Глава вторая, в которой окончательно сходит с ума уже не только Фиби, и романтика с паранойей идут рука об руку
На что я рассчитывала, с воодушевлением идя к лорду Таверу? Правильно, на такое желанное: «Все, Кристин, заклятье снято, больше нет необходимости пить зелье, и вообще вот тебе три дня, так сказать, учебного отпуска, отсыпайся беспробудным сном в свое удовольствие».
Но реальность осталась верна себе и не только не оправдала моих ожиданий, но и преподнесла не слишком приятный сюрприз…
Лорд Тавер сидел за столом, заваленном свитками так, словно наш временный ректор там хотел зарыться в спячку и не вылезать до следующей весны. Мда, у меня уже все со сном ассоциируется…
— А, Кристин, проходи, — лорд Тавер глянул на меня поверх свитков.
— Не помешаю? — на всякий случай уточнила я.
— Нет, что ты, для тебя всегда есть минутка. Сегодня же королевская поверенная нагрянула, будет завтра с утра всю отчетность дотошно проверять, — судя по тому, как он поморщился, его не привели в восторг ни сама поверенная, ни ее так восхваляемые Фиби туфли. — Вот и просматриваю напоследок, чтобы ей уж точно зацепиться было не за что.
Но лорд Тавер даже не стал заикаться, как его это уже все достало, сменил тему:
— Я поговорил с Лиамом, Кристин. Он только за то, чтобы избавиться от заклятья. Даже при мне попытался его снять, но… — развел руками. — Без толку. Думаю, сама понимаешь, если это не по силам даже опустошителю, то вариантов не так мало.
А я ведь так надеялась…
— Что ж, буду и дальше пить зелье бессоницы, — а заодно надеяться, что не свихнусь от этого.
— Нет-нет, что ты, это точно не вариант, — возразил лорд Тавер с довольно странным энтузиазмом. — Мы с Лиамом все обсудили и пришли к оптимальному выходу. Заклятье хоть как вам придется терпеть до конца срока. Лиам согласен стоически это выносить, так что на его счет переживать не стоит.
Да я и не на его счет переживаю! Меня моя собственная участь волнует!
— И что же за такой оптимальный выход вы придумали? — я крайне настороженно смотрела на лорда Тавера. Нет, с ним явно что-то не то…
— Учитывая, что до истечения срока заклятья вам с Лиамом хоть как придется просыпаться вместе, вам будет выделена отдельная спальня, вдали от жилых башен, чтобы каждый из вас мог возвращаться к себе, не попадаясь лишний раз на глаза посторонним, — выдал он так, словно я должна была просто растечься лужицей от счастья. — Все-таки это вопрос твоей репутация, да и у Лиама здесь невеста. И раз уж от заклятья не избавиться никак, мы таким образом просто сделаем его для вас менее проблемным.
— Лорд Тавер, с вами все в порядке? — все-таки не выдержала я.
— Да, конечно, — в свою очередь не понял моих сомнений он. Уныло покосился на свитки на своем столе — Что ж, а теперь мне все же нужно вернуться к работе… А ты ступай спокойно в комнату, больше не принимай зелье, ложись спать. Все как-нибудь само собой образуется…
Я вышла за дверь кабинета в совершенно пришибленном состоянии.
— Что это вообще было?.. — вырвалось у меня само собой.
Парящий над столом секретаря Монфиор выдал с завидной невозмутимостью:
— Ментальная магия.
— Чего? — оторопела я.
— Ментальная магия, — с безграничным терпением повторил он. — Так что тебе лорда Тавера не переубедить. Да и тому, кто под властью ментальной магии, никогда не доказать, что с ним что-то не то.
— Но как?.. Но кто?.. Неужели уже эта проверяющая постаралась?
— Это вряд ли. Как я понял, ментальное воздействие касается лишь темы этого твоего заклятья, так что сама понимаешь…
— Лиам… — у меня аж ком в горле встал.
И тут же в сердцах вырвалось:
— Он совсем уже с ума сошел — на ректора ментальной магией воздействовать?!
Монфиор апатично пожал плечами.
— Вообще на вид он в здравом уме.
Ага, только какие в этом здравом уме буйствуют тараканы — это уже другой вопрос! Что вообще Лиам задумал?! И как бы мне его выловить и устроить допрос с пристрастием, но чтобы при этом и самой, на правах вселенского зла, не досталось?
Честно, я теперь не знала, что и делать. Даже мелькнула мысль сказать Вейде, и пусть уже Лиаму его собственная невеста мозг выносит. Она явно способна делать это так, что принцу будет уж точно не до меня.
И вот так в полной задумчивости я спускалась по пустующей в этот вечерний час лестнице, гадая, как именно поступить…
Лиам появился передо мной настолько внезапно, что я чуть на него налетела. От неожиданности даже в сторону шарахнулась, но он мигом перехватил меня за талию. Сверкающие глаза на кажущемся сейчас каменным его лице не сулили ничего хорошего.
Но я даже сказать ничего не успела, как Лиам резко взмахнул второй рукой…
Из меня будто бы разом весь воздух вышибло.
Ощутилось как удар!
И я бы точно сложилась пополам, не держи меня Лиам мертвой хваткой. Казалось, его магия единым потоком прошла сквозь мое солнечное сплетение, оставив после себя пылающий шрам…
— Что ты… — мое дыхание сбивалось, от слабости перед глазами все плыло, — что ты сделал?..
Лиам произнес с поражающей невозмутимостью:
— Это клеймо собственности.
— Что? — может, меня приложило так, что уже даже слуховые галлюцинации начались?
— Клеймо собственности, Кристина. Ты сама должна понимать, что это вынужденная мера с моей стороны. Мне нужны гарантии, что ты не причинишь никому зла, и потому при необходимости я буду контролировать тебя и твою магию.
Злость придала мне сил, я вырвалась. Меня аж трясло!
— А тебе корона спасителя мира не жмет часом? Может, именно она тебе так мозг сдавила, что ты окончательно рехнулся?!
Но Лиам и бровью не повел.
— Я поступаю так, как должно. Ты — угроза для других людей и потому я обязан заранее все предотвратить.
Я прислонилось спиной к стене, голова нещадно кружилась, да и солнечное сплетение жгло так что едва слезы не наворачивались.
— Извини, Лиам, но если кто-то здесь и угроза, то лишь больной на голову опустошитель. Я, лорд Тавер… Кто в твоем списке следующий?
— Лорд Тавер — это вынужденная мера, — он досадливо поморщился. — Чтобы ты понимала, что путей для отступления у тебя нет. Считай, я даю тебе испытательный срок. Как раз до конца действия заклятья.
— Господи, как ты вообще мог мне когда-то нравиться… — порывисто прошептала я.
Все. Кончилась его невозмутимость.
Лиам вмиг оказался рядом, схватил меня за плечи.
— Да как же ты не понимаешь?! Как еще я, по-твоему, должен поступать?!
— А ты как адекватный человек поступать не пробовал?! — я попыталась вырваться, но куда уж там, даже полыхающую для моей защиты магию Лиам тут же поглощал.
И пусть его глаза метали молнии, но он все же ослабил хватку, отступил на шаг.
— Я не хотел, чтобы дошло до этого, но ты не оставила мне выбора! Мне и самому, знаешь ли, несладко так поступать, но есть вещи поважнее моих желаний. Ты — эдаринг. Эдаринг, Кристина! И пусть ты можешь быть сколь угодно милой безобидной девушкой, но эта проклятая сила в тебе может в любой момент причинить кому-либо вред! Я не вправе этого допустить. Мне нужны гарантии, что ты не причинишь никому зла вольно или невольно. До конца действия «Медового месяца» у тебя достаточно времени, чтобы доказать мне, что мои опасения напрасны.
Лиам пытливо вглядывался в мое лицо, добавил с нажимом:
— Кристина, ты должна меня понять.
Понять? Серьезно?
— Прости, но все мое понимание кончилось еще в тот момент, когда ты бросил меня в бальном зале, — магическая защита больше не пыталась Лиаму противодействовать, ведь все равно он ее поглощал. Вместо этого принялась унимать боль в солнечном сплетении. И очень вовремя, а то как бы я не отключилась прямо здесь на лестнице.
— В том, что произошло в бальном зале уж точно нет моей вины, Кристина, — Лиама явно покоробили мои слова. — Ты обязана была мне раньше сказать, кто ты! Прежде, чем я, как дурак последний, потерял от тебя голову!
