Глава 28 «Возьмите его в кольцо!»

Глава 28 «Возьмите его в кольцо!»

Я пропустила миг, когда на свет костра из темноты вышла бригада сианцев. В ответ на короткое приветствие нам пришлось потесниться. Сианские юноши расправили удобные складные стульчики, посадили своих девчонок.

Те держались особняком, не пытались с нами знакомиться, но внимательно слушали болтовню захмелевших (заветные скляночки!) кардарианцев и щебетание зяблов — они рассказывали поэтичную мифологию Яшнисс.

О богах-змеях и крылатых жрецах. Зигруд заинтересовался, начал копаться в деталях, нашел парочку аналогий из марионского фольклора. Кое в чем усомнился. Иногда мне кажется, он ищет богов, чтобы разоблачать, а не поклоняться.

Парни-сианцы оказались любопытны и деятельны. Быстро изучили земляной стол, попробовали наше угощенье, достали из холодильных рюкзаков закуску и пиво.

— А представление? — громко спросила Виджа. — Мы здесь не только жируем. Огонь любит песни и танцы. Огонь нужно задобрить, чтоб послал удачу.

— Это обязательно? — процедил горбоносый парень в комбинезоне, напоминавшем военную форму. — Вроде входного билета на вечеринку?

«Староста сианской группы, насколько я поняла. Его называют Эскаром».

— Нет, — покачал головой Андрей, — но раз случилась полевая встреча первокурсников, почему бы талантами не блеснуть?

— Петь и танцевать — вряд ли, — задумчиво сказал Эскар — Прыгать возле костра, как дикари, мы, конечно, не будем, а вот показать, на что способны… Пожалуйста!

Он посовещался с друзьями, потом попросил всех собравшихся наблюдать за небом. Сам отошел в сумрак, настраивая планшет или другой хитромудрый гаджет в руках.

Ожидание затянулось. Виджа откровенно ехидничала насчет сианских технологий, который дали сбой. Ластилась к Зигруду, вызывая во мне странное раздражение.

Кардарианцы снова навалились на пиво и начали обнимать подружек, как вдруг над полем вспыхнули искры бесшумного фейерверка. Потом небосвод озарился силуэтами длинноногих птиц. Навстречу им с земли неслась нежная мелодия флейты.

Я улыбнулась Андрею.

— Розовые фламинго! Красиво… У него лазерная указка или что-то вроде?

— Изобретательный народец, — почесал в затылке Андрей.

То ли завидовал, то ли восхищался.

— Боже, какая прелесть! — вздыхала Оленька. — Сердце захватывает. Вспомнилось, как гуси кричали на Севере, собираясь в стаи.

Снова тревожный запах цветов в запертой комнате… Тейя наклоняется к Оле.

— А где Йорти?

— Ему нездоровится, остался в общежитии.

— Хоу! Значит, завтра возвращается Трой. Учёба ему плохо дается, зато в покорении наивных девчонок нет равных, — сообщила Тейя с каким-то нервным злорадством.

— Спасибо, что предупредила! Мы будем настороже, — холодно заявила я.

Оля беззаботно хихикнула, поправляя очки.

— Меня вашим Троем уже неделю пугают.

— Смазливый шут! — выпалила Тейя. — Увел у меня двух прилежных избранниц. Мальта сходила по нему с ума. Знаешь, что он ей предложил? «Если действительно любишь», — сказал Трой. — «Ты должна переспать с моим кривоногим братом, доказать, что на всё готова ради меня. Бедняге ущербному тоже хочется сладкого, а никто не дает».

Оля сжалась, втянула голову в плечи, я схватила ее похолодевшую руку и обратилась к Тейе:

— Слушай, почему вы Йорта не примете в Союз невинных?

— Трудно догадаться? — прошипела она. — Йорт Калистиг самый порочный тип на курсе. Словно мусорное ведро готов подбирать объедки брата. У них вся семья с прибабахом. Богатеньких извращенцев вышвырнули с Тарсин, теперь они здесь купили имение.

— Это неправда! — закричала Оля. — Йорт совсем не такой. Он добрый, умный, порядочный… он ни за что бы не согласился на подобную гадость.

— О, да! Две недели он ещё держит себя в руках, а потом столько же отрывается с куклами в мамочкиной усадьбе. Целая коллекция синтетических игрушек.

— Хватит! — Оля зажала уши руками.

— Ты не понимаешь, — громко сказала я. — Тейе нравится смаковать тему половых отношений, особенно в виде сплетен.

— Посмотрим, что запоешь, когда интересы Калистигов коснутся твоих подруг! — Тейя обожгла нас гневным взглядом и удалилась, вихляя поджарым задом в красном комбинезоне.

