Глава 23

В храме я провела уже пять дней, а до покоев Диса впервые добралась лишь сейчас. Ранним утром, до завтрака, пока его высочество не стало занятым и неуловимым. Повода для визита было сразу два: выяснить, что с Ярушкой, и передать одну просьбу от Марисы. В том, что я до сих пор жива, определенно есть ее заслуга. Хотелось отблагодарить чем-нибудь за помощь и бдительные ночевки в моей комнате. Не для того, чтобы поменьше чувствовать себя в долгу, а чисто по-человечески. Да и мне ничуть не сложно!

Стража в коридоре встретила меня учтиво и без вопросов, все-таки невеста. Правда, залететь с криком: «Сюрприз» не позволили, доложили о моем приходе. Внутрь пропустило, едва приблизилась, я наступила на порог, ловко придерживая пышную юбку.

Дис был не один – с Инитой Ривэн, светилом гардской журналистики. Она вся элегантная, в костюме, в котором хоть сейчас выпуск новостей вести. Стояла у стола, заваленного бумагами с яркими графиками, он задумчиво перебирал их. Кажется, операция «перехвати принца пораньше» пользуется успехом.

– Ваше высочество, – я изобразила реверанс, покачнулась и чуть не упала, он с трудом сохранил серьезное выражение лица, – я надеялась вклиниться перед вашим плотным расписанием.

– О, я как раз закончила. – Инита торопливо собрала разбросанные бумаги в аккуратную стопку. – Элдислен, мы продолжим освещать вчерашнее событие, спрос аудитории на это колоссальный. Исследования ученых магов показали, что благодаря вам природа вокруг замка восстановится в ближайшие пять лет.

– Хорошо, – ответил Дис слишком устало для начала нового дня, – что получилось.

– Я всегда в вас верила, – сказала она, буквально светясь, – ваш отец бы вами гордился.

Посмотрела на него как-то странно, прежде я такого взгляда за ней не замечала. Ностальгически-теплого, нежного. Переигрывает! Если это она пыталась меня убить, то теперь ей надо мою бдительность усыпить. Что взять с беспринципной журналистки, объявляющей во всеуслышание ничего не подозревающих девушек чужими нареченными?

Только дверь за Инитой закрылась, вывалился Ярушка – из шкафа, мне под ноги. Перекатился кубарем, вскочил и приветливо пискнул:

– Ёна!..

– Вот ты где, маленький… – Я подхватила его на руки. Обняв, уткнулась носом в пыльную макушку. – Хорошо себя вел?

– Нет, – сдал его Дис.

– Неть, – подтвердил Ярушка, – ащ-ащ-ащ!

– Покусал кого-то?!

– А-а-ащ, – зарычал тот гордо.

– Стража в саду, – просветил Дис, – который полез проверять шевелящийся куст папоротника, где почивало наше чудовище. Больше я его гулять не выпускаю.

– У-у-у, – пожаловался Ярушка и заворочался, удобнее устраиваясь в моих объятиях с намеком, что соскучился.

– И что сделал страж?..

Я взволнованно осмотрела ханика, покрутив так и эдак. Никаких повреждений, лишь недовольное урчание от столь варварских манипуляций.

– Страж перепугался и орал. Теперь в отпуске. Нервы лечит, рассказывая целителям про красные глаза в кустах и демонов, норовящих оттяпать руку по локоть.

П-ф-ф! Какой-то не бравый страж попался. Правильно, нам тут таких не надо. Я спустила Ярушку на пол, он юркнул под стол – в нагромождение знакомых коробочек. Пока пыталась понять, те ли это самые, взгляд уперся в угол комнаты. А там… Там стоял единорог. Пейджер-единорог!

– Сто-о-оп, – я ткнула пальцем в статую, напрочь позабыв о манерах, – это же… твои вещи. Из Междумирья, из общежития! Откуда?

– Легион прислал, – нехотя поделился он, – пару дней назад. Точнее, Лэнсон… Я имел с ним приватную ментальную беседу. Он обещал сохранить информацию о личности Глэдис, полученную в ходе закрытого сверхсекретного расследования бойни в тоннеле.

