе не существует в природе.

Я тихонько проскользнула до комнаты и замерла на пороге: Демид лежал на диване, закинув руки за голову, и думал. Вот теперь я была почти уверена, что его футболка стоит дороже, чем тот диван, на котором он возлежит.

Демид перевел на меня взгляд и вздернул брови, мол, ты чего? А я действительно малость стушевалась. Не то чтобы меня заботил факт того, сколько человек зарабатывает… Просто я была сбита с толку всеми этими кубиками, буграми и выпуклостями на теле мужчины, и не могла думать нормально.

А вообще-то он ведь действительно олигарх. Человек, который ведет многомиллионный бизнес априори не легкомысленный простачок, коим прикидывается Мазуров. Не рано ли я решила, что стоит ему доверять? Ой, рановато, кажется. В конце концов, он мог снять квартиру в центре, которая могла бы соответствовать всем его запросам, и даже не заметить отданной за нее суммы. А он так оперативно, хоп-хоп, и у меня в комнате. Вот точно неспроста.

– Ты меня пугаешь такими взглядами, Пчелка, – заметил Мазуров, не меняя однако положения тела.

– Слушай, – я села в кресло, – а что за проект такой был, что ты даже вступил в продолжительную связь с нашей дорогой Алиной Николаевной?

Мазуров сощурился, присматриваясь, сел.

– К сожалению, не могу тебе рассказать, – заметил мне.

– Копался в чьей-то родословной?

Мазуров вздернул бровь, поглазел, а потом догадался:

– Слазила в интернет? – я кивнула, глупо скрывать данный факт. – А я думал, когда же ты уже полюбопытствуешь. Ты долго держалась.

– Да ты знаешь, все времени не было, пока мы тут рыскали… Значит, когда ты говорил, что занимаешься раскопками, то имел в виду это вот все? Раскапываешь грязное белье, так сказать?

– Грязное обычно закапываю, – хмыкнул Демид, – потому что все хотят быть рыцарями в сияющих доспехах, но увы, столько доспехов, сколько желающих, найти сложновато. Насчет раскопок я, кстати, не врал. Начиналось все именно с них, а уже со временем появилась и другая направленность.

Я немного поглазела на него.

– Тебе не кажется странным, что ты роешься в чужих родословных, а тут Алина как раз искала мою?

– Кажется. Мне в этой истории кажется странным вообще все, Пчелка. Начиная с того, что Алина решила украсть кольцо.

– То есть все-таки не вяжется это с ней, да?

– Конечно, нет. В том плане, сколько оно стоит, Алина не знала, подарить его тоже не просила. Она вообще интереса к кольцу, как таковому, не выразила. Я имею в виду как к драгоценности, потому что про магическую подоплеку я не рассказывал, в общих чертах поведал, что кольцо древнее, и такое могли использовать в каких-нибудь ритуалах. Выходит, либо кто-то вышел с ней на связь и подкупил, ну или как-то заставил пойти на кражу, после чего она сбежала, боясь моей реакции…

– Либо? – поторопила его я, так как он замолчал. Демид вздохнул.

– Либо она украла его, ведомая своими мотивами, и слиняла, тогда кольцо при ней, но чего она хочет добиться – непонятно от слова совсем. Все-таки я склоняюсь к первому варианту.

– И кто мог ее заставить?

Тут у Демида завибрировал телефон, он бросил взгляд на экран и сказал:

– Вот и письмо от Бориса.

Поднявшись, вытащил из спортивной сумки чехол для ноутбука, а вскоре и его сам. Подключился к сети, я присела возле, наблюдая, как Демид загружает страницу с электронной почтой.

– Не думаю, что этот Борис мог нарыть что-то интересное, – заметила все же. – У меня обычная ничем не примечательная семья.

– О своей семье, как я понял, ты толком ничего не знаешь, – заметил Демид, открывая письмо. – Так что ждать можно чего угодно. Да и когда знаешь, тоже. Если не копаешь глубоко, то с уверенностью ничего говорить не стоит. Большинство людей даже не задаются целью проследить свою родословную, а иногда находятся очень любопытные экземпляры.

Я бросила на Демида взгляд и подумала: а ему ведь, и правда, нравится этим заниматься. Вон с каким воодушевлением говорит. Мазуров повернул ко мне голову и улыбнулся.

– Ну что, Пчелка, смотрим?

И открыл скачанную папку с документами.