— Оль, успокойся! Мы же не верим чокнутой фанатичке?

— Зачем… зачем она так про него сказала? Полина, зачем? — в Олиных глазах стояли слезы обиды за приятеля.

— Потому что, сама озабоченная дура — это же ясно!

— А если она права?

— Я не дам тебя в обиду! Я не боюсь ни Йорта, ни его семейку, выбрось плохие мысли из головы. Не хочу пропускать небесное шоу из-за одной истеричной девственницы!

Над полем медленно расправлял крылья огромный золотой ястреб. Громовой клёкот разносился далеко по округе. Хомурту не понравилось.

— Сделайте тише звук, иначе прилетят патрули!

В ответ на угрозу из темноты послышался грозный рык. Я вздрогнула, но Андрей успокоил.

— Молодцы с Нийласа любят подобные фокусы! Чуешь, как жареным мясом пахнет? Готов поспорить, опять поймали крота.

— Кого? — на меня смех напал, а хомурт уже за шкирку тащил к костру двоих хулиганов в мятой одежде.

Парни с Нийласа оказались мировыми ребятами. На смуглых лицах в широких улыбках блестели зубы.

— Мира вам и богатства! Но ведь и наши руки не пусты.

Они высыпали на стол орехи, достали горячий бекон. Устроили шутливое представление — поединок двух тигров. Похоже на самбо или айкидо, — бросали друг друга на землю через бедро, сплетались в жестких захватах. Но звуки при этом издавали правдоподобно — звериные. Жуткие.

Кардарианцы были в восторге, а хомурт велел кончать глупости. Пристально вглядывался в темные небеса, вдруг патруль спустится разгонять фестиваль культурного обмена. Мероприятие не заявлено, импровизация чистейшей воды.

— Среди нийласцев попадаются реальные оборотни, — заметил Андрей.

— Хотела бы я посмотреть.

Виджа разносила печеные клубни. На всю компанию, конечно, не хватит. Мы не рассчитывали, что будет столько гостей. Но каждый смог попробовать по кусочку, приобщиться главного блюда.

— Мы закопали в золу новую партию самых мелких, чтобы скорей испеклись, — сообщила Бренда.

А в разгар общей трапезы, среди легкой болтовни, смеха и насыщения, в сердце ночи раздался трубный протяжный гудок. Будто одинокий силач-музыкант потерялся во мраке и взывает о помощи. Силач, потому что нужны невероятно могучие легкие для громоподобного вопля отчаяния и тоски.

Оля тронула меня за колено, привлекая внимание.

— У него получилось, слышишь?

— Что это? — тихо спросила я, уже охваченная тайной догадкой.

— Наш мамонт пытается говорить…

— Скорее стонать. Девочки, пора вернуться в общагу! Представляю, как вымотался Собакин, надо его поддержать, — Андрей вскочил с мешков, начал копаться в рюкзаке.

— Это настоящая фамилия Фёдора? — вырвалось у меня.

— Насколько знаю, от отцовской еще на Земле отказался, выбрал новую. Теперь Собакин.

Андрей заметно нервничал и торопил.

— Юль, ты идешь?

— Чего так рано, мы еще посидим, — она пригрелась на сгибе руки Сокура, сонно хлопала глазами.

Хомурт заботливо укрыл ее мягким ковриком, в который прежде заворачивал бидон с простоквашей. Умилительная картина сельского быта! Крестьянская семья на привале отдыхает от полевой страды.

— Четвертая группа Холодного дома, все сюда! — я повысила голос. — Пушта, Питар, Виджа, Оля… вы же понимаете, что завтра снова учебный день. На лекции доктора Гука не выйдет отоспаться даже на задних рядах.

— Я в общаге останусь и никуда с утра не полечу! — Юлька широко зевнула, сворачиваясь в клубок прямо на животе Сокура. — Я в выходной пахала, словно лошадь, обязаны предоставить хотя бы полдня-ая-у… а-ах!

— Так нельзя! — неожиданно меня поддержал великан. — Занятия пропускать плохо.

Ласково посмотрел на Юлю, мягко задел ее волосы кончиками больших пальцев.

— Я тебя отнесу до Холодного дома, если обещаешь утром лететь в УДЭ.

— Ур-ра! Ты лучший!

— Я бы тоже не против прокатиться на великанской спине, — хихикнула Виджа.

— Могу предложить двухместный маневренный аэрокар, — улыбнулся Зигруд. — Домчит до вашей пещеры за две минуты.

Банальная вежливость или попытка мне досадить? Непостижимый марионец всерьез переключился на малышку с веснушками и мхом в волосах? Ух, я начинаю злиться. Совсем чуточку, для тонуса, для остроты ощущений.

