Глава 34. Он услышал тебя

Я сидела в кресле, будто приклеенная, а слова Леона, как иглы, впивались в моё сознание.

«Габриэль серьёзно болен».

Это эхом звучало в голове, вводя меня в ступор. Воздух в комнате стал вязким, как густой туман. Я попыталась вдохнуть, но это оказалось неожиданно трудно, как будто что-то давило мне на грудь.

— Чем… болен? — едва нашла в себе силы прошептать. Голос прозвучал натянуто, с лёгкой дрожью, которую я не смогла скрыть.

Леон смотрел на меня пристально и тоскливо, его глаза, обычно ясные и уверенные, были наполнены скорбью, которая пугала меня больше всего.

— Он истощён, — ответил тихо, словно боялся, что громче сказанное слово может ранить. — Фактически, на грани…

Эти слова вызвали внутри меня бурю. Я резко встала. Ощутила, что меня лихорадит.

Сделала шаг вперед, но мир вокруг вдруг закачался. Голова закружилась, ноги подкосились, и я едва не рухнула на пол. Леон подхватил меня в последний момент, удерживая от падения.

Я почувствовала его силу и тепло, но эти ощущения только усилили моё беспокойство. Его голос, наполненный болью и теплотой, прозвучал у самого уха:

— Касси, всё так сложно…

Он мягко прижал меня к себе, не собираясь отпускать.

— Я чуть с ума не сошёл, когда узнал, что с тобой делает твой муж, — продолжил он, его голос охрип от едва сдерживаемого гнева. — Почему ты молчала, Кассандра? Почему не сказала мне? Я бы защитил тебя…

Эти слова вызвали в душе ядовитое чувство вины. А еще смертельную усталость. Дорогой друг вдруг показался таким сильным и надежным, что отчаянно захотелось остаться в его объятьях навсегда…

— Прости, — прошептала я, чувствуя, как что-то давит на грудь, мешая дышать. — Я не хотела тебя тревожить.

Леон немного отстранился. Его глаза вспыхнули болью. Но длилась его молчаливая вспышка недолго. В тот же миг его лицо оказалось так близко, что я смогла ощутить тепло его дыхания.

— Ты такая глупая, Касс, — сказал он шёпотом, и в его словах проскользнули укор и нежность одновременно. — Такая самонадеянная, как всегда…

И прежде, чем я поняла, что происходит, он наклонился и… меня поцеловал.

Его губы были мягкими, теплыми, осторожными. Поцелуй вышел немного робким, словно он боялся, что я оттолкну его. И я не ответила. Не смогла…

Замерла, поражённая до глубины души. Внутри не вспыхнула страсть, не разгорелось желание. Я ничего не почувствовала, кроме странной пустоты.

Габриэль…

Перед глазами всплыло его лицо и глаза, полные нежности. Вспомнился его поцелуй — яркий, горячий, распаляющий внутри настоящий огонь. А с Леоном… ничего.

Он, кажется, это понял. Медленно отстранился, отпустил мои плечи и с горечью посмотрел мне в глаза.

— Прости, — прошептал принц, отводя взгляд.

Он отошёл к дивану и сел, стараясь не смотреть на меня. Я же плюхнулась в кресло без сил, не зная, что сказать и как реагировать.

— Так что с Габриэлем? — наконец спросила я, мой голос прозвучал хрипло и натужно.

Леон поднял на меня взгляд. Его щеки порозовели от смущения и волнения, но он быстро вернул себе обычное выражение лица, словно никакого поцелуя и не было.

— Он истощён, Касси. Почти смертельно. И давно не