Глава 25

Сначала прихожу в ступор, а потом сразу в ужас.

Почему по дому разносится мой крик, если я стою здесь и не издаю ни звука?

Это кричу не я, это искусственный интеллект.

— Герда, что происходит? — дрожащим голосом выкрикиваю я и пытаюсь выбраться из помещения, но двери упорно на меня не реагируют.

Возвращаюсь к центру и осматриваю территорию.

Возможно, здесь есть запасной выход или окно, но поиски не увенчались успехом. Ничего нет, лишь гладкие панельные стены.

Внезапно в стене рядом со мной что-то щелкает и открывается проход.

Сколько здесь потайных помещений? Не дом, а бункер какой-то.

Осторожно заглядываю, но тоже никакой опасности не вижу. Как впрочем и в самой исцеляющей комнате.

Кроме истошного крика, больше ничего не происходит.

Неужели ИИ дала сбой, и ее замкнуло.

Прохожу глубже в тайную комнату и вижу в центре широкую кровать, а на стенах в обрамлении хрустальных бра выпирающие нанолампы.

Это что-то из прошлого, я такие никогда не видела.

Очередной щелчок, и раздается тихое шипение.

Бегаю взглядом по стенам и замечаю, как от светильников расходится полупрозрачный поток.

Хочу уйти отсюда, позвать на помощь своих Ксаров, но не могу сдвинуться с места. Внизу живота резко становится горячо, невероятно томно, и вверх по туловищу несется дичайшее возбуждение.

Дыхание учащается, глаза прикрываются от нахлынувшего удовольствия, все инстинкты испаряются и, не в силах устоять на ногах, я опускаюсь на мягкую кровать.

Из комнаты исцеления доносится грохот и грубые ругательства.

Мои Ксары нашли меня и пытаются выломать дверь. Вот только этот дом, как броня для его жителей, все настроено на защиту.

— Герда, мать твою, открой двери! — орет Арст, а я, понимая, что нарийцы близко, окончательно расслабляюсь.

Сил нет сидеть, все тело ноет, вибрирует от желания, и я ложусь на спину.

Непроизвольно извиваюсь, как змейка ерзаю на постели, руки сами тянутся к груди, ниже к животу, бедрам, но горит совсем в другом месте и уже приносит страдания.

Я слышу тяжелые, быстрые шаги двух пар ног. Герда открыла проход.

— Юни! — зовет Эл.

— Она здесь, — спокойно отвечает Герда.

— Чертова программа, если ты навредила ей, я вырву твой микрочип с корнем, разотру в пыль весь цифровой код, — ревет Арст.

Сквозь полуприкрытые веки, вижу, как мои Ксары заполняют проход своими высокими, мускулистыми телами, по одному забегают в комнату, и дверь за их спинами задвигается.

— Что происходит? — хмурится Элион.

— Юни! — хрипит Арстрон и смотрит на запястье, на котором отсутствует блокатор. — Шац!

Дыхание мужчин становится тяжелым, шумным, а кадыки нервно дергаются.

Этот газ или что там выходит из ламп, достигает их легких и подавляет здравый рассудок.

Зрачки Арста темнеют, у Эла становятся почти серебряными, они бегают по моему извивающемуся телу, раздевают глазами, а я совсем не против, чтобы они сделали это в действительности.

Тяну к ним руки, и нарийцы срываются с места, обступают меня с двух сторон и замирают.

Как же я люблю их и безумно хочу. Хочу, чтобы они оба коснулись меня, подарили свое тепло и ласку, доставили космическое удовольствие.

Без их рук, без губ и поцелуев, кажется, я сейчас сойду с ума.

Нет робости, стеснения или стыда, поэтому я смотрю по очереди каждому в глаза и медленно собираю подол лунного платья в кулачки.

Тяну его вверх, оголяю ноги, бедра, гладкий, ничем не прикрытый лобок.