– Очень мило с его стороны…

– Угу, – ухмыльнулся Дис, – взамен я дал обещание вернуть создательницу на место и не мешать перенастройке источника.

– Почему мне не сказал?!

– Тебе и так непросто, чтобы вдобавок о перенастройках источника переживать.

– А ну брось, – возмутилась я. – Да, о Лэнсоне я думать забыла, но объясняться с ним пришлось бы, и проблема с моим возвращением в Междумирье никуда не делась. Я благодарна, что ты ее решил.

– Пока не решил, – вздохнул он, – тебе опасно возвращаться, фанатики в тоннеле не единственные были. Я разберусь с ними, и они тебя не тронут. Но прямо сейчас заняться этим затруднительно…

Ну да, трон-то пока не вернул…

В дверь постучали, голос стажа из коридора бесстрастно объявил:

– Ваше высочество, к вам пришла дочь его эллодинаского владычества Клелия Даос-Гриц.

Да что же такое! Ей-богу, принц у нас нарасхват.

– Пропускайте, – велел Дис, подавив еще более тяжкий вздох. – Счастье, что ты здесь.

– Неужто боишься ее? – хихикнула я.

– Опасаюсь. – Он покосился на дверь, за которой послышался бодрый цокот каблучков. – Страшно представить, что ей понадобилось.

– А ну нечего пугаться, – пожурила я шутя, – будущий правитель ты или кто!

Его лицо вновь обрело стоическое выражение, мгновением позже в покои влетела она – фурия. Распахнутые полы плаща, словно крылья, не принцессовый серый походный наряд под ним. Золото волос по плечам, блеск в глазах.

– Доброго утра, – пропела она. – Лёна… Хорошо, что ты тут!

Как меня все рады сегодня видеть…

– Все в порядке? Вас устроили в храме с полагающимися удобствами? – по-светски спросил Дис. – Во что переодеться, тоже должны были дать.

– Не мой стиль. Но не тревожьтесь, я в порядке. – Клелия сложила ладони в нарочито смиренном жесте. – У меня был долгий вечер и долгая ночь, чтобы подумать над всем услышанным. И я думала…

– Матушка вас не учила, что думать вредно? – осведомился он.

Не, ну сам же ее дразнит и провоцирует!

– Согласна, вредно. Но вы рискните, попробуйте. Можно что-нибудь понять… интересное весьма.

– Если попробую и пойму, непременно с вами поделюсь.

– Я первая! Мы встречались раньше.

Меня бросило в жар, Дис изогнул бровь и невозмутимо обронил:

– С чего вы взяли?

– Лёна – ваш друг, а последние полгода она учится в магическом университете. Ходили слухи, что вы прячетесь там.

– Я была в Эсмире, на Винаре и дважды в Ладосе, – напомнила я вполне ровным голосом. – А до того жила на не такой уж закрытой Земле. Мы могли познакомиться где угодно.

– Вчера в переговорном зале упоминалось, как я пробралась в Междумирье, и он об этом явно знал, – упорствовала Клелия, входя в раж. – К тому же Кеннет сказал, что принцу лучше тот мой визит не обсуждать. Мы виделись тогда?

– А вы забыли? – вызывающе усмехнулся Дис вместо того, чтобы зубы ей заговорить.

– Я бы запомнила! – Она красиво вспыхнула злым румянцем. – Не много людей в тот раз видела.

– Так зачем спрашиваете?

Его усмешка стала нахальнее. Захотелось пихнуть дорогого принца локтем, чтобы вел себя прилично. Потешаться над ничего не подозревающей девушкой – ая-йя-яй. Ну или почти ничего не подозревающей…

– Чую какой-то подвох, – уверенно заявила Клелия.

– Недавно ваше чутье вам подсказывало мою нареченную спасать. И что получилось?

– Вы не отвечаете «нет». Сыплете вопросами в ответ на вопросы!