— Вот про дурака ты в точку. Как и про потерянную голову, — зло парировала я. — И, знаешь, есть у меня такое стойкое подозрение, что лорд Реф уж точно не похвалит тебя за подобную самодеятельность…
— Я все делаю правильно! — перебил Лиам так резко, словно ему было крайне важно, чтобы я это признала. Перевел дыхание: — Значит так, сейчас этот разговор, когда мы оба на эмоциях, не имеет смысла. Ты попросту меня не слышишь.
— Как будто сам ты слышишь что-то помимо собственного эго и тараканов в голове, — благо, боль отпускала, уже даже голова так не кружилась. — И уж прости мой скептицизм в адрес твоих таких правильных поступков, но как именно, по-твоему, я должна доказывать, что я не собираюсь устраивать мировой геноцид?
Лиам ответил не сразу. Похоже, собирался всем своим терпением.
— Кристина, я знаю, что ты не зло. Я чувствую это. Но вот твоя магия — это именно зло. Та жуткая сила, которая может пустить под откос всю мирную жизнь.
Ага, я этой магией даже толком сполох зажечь не могу. Видимо, мне не сполохи надо зажигать, а мироздание — тогда сработает.
— И потому, Кристина, я просто обязан проконтролировать пробуждение твоей силы от и до. Лорд Тавер мне все рассказал, я знаю, что, к преогромному счастью, ты — последний эдаринг, а значит магия, стремясь выжить, пробудится у тебя сама. И произойдет это в ближайшие недели три. Столько, сколько еще будет действовать наше заклятье. И, кстати, о заклятье, — у него аж глаза сверкнули, — что это еще за выходка с зельем бессоницы?
Я, конечно, ни разу не дипломированный психолог, но что-то явное такое подозрение, что кому-то неслабо этим самолюбие прищемило.
— Тебя так коробит, что я предпочла зелье лишь бы только с тобой рядом не просыпаться? — я не удержалась от мрачной усмешки. — Если ты вдруг не в курсе, эти совместные пробуждения никогда не входили у меня в список приятностей. Знаешь, Лиам, я еще могла понять, когда ты напал на меня под воздействием ментальной магии… Но сейчас ты в здравом уме, а поступаешь ничуть не лучше.
Я внимательно смотрела на Лиама. Ведь явно у него в душе такой тайфун бушует, что даже представить жутко. И наверняка это не первый день… Как бы не с самого бала он в таком состоянии внутреннего раздрая…
— Да как ты не понимаешь, — он порывисто взял в ладони мое лицо, не позволил даже отстраниться, — я просто даю нам шанс! Я пытаюсь сохранить тебе жизнь! По всем законам мироздания я обязан избавиться от тебя, как от угрозы, и сейчас я всеми силами ищу способ этого не делать! Почему ты все воспринимаешь в штыки? Мне тоже неприятно прибегать к ментальной магии, преступать через свою совесть, но цель ведь благородна и куда важнее всего этого! Я ради тебя все поставил на карту! А ты даже понять этого не хочешь! Кристина… Я за нас с тобой борюсь… За наше будущее… За то, чтобы оно вообще у нас было… — его губы уже едва не касались моих.
Но за мгновение до поцелуя я все же смогла вырваться, отошла на пару шагов.
— Слушай, давай ты все это своей невесте говорить будешь, — уже мысленно просчитывала пути для отступления.
Лиам снисходительно усмехнулся.
— Ты просто ревнуешь. Но Вейду я вызвал совсем не для этого. Да, признаю, с моей стороны это была ошибка в минуту слабости. Но ты должна понимать, в каком состоянии я был, когда узнал, что ты — эдаринг. И, естественно, первым порывом стало держать дистанцию. Потому я и разрешил Вейде приехать, чтобы ты сама ко мне не подходила.
— Что-то ты как-то неправильно держишь дистанцию, ты не находишь?
— Да не могу я! — сорвался он. — Если бы мог, то даже не приближался бы к тебе, со стороны бы контролировал ситуацию! И я пытался, но без толку! Я не в силах бороться с самим собой! Зато у тебя, как я смотрю, все просто чудесно! Никаких душевных терзаний или мук совести! Как ни в чем ни бывало с Дэмианом милуешься! Вот что ты сегодня так долго делала в его комнате?!
— Что я делала в его комнате? А сам не догадываешься? — мстительно парировала я. — Естественно, строила на пару с Дэмианом злодейские планы по захвату мира! Ведь каждой темной властелинше нужен рядом темный властелин, чтобы отгонять подобных тебе рыцарей без страха и упрека.
— Ты напрасно ерничаешь, — у Лиама на скулах заиграли желваки. — Дэмиан уж точно мне не соперник. Никто мне не соперник.
— Угу, скажешь это лорду Рефу, когда он так тебе по ушам надает, что вся геройская дурь сразу выветрится, — я не собиралась перед ним пасовать.
Лиам поморщился.
— К тому моменту, как наставник вернется, вся эта неприятная ситуация разрешится самым благополучным образом. А победителей, знаешь ли, не судят.
Интересно, это его ненормальная самоуверенность — следствие королевской жизни? Или же все из-за безмерной магии? Хотя, скорее всего, и то, и другое вместе взятое.
Но в любом случае ему ничего не доказать, он сейчас явно не в том состоянии, чтобы прислушиваться.
— Время рассудит, кто из нас прав. А до тех пор иди-ка ты далеко и надолго со своими наездами и требованиями, — я хотела пройти мимо него, но Лиам тут же придержал за локоть.
— Напрасно ты так, — похоже, он ожидал от меня совсем иной реакции на все его слова. — Но я ведь прекрасно понимаю, что ты сейчас просто не способна здраво мыслить. Ты обижена, растеряна, даже, возможно напугана… Так что мы вернемся к этому вопросу, когда ты уже более-менее успокоишься. Ты ведь не глупая девушка, Кристина. И я знаю, что вовсе не плохая. Моя борьба не против тебя, если ты вдруг так возомнила. Моя борьба исключительно против твоей проклятой магии. Слишком много бед было из-за нее в прошлом, и я не допущу этого в будущем.
Вот так и напрашивается пафосное голосом героя из боевика: «Хочешь уничтожить мир? Только не в мою смену!».
Но я все же постаралась ответить без эмоций, вполне спокойно:
— Прошлое — это просто прошлое, Лиам. Ты сам сколько раз мне говорил, что магическая природа мира меняется. Так, быть может, потому и меняется, что эдаринги — это все же неотъемлемая ее часть?
Он смотрел на меня так, словно я сказала несусветную глупость.
— Кристина, как ты не понимаешь очевидного? Теперь же все стало на свои места! Я столько времени гадал, зачем же мир создал еще одного опустошителя раньше срока. А, получается, из-за тебя же и создал! Для того я и существую, чтобы не дать твоей магии натворить бед, окончательно решить вопрос с этой давно прогнившей расой. Ты так и останешься последней в своем роде.
— И как же? — мрачно усмехнулась я. — Убьешь меня? Так а чего тогда тянешь? Для чего тогда эти пляски с бубном с клеймом и прочим мракобесием?
— Я как раз и делаю все, чтобы мне в итоге не пришлось тебя убивать, — Лиам собрался всем своим терпением. — И пора бы тебе уже это понять. Ты останешься последним представителем расы, и магия в итоге исчезнет вместе с тобой.
Я, конечно, ни разу не Лекс, но даже мне уже обидно за расу эдарингов, которую Лиам так рвется изничтожить.
— Если ты вдруг не в курсе законов магии, то моя сила, стремясь к выживанию, подстроится к новым условиям. И если раньше она передавалась исключительно по мужской линии, то теперь уже от меня перейдет к моим потомкам. Так что последней я никак не стану.
Лиам снисходительно улыбнулся.
— Кристина, неужели ты допускаешь, что я этого не продумал? Законы магии я знаю куда лучше, чем ты. И хотя магия эдарингов считается неисчерпаемой, но неисчерпаема она лишь потому, что всегда восстанавливается, даже из крохотной искры. Вот только если отобрать у тебя ее всю во время зачатия, то она не успеет восстановится до той меры, чтобы хоть сколько-то перешло к будущему ребенку. А даже если что-то и перейдет, то это запросто можно отобрать еще до рождения. И как бы ни сильна была выживаемость твоей магии, но восстановиться у еще не появившегося на свет эдаринга она не может. Так что ты хоть как останешься последней.
