Глава 27 Трудовой десант

Глава 27 Трудовой десант

Работали мы не спеша, вслух считали рядки, с юмором комментировали каждое гнездышко. Овальные клубни в крепкой коричневой кожуре напоминали картофелины высшего сорта. Мелочь почти не попадалась, и я откладывала ее отдельно, для фермы хомуртов.

Когда небо начало темнеть, на поле притопал Сокур с бидоном, напоминавшим бочку. Разместился на вытоптанном участке Юлиной полосы, сгреб под задницу ботву.

— Эй, мелюзга-таракашки! Ползите сюда, я принес кислое молоко.

Народ с удовольствием расправил согбенные спины, посматривал на гостя с любопытством, но не спешил приближаться к мрачному великану. Никто, кроме нашей боевой казачки Тобейчик.

Юлька побросала мешки и ведра, потирая поясницу, направилась к хомурту.

— Чего так долго?

— Хлев чистил.

— Пф-ф… я сейчас умру. Это нереальная жесть! — хныкала Юлька. — У меня спина болит. Завтра не встану.

По-моему, притворялась и кокетничала, чтобы Сокур пожалел. Надо же так окрутить громилу! Он грузно поднялся, подвинул кадушку с водой, чтобы наша лапушка помыла ручки, а потом нацедил из бидона кружку густой белой массы.

Юля без церемоний уселась на мощное колено хомурта, откинулась назад, прислонясь к его животу… отдуваясь и постанывая от блаженства, глотала йогурт.

Меня в жар бросило от этой живописной картины. Она совсем не понимает? Он же мужчина, а не ростовая кукла. Он может принять ее простоту за расположение. И приглашение.

Я грохнула ведром и нервно стянула грязные перчатки.

— Андрей, пошли! Мы тоже заслужили простоквашу. Одной ей столько не выпить.

Хомурт сегодня добрый или Юлино присутствие смягчило суровый нрав, но нам выделили по кружечке местного «бифидока». Попробовала с опаской, а потом была готова разделить восторги подруги — очень питательно и вкусно.

— Что-то вы рано начали отдыхать! — заметила Виджа. — Позже всех объявились, еле-еле копали…

— Врачи запретили Полине нагрузки! — заступился Андрей. — Она еще не оправилась после… после той ночи.

— Расскажи, как выглядят твари! — обратился ко мне один из кардарианцев, подошедший с Харку. — Поверить не могу, что девчонка смогла одолеть «пиявок».

— На втором курсе научат каждого, — фыркнула подружка Альдры.

— Ребят, вы не наседайте, — вмешался Андрей. — Нам осталось закончить последнюю полосу, потом вместе посидим у костра, поделимся впечатлениями, обсудим праздник Питомцев.

Я вытирала губы от молока, неодобрительно косилась на Юлю, которая приняла хомурта за диван.

«Вечером будет серьезный разговор!».

И вдруг поймала цепкий взгляд Зигруда. Неужели на моем лице осталась полоска йогурта или прилипла земля? Сжимая вилы в руке, Зигруд шептал о чем-то Видже. Она кривила губы и хмурилась. Потом скорчила сердитую рожицу и подхватила мешок.

Проходя мимо меня, Зигруд тихо сказал:

— Отдыхай, Полина, справимся сами!

Нет, он всерьез собирается меня покорить. Я отзывчива на заботу. Могу и растаять от чувств. Шутка! Но инициатива Зигруда имела успех. Скоро к нему с другой стороны рядов присоединились Харку и Бренда, а середину заняли Пушта с Питаром. А там и другие втянулись…

— Ур-ра! — прыгала Юля на могучем колене хомурта. — Мы вы-ко-пали лунную картоху! Давайте её зажарим!

— Может, лучше лягушек? — с надеждой спросила Виджа. — Обожаю хрустящие лапки.

— Лягушек отдайте мне. Обменяю на мармелад, — деловито предложила Альдра. — Ищу жратву для питомца.

Парни начали собирать ботву для костра, притащили охапку сухих жердей. Мы расселись вокруг на брикеты с мешками, благо Триша выдала солидный запас.

Но вот с темных высот небес раздался угрожающий гул. Пожаловала банда кардарианских рокеров во главе с Коцаром. Наши слегка напряглись. Харку двинулся на край поля — приветствовать вожака. Мы делали вид, что заняты костром, а сами исподтишка подглядывали.

— Если начнут приставать, Сокур выкинет их отсюда в два счета! — уверенно сказала Юля.

Зяблы на всякий случай подсели ближе к хомурту, а он ласково облапил Юлькины плечи в знак поддержки. И зря такой беззаботный… Кардарианцы — старшекурсники — ребята драчливые, могут напасть толпой.

