Глава 23. Арс

– Ты издеваешься… – устало и даже как-то обречённо бросает Крис, пока идёт за мной. Но идёт. Недовольная и ворчливая, но я и не рассчитывал, что она слишком быстро сменит гнев на милость. Да и не это мне надо, может дальше ворчать. Её только мне надо. И на расстоянии десятка сантиметров её рот. – Ни капли, – отвечаю, не поворачиваясь. И слышу буквально, как горячо она выдыхает. – Куда мы идём? – не успокаивается она. – Я же сказал уже, за сахарной ватой, – пру на прямую по набережной. – Наслаждайся видом, принцесса, здесь, конечно, не тишина природы, но тоже неплохо. Да, у меня сейчас затылок сгорит от её взгляда, но как ей не вернуть её же слова. Ну и плюс, я всё ещё стараюсь для неё. С ней явно проще, когда она меня ненавидит по факту, а не за прошлое. – Ты… – хочет сказать что-то «приятное» обо мне, но не успевает. Я оказываюсь, как раз, у ларька с сахарной ватой, заказываю одну, сразу расплачиваясь, и уже только после поворачиваюсь обратно к Рогозиной, пока продавец начинает её готовить. Запах, мать его, стоит такой, что прямо сейчас слечу с катушек только от одной ассоциации. Хотя принцесса всё равно пахнет слаще. Мы пока ехали сюда, я только и делал, что перебирал варианты, как уговорить её заменить ароматизаторы в машине собой. Блть, жил же бы в нём, ей богу. – Я? – помогаю ей вспомнить, что она готовилась покрыть меня от души комплиментами. Но Крис только злится. Взгляд резкий кидает на продавца, будто ещё и он виноват, что согласился мне сделать сахарную вату, из-за которой ей приходится здесь торчать. – Ты сказал, что ненавидишь сахарную вату, – напоминает она. И она даже не представляет, насколько. Временами так вообще хочу придушить. А временами только и думаю о ней. – Ненавижу, – говорю честно, поглядывая, сколько ещё осталось до полного облака. – Но я хочу тебе кое-что открыть. Завуалированно, пздц. Но ей определённо пока что не нужно знать, что собираюсь сделать. Иначе она мне эту сахарную вату точно куда-нибудь засунет. Предположительно, в мой рот, противоположно тому, где она должна оказаться. Крис всё ещё хмурится. Мои слова вообще не вызывают в ней доверия. Чувствует будто, что точно что-то планирую против неё. – С чего ты решил, что мне нужны эти открытия? Потому что она должна знать, почему мой мозг напрочь отказывается её забывать. Или почему он умеет влюбляться только в одну и ту же девушку. Ей же говорю: – Это мне нужно, Крис, – притом чистую правду. Очевидно, ещё и искренне, потому что принцесса даже как-то смягчается, ответно глядя в глаза. Нас прерывает продавец, протягивая мне вату. Киваю в знак благодарности и подхожу к Крис. А она даже не мгновение замирает, словно уже готовится, что сделаю что-то сейчас, но я за руку её в наглую перехватываю и веду обратно. Вот теперь принцесса бесится по-настоящему. Огнём дышит рядом со мной, хотя и чуть отстаёт из-за каблуков, вперив в меня «мой любимый» взгляд. – Серьёзно, Арс, ты… – Догадываюсь, что раздражаю, – в очередной раз помогаю ей себя обласкать. – Но мне нужна буквально ещё минута. Чтобы подальше от людей отвести, которым не нужно знать, что она думает обо мне, если что-то пойдёт не так. – Подойдёт, – наконец останавливаюсь я возле одной из лавочек. Слева парковая зона с деревьями и поляной, справа огромная городская река, ближайшие люди в десятки метров, и то, судя по всему, кормят в реке птиц. Принцесса оказывается передо мной, всё ещё не понимает, что происходит. Пышет буквально праведным гневом, когда выпускаю её руку, и она складывает их на груди, но