— Ты в курсе, что тебе голову лечить надо? — я даже нервно сглотнула. До этого Лиам меня только злил, но сейчас на миг даже жутко стало. — Отбирать магию у еще не рожденных детей… Слушай, иди-ка ты лесом. И прямиком к целителю для душевнобольных. Пока что единственное зло, которое я тут вижу, это вовсе не моя магия. Это ты, Лиам.
Он перевел дыхание, ответил не сразу.
— Естественно, я не причиню вреда ни тебе, ни нашим детям, когда они будут. Наоборот, я пытаюсь уберечь тебя от этого проклятья эдарингов. И меры я принимаю соответствующие. У тебя магию уже никак не отобрать, потому мне только и остается, что ее контролировать через клеймо собственности. И еще кое-что. Рассказать о нем ты никому не сможешь. Я сделал так, что обнаружить его невозможно, и вместе с ним идет ментальный запрет на разглашение. А то на эмоциях ты запросто можешь кому-нибудь пожаловаться, а мне лишние проблемы с законом не нужны. И не стоит воображать меня эдаким чудовищем, Кристина. Меры, к которым я прибегаю, соразмерны исходящей от твоей магии опасности. Ты сама это поймешь, когда трезво обо всем поразмыслишь.
— Взаимно, Лиам, взаимно, — я все же понимала, что сейчас он действует исключительно на эмоциях.
Он разжал хватку, отпустил мою руку. Опасаясь, что это явно ненадолго, я даже задерживаться не стала, поспешила вниз по лестницы.
Вот только аж холодок пробежал от прозвучавшего мне вслед преисполненного уверенности:
— Увидимся утром.
Ага, как же! Действия зелья пока еще точно хватит, а завтра уже новое раздобуду. Как ни крути, но принимать зелье в этой ситуации — уж точно наименьшее зло.
Есть, конечно, надежда, что, когда Лиам успокоится, он поймет, насколько перегнул палку, но в любом случае лучше держаться от него подальше.
В комнату я возвращалась в подавленном состоянии. Злость, страх… Леденящее осознание, что если Лиам окончательно съедет с катушек, он ведь и вправду может сделать со мной все, что угодно!
Да, разумом я все понимала. Лиам явно накрутил себя за эти дни настолько, что уже просто потерял самоконтроль, сорвался. Может, не увидь он меня с Дэмианом, все бы обошлось и без столь кардинальных мер. А тут еще и ревность масла в огонь подлила…
Но от понимания происходящего с Лиамом легче все равно не становилось. Ни морально, ни физически. Солнечное сплетение все еще жгло… Вот чем грозит это клеймо собственности? Само название как-то хороших мыслей не вызывает. Лиам сказал, что это лишь для контроля моей магии в случае необходимости. Но уж лучше я сама все узнаю, чем приму его слова на однозначную веру.
И, конечно, вернувшись в комнату, я первым делом попыталась все рассказать. Но куда уж там! Слова будто встали поперек горла, и при попытках преодолеть этот ступор мигом начали болью пульсировать виски. Нет, все-таки Лиам — гад! Выходит, я и вправду не смогу о клейме ни с кем говорить!
— Кристин, ты чего? — озадаченно смотрела на меня Тиера.
— Чего такого тебе ректор сказал, что у тебя вид настолько пришибленный? — присоединилась Фиби. — Что там с заклятьем? Сладкая булочка благородно и чистосердечно отказался от низменных похотливых порывов?
— Если бы, — ну хоть о заклятье я могла говорить как прежде. — Якобы старался-старался, но без толку. Он вообще… — снова ступор. Видимо, про ментальное воздействие на лорда Тавера я тоже не смогу сказать. — В общем, если он на что-то и готов, то только героически терпеть заклятье до конца срока. Под это дело нам даже отдельную спальню выделили вдали от жилых башен, чтобы якобы репутация не пострадала.
— Еще и отдельную спальню? — присвистнула Фиби.
— Так а ты что будешь делать? — нахмурилась Тиера.
— Поеду завтра в Дальен после занятий. Может, там где-нибудь можно раздобыть не просто нужный ингредиент, но и сразу готовое зелье, как думаешь?
— Насколько я знаю, в сети зельеварных лавок лорда Грана даже очень редкие зелья встречаются. Но если вдруг готовое не найдешь, что уж, будем, значит, завтра тут его делать.
— Спасибо, Тиера, — с облегчением выдохнула я, — что бы я без тебя делала.
— А что бы ты без меня делала? — Фиби хотела возмутиться, но тут же саму себя одернула: — Ну да, без меня бы ты и под действие заклятья не попала… Но зато, смотри, как тебе нескучно!
Угу. Еще как. Уже сама себе завидую.
Ну ничего. У любой проблемы есть решение. Зелье бессоницы будет и дальше меня избавлять от общества Лиама по утрам. А сам Лиам все равно должен вот-вот успокоиться и взглянуть на ситуацию менее буйно.
И вообще, я сегодня ночью встречаюсь с Дэмианом на боевой арене! Эх, поскорее бы…
А завтра после занятий прямиком в Дальен за зельем. Раз уж Лекс перед злополучным балом успел расправиться с преследовавшими эдарингов фанатиками, как лорд Тавер сказал, то и мне вылазка за пределы университета ничем не грозит.
Я хотела еще до встречи с Дэмианом поискать в библиотеке про клеймо собственности. Но так как я толком не смогла сказать, что именно мне надо, попросила лишь книгу о теории ментальной магии.
— Практики, как понимаете, нет, — говорил призрачный библиотекарь, пока разыскивал нужную книгу на стеллаже, — самовольное использование ментальной магии строго карается законом. И это хорошо, а то в мои времена всякое было… Вот, — передал мне толстенную книгу в черном кожаном переплете. — Здесь все азы ментальной магии, но без указания, как именно они осуществляются. То есть чисто в качестве ознакомления.
Поблагодарив библиотекаря, я засела с книгой за одним из дальних столов в читальном зале и углубилась в чтение. И, о чудо, про клеймо собственности нашлась целая глава! Вот только… Легче от этого не стало.
Клейма существовало с десяток разновидностей. Начиная с самого безобидного для человека — приравненного к узам свадебной церемонии. И заканчивая такой жестью как полное подчинение сознания. Причем симптомы совсем не описывались, так что по своим ощущениям я никак не могла определить, какой именно вид клейма Лиам применил. И, похоже, выяснить это я смогу только методом тыка… Ага, тыка в Лиама прутом раскаленным.
Но если серьезно, все это усугублялось тем, что, какой бы ни был вид клейма, он со временем все больше действовал на своего носителя. И действие опять же зависело от вида. То есть, если я в скором времени от этого подарочка Лиама не избавлюсь, оно начнет проявляться. И по нарастающей: тяга, влюбленность, страсть, болезненная необходимость находиться рядом с «хозяином»…
И, увы, в способах избавления говорилось лишь, что либо сам маг, поставивший клеймо, его убирает, либо это клеймо перекрывается другим. То есть в моем случае одна надежда на то, что к Лиаму вернется способность здраво мыслить прежде, чем меня накроют побочные эффекты от этой привязи.
Так что в комнату я вернулась уже очень поздно и в мрачной задумчивости. Спать у нас пока никто не собирался ложиться. Тиера с сосредоточенно перебирала свои склянки с ингредиентами для зелий, Фиби химичила с юбкой — в общем, царила полная идиллия.
Так и хотелось заикнуться: как это Фиби столь быстро оставила затею сводить лорда Тавера с проверяющей, но я промолчала. Как говорится, не буди лихо, пока оно умиротворенно занято перешиванием юбки от учебной формы.
— О, вернулась наша любительница знаний… Тебе же скоро на свидание с красавчиком-целителем мчаться?
— Это не свидание, — возразила я. — Дэмиан будет мне помогать с азами боевой магии.
— Ну да, ну да, — хихикнула Фиби, — был у меня в прошлом году один красавчик, тоже якобы с магией хотел помогать.
— И как? — наивно полюбопытствовала Тиера. — Помог?
— Во всех подробностях рассказать? — выразительно глянула на нее Фиби.
— Нет, у нас с Дэмианом точно не такой случай, — убрав библиотечную книгу на стол, я принялась переодеваться в боевой комбинезон.
— Ты серьезно собралась идти в этом? — Фиби чуть не взвыла.