Однако никто не спешил нас задирать.

Коцар вытащил из объемного рюкзака нечто подвижное и живое на двух прыгучих лапках. Существо с пронзительным писком дернулось в нашу сторону, но ускакало недалеко — придержал поводок, напоминающий стальной трос.

Я сделала вид, что собираю остатки ботвы с поля, — удерживая вилы в руках, приблизилась к летающим байкерам.

Коцар давал наставления Харку:

— Даю тебе Липучку на выгул! Он должен привыкнуть к временному хозяину, чтобы не испортить весь праздник. Справишься?

— Постараюсь. Доверишь на всю ночь? — осипшим голосом уточнил Харку.

— Да не… измотает. Через часик запрем снова в клетку. Побродишь вокруг с парнями — пусть узнает твою хватку, а я пока с мелюзгой посижу. Девчонки тут сочные!

Он помахал мне растопыренной пятерней.

— Привет, белобрысая! Когда новые сапоги принесешь? Или штаны… но лучше бы нарядные трусишки. Разве среди демонюг не бывает горячих баб?

Охрана дружно загоготала, а я сгребла в кучу сухие стебли и сквозь зубы ответила:

— Распродажа окончена. Лавки пусты.

Коцар толкнул коленом свою машину, шлепнул по сиденью.

— Давай прокачу!

— Высоты боюсь. Летаю только в случае крайней необходимости.

— Тогда можно подсесть к вашей дружной компании?

— Рискните здоровьем, — вежливо предложила я, продолжая рассматривать юркое существо, которое рвалось с троса Харку.

Гладкий, вытянутый череп блестит, зубастые челюсти активно выделяют слюну. Напоминает легендарного «чужого» в детском возрасте.

Ридли Скотт тоже окончил УДЭ? Тогда все ясно.

Коцар вразвалочку закосолапил к нашему костру, пришлось идти рядом.

— А что ты один? Где подружка?

— Наводит красоту в «черепахе». А ты, наверно, выбрала себе хомурта?

— Упаси Боже!

Коцар одобрительно засмеялся, потрепал меня по плечу, не успела отпрыгнуть.

— Слушай, не лезь!

— Ладно-ладно… я же по-дружески. Ты мне по душе, уяснила? Ледышка с характером. Я таких уважаю. У тебя есть яйца.

«Придурок! У меня вилы заточены…»

А на поле у костра происходило занятное действо. Хомурт стучал ладонями по бокам бидона, прищелкивал языком. Пушта свистела, Питар издавал булькающие горловые звуки. Под эту своеобразную музыку Виджа исполняла охотничий танец Гиды.

Я залюбовалась нашей малышкой. Пушистые волосы заплетены в массу тонких косичек, собраны в пучок наверху, концы дерзко растрепались. Большие, выразительные глаза Виджи искусно подкрашены, на щеках россыпь голубых точек.

Изящная фигурка, обтянутая короткой туникой, то крадется и замирает в засаде, то натягивает лук или отклоняется для броска пращи. Сама Виджа надувает губы или вытягивает их в трубочку, подражая повадкам животных. Зрители хлопают в ладоши, подчиняясь единому ритму.

Я не скрываю восхищения, таким эффектным пляскам не научишься за неделю. Это в крови. Либо есть от рождения, либо дается путем упорных тренировок.

Внезапно в руках охотницы оказалось копье. Она виртуозно вращала им, кружась у костра, ускоряя темп, и вдруг с воплем метнула в зрителей. Сердце мое содрогнулось, хотя удар был направлен в противоположную сторону.

Зигруд с улыбкой вытащил копье из пачки мешков, на которых сидел с расставленными ногами. Поднялся, отдавай оружие владелице.

— Приняла меня за кабанчика? Хр-хр… но я еще жив!

— Я тебя поймала! Почему пощады не просишь? — запыхавшись, кричала Виджа.

— Раненый зверь опасен! — зловещая улыбка Зигруда не предвещала легкой борьбы.

В одно мгновение он подхватил девчонку на руки, лишил ножей за поясом и обвязал руки куском бечевы. Виджа сопела, царапалась и пыталась его укусить.

— Игра не окончена, — ухмылялся Зигруд. — Теперь твоя очередь. Если согласишься, конечно. Заставлять я не буду.

Он прислонил ее к соломенному чучелу в капюшоне и отошел на пять… шесть… восемь шагов. Перехватил за лезвие собственный нож.

— Ребята, остановитесь! — крикнула я. — Андрей, что ты молчишь, надо прекратить!

— Как чуял, что веселье в разгаре! — ухмыльнулся Коцар.