– А я обязан отвечать? – вновь спросил Дис, будто издевался. Впрочем, так оно и было! Встревать в их перепалку было как-то неловко. Вообще хотелось бочком-бочком – и на выход. – Не думаю.

– Еще бы, это же вредно, – процедила она. – Ну и ладно. Виделись и виделись. Непримечательное вышло событие, раз вспомнить не могу.

– Не оправдывайте свою девичью память.

– Я догадалась! Все раскрыла. Мы не встречались, а вы надо мной просто потешаетесь!

Сомнительная у него тактика. Но действенная, чего не отнимешь.

– Мы закончили? – переключился он обратно на светский тон.

Клелия побагровела и, совсем не по этикету, пнула стол. Башня из коробок под ним осыпалась, явив оставшегося без укрытия Ярушку. Ее глаза выразительно округлились, он прижал уши к голове. Вереща, метнулся к шкафу, рванул лапой дверцу. Та отъехала, из глубин полки с шуршанием выпал сверток. Сложенный кое-как, он вмиг развернулся на полу. Плакат… Тот самый, с изображением Клелии и автографом, собственноручно ею презентованный. А-а-а! Серьезно?! Штирлиц, вы балбес! Усмешка с губ Диса стерлась, Клелия уронила челюсть. На ее лице отчетливо отображалось такое же «А-а-а», многократно зацикленное.

– Что это?.. – прохрипела она.

– Это… Смотри! – Я схватила верещащего Ярушку, выставила перед ее лицом и потрясла. – Да-да, демон, вселившийся в игрушку!..

– Не-е-е… – Клелия ткнула пальцем в плакат. – Это что?!

Прятать его было поздно. В углу предательски виднелся автограф, исключая варианты, что плакат не моей соседки, а чей-нибудь другой. Ханик вырывался, мой мозг лихорадочно генерировал оправдания. Сказать, что Легион мне ее вещи по ошибке прислал, а я в шкаф принца запихала? Глупо, ужасно глупо. И неправдоподобно! Ошарашенный взгляд Клелии выражал напряженную работу мысли. Она остолбенела, ловя ртом воздух и с заметным скрипом сопоставляя факты.

– Вы и про плакат забыли? – поинтересовался Дис, которому терять уже было нечего. – Не помните преданных фанатов?

Видимо, решил, что раз провал неминуем, то хоть поугорает…. Клелия подавилась, вдохнув особенно глубоко, сипло кашлянула. Ханик вырвался и, шлепнувшись на пол, сиганул в шкаф. Заныкался на ту самую полку, оставив торчать плюшевую белую попу. С конспирацией сегодня у всех не очень…

– То-о-очно! – отмерла Клелия. Оторвала наконец глаза от плаката и уставилась на Диса пристально. – Значит… вы… вы… и Глэдис. О! То есть вы – она?! О-о-о… Да это просто… просто…

Я вжала голову в плечи, он застыл с непроницаемым лицом, стойко готовясь выслушать продолжение.

– Офигеть, как круто! – неожиданным образом закончила она, и Дис обескураженно моргнул. – Убойно замаскироваться… Поучиться в магическом университете, пожить в настоящем общежитии! Прям моя мечта. Еще и под видом девушки… Так смело. Дерзко, хитро, о-о-ох! Без комплексов, навязанных стереотипов и смущения!

Совсем не смущенный Дис испытующе прищурился, явно пытаясь определить, не глумятся ли над ним часом.

– Невероятно! – Клелия вдохновенно прижала руки к груди. – Вы не понаслышке знаете, насколько девушкам сложнее живется. В нашей шкуре побывали. Ощутили всю несправедливость, гендерное неравенство и отношение предвзятое! Сталкивались же, наверняка сталкивались.

– Ну… да, – признал он, поразмыслив. Очевидно, вспомнил эпопею со студенческой формой и обязательными для ношения юбками. – Пришлось отстаивать кое-какие права.

– Вот!