— А чем это учебный доспех вдруг оскорбляет твое чувство прекрасного? — я аккуратно застегивала все крючки.
— Да, он круто облегает, конечно, но Дэмиан тебя в нем уже видел!
— И что? Я должна на боевую арену идти заниматься магией в коротком платьице и туфлях на каблуках?
— А почему нет? — Фиби пожала плечами. — Я бы пошла.
— Кстати, Кристин, — вмешалась Тиера задумчиво, — а ты так и не рассказала Дэмиану о заклятье?
— Ай, больная тема… — я вздохнула. — Ты только представь его реакцию! Понимаешь, он мне нравится. Нравится так, как никто никогда не нравился… И я ужасно боюсь упустить свой единственный шанс.
— Так а что не так? — она все равно не поняла.
— Как это что? — вмешалась Фиби. — Как нормальный парень отреагирует на то, что нравящаяся ему девушка голышом с другим каждое утро просыпается? И пусть заклятье и все такое, но мало ли, что у человека в голове. Может, в представлении Дэмиана его избранница должна быть чиста и непорочная настолько, что краснеть уже при одном слове «ч…
— Да не только в этом дело, — досадливо перебила я. — Я даже не знаю, чего я боюсь больше. Того, что Дэмиан от меня отвернется. Или же того, насколько я в нем разочаруюсь, если он так поступит… Хотя, конечно, с мужской точки зрения все может выглядеть совсем не так. Но я пока морально не готова проверить реакцию Дэмиана.
Я не стала уточнять, что просто сейчас нуждаюсь в нем, как никогда. Он словно бы единственная соломинка, за которую я могу ухватиться, лишь бы только не утонуть в бушующем вокруг меня шторме…
Но если копать глубже, дело вовсе не в моих проблемах и страхах. Это ведь просто трудное время, которое нужно лишь пережить. Но я очень боюсь из-за этих невзгод упустить шанс быть вместе с Дэмианом.
Ведь вдруг этот шанс у меня все же есть…
На Земле у меня в свое время была довольно легкомысленная подруга. И она часто придерживалась простой философии: если тебе неприятно о чем-то думать, то просто не думай об этом.
И хотя я точно не была фанатом решения проблем а-ля страус «головой в песок», но сейчас я все же отпустила ситуацию, позволила себе забить абсолютно на все. На то, что магия не спешит пробуждаться; на то, что судьба университета, а заодно и моей учебы снова под вопросом… И даже на то, что Лиам в пылу эмоций так дров наломал.
Как бы он меня ни бесил, но я все же понимала, что он не негодяй, и его необязательно бить головой об асфальт, чтобы он понял свою неправоту. Наверняка ему просто нужно остыть, и он не только извиниться, но и свое клеймо уберет.
Но все это будет после. А лично у меня впереди приятнейший поздний вечер… Хотя, вернее, уже ночь. И я не буду омрачать это время тяжелыми раздумьями о собственных проблемах.
С такими вот радужными мыслями я спешила вниз по лестнице. Время как раз подошло к полуночи, но, в лучших традициях общежития, спали еще далеко не все — хватало и болтающих в коридоре, и куда-то спешащих по своим делам.
И как раз, когда я спускалась, ко мне присоединилась Беата.
— О, думаешь, занятия ночами на арене тебе чем-то помогут? — она мигом оценила мой внешний вид. — Впрочем, чем тебе еще ночами заниматься, явно же больше нечем.
— Ты как всегда любезна, — усмехнулась я. — Но это в любом случае не твое дело.
Сама она была в весьма коротком платье, да и волосы уложены — явно на свидание с кем-то спешила.
Она явно хотела ответить что-то ядовитое, но так и замерла на ступеньке, смотря остекленевшим взглядом вниз.
Дэмиан…
Он как раз ждал меня внизу лестницы, в одной рубашке и брюках, стоял, чуть расслабленно облокотившись на перила, и легкая взъерошенность темных волос добавляла образу бунтарства. Вот хоть прямо сейчас фотографируй и на обложку с лозунгом «Типичный плохой парень, от которого сходят с ума хорошие девочки»…
Но, какого, я вас спрашиваю, лешего, Беата так на него смотрит?!
— Ты же вроде куда-то шла, — я даже легонько локтем в бок ее пихнула.
Но она обратила на меня внимание не больше, чем на пустое место. Кокетливо заправив прядь волос за ухо, она направилась вниз, и амплитуда ее покачивающихся бедер вызвала у меня еще большее желание чем-нибудь в нее зашвырнуть.
И все же я затормозила, моя мелочная подозрительность требовала сначала увидеть реакцию Дэмиана. Тем более тут как раз лестница поворачивала, так что сам снизу он не мог меня пока заметить.
— О, привет, — зараза Беата даже говорить могла с томным придыханием! — Смотрю, не я одна скучаю в одиночестве… А почему мы до сих пор не знакомы?
Вот же гадина! Мало ей других парней в университете? Что она прицепилась к тому единственному, который нравится мне?
Е-мое, я и не знала, что я, оказывается, ревнивая… Хотя довольно странно ревновать того, кого пока могу назвать, максимум, другом.
— Нужно срочно исправлять такое недоразумение, — продолжала Беата с чарующей улыбкой. — Мое имя «Беата», что означает «пылкая».
— А мое имя «Дэмиан», что означает «я другую девушку жду», — и ответил ведь вполне вежливо, без малейшего намека на грубость. — Так что без обид.
Но, видимо, уж очень он ее зацепил, Беата не собирался сдаваться. Игриво проведя пальцами по кончикам перил, выдала:
— Не думаю, что какая-либо другая девушка может сравниться со мной. Быть может, стоит…проверить?
Простите, я сейчас только свою упавшую от возмущения челюсть с пола подберу… Она бы ему вообще открытым текстом сказала, мол, айда в спальню, чего время терять!
Но Дэмиан отреагировал вполне невозмутимо:
— Думаю, не стоит проверять, я и так знаю. И ты вроде куда-то спешила.
Беата явно поняла намек. Больше ничего не сказала, лишь нервно поджала губы и гордо прошла мимо, пока не скрылась за углом.
Но я тоже не вышла сразу, чтобы Дэмиан не заподозрил, будто я подслушивала. Выждала не меньше минуты и только тогда поспешила вниз по лестнице.
— Давно ждешь? — улыбнулась я. — Я не опоздала?
— Даже если бы опоздала, тебе это простительно, — он протянул мне руку. И это выглядело так мило, так по-джентльменски — помочь даме спуститься с лестницы, что феминизм во мне умер, еще даже не успев зародиться.
Но и когда я преодолела последнюю пару ступенек, Дэмиан не спешил мою руку отпускать. Задумчиво провел пальцами по ладони, отчего-то чуть нахмурился.
— Кристин, с тобой все в порядке? Хм…ощущение, будто что-то не то…
Интересно, а целители способны чувствовать ментальное воздействие на человеке?
Только я в любом случае ничего не смогла рассказать, только при попытке снова в висках болью заломило.
Но Дэмиан и сам продолжил:
— Быть может, это зелье так сказывается. Но давай я на всякий случай проверю твое состояние, если позволишь.
— Да, конечно, — я аж просияла.
Если он узнает о клейме собственности, то у него хотя бы совета можно будет спросить! Но с другой стороны, ведь сразу последует и вопрос: почему, да откуда… Так придется и о «Медовом месяце» рассказать, рискуя самой возможностью быть вместе с Дэмианом…
Он взял меня и за вторую руку. Тут же тепло прикосновения перешло в магический поток, не причиняющий никакого дискомфорта. Даже наоборот, моя магия принимала его запросто.
Вот только…
В тот миг, когда магия Дэмиана только коснулась меня, я отчетливо почувствовала легкую боль в солнечном сплетении. Тут и не надо быть магом наивысшего уровня, чтобы понять — клеймо тут же скрылось.
Ну да, Лиам же сказал, что невозможно будет обнаружить. Но я так надеялась, что все равно лазейка есть! Выходит, ошиблась…
— Все будто бы в порядке, — Дэмиан хоть и хмурился, но руки мои отпустил. — Видимо, просто недосып так сказывается… Идем.
— Идем, — я кивнула.
Но когда мы проходили мимо поворота, я на миг ощутила чей-то злобный взгляд.