Народ вокруг зашумел разноголосо. Девчонки возмущались поступком Зигруда, а мальчики…

Что ж, мальчики считали его вправе наказать хулиганку. Но я кое-что поняла. Виджа втрескалась в Зигруда по уши. И бросок копья был странным способом выразить симпатию. А вот его реакция меня удивила. Он собирается цирк устроить?

— Зигруд, не надо!

— Пусть Виджа сама попросит! — его голос возбужденно вибрировал.

— Бросай, чего ждешь! — приказала храбрая малышка, распутывая запястья.

Мне показалось, или она всхлипнула? Я встала перед ней, уперев ладони в бока.

— Мы и так верим, что ты меткий стрелок. Предлагаю оставить неповинное чучело в покое. Вдруг обидим прототип.

В народе колыхнулась волна смешочков.

— Отойди! — мягко попросил меня Зигруд.

Наконец Андрюша очухался, помог Видже освободиться, попытался увести, но мелкая вредина обняла столб и шипела, как дикая кошка в тростнике.

— Нет, детишки, так не делаются дела! — наставительно сказал Коцар. — Уберите девчонок. Я тоже хочу посмотреть, на что способен этот пацан.

Он мизинцем сдвинул меня с дороги, подхватил Виджу под мышки и передал Андрею, а сам занял ее место возле чучельного столба. Облокотился на перекладину, деланно зевнул.

— Теперь порядок. Теперь можно бросать.

Зигруд сделал еще один шаг назад. Наметил цель и метнул клинок. Пауза тишины взорвалась громом хвалебных криков. Лезвие застряло в деревяшке прямо над головой кардарианского вожака. Коцар увел синие очи вверх и одобрительно крякнул.

— Это я понимаю, малёк! Это неплохо вышло. А теперь давай поменяемся местами.

Вокруг догорающего костра вновь стало тихо. И тут Юлишна подала голос:

— Народ, я ужасно голодная, мне йогурта мало, а картошку еще долго ждать. У-у… Может, хватит причиндалами меряться! Может, полянку накрыть? У нас хлебцы и паштет. Сделаем на всех бутерброды.

— Фёдор копченую рульку выдал, — вспомнил Андрей.

— Мы принесли печенье и мармелад, — подхватила Альдра. — Парни, тащите скатерть!

Помятая Виджа подошла к Зигруду с опущенной головой.

— Прости. Я так больше не буду.

— Все в порядке, — он потрепал ее по вихрастой макушке, положил ладонь на плечо.

— Отказываешься? — крикнул Коцар. — Коленки дрожат?

— Свои бы проверил! — огрызнулся Зигруд.

Я видела, как Юля привстала, чтобы шепнуть Сокуру на ушко нечто секретно-важное. Тот кивнул и снова хлопнул по бидону. На сей раз крышкой.

— Мне поручено следить за порядком на поле! Здесь копали умники с первого курса, а чужаков я не звал. Можете убираться!

— Умники? — переспросила Оля.

— Он так всех студентов зовет, — хихикнула Юля.

Сладко потянулась, расправляя плечи, и вдруг запела во всю налитую грудь.

— Ой, то не вечер, то не ве-е-чер… а мне малым-мало спало-о-о-ось…

— Здорово, что концерт продолжается, — Оля схватила меня за руку. — Мне так нравится сегодняшний день! Мы все вместе, словно большая семья. Жаль, Йорт приболел.

«Все-таки помнит своего неказистого кавалера…»

Юлишна голосила на всю округу, народ с непривычки заслушался и притих. Андрюха разворошил угли, начал клубни закапывать в золе. Питар зажег неподалеку новый костер, чтобы стало светлее. Приладил распорку над огнем, повесил ведерко с водой.

Эх, напрасно я не взяла из общаги бабушкин узелок, сейчас бы пригодилась щепотка колдовских трав для умиротворения общества. Но кто бы мог подумать, что после трудового броска нас ждет такая классная тусовка!

Кардарианские девахи сноровисто резали бутерброды, парни их брянчали склянками, разливая сомнительные напитки, кто-то шутил насчет увеселительного дымка.

— Я вам дам «порошочек» погреть! — рявкнул Сокур. — Замечу хоть одного с запрещенным зельем, кости переломаю. Я — редкий вид, мне ничего не будет. Пожурят и отпустят, а ваши хлипкие кости долго болят.

— Какой ты у меня грозный! — умилилась Юля.

Коцар с досады тряхнул чучело в капюшоне и убрался к своей аэробанде. Или проверить, как там поживает Харку с питомцем.

Я уже расслабилась, когда из полумрака к нашему сборищу вышла группа тарсиан.

— У вас шумно. Разве Сетку не отключили?

— Еще полчаса назад, — уточнил Андрей. — Но мы и без Интернета умеем себя развлекать.