В ее глазах плясал тот неуемный восторг, какой подделать невозможно. Дис покосился на меня, я прикусила губу, чтобы не расплыться в дурацкой улыбке. Ну и кто тут теперь чей фанат? Пока поборница женского равноправия восстанавливала сбившееся дыхание, я воспользовалась моментом и вспомнила о второй причине своего визита:

– Твой белый дракон опять в храм прилетел. Мариса просила разрешения с ним поближе познакомиться.

– А… Конечно, без проблем. Если он подпустит.

– Я бы и не догадалась ни за что, вы так в роль вжились, – продолжила вещать Клелия с искренним запалом. – Поставить себя на место других не каждый умеет, еще и в буквальном смысле… Но это именно то, что и должен делать правитель.

Дис небрежно пожал плечами. Ну все, облом Кловису. Отныне подкалывать его на тему Глэдис больше не сможет. После таких-то комплиментов, которые его высочество выслушивает с плохо скрываемым любопытством. Пожалуй, не буду мешать…

Я вернула плакат в шкаф, прикрыла дверцей Ярушкину попу и покинула покои. Время радовать Марису!

Она ждала недалеко от дверей, в компании двух стражей, явно разрывающихся между чувством долга и желанием уделить внимание столь эффектной телохранительнице. Побеждало первое, но делать бесстрастно-занятой вид им становилось все сложнее. Можно сказать, своим появлением я их спасла.

– Согласился? – тут же накинулась Мариса, я радостно кивнула. – Так бегом! Пока не улетел. Я знаю, где он!

Она ринулась в коридор, я – следом. Придерживая шелестящие юбки и едва поспевая. Стражи проводили нас расстроенными взглядами. Ох уж эти девушки с драконьей фермы, только одно интересует – редкие особи крылатых ящеров. Но я бежала за ней, и не думая жаловаться. Тоже не прочь была еще раз белого чешуйчатого красавца вблизи рассмотреть. Хорошо, что ей приходится меня охранять и везде брать с собой!

Дракон определенно не в садах находился, на лестнице Мариса устремилась вверх и снова вверх. Запертая дверь чердака для нее препятствием не стала, и вопреки привычке она ее не выломала каким-нибудь шумным боевым заклинанием, а отперла обыкновенным ключом с тяжелой, призванной из пространственного кармана связки. Запаслась-то… На второй, куда менее удобной лесенке Мариса вдруг вспомнила обо мне и подала руку. С ее помощью я вскарабкалась по крутым ступеням и очутилась на крыше. Крыше храма! Пологом участке, окруженном символической оградой. За ее пределами виднелись терраса и знакомый сад. Выше, на залитом солнцем выступе, расположился зажмурившийся от удовольствия дракон. Белый, блестящий, самый огромный из стаи! Тот самый, что принадлежал королю. Или «принадлежал» вопиюще неправильное слово для такого волшебного и свободолюбивого создания?

Он нас заметил – лениво прикрыл левый глаз, миндалевидный, с вертикальным зрачком, красноватый, как у многих зверей-альбиносов. Несмотря на пугающий цвет, направленный на нас взгляд был спокойным, дружелюбным. Мариса медленно подошла и, замерев в нескольких метрах от крылатой громадины, выставила вперед раскрытую ладонь. Лицо ее стало сосредоточенно-напряженным, и ни одного лишнего движения, лишь ответный взгляд. Ментальный сигнал посылает… Драконы ведь их ловят. Более того – устанавливают с людьми мысленную связь. Любыми, не обязательно магами. Даже у меня получалось, тогда на Башне Зла с Кеннетом. Я бы и полетать на них смогла… Ну, если бы права на вождение были.

Марисе понадобилось меньше минуты. Дракон распахнул и правый глаз, встал на мощные лапы. Его шаг, и расстояние между нами пропало, когти приземлились рядом с моей юбкой. Ой… Он чуть посторонился и присел, как котик – гигантский котик. Чешуйчатая морда оказалась напротив нас, фырканье взъерошило волосы. Дракон придирчиво поводил носом по воздуху и заметно расслабился, Мариса опустила руку. Контакт установлен?..