Дайте угадаю, Беата никуда не ушла, затаилась посмотреть, кого именно ждал Дэмиан… Что ж, она и раньше меня невзлюбила, а теперь так подавно ядом исходить будет… Жаль, что с потерей памяти она не потеряла и дурные черты характера…
Но нет. Я сегодня не буду думать о плохом. У меня сегодня обязательно будет чудесная ночь.
Хоть гроза уже несколько часов как закончилась, но небо так и не разъяснилось. Ночь выдалась темной настолько, что можно было споткнуться на ровном месте. Но Дэмиан создал световой сполох, да и за руку меня держал, так что вероятность мне упасть и расквасить нос была минимальной.
И все бы ничего, но невольно возникали ассоциации с тем видением, где я иду во тьме, а дальше руины и ждущий меня Лекс… Но я старалась не думать об этом.
Несмотря на темноту, было совсем не страшно. Присутствие рядом Дэмиана уже само по себе было гарантом безопасности. Хотя ведь он не боевой маг, но почему-то не покидало ощущение, что с любой опасностью справится.
Главный арочный вход на арену оказался заперт. Но Дэмиан магией открыл без труда.
Только я запоздало спохватилась:
— Получается, здесь запрещено бывать ночью?
— Тебя это смущает?
— Ну как бы…не знаю… А в замке не увидят, что тут световые сполохи? — в моем воображении сюда уже во всю прыть мчался сонный и безмерно злой магистр Дангус.
— Не увидят, магический купол надежно все скрывает. Так что ничего не бойся, пойдем.
Уже на самой арене Дэмиан создал побольше световых сполохов. Конечно, светло как днем не стало, и уютный полумрак с парящими мерцающими огоньками настраивал исключительно на романтичный лад, а не на учебный.
Но я гнала от себя прочь заманчивые образы, с готовностью спросила:
— С чего начнем?
— С самого простого. С создания сполохов. Просто наполнять их будешь не светом, а боевой магией, — Дэмиан взял мои ладони в свои, будто в попытке согреть. — Ты ведь наверняка чувствуешь, как циркулирует в тебе магический поток.
Ну да, чувствую. Только это не моя бессовестно спящая магия, а сила Лекса.
— Тебе остается лишь ее направить к кончикам пальцев, а их уже друг к другу, будто между ними нити натянуты, — продолжал Дэмиан и, держа мои ладони, медленно развел их в стороны. — Поняла принцип?
— Вроде бы… А тебя случайно не заденет? Ты ведь без доспеха.
— Я уйду с зоны поражения, — усмехнулся он.
И да, отошел. Да только не куда-то на безопасное расстояние. Встал прямо позади меня, да так близко, что я почти опиралась на него спиной.
Руки Дэмиана неспешно заскользили по моим плечам, прямо к ладоням, и табун мурашек восторженно мчался вслед за ними, даже сквозь защитный доспех чувствовался жар прикосновения!
— Постарайся сосредоточиться, — голос Дэмиан звучал прямо над моим ухом. — Сконцентрируйся на магии.
Ага, сконцентрируйся на магии. Он меня фактически сзади обнимает, губами едва моего уха не касается, опаляет дыханием. И какой там магический поток? Уж его-то я чувствую в последнюю очередь!
Так. Ладно. Надо взять себя в руки. Хоть и хочется, чтобы я была в руках исключительно Дэмиана… Но надо не от этого ощущения млеть, а все же о магии подумать.
— Давай попробуем вместе.
— Что?..
— Создать сполох. Забыла? — судя по интонации, Дэмиан улыбнулся. А у меня, боюсь, аж лицо сейчас запылало!
Мда. Рассчитывая на помощь Дэмиана в боевой магии, я как-то не учла, что сама себе при этом буду мешать… Оставалось надеяться, что сам он все же не догадывается, что эта моя блаженная тормознутость именно из-за его близости. И если от всяких мрачных мыслей я еще могла отрешиться, то от жара его тела и прикосновения рук — ну никак не получалось!
— Для боевой магии никогда не будет идеальных условий, Кристина. Особенно в те моменты, когда именно она позарез тебе нужна. Потому ты должна научиться сосредотачиваться только на ней, не отвлекаться ни на что, — он чуть сжал мои ладони. — Я постараюсь все упростить. Попробуешь для начала создать сполох из моей магии. Будь готова, пропущу ее через твои пальцы.
— Я готова, — я героически собралась не отвлекаться. И не думать при этом: хватит ли моей стоической выдержки хотя бы на пару минут. Я, конечно, и раньше отдавала себе отчет, как мне нравится Дэмиан, но все же не предполагала, что ощущение его близости настолько заставит меня терять голову.
Магия Лекса оказалась очень податливой, перетекала к пальцам по малейшему повелению воли. Трудности начинались дальше. Я понимала, что мне вреда эта магия не нанесет, но что, если шарахнет так, что заденет и Дэмиана?
— Тебе нужно научиться магию дозировать, — Дэмиан медленно разводил мои руки в стороны, и сполох между ними постепенно разрастался. — Она хоть и подвластна тебе, но пока проблема в том, что и управлять ею нужно правильно. Ведь выплеснув магию, ты не сможешь вобрать ее снова в себя. К примеру, этот сполох ты уже не сделаешь меньше.
— И куда тогда его девать? — я смотрела на парящий перед собой заряд боевой магии как на бомбу замедленного действия.
— Направь в самый верх, в купол. Ведь пока магия воплощена, связь с нею сохраняется. Просто отдай мысленный приказ.
Ладно, попробуем…
Стараясь не думать ни о чем стороннем, я попыталась мысленно сполох направить. Но он взмыл так резко и врезался в купол так сильно, что на миг даже показалось, будто там светящиеся трещины разбежались! Представляю, в каком ближайшем овраге магистр бы меня прикопал, если бы я купол разбила…
Сполох разлетелся множеством ярких искорок, они оседали так медленно, словно в замедленной съемке. Зрелище просто завораживало… И казалось, что просто ничего больше не надо: лишь стоять вот так в объятиях Дэмиана посреди кружащихся во тьме крох света…
Но я прекрасно отдавала себе отчет, что тону в этой влюбленности как в океане. И если сама себя не буду притормаживать, то потеряю голову. Но оттого больнее потом будет разочарование. И не хотелось ждать плохого, но опыт с Лиамом заставлял осторожничать во всем.
— Давай снова, — Дэмиан был неумолим. — Но теперь постарайся создать совсем маленький, не больше ореха. И не дать ему разрастись. Ты должна удержать боевой заряд не меньше минуты.
Ага, не меньше минуты — да уже первые пять секунд дались тяжело. Магия сама стремилась к сполоху, норовя его увеличить, и очень сложно было ее сдерживать. Может, если бы не волнующая близость Дэмиана, я бы куда легче концентрировалась. Мне просто нужно от нее отвлечься…
И даже знаю как. Тем более я давно хотела поднять этот вопрос.
— Дэмиан, и все же… Почему ты тогда вернулся за мной?
— Разве это не очевидно? — даже если он и удивился моему вопросу, по интонации все равно было непонятно.
— Если бы было очевидно, я бы не спрашивала, — я не сводила взгляда со сполоха между ладонями, пальцы уже дрожали от напряжения.
— Тебя не было среди покинувших зал, так что сразу стало ясно, что ты по каким-то причинам не выбралась. А бросать тебя там на произвол судьбы я не собирался. Только и всего.
— Но ты же прекрасно понимал, что можешь погибнуть! — это у меня просто в голове не укладывалось. — Дэмиан, это ведь и вправду была верная смерть, целители же тебя еле спасли!
— Но спасли же. Неужели ты до сих пор терзаешься чувством вины? — взяв меня за плечи, Дэмиан резко развернул лицом к себе. Больше не удерживаемый сполох улетел в сторону купола, там бабахнул, но я даже не оглянулась. Взгляд Дэмиана чуть ли не прожигал меня насквозь.
— Кристина, то, как я поступил на балу — это было исключительно мое решение, — чеканил каждое слово Дэмиан. — Мое решение и мой выбор. Исключительно мой. Нет в этом твоей вины, так что хватит уже себя корить.
Казалось, что ему отчего-то это крайне важно… Да и сама эта тема все же неприятна… Я уже десять раз пожалела, что вообще подняла этот вопрос.
Дэмиан добавил уже чуть мягче:
— Нет твоей вины ни в чем. Ни в случившемся на балу. Ни тем более в том, что ты — эдаринг. Ты та, кто ты есть, и это же не преступление какое-то. Кто вообще сказал, что тебя не должно быть?