— Можно к вам присоединиться? У нас жареные бобы и грудинка с луком.

— Валяйте! — Андрей указал на импровизированный стол.

Кардарианские молодцы вырыли в утрамбованной земле проходы вокруг прямоугольной площадки, застелили саму площадку тентом, сверху приладили клеёнку. Вообще, они были мастера на всякие походные совершенства, вроде умывальника или табуретов из чурбаков.

— У нас мало городов, мало удобств, — сообщила Альдра в ответ на мою похвалу. — Мы растем, как трава на скале, вынуждены с детства приспосабливаться к суровым условиям.

И тут же горделиво улыбнулась:

— Зато нас никому не победить. Даже сианские ястребы клюв свернули и предпочли заключить мир.

— Не слишком уж себе льстите, — Андрей ввязался в разговор, — просто на вашей холодной Карде мало полезных ресурсов, вот сианцы и отступились, посчитав расходы на войну.

— Тебе все хочется изгадить! — дернулась Альдра. — Ну, подожди… посмотришь, как они поступят с твоей планетой. Дай только срок!

— Дикмор сказал, всему живому и разумному в галактике может грозить беда. Людям надо держаться вместе, — мне хотелось прекратить спор.

— Мы слишком разные, — грустно сказала Альдра. — И потом… решать все равно будут серьезные дяденьки наверху. Те, у кого есть власть и большие ларры.

— Деньги — иллюзия, — усмехнулся Зигруд, бесшумно вырастая за моей спиной. — Я никогда к ним не прикасался вживую, не знаю, какой у них цвет и запах. Банковская карта — просто кусочек пластика.

— Однако на эту иллюзию можно купить еду и тепло… развлечения, иногда даже дружбу, точнее, ее иллюзию, — начала заумно перечислять я.

— Тебе миранги понравились? — перебил Зигруд.

— О-о, не пробовала еще… если честно, хотела разделить с Виджей. Она призналась, что любит эту штуку.

— Девчонка просто заноза, — прищурился Зигруд. — Пока вместе работали, мне сто раз хотелось ее отшлепать и вывалять в земле. Оттаскать за зеленые волосы… Ух!

«Почему его признание меня задевает? Я ж не ревную. Глупость какая!»

Тонкий, пряный, едва уловимый запах духов и опасности заставил меня повернуться. К нам подошла (или подкралась) тарсианка Тейя — длинная, узкая, в гладком змеином комбинезоне.

— Так что с моим предложением, Зигруд?

— Я готов присоединиться к Союзу невинных, — кивнул он, — у вас интересный ритуал посвящения. Напоминает древние мистерии Марионы.

Тейя приложила ладонь к груди в знак согласия. На вишневых губах мелькнула усмешка. Еще бы не радоваться? Кролик торопится в пасть анаконды.

Моя задача — следить, чтобы Олю в секту не заманили.

Зигруд — поклонник жестоких богинь, справится сам!

Вдохновившись бурными аплодисментами, Юля догадалась соскочить с уютных коленей хомурта и прошлась вокруг костра с новой казачьей песней. А когда замолчала и поклонилась, троица парней — тарсиан поднялась с места.

Театрально обнявшись и покачиваясь, златокудрые молодцы принялись горланить шутливую балладу про деву, которую похитил дракон. Она навела порядок в его логове, приготовила знатный ужин и усыпила чудовище колыбельной. Утром они сыграли свадьбу и все такое…

В песне еще была пара фривольных подробностей, от которых даже хомурт задумчиво кашлянул, почесав квадратный подбородок. Интересно, в первую нашу встречу Сокур был неопрятен и дюже лохмат, а сейчас физиономия выбрита, и волосы собраны в аккуратный пучок на затылке.

Дружба с нашей садовой ведьмой благотворно влияет на великанов. Посмотрим, что будет дальше.

Пока изучала массивную фигуру хомурта, Тейя уселась рядом.

— Понравилась сказочка про дракона?

— Девочки любой расы любят истории, где злобный монстр вертит хвостом перед юной красоткой. Слушается во всем и осыпает подарками. Девочкам нужны чудеса на уровне сладких конфет. Без них девочкам скучно, как Зигруду без богов.

— Но учти, — это был сокращенный вариант тарсианской легенды, — предупредила Тейя.

— А что же в финале? — лениво спросила я.

— Женщина родила сына, а когда мальчуган возмужал и окреп, они вместе убили седого дракона, забрали его сокровища, спустились в долину, наняли войско и стали первыми царями тарсианского мира.

— Интересный поворот!

Тейя милостиво коснулась моей руки.

— Сожалею, что не можешь быть полезна Союзу, так хотя бы не мешай!