– Да, – с придыханием сообщила она. – Ох, обалдеть… Белый дракон, и живьем. Мои обзавидуются!..

В ее глазах плескалось восхищение, лицо разгладилось. Такой я первую красавицу университета не видела никогда. Вот оно – счастье…

– Расскажи, что в них редкого, кроме цвета, – попросила я, раз уж специалист по драконам подвернулся. – Помню, они изрыгают вместо пламени некий свет…

– Магию, – поправила Мариса, не сводя с него глаз, – это магия. Не столь концентрированная, как в источнике, однако заклинания им творить позволяет.

– Колдующие драконы?!

– Не подобно магам, более ограниченный арсенал. Молнией долбануть может или регенерацию хозяину на время усилить.

– А откуда ты узнала, что он на крыше?

– Слежу! За всем. Ты тоже попробуй глаза разуть – шансы выжить возрастут.

Ну, ожидаемо… Стоит подумать: опа, нормальная Мариса, как у нее обратно режим стервы включается.

– Что выследила? – поинтересовалась я. Злиться при драконе как-то не получалось, окутывало умиротворением и покоем. – Поделись, не храни все в себе!

– Его высочество с ним немало времени проводил. В тесном ментальном контакте. Общались.

Хм… У королевских потомков способности язык драконов понимать. А белый ящер наверняка был в замке той роковой ночью, а то и участвовал в битве. Мог стать свидетелем гибели хозяина. Пролить свет на случившееся.

– Надеюсь, Дис приблизился к ответу, – вздохнула я, и миндалевидные глаза испытующе сузились, – или получил подсказку.

– Как бы боком не вылезло, – Мариса помрачнела, – копаться в тех событиях. Думаешь, не разрушительно возвращаться туда? Измена, кровь и смертей куча. Принц не помнит – и пусть радуется.

Я судорожно сглотнула. В ментальной связке с ладосским драконом мне показывали горы. Дис мог бы увидеть смерть родителей?..

– Нет, – сказала я уверенно то ли ей, то ли сама себе, – дракон не стал бы его ранить такими воспоминаниями. Он знает, кому и что рассказывать… и показывать.

Крылатый ящер мотнул головой и подался вперед, ткнувшись носом мне в плечо. Я оторопела, машинально положила ладонь на чешую. Теплую, шершавую. Странная вибрация по коже – от касания, от сильного, горячего дыхания. Что-то заскреблось в сознание, застучалось, прося разрешения настойчиво и вместе с тем деликатно. Я позволила. Словно током пронзило, закружило в ярких картинках, окуная в них, словно наяву.

Сад. Знакомый сад под террасой, но другой немного. Зеленее, наряднее, ухоженнее. Будто природный храм не просто данность, а Храм, именно с большой буквы. Под пышными деревьями, у белого драконьего хвоста, стоял молодой мужчина в несколько старомодном даже для Гарда камзоле. Редкая стать, рыжие длинные волосы, заплетенные в сложную косу. Дис? Поначалу показалось, что он. Ошиблась, это был кто-то очень похожий. Хвост зашевелился, его осторожно обошла девушка смутно знакомой наружности. Деловая такая: прямая осанка, представительность на максимум. Инита!.. Моложе, лет эдак двадцати.

– Ваше высочество, – поклонилась она сдержанно, – я пришла спросить… Вы уверены?

– Да, – ответил он, теперь уж я поняла кто – отец Диса. В то далекое время, когда королем еще не был. – Церемонию на празднике осветишь именно ты.

– Это… – она с заметным трудом подбирала слова, – большая честь. А я… не делала подобного раньше. Есть обозреватели куда более опытные…

– У тебя получится, – голос его звучал непоколебимо и уверенно. – Ты добьешься всего, непременно, и моя помощь тебе ни к чему. Просто так будет быстрее.

– Я бы не хотела, – выговорила Инита, – так.

Отчетливо засквозила ранимость, скрытая за официальным тоном.

– Я ожидал, – ответил он со вздохом, – что ты откажешься. Но стоило попробовать.