Выше, еще выше, открываю для моих самцов узкую талию, налитую, упругую грудь и, наконец, полностью снимаю с себя эту совершенно ненужную вещь.

Мое обнаженное тело, нежная, светлая кожа для нарийцев, как красная тряпка для хищников.

Их глаза вспыхивают, и они набрасываются на меня.

— Дар великий, какое блаженство! — стону я от первых прикосновений своих мужчин.

Арст впивается в мои губы пожирающим поцелуем, а я обхватываю его темную голову и протяжно выдыхаю прямо в рот, потому что в это время Эл покрывает мою грудь жадными укусами, а руки пройдясь по животику, быстро спускаются к бедрам и опасно кружат рядом с пульсирующей плотью.

— Эл, Арст… Пожалуйста… Я хочу вас. Обоих.

Нарийцы на какое-то мгновение останавливаются, на невероятной силе воле отрываются от меня и переглядываются.

— Юни, — пытается что-то возразить Арст, но я не позволяю.

— Я люблю вас. Я хочу полноценно стать вашей лирой.

И тут до моих ушей доносится рычание двух диких, обезумевших зверей.

За доли секунды нарийцы избавляются от одежды и снова набрасываются на меня своими нежными губами, острыми языками и требовательными пальцами.

Это какая-то агония, сумасшествие, которое невозможно вынести.

Эл опускается мне между ног, раздвигает их, закидывает себе на плечи и впивается яростным поцелуем в нежную промежность.

Меня выгибает, я хрипну от надрывных стонов, а светлый нариец продолжает терзать мою истекающую соками плоть.

Его язык нарушает все границы моего существа, достает до самых чувственных точек, смакует клитор, и медленно, осторожно растягивает пальцами вход во влагалище.

Арст не оставляет без внимания верхнюю часть моего тела. Он до сладкой боли сжимает грудь, сдавливает соски, втягивает их по очереди в горячий рот и играет языком, прикусывает, зализывает и снова порабощает.

Поцелуи темного нарийца везде: на груди, вдоль ключиц, на самых эрогенных точках шеи, за ушами, на моих губах.

Мои сладкие и нежные, мои темпераментные и жесткие, мои желанные, мои любимые, мои!

Кислорода не хватает, острое возбуждение охватывает настолько сильно, что я начинаю хныкать.

Прижимаю к себе сильнее Эла, зарываюсь пальчиками в волосы Арста, даю понять, что хочу большего, что нет сил находиться на этой грани.

Не сговариваясь, Ксары поднимаются и поднимают меня.

Арст садится и облокачивается спиной об изголовье кровати, Эл подталкивает меня к брату, и я понимаю, что они в действительности хотят сделать со мной.

Не могу отвести глаз от мускулистого, рельефного тела темного нарийца, но когда сбегаю взглядом по торсу и упираюсь в просто огромный, вздыбленный член Арстрона, испуганно округляю глаза.

— Иди ко мне, девочка, не бойся, — хрипит Арст и нежно тянет меня к себе за талию. — Я не причиню тебе боль.

Я возвышаюсь над ним, стоя на коленях, моя грудь колышется напротив его лица, и Арст не обходит ее вниманием.

Пока темный нариец ласкает соски, разгоняя и без того острое возбуждение, Эл подходит сзади, проникает рукой между моих ног, собирает прозрачную влагу и обильно протягивает ее между ягодиц.

Не успеваю даже испугаться, как Арст подставляет к моей девственной плоти свой член, а Эл раздвигает полушария, и узкого входа сзади касается уже его готовый к наслаждению орган.

— Юни, малышка, — хрипит Арст. — Согласна ли ты стать нашей самочкой, которую мы всегда будем любить, защищать, заботится и оберегать? Скажи, девочка! Сделай на этот раз правильный выбор!

Ни секунды не раздумывая, отвечаю на выдохе:

— Да-а-а!

И в меня врываются одновременно два твердых, мощных члена моих самцов.