— Итак, Юлю несет хомурт, Виджу доставит Зигруд, остальных захвачу я, — посчитал Андрей.

— Жаль, что уходите, — с сожалением произнесла Альдра. — Тогда мы проследим за кострами и соберем мусор. Доброй ночи… ха, до рассвета часов пять не больше.

С нами тепло простились нийласцы и тарсиане, даже сианская группа удостоила сдержанных кивков. Они в самом деле собирались еще задержаться у земляного стола, уплетая сочный бекон (надеюсь, не из крота).

Мы уже двинулись к летмобилю Андрея, когда над тёмной равниной снова послышался жалобный трубный зов. Ребята замешкались, обсуждая мудреные способности Фёдора, а я внезапно решила, что надо бы поискать еще клубней в золе. Помню, там и печеные бобы оставались.

Неужели мы не принесем уставшему коменданту гостинчик с полей? Да и Йорта не следует обижать. В сплетни Тейи нисколько не верю.

— Народ, подождите минутку!

Я бросилась к кострищу на отшибе, выломила прут из верхней конечности чучела, разворотила гнездо потухших углей. Справа переговаривались студенты, слева подмигивал огоньками летмобиль Андрея.

Впереди тусовалась банда Коцара, а позади… позади мне в затылок учащенно и жадно дышала смерть. Она приближалась мелкими скачками, тащила по земле оборванный трос и нитку вязкой слюны из распахнутых челюстей.

Я успела представить, как на месте остывающих углей вырастает огненная стена. В следующий миг раздался возмущенный скулеж ксеноморфа и яростный окрик Харку:

— Назад, гаденыш! Ко мне!

Фантомный барьер не мог удерживать зверюгу дольше пары секунд, а я остолбенела, не зная в какую сторону бежать, ведь агрессивная тварь неминуемо ринется следом. Интуитивно поняла, что нужно замереть, удобнее перехватив единственное оружие — палку с дымящимся концом.

— У тебя редкий дар притягивать негатив! — жестко произнес Дикмор.

Спаситель появился из темноты, теперь наматывал ветровку на правую руку.

— Встань за мою спину! Скорей!

«Не слишком-то она широка…»

— Вы как всегда вовремя, господин Шаман!

Послушно сделала два маленьких шага в сторону, пружинисто наклонилась, — готова встретить врага. Затылком слышала, как суетится народ, сианцы четко отдавали приказы, потом рассыпалась колючая брань Коцара.

«Тупые морды, не повредите моего малыша, — сам поймаю!»

«Девочек надо защитить!»

'Оцепить периметр! Возьмите зверя в кольцо!

"Сеть! Нам нужна прочная сеть'.

Ксеноморф прыгнул, как железный кузнечик, наткнулся на кулак ведьмака и лязгнул свернутой на бок челюстью. Тут же вокруг нас появилась стена густого тумана, скрыла от остальных, приглушила звуки. Шаманская магия.

Дикмор упал на колено, прижимая монстра к земле, — тот недолго поскреб лапами и затих.

— Надеюсь, вы его не убили? — спросила я. — Коцар ужасно расстроится.

— Надеюсь, второе клеймо нарушителя его образумит. Этот парень давно по краю ходит.

— За что? Нет, я все понимаю, но…

— Ты могла пострадать. Или кто-то другой. Свободный выгул запрещен для ксеноморфов. Их нужно держать на привязи или в клетках.

— Теперь его уничтожат? В смысле, ксеноморфа, не Коцара же… — у меня противно заплетался язык, слегка подрагивали колени.

— Ни в коем случае!

Дикмор замотал зверюгу в свою ветровку, туго спеленал ему пасть прозрачной лентой вроде скотча.

«Высокие небеса! Теперь он его укачивает, словно младенца».

— Разве можно угнетать такого славного малыша? Ксеноморфы давно внесены в Межпланетный реестр ПИВ и подлежат охране, — почти ласково ворковал ведьмак.

— Как вы сказали — пиф? Что это значит?

Дикмор пренебрежительно глянул на меня снизу вверх.

— Брось бесполезную палку, испачкаешь одежду и руки. Ты сейчас удивительным образом напомнила мне одну картину из музея Древнего мира. Та же поза и выражение лица… М-да, теория женских митохондрий во всей красе. А что касается ПИВ — это сокращенная форма от «полезные исчезающие виды». Так понятно?

— А что было на картине в музее? — мне хотелось докопаться до истины. — И чем полезны ксеноморфы?

Дикмор выпрямился с «чужим» на руках.

— Как-нибудь расскажу. А сейчас вытащи у меня из левого кармана салфетку.

— Э-м… из кармана ваших брюк? — уточнила я.

— А есть еще варианты? Побыстрее, Полина!