Лиам сказал. Фактически прямым текстом.
— Кристина, сама посуди. Раньше уникальных магов считали злом. И что же, разве это правда? Что уникальные, что эдаринги — это лишь вид магов. Да, эдаринги всегда считались отдельной расой, но и что с того? Магия не делает кого-то плохим. Она лишь обнажает истинную суть человека.
— Разумом я все это понимаю, правда, — я отвела взгляд. — Но мне сложно принять случившееся. Тени тогда пришли за мной, и если бы не Лиам, сколько бы народу погибло…
— А причем здесь Лиам?
— Ну как… Он же не давал теням вырваться из зала…
Дэмиан вздохнул, словно собираясь всем своим терпением.
— Кристин, я же видел эти тени. Они не материальны. И если бы они хотели покинуть пределы зала, то запросто бы это сделали через стены или потолок. И никакой боевой маг на входе им бы не стал помехой — его бы просто обошли.
— То есть… — я оторопела.
— Нет, Лиам, конечно, герой, что так отважно взялся всех защищать, я его порыва не умаляю. Но суть в том, что это не имело смысла. Если бы тени хотели покинуть пределы бального зала, то они бы уж точно не стали выстраиваться в очередь к выходу, где боевой маг караулит.
Вот теперь я уже совсем ничего не понимала…
— Для чего тогда все это было? Лекс не хотел никому навредить? Но тогда и смерть его, получается, была напрасной…
— Так, Кристина, — Дэмиан мигом раскусил ход моих мыслей, — даже не вздумай. Ты поступила правильно, в той ситуации и нельзя было поступить иначе. Может, тени бы и вправду вырвались, не возьми ты их под контроль. Нет твоей вины ни в чем. Ты же сама говорила, — отчего-то горько усмехнулся, — что этот Лекс — настоящее чудовище.
— Да, говорила, — я прекрасно помнила тот момент на балу и все сказанное на эмоциях. — На самом деле я толком его и не знала… Да и наяву мы до того дня встретились лишь однажды.
Ведь, получается, до бала я в реальности встречалась с Лексом лишь во время похищения, и то я тогда была в полуобморочном состоянии. Засекла в поле зрения лишь его руку с тем примечательным кольцом, и все. Выходит, я Лекса и видела то только, когда он мне на Земле мерещился, да и когда уже здесь в снах-видениях приходил.
Конечно, это ничуть мне не помешало считать, что я прекрасно понимаю, какой он человек. Но сейчас это казалось таким наивным и самонадеянным.
Мне он казался прямо фанатично одержимым своей целью, — пробормотала я.
— Насколько я слышал, одержимость — одно из свойств расы эдарингов. Эдакая, если так можно выразиться, — Дэмиан хмыкнул, — суперсила. Она многое дает для достижения цели, но при этом основательно так влияет на сознание. Но с ней все же можно справиться. У эдарингов вообще было много особенностей, как говорят. Взять хотя бы то же пробуждение магии. Думаю, ты совсем не приходила в восторг от мысли, что ради выживания придется потерять невинность с тем, кого ты считаешь чудовищем. А теперь проблема решена. Магия и так у тебя должна пробудиться сама со дня на день. Я это все к тому, Кристин, что тебе не о чем сожалеть, и не в чем себя винить.
Неужели можно быть таким идеальным?.. Дэмиан понимает меня так, как никто никогда не поймет…
Что я там говорила о необходимости притормаживать со своей влюбленностью? Да как вообще ее контролировать, если с каждым мгновением я увязаю в ней все больше и больше?
— Поэтому давай просто закроем эту тему раз и навсегда, — улыбнулся он, но взгляд оставался предельно серьезным. — Ты поступила правильно. Все сложилось исключительно так, как и должно было. Потому никакого чувства вины, договорились?
— Я постараюсь, правда, — мне ведь на самом деле стало легче на душе. Да, я не могла не терзаться тем, что убила человека. Но все равно слова Дэмиана, его поддержка очень успокаивали.
— И вообще, — он демонстративно нахмурился, — хватит уже отлынивать от занятия. Нам с тобой многое нужно наверстать, за ближайшую пару недель ты должна нагнать уровень остальных.
— А это вообще возможно? — искренне усомнилась я. На первом курсе только я, да Беата с Вейдой. И даже до Вейды мне как до Луны пешком.
— Возможно, конечно. Просто… — он чуть лукаво улыбнулся, — нужна правильная мотивация.
Я была готова к вдохновенной речи, что он в меня верит, и вообще я всех там в бараний рог согну, но Дэмиан не оправдал моих ожиданий. Точнее, наоборот, ожидания оправдал, но совсем не эти…
Мы и до этого стояли совсем близко, но теперь, взяв меня за талию, Дэмиан притянул к себе вплотную. Даже через защитный комбинезон я чувствовала жар его тела так, что и он в свою очередь наверняка почувствовал, как бешено у меня заколотилось сердце.
Пальцами второй руки Дэмиан неспешно провел по моим губам, чуть надавил на нижнюю, словно заставляя раскрыться. Изучающий взгляд скользил по моему лицу; казалось, важна каждая моя эмоция… Но, боюсь, я и при всем желании не смогла бы ничего скрыть, выдавала саму себя с головой. И замирающим дыханием, и легким румянцем на щеках…
А Дэмиан, как нарочно, тянул время! Но вот почему? Он будто бы наслаждался этим предвкушением и в то же время чего-то ждал… Но чего? Или, наоборот, не спешил, опасаясь, что ожидания не оправдаются?
— Ты дрожишь, — голос прозвучал тихо, но чуть с хрипотцой, уже одной интонацией заставляя, чтобы что-то во мне томительно отозвалось. — Неужели боишься меня?
Я даже сказать ничего не смогла, лишь покачала головой. Да и как это выразить словами? Да, я боюсь, но не его, а того, что все будет совсем не так, как я себе представляла. Я ведь желала этого поцелуя еще с того нашего вечера на крыше, когда я сама же все испортила из-за чувства вины перед Алирвией.
Дэмиан медленно провел пальцами по моей шее. Похоже, едва удержался, чтобы не расстегнуть верхние крючки защитного комбинезона — настолько ему нравилось прикасаться к коже.
— Знаешь… Я столько раз думал об этом, — зарывшись пальцами в мои волосы, Дэмиан чуть сжал, совсем не больно, заставляя запрокинуть голову. — Представлял… Так ли сладки твои губы… — наклонился к моему лицу совсем близко. — Темпераментна ли ты… Или же, наоборот, холодна… — его губы едва не касались моих, обжигая дыханием. — Будешь ли податливой в моих руках, доверишься ли мне…
Силы небесные, он еще даже меня не поцеловал, а я уже ничего толком не соображаю… Нет, конечно, я и раньше, на Земле, целовалась, но никогда не было такого, чтобы физические ощущения настолько преобладали над разумом.
Его губы коснулись моих. В первый момент нежно-нежно, едва уловимо, даже дразняще. Я порывисто поддалась вперед, и это словно бы стало последней каплей для самообладания Дэмиана…
Меня никто и никогда не целовал так. Будто терзаемый мучительной жаждой, которую могла утолить лишь я одна. Лишь меня одну он желает, лишь я в силах унять этот немилосердный жар, пылающий в его крови.
Но получилось в точности до наоборот. Жадный требовательный поцелуй не приносил насыщения. Лишь еще больше распалял, сводя с ума, опьяняя, терзая мучительным томлением, с каждым мгновением все больше завладевающим телом… Никогда раньше не понимала выражения «потерять голову», считала это преувеличением. Что ж, теперь прочувствовала это на себе в полной мере…
И все же Дэмиан отстранился первым. Оборвал поцелуй так резко, словно мысленно сам себя осадил. Но все же не выпустил меня из объятий. И, быть может, так сказывалась игра света от парящих вокруг во тьме сполохов, но на миг мне отчетливо почудилось, как сверкнули серебром его почти черные сейчас глаза. Правда, в таком одурманенном состоянии мне вполне могло и показаться…
Дэмиан задумчиво коснулся пальцами моих все еще пылающих от поцелуя губ, жарко прошептал:
— Безумно жаль…
— Чего же? — дыхание прерывалось, слова дались с трудом.
