Глава 8

Слова Элиона пролетают мимо ушей, как галактический истребитель.

Смотрю на братьев и отмечаю для себя, насколько они похожи и в то же время разные.

Они близнецы, но один с темными как ночь волосами и суровым, холодным лицом, а глаза, словно черные космические дыры.

Другой, со светлыми волосами, черты лица такие же мужественные, как у брата, но выражение спокойнее, улыбка мягче, а глаза, как две звезды Милиана.

Ночь и день. Тьма и свет. Жизнь и смерть. И я все еще их боюсь.

Оба брата смотрят внимательно, чего-то ждут, а я…

Что???

Единоличные владельцы «ТехноГена»?

Обалдеть! Но я-то им, зачем нужна?

— Что, простите? — чувствую себя глупо и очень надеюсь, что никто из них не заметил моего пристального изучения их персон.

— Мы хотим предложить тебе высокооплачиваемую должность в составе специалистов высшего звена в нашей корпорации, — терпеливо повторяет Эл, а у меня челюсть почти отваливается.

— Нет, брат лукавит, — вступает в разговор Арст. — Мы хотели предложить, но теперь у тебя нет выбора.

От заботы и нежности Арста не осталось и следа, он снова стоит, как грозовая туча, и пронзает меня своими молниями.

— Юни, ты любишь стейк? — внезапно спрашивает Эл, а у меня мысли путаются от такого контраста информации.

Невнятно киваю и Эл, улыбнувшись, отворачивается к вертикальной камере, нажимает на панель, затем на какие-то кнопки, закрывает дверцу и после звукового сигнала достает поднос…

О, святой Дар, с дымящимся стейком, тарелкой с зеленью, от которой пахнет невероятной свежестью и чашкой кофе.

— Я решил заказать на свой вкус, — Эл ставит поднос передо мной на стол и возвращается к фуд-камере. — Ты слишком растеряна, и, судя по раздавленной буханке хлеба у тебя под курткой, уверен, голодна. А так как я могу тебя чувствовать, мне несложно угадать твои предпочтения.

Сглатываю слюну, а от ароматов предательски громко урчит желудок.

— Что значит «могу чувствовать»? — не понимаю я.

— Ешь. Давай обо всем по порядку.

Кажется, все мои инстинкты самосохранения падают до нуля, потому что я хватаю прибор и начинаю уплетать великолепный ужин.

Дар, я никогда не ела такого сочного мяса, а вкус зелени просто заставляет звенеть все рецепторы.

Эти братья — галактические миллиардеры, раз позволяют себе есть микрозелень.

Я не очень помню детство, но даже при условии, что наша семья была ближе к среднему социальному уровню, салатный лист на моей памяти у нас был раза два за мою жизнь. В основном мы ели тушеные корневые бобы, какие-то крупы, мясо дешевого млекопитающего. Больше особо ничего не помню. Вроде бы мама редко, но пекла пирог из кислых ягод, но, к сожалению, вкус его я давно забыла.

А вот в приюте нас кормили питательной жижей серого цвета на первое, и такой же массой, но уже густой на второе.

По утверждению смотровых это было протеиновое питание, подходящее для поддержания роста и здоровья особей любых рас.

Когда я доедаю последнее комбо мяса и листика, то понимаю, что в помещении стоит вакуумная тишина.

Поднимаю глаза и наталкиваюсь сначала на «звезды» Эла, которые излучают искреннее изумление, а затем перевожу взгляд и пропадаю в черных омутах Арстрона, которые просто кричат, что пора убивать.

Давлюсь куском и начинаю кашлять.

— Простите, здесь было на троих?

Ответа не следует, но Арст выходит из своего угла, по пути берет белый кусок сахарного кристалла, подходит ко мне и кидает его в чашку.

— Пей. Это все было для тебя.

Смотрю, как растворяется кристалл, а я все еще не решаюсь взять чашку.

Арст холоден, но этот жест, словно говорит о его попытке проявить заботу.

— Юни, ты когда в последний раз нормально ела? — мягко спрашивает Эл.

— А вы когда-нибудь жили в промышленном районе Нариона? Или в приюте? — ответ получается немного грубым, но и вопрос явно лишним.

— Я понял. Не волнуйся, это было все для тебя. Если нужно, ты можешь заказать через фуд-камеру все, что хочешь. Но лучше немного подождать. С непривычки тебе может стать плохо. Давай все же вернемся к нашему предложению.

Я делаю глоток сладкого кофе, но не сдерживаюсь и тихо стону от удовольствия.

— Юни, — Эл подходит слишком близко и предупредительно поглядывает на брата, — мы предлагаем тебе сотрудничество, повышенные месячные кредиты, комфортное жилье, легальную регистрацию, защиту неприкосновенности и после окончания сделки пожизненное пособие.

Отодвигаю от себя поднос и внимательно смотрю на светлого нарийца.

Нет, совсем невнимательно. Мое внимание все время отвлекает его озоновый запах, который просто отключает мозг, и мягкие губы, на которых я зависаю, как завороженная.

Изо всех сил призываю в себе человеческую сторону и пытаюсь понять, в чем подвох.

— Это очень щедрое предложение для такой простой и ничем не примечательной девушке, как я. И что вам нужно от меня взамен?

— Ты не права, что непримечательная. Ты как раз таки оказалась исключительной для нас вдвойне, — пытается подобрать слова Эл, но тут снова вмешивается прямолинейный Арст.

— Все просто, нам нужно спасти разработку и выявить в корпорации мерзкого рептилоида, который выкрал схему внутренней структуры наномолекулы и передал конкурентам. Твоя задача для всех быть нашей ассистенткой, а по факту в нужное время пробраться в логово врага и внести в код пару деструктивных нарушений. Это коротко. Вопросы есть?

Эл терпеливо ждет и не вмешивается, а у меня впечатление, что это какой-то розыгрыш сильных этой планеты, чтобы было не скучно жить.

— Есть, — шокировано подаю голос. — Почему вы решили, что это сделать должна именно я? Я не собираюсь никуда проникать и ничего внедрять. Мне не нужны проблемы с Министерством. Да и не смогу. Я даже не понимаю, о чем вы говорите.

— Тебя всему научат, все покажут и расскажут. Ты пройдешь специальную подготовку и будешь посвящена в более подробную стратегию плану, — продолжает все таким же железным и категоричным голосом объяснять Арст. — Выбора у тебя нет. Как впрочем, и у нас. Поэтому ты единственный кандидат на эту роль.

— Почему? Я вот выбираю отказаться. И вы не имеете права меня заставлять, — мне жутко страшно перечить темному нарийцу, но наружу лезет упрямая натура.

— Тебя никто и не будет заставлять. Ты сама согласишься.

— Арст! — подает голос Эл.

— Нет, брат, хватит, я хочу закончить этот вечер, — отвечает Арстрон и снова смотрит на меня. — Юни, ты носитель уникального гена феноменальной памяти, поэтому только ты сможешь запомнить сложной и длинный код, найти его в другом компьютере и внести изменения в нужной цепи.

Я холодею и непроизвольно вскрикиваю.

— Откуда вы знаете? Нет, не так! Вы все напутали, ошиблись, нет у меня такого гена! — напираю я, понимая, что пространство между мной и темным нарийцем начинает вибрировать.

— Ошибки нет, и если ты откажешься, то без защиты корпорации тебя рано или поздно вычислит Министерство. А знаешь, куда они отправляют таких милых самочек с таким уникальным геном?

— Ты мне угрожаешь? — вскидываю брови.

— Нет! Банально не оставляю выбора, как ты полукровка, не оставила выбора нам!