Пришлось искать карман, то есть шарить рукой по его бедру. Унизительная неловкость с приступом дежавю. Почему он вечно заставляет меня прикасаться к своему телу?

«Чёртовы узкие штаны! Да там же ничего нет, кроме россыпи мелких пуговиц и пластин. Может, это таблетки? А, вот еще ключ…»

— Ты ошиблась, Полина, — со вздохом заметил он. — Ты исследуешь правый карман — увы!

— А вы специально повернулись правым боком? Ну, простите! — едва не рычала я.

— Наберусь терпения. Продолжай поиск и добьешься успеха.

В голосе Дикмора слышалась издевательская насмешка, и меня охватила злость. Если так надо, я готова по локоть руку засунуть в его штаны. Тщательно исследовать все их содержимое. И пусть не дергается, если процедура покажется грубоватой.

Никто не заставлял делать карманы такими узкими и длиными. Совать в них всякую чепуху… уф-ф!

— Держите ваши салфетки!

«Почему меня так трясет…»

— Уж будь любезна, достань парочку из упаковки и оботри ксеноморфу затылочную складку. Флюиды белого сандиго его успокоят и усыпят. Или ты боишься?

Стиснув зубы, я исполнила новое поручение. Хотелось признаться вслух, что гладить мерзкого зверька мне было куда приятней, чем трогать мускулистые ноги ведьмака даже через ткань.

— У тебя щеки горят, ты не заболела? — с участием спросил Дикмор. — Не следовало проводить день в поле, если еще слаба.

— Я в отличной форме!

— Рад слышать. Тогда подержи ксеноморфа, он почти задремал. И запомни на будущее, его тревожат громкие звуки. Тонкая нервная система. Срабатывает механизм самозащиты, вот и напал.

«Лютая дичь! Ведьмак собирается оправдать тварь, которая меня чуть не загрызла? Серьезно?»

— Осторожней, Полина!

Наши пальцы соприкоснулись — сверкнул электрический разряд. Черные глаза Дикмора совсем близко — словно провалы в неведомую глубь космоса.

— Теперь знаю, кем вы были в прошлой жизни, — мстительно пробормотала я.

— И кем же?

«Он будет выглядеть моложе и беззащитней, если убрать щетину с лица. Терпеть не могу обросших самцов с претензией на повышенную брутальность!»

— Вы сжигали девушек на костре, — прошептала я, баюкая на груди ксеноморфа (тяжелый, зараза!)

— Я изучил свою личную историю до седых времен, твои ассоциации не верны.

«Он у монстра научился клацать зубами? Правдоподобная версия».

— До седых времен — это как? Помните себя в теле рыбы, выбравшейся на сушу впервые? О, прежде в облике хищного полипа… Вам хватало питательных веществ или быстро научились гоняться за инфузориями?

Дикмор криво улыбнулся, ноздри точеного носа затрепетали.

— Лекции доктора Гука не прошли даром. У тебя чудное воображение. Жаль, ксеноморф не слишком впечатлен. И ты упустила драгоценное время для защиты.

— Вы снова мной недовольны?

«Полина, остановись! Плевать, что он думает! Тебе вовсе нет до него дела».

Дикмор облизнул нижнюю губу, словно ему предложили на дегустацию сочный ростбиф.

— Порой ты напоминаешь мне редкую рыбку с Габа. На своих крохотных плавничках она несет яд и лекарство одновременно. Но секрет в том, что рыбка меняет содержимое желез в зависимости от настроения. Что ты готова подарить миру, студентка с Земли?

— На добро я всегда отвечаю взаимностью. Как-то примерно так… И мир пока ко мне благосклонен.

Стена голубого тумана рассеялась, нас сразу окружила разноголосая толпа. На Харку было жалко смотреть, Бренда бинтовала ему ладони, похоже, ободрал тросом.

— Господа студенты, полевые работы на сегодня окончены! — зычно провозгласил Дикмор. — Все разлетаются по убежищам.

— Вы хотели сказать — домам? — кокетливо уточнила Тейя.

— Абсолютно верно, спасибо!

За что он ее благодарит — непонятно. Малютку — «чужого» именно я держу на руках. Кажется, ксеноморфик уснул.

«Баюшки-баю, не ложися на краю, а не то придет волчок, попадется на зубок и… дальше возникнут проблемы с пищеварением».

— Такой подставы больше не будет, господин Мортон! — угрюмо бормотал Коцар. — Верните мне Липучку, я за ним присмотрю.

— Вы оба летите со мной для составления подробного отчета!

Коцар взвыл, разрывая на груди майку. Похоже, у него аллергия на канцелярскую волокиту. Дикмору даже не потребуются другие орудия пытки, кроме бумаги и примитивных письменных принадлежностей.