— Что медлил с этим. Столько времени упущено… Но ничего, все еще впереди. Ты как диковинный пока нераспустившийся бутон… Такой нежный, хрупкий… И в моей власти постепенно открывать лепесток за лепестком, чтобы всецело насладиться дурманящим ароматом…
Его губы вновь завладели моим, но теперь уже Дэмиан все же старался себя сдержать. Поцелуй не требовал, не обжигал мучительным желанием. Дэмиан целовал нежно, изучающе, словно приручая меня, позволяя прочувствовать каждый миг его близости…
И ни о чем не думалось. Совершенно. Впервые за все время в этом мире я начисто забыла обо всем, обо всех проблемах. Нежность Дэмиана будто бы стирала из моей жизни все тяготы, оставляя лишь явственное ощущение, что все будет хорошо. А для этого всего-то и надо, что довериться этому так запросто сводящему с ума мужчине…
Дэмиан чуть отстранился, когда уже нам начало не хватать воздуха, но все равно не выпустил меня из объятий. Я уткнулась лицом в его рубашку, блаженно улыбаясь.
— Если ты хотел так смотивировать меня на занятия магией, то как-то просчитался… О магии мне теперь не думается совершенно…
Дэмиан тихо засмеялся.
— Ну да. Фатальная ошибка с моей стороны… Только если все вывернуть так, что никаких поцелуев, пока не отработаешь базовые магические атаки? Что скажешь?
— Шантаж чистой воды, — я тоже не удержалась от смеха.
— Боюсь, я и сам к такому самоистязанию точно не готов, — и вдруг добавил: — Кристин, я завтра после занятий собираюсь в Дальен. Поедешь со мной?
— В Дальен? — я подняла на него глаза.
— Ну да. А почему тебя это так удивляет? — в свою очередь озадачился он.
— Просто я и сама завтра туда собиралась. А тут такое удачное совпадение.
— Вот и поедем вместе, — улыбнулся Дэмиан, но тут же демонстративно нахмурился: — Так, все, перерыв окончен, продолжаем занятие.
— Для того, чтобы продолжать, тебе для начала надо хотя бы выпустить меня из объятий, — со смехом возразила я.
— Само собой, — но не только не отстранился, а еще и вновь наклонился к моему лицу. — Но все же для начала…
В замок мы вернулись уже под утро, перед самым рассветом. Дэмиан продолжал меня до самой лестницы в женскую жилую башню. И, честно, я ужасно устала, ведь мой «учитель» оказался тем еще тираном, но зато и в магии я продвинулась несравнимо дальше, чем за все дни до этого. И в то же время счастливой я себя чувствовала куда больше, чем усталой. Это же такое непередаваемое блаженство, когда тот, в кого влюблена без памяти, отвечает тебе взаимностью…
Но, справедливости ради, о любви никакой речи у нас не шло. Да и вообще ни о чем касательно каких-либо отношений. И разум меня одергивал, что поцелуи Дэмиана — еще даже близко не признак чувств с его стороны. Может быть банально физическое влечение, не больше. Но сейчас я слишком устала, чтобы рационально мыслить.
— Ну вот, провозился со мной всю ночь, — меня все же мучила совесть, — теперь и сам не выспишься.
— Что поделать, — руки Дэмиана скользнули по моей талии, привлекая меня к себе, — раз ты не спишь, то и я не сплю. Но я очень даже не прочь проводить с тобой бессонные ночи.
Интересно, это я такая испорченная, или и вправду в его словах явный намек?
Но уточнять я не стала. Да и целоваться все же куда приятнее, чем уточнять…
Вот только этот поцелуй был совсем недолгий. Я даже от разочарования губу закусила, когда Дэмиан вдруг от меня отстранился.
Но в то же время казалось, что для него это куда сложнее, чем для меня. Я ничего не могу с собой поделать, таю в его руках, теряю контроль. Он ведет. Он контролирует. Он самого себя останавливает. Но стойкое впечатление, что сдерживать себя с каждым разом ему удается с куда большим трудом.
Но Дэмиан хоть и прервал поцелуй, но по-прежнему держал меня в объятиях.
— А ты ведь мне так и не сказала, зачем тебе в Дальен нужно, — и сказал как бы между прочим, но пристальный взгляд будто бы видел меня насквозь.
— Ты тоже не сказал, так что тут мы квиты, — хитро выкрутилась я.
Дэмиан усмехнулся.
— Не надейся, я так просто не отстану. Завтра нас ждет долгий путь в экипаже… — демонстративно задумался. — Мы наедине да в замкнутом пространстве… Есть у меня такие подозрения, что я все же смогу у тебя что угодно выпытать.
— Как же вы самонадеяны, сударь, — засмеялась я. Ничего-ничего, до поездки я придумаю какой-нибудь благовидный предлог, зачем мне так позарез надо в зельеварную лавку.
— Что есть, то есть, — даже отрицать не стал. Все же разжал объятия, отступил на шаг: — Но на этой самокритичной ноте придется нам все же попрощаться.
— Сильно в сон клонит? — совесть вновь приняла меня загрызать.
— Да нет, — Дэмиан мрачно усмехнулся. — Я просто отчетливо понимаю, что с каждой минутой промедления все выше шансы, что я хоть и вернусь в свою спальню, но все же не один. Слишком велик соблазн закинуть тебя на плечо вопреки протестам и унести к себе. Так что уж лучше мне как можно скорее оказаться подальше… Завтра мне выпадает дежурство на арене, так что буду присутствовать на твоем занятии. А после уже поедем в Дальен.
Взяв в ладони мое лицо, мимолетно коснулся губами губ, прошептал:
— Доброй ночи, Кристина.
— Доброй ночи, Дэмиан, — мой голос сам собой сбился на шепот.
Дэмиан ушел.
Я провожала его взглядом, пока он не скрылся в конце коридора. И терзалась самым философским из вопросов.
Как мне все не испортить?
Земное воспитание упрощает все же отношение к близости с мужчиной. Но как быть в этом мире? Нет, понятное дело, никто вроде не будет отстреливать «блудниц», но вдруг тут считается нормой исключительное целомудрие. И даже сегодняшние поцелуи — это уже за гранью благоразумия приличной девушки?
А ведь и узнать не у кого! Фиби и Тиера — это две крайности. Одна явно считает «А чего такого?», другая уверена «До свадьбы даже за ручки держаться нельзя». И вот как мне быть уверенной, что я в глазах Дэмиана не легкодоступная падшая девушка? Вдруг, наоборот, я должна держать дистанцию, тем самым доказывая, что я достойная куда более серьезного отношения?
И терзаясь этой философской дилеммой, я все-таки направилась вверх по лестнице…
И половины ступенек первого пролета не преодолела, как жуткой болью пронзило солнечное сплетение. Сдавленно ахнув, я едва успела схватиться за перила, чтобы не упасть и не покатиться вниз.
Клеймо пульсировало, жгло нещадно! Будто вбитый раскаленный гвоздь! Боль была настолько сильной, что в какой-то момент я едва даже не отключилась!
Благо, магия сама пыталась если не погасить боль, то хоть немного уменьшить, но и без того я едва дышала.
Вот значит как…
Я ведь читала сегодня о разновидностях клейма собственности. Говорилось там, что большая их часть не позволит близость ни с кем другим. Но, видимо, из-за того, что клеймо должно оставаться скрытым от посторонних, кара меня настигает не в момент «преступления», а уже тогда, когда вокруг нет свидетелей.
Это что же получается?..
После каждого поцелуя Дэмиана меня в итоге будет ждать эта жуткая боль.
До комнаты я добиралась черепашьим шагом. Хоть мучительное жжение клейма и понемногу унималось, но после приступа так глушила слабость, что приходилось хвататься за перила лестницы, чтобы не упасть. Стоит ли говорить, скольких лестных эпитетов я мысленно удостоила Лиама за эти минуты?
Разумом я все понимала. И что он поступил необдуманно. И что он в плену раздирающих противоречий, и потому не отдает отчет своим действиям. Но вот терзающая меня боль совсем не способствовала сочувствию.
И как быть? Если Лиам не образумится и не уберет клеймо, то мне либо шарахаться от Дэмиана, либо смириться с тем, что за каждый его поцелуй я буду вот так жестоко расплачиваться… И ни тот, ни другой вариант мне совершенно не нравился.
Ну ничего, выход обязательно найдется. И копать тут определенно надо в сторону возвращения мозгов Лиама на место. Ведь воздействовать на опустошителя я никак не смогу, после того случая с ментальной магией он, без сомнений, укрепил свою магическую защиту в разы. Тут даже убойная книга Фиби не поможет. Но должна же к Лиаму вернуться адекватность, в конце-то концов!