не успевает озвучить и слова, я сам начинаю. – Ты первая, – киваю на сахарную вату. Её серые глаза пропитываются не то недоумением, не то возмущением. – Что? – Кусай, – и это не предложение с моей стороны. Чистая уверенность, что она так и так это сделает. – Я не буду… – Давай, Крис, сделай это просто мне назло. Вообще нелогично, но как могу, с учётом того, что «назло» её любимый синоним меня, этот номер просто не может не зайти. Но она всё ещё стоит на своём. – С чего я вообще должна это делать? На такой вопрос я не рассчитывал, но всё равно от попыток не отступаю. – Потому что я упрямей тебя. Представляешь, сколько нам здесь стоять и перебрасываться ответами. Да я точно только больше и больше вывожу её из себя. – Сам тогда первый кусай, – заявляет она. – Откуда мне знать, мало ли, ты заранее всё продумал, и она отравлена. – Тогда мы умрем вместе, Рогозина, потому что я её попробую сразу, после тебя. Ага, через мгновение, как только она у неё окажется во рту. Крис сомневается, вижу, что ей буквально не нравится моё предложение, но она уже уступает, поэтому дожимаю. – Давай, Крис, просто сделай это, или ты боишься? Вот оно. Как я сразу не догадался, что нужно начинать с этого слова, которое единственное, по-моему, может её напугать. Сомневается, да, но её глаза зажигаются вызовом. Взгляд мгновенно острым становится и прищуренным. Вдыхает, а потом, наконец, тянется пальчиками к воздушному облаку, которое вверх поднимаю, не давая ей оторвать кусок. И сейчас Крис точно возмущена, а я даже озвучить её негодования не даю, отбивая одним словом: – Ртом, – на что реакция принцессы мигом отображается во вспыхнувших щеках. Да, я знаю, как оно выглядит – грязно и пошло, но я тут в принципе изо всех сил пытаюсь не съесть её, так что… И я хочу это видеть. Да ладно, хочу. Я молиться готов на то, чтобы Крис это сделала. Понимаю, что тогда вообще забуду про сон, но и это не останавливает. Я и так с ним особо не дружу с тех пор, как думал, что Рогозина мне просто показалась. Подумаешь, я всего-то буду видеть один и тот же момент на повторе. А Крис это сделает, уже решение вижу в её глазах, смотрит с подозрением, но ей и самой интересно, что я задумал. Её взгляд ни на секунду не отрывается от моего, когда она приближается к вате. Откусывает её, а я буквально прослеживаю, как скрываются кусочки за яркими, поблёскивающими от капель сахара губами, и… Мать вашу, хрен знает, как вообще в себе все порывы торможу проследовать прямо за ватой в её рот. Ей богу, знала бы Крис, что я хочу сделать с ней и о чем все мои мысли. А сам только ближе подхожу, над ней нависаю, продолжая не отпускать её взгляда. За рёбрами что-то мощное давит, такой голод разматывает, что сам охреневаю, как у меня получается её так нежно касаться, поглаживая только большим пальцем скулу. Но оно всё стоит того. Что в глазах её вижу и какими они становятся, когда едва лишь скольжу губами по её. Вкус сладкой ваты пробую и прямо в них выдаю: – Вот теперь и ты знаешь, какой вкус у твоих поцелуев, принцесса, и почему я никак не могу от них отказаться. Крис даже не моргает, смотрит на меня не то сокрушенно, не то разбито. В её взгляде снова слишком много «чего-то», но там точно нет ненависти. А ещё она меня не отталкивает и не посылает, хотя я всё ещё практически у её губ, когда вдруг задаюсь вопросом. Какого реально хрена? Это может и правда мой последний день с ней, так чего я туплю? Я хочу её целовать. Я хочу её обнимать. Я всё в ней хочу. И я собираюсь взять всё, что она готова мне будет отдать.