– Ты попробовал, – улыбнулась она. Не почувствовалось ничего неуместного ни в этой улыбке, ни в переходе на «ты». – Спасибо.

– Тебе спасибо, – возразил король, – за все.

Шагнул к ней, тоже улыбнулся. Сдержанные объятия, поцелуй – в висок, вроде бы верх целомудрия, но мурашки по коже ощущались явственно. И стук сердца в горле. Считывала через обостренные чувства – не свои, драконьи. Примесь светлой тоски, благодарности и теплых воспоминаний. Когда не печалятся оттого, что кончилось, а счастливы потому, что было.

Картинка погасла резко, вытолкнуло в реальность. На крышу, под палящее солнце. Дракон отодвинулся, моя ладонь соскользнула с его морды.

– Что?.. – Болезненный тычок от Марисы окончательно вывел из ступора. – Что это было?

– Стало на одного подозреваемого меньше, – пробормотала я.

Инита – не предатель. Что-то у нее было с королем… к королю… Неважно. Что бы между ними ни случилось – не мое дело. Главное, что там она не притворялась: драконов не обманешь. С тех пор ее трепетное отношение к нему не изменилось. Мотив помогать Дису у нее имеется. К тому же он практически копия отца! На магографиях сходство так сильно в глаза не бросалось, как в подкинутом воспоминании…

Я с признательностью кивнула дракону и посмотрела в его умные глаза. Нет, этого воспоминания он Дису не показывал. Правильно. Нечего ворошить личное у родителя. Особенно когда отец с матерью были друг за друга до конца и умерли вместе.

– Красавец, они к тебе пристают? – нагнал из-за спины насмешливый голос. Дракон с любопытством вытянул шею. – Моргни дважды, если нужна помощь…

Я обернулась, чтобы встретиться со взглядом угольно-черных глаз. Спокойным и отрешенным, совсем не под стать шутливому тону.

– Мне нужна, – выдала Мариса, на миг отвлекшись от созерцания крылатого белого чуда. – Забирай свою девушку и следи за ней сам, а то у нас тут третий лишний.

Не, нормально! Выпроваживает без стеснения. С другой стороны – отрадно, что она ко мне больше дракона ревнует, чем Кеннета.

– Затем и пришел, – чересчур бодро отрапортовал он и протянул мне руку. Я ухватилась, чуть не потревожив повязку на заживающей татуировке. Наши пальцы сплелись, уха коснулся шепот: – Идем, покажу вид с другого края. М-м-м, прогулки по крышам… Обожаю.

Уши предательски вспыхнули – счастье, что прикрытые волосами. Я пошла за ним, весьма условно держась на ногах. Не знаю, как насчет крыши храма, а моя накренилась. Одолевшее меня волнение было двояким и противоречивым, сладкое предвкушение соседствовало со странным, липким страхом. Чувствовалось что-то тревожное, пока невысказанное, до дрожи в коленях. Впрочем, пологий участок вправду сменился наклонной поверхностью, я крепче вцепилась в Кеннета, его ладонь легла мне на талию, заботливо придерживая. Ох, хорошо, что в Гарде нет дронов, с которых могут снимать коварные папарацци! Кровля спускалась мягким скатом до противоположного края. Мы дошли до него, остановились у кованой ограды. Над внешним, опоясывающим здание садом, на приличном расстоянии от высоченного забора и ворот. Вокруг ни души, лишь макушки безмолвных деревьев, что вымахали выше третьего этажа.

Колени по-прежнему подгибались, я взялась за перила, Кеннет обнял меня сзади – крепко и нежно. Положил подбородок мне на плечо и сказал:

– Владыка прибудет до обеда.

Так быстро?! Спешит дочку забрать или… не только? Дурное предчувствие заворочалось внутри колючим сгустком, сердце неприятно заныло.

– Лёна, ты должна знать. Его приезд для меня хорошо не закончится.

– А чем закончится? Арестом?..