Мне оставалось миновать последний лестничный пролет, как магические факелы враз погасли. Окон здесь не было, и в первый миг темнота показалась вообще непроглядной. Но я даже испугаться толком не успела, как в нескольких шагах от меня забрезжил слабый свет, формируя очертания мужской фигуры.
Этого человека я точно видела впервые. Может, конечно, полупрозрачность и искажала черты, но в целом все равно образ считывался.
Мужчина лет шестидесяти. Темные волосы с проседью, заостренные черты лица, пронзительный взгляд, статная выправка — в молодости он явно был весьма привлекателен. Держится как аристократ, да еще и наверняка при высокой должности. Может, что-то связанное с религией? Явно же не просто так на призраке ритуальная мантия с рунами. Причем, эти руны вполне реально мерцают даже сейчас. То есть, по сути, человек мертв, но некая магия так и продолжает действовать.
Конечно, после общения с «дядюшкой» Монфиором и добрым библиотекарем я вполне нормально воспринимала призраков, но вот при виде этого аж жутко стало.
А он смерил меня пристальным взглядом. Усмехнулся. И ведь было что-то уж очень знакомое и в этой усмешке, и в этой пристальности.
— Признаться, я представлял тебя иначе. Эдакой роковой красавицей с томным взглядом. А тут всего-то хорошенькая мордашка и довольно неплохая фигура.
— А вы, простите, кто? — настороженно смотрела на него я. Но при всей внешней враждебности призрака моя магическая защита почему-то вообще никак на него не отреагировала. Хотя, может, призраки даже при всем желании не могу принести вреда обычным людям? Но у этого-то явно магия активная, судя по рунам!
— Граф Деррек Арландский. И, чтобы тебе было понятнее, это именно моего правнука Александра ты на днях убила.
Даже не знаю, что меня больше поразило. То, как обыденно он сказал об этой смерти. Или то, что передо мной и вправду прадед Лекса, который того и воспитывал.
— И что же, вы явились мне мстить? — я заранее приготовилась к самому худшему.
— За что? — тот мрачно усмехнулся. — Раз Александр умер, то он был слишком слаб и недостоин. Да, скрывать не буду, я до последнего надеялся, что он будет лучше своего отца, который предал нас всех. И все ведь из-за вас, — даже взгляд сверкнул, — иномирянок! Вы прямо проклятие какое-то для рода Арландских! Что мой внук из-за такой, как ты, отрекся от своей расы; что правнук в итоге не оправдал ожиданий. Но они недостойны даже того, чтобы говорить о них. Меня интересует исключительно будущее эдарингов. А оно, как ни прискорбно, напрямую зависит от последнего носителя нашей магии. От тебя.
— То есть вы хотите мне помочь с пробуждением магии? — оторопела я.
— Именно так, — он снисходительно кивнул. — Без моей помощи ты точно обречена.
— То есть? — я нахмурилась.
— То есть довольно глупо с твоей стороны надеяться, что магия пробудится сама по себе. При всем стремлении к выживанию наша магия никогда не пойдет против главного своего закона: обладать ею может лишь достойнейший. И у тебя на это осталось… — он внимательно в меня вгляделся. — От силы недели две с половиной.
— И как мне доказать, что я достойна? — у меня аж ком в горле встал. Я-то была уверена, что эта проблема сама решится в ближайшее же время!
— Никак. Ты недостойна. Но ни у тебя, ни у меня нет выбора. Ты хочешь жить, я хочу сохранить нашу расу. Потому нам придется действовать вместе, — лорд Деррек аж скривился на миг, его явно не радовала такая перспектива.
Но все же продолжил деловито:
— В мире сохранились затаенные святыни эдарингов, там еще есть скопления нашей силы. И если ты пройдешь череду ритуалов, то магия все же пробудится в тебе.
Ага, ритуалы. Уж простите, ассоциации с этим не очень хорошие.
— А почему я должна вам верить? — я скрестила руки на груди.
— Потому что твоя смерть мне невыгодна даже больше, чем тебе самой, — все же снизошел до пояснения он. — Более того, ты даже не видишь картины в целом. А я вижу.
— И что же вы видите?
Призрак медленно обошел вокруг меня.
— Насчет пробуждения магии я и так тебе сказал. Но это еще не все. Клеймо собственности. Если ты думала, что прочувствовала все его проявления, то напрасно. Клеймо продолжит развиваться, «врастать» в твою суть, проявляясь все более сильными последствиями. Пройдет совсем немного времени, как ты будешь уверена в искренних чувствах к опустошителю. Да и сам он, если ты вдруг не в курсе, все больше попадает во власть своей сущности. Слишком он пока слаб духом и неопытен, чтобы обуздать такую мощь. И его же сильные эмоции пробивают бреши в самообладании. Конечно, есть шанс, что, когда из-за власти клейма ты сама будешь готова ему на шею вешаться, опустошитель немного утихомириться. Но гарантии нет. И даже мне представить страшно, что будет с миром, если подобный маг перестанет свою разрушительную мощь контролировать.
Как-то я об этом варианте совсем не подумала…
Нет, ну вот что за жизнь?! Буквально минут пятнадцать назад я млела от счастья и будущее мне виделось исключительно в радужных тонах. А теперь меня так жестко спустили с небес на землю…
— Решать тебе, конечно. Я лишь предупредил о последствиях. Но, — выразительно смотрел на меня, — пробуждение магии враз бы решило все твои проблемы. И угроза смерти бы исчезла и, что немало важно, пробуждение сопровождается таким выплеском силы, что это сводит на нет всю стороннюю магию. Ты бы разом избавилась и от клейма собственности, и от заклятья «Медового месяца». Обрела бы не только боевую магию эдарингов, но и сильную ментальную. Настолько сильную, что смогла бы пробить защиту опустошителя и помочь ему взять под контроль его разрушительную сущность, вернуть здравый смысл. Как видишь, одни плюсы.
— О каких именно ритуалах идет речь? — я все равно оставалась настороже.
— Для тебя совершенно безопасных. Я буду в нужное время открывать для тебя порталы, ведущие к нашим святыням. Там предстоит добраться до алтарей и задействовать их. Магия Александра, которая теперь в тебе, поможет в этом.
— А чем это грозит для мира? — наверняка же есть какой-то подвох!
— Ритуалы? Ничем. Но если ты справишься и выживешь, то просто в мире будет хоть один эдаринг. И шанс, что все же не последний. Выйдешь замуж за своего целителя, родишь сыновей, которые унаследуют твою силу. А они в свое время передадут магию уже своим детям… И так постепенно наша раса все равно будет жить.
— Простите, но я не верю, что вы хотите мне помочь, — никак это у меня в голове не укладывалось.
— Тебе — не хочу. Ты погубила моего правнука, ты недостойна быть эдарингом. Но у меня попросту нет выбора. Я не могу допустить, чтобы моя раса угасла. Но, как ни прискорбно, решать тебе, — лорд Деррек исчезал. — Даю тебе время на раздумье…
Едва он растворился в воздухе, как вновь полыхнули факелы на стенах, я даже зажмурилась от неожиданности.
Так, ладно, не раскисаем. Как говорится, война план покажет. Завтра обязательно к лорду Таверу. Это он по части Лиама мне не помощник, но в остальном сохранил здравомыслие. И его мудрый совет мне сейчас ох как нужен…
Ведь если все, что сказал лорд Деррек правда, скоро я уже сама перестану мыслить адекватно. Гибель от магии — это одно. Но, кроме этого, клеймо полностью разрушит мою личную жизнь. Задушит мои чувства к Дэмиану, привяжет к Лиаму… Но хоть ненадолго, ведь магия все равно скоро меня убьет.
У меня вырвался нервный смешок.
Ну ничего, будем решать проблемы по мере их поступления. Насчет магии и помощи прадеда Лекса — советоваться с лордом Тавером. Насчет клейма — пытаться пробудить адекватность в самом Лиаме. И несмотря на все это, все равно наслаждаться жизнью. Пока я жива, пока еще мыслю здраво и мои чувства искренни, быть рядом с тем, кто мне на самом деле дорог…
Даже если каждая встреча с Дэмианом будет мне в итоге так аукаться карой от клейма… Оно все равно того стоит.