– Именно им, в портальной сводке отражено, что ладосские легионеры ему компанию составят, – подтвердил он абсолютно ровно, устало, почти равнодушно. – Прошу: не вмешивайся. Да, меня заберут. Не пытайся защищать или доказать что-либо. Не поможет. Я разберусь. Сам, потом.

– Потом?.. – Я рывком развернулась в его объятиях, оказалась лицом к лицу. – Это будет надолго?

– Вряд ли. Исследования накопителей не закончены, а вести их разрешено исключительно из Междумирья.

Выражение глаз у него было холодное и мрачное, на губах играла горькая усмешка. Но это лучше. Лучше мастерски и правдоподобно сыгранного ехидства, которым Кеннет прикрываться привык.

– Не мешай им, – повторил он настойчиво, – не трать нервы и силы, пригодятся еще. Я в прошлый раз освободился – и в этот знаю, что делать, вполне ожидал подобное.

Всерьез говорит? Как так?.. Ладос спас, заговор против их мира раскрыл, магию вернул. В благодарность – сплошь обвинения да разбирательства унизительные. А теперь это? Обратно в тюрьму, неизвестно на сколько. Опять его не увижу. Нечестно, несправедливо!

– Не уж нет, – отчаянно не согласилась я. – У меня отлично получалось злость в творчество направлять. Пусть попробуют к тебе подойти, разнесу все на фиг!

– Храм-то за что? – ласково поинтересовался Кеннет. – Побереги запал, враги короны не дремлют, знаешь ли. А от моей геройской персоны здесь уже мало что зависит. Чем мог, как говорится… Дальше – извините.

Это из-за меня! Лишь я виновата. Из-за меня он в Гард примчался. Незаконным, но единственно доступным способом. Невзирая на возможные проблемы, на только что пройденный испытательный срок.

– Это был мой выбор, – поставил Кеннет перед фактом, – и я о нем не жалею.

Его ладонь коснулась моих волос, медленно и нежно провела от макушки до спины, скользнула на поясницу. Я невольно выгнулась. От касаний голова кружилась, по телу электрические разряды пробегали. Чертова неуютная крыша, не чета эсмирской… Сколько у нас времени? Создалось впечатление, что владыка явится в любую минуту. «До обеда» – крайне неопределенно звучало. Кеннет пришел предупредить? Или прощаться?..

– А Зинбер? – зацепилась я за спасительную мысль. – У тебя же практика у него, которую нельзя пропускать.

– Легион – моя судьба, – в голосе Кеннета прорезались насмешливые нотки. – Не практика, так… другое. Впрочем, не уверен, что менее привлекательное.

– Перестань! – Я его стукнула – легонько, по груди, но со злостью. – Не смешно. Ничуть. Не надо со мной вот это всё… Вид делать, будто ерунда приключилась, ведь мне известно, прекрасно известно, каково тебе туда возвращаться.

Направленный на меня взгляд стал другим – пустым и пробирающим до мурашек. Я прижалась к Кеннету, уткнулась носом в широкую грудь. Пальцы впились ему в плечо, стискивая до боли. Не отпущу! Нет, и точка.

– Ты справишься, – произнес он убежденно, что я тоже поверила, – у Сатала отличный план, и Мариса за тобой присмотрит. А я тебя найду, позже. Только пока меня не будет, чур, за принцев замуж не выходить.

– Дурак, – выдохнула я, – ты такой дурак. Но не переживай, я никому не скажу!

– Храни эту тайну бережно, – усмехнулся Кеннет, прежде чем окончательно растерять игривые интонации. – Ты сделаешь, как я прошу?

Я кивнула, радуясь, что навернувшихся слез не видно. Дыша глубже и старательно успокаиваясь. Зачем ему вдобавок ко всему еще и мокрая рубашка? Лишняя совершенно… И сама она лишняя. Эх, мечты-мечты! Он подцепил пальцами мой подбородок, вынуждая запрокинуть голову. Наши глаза встретились вновь, я потянулась к его губам. Как известно, перед смертью не надышишься, а перед разлукой не нацелуешься, но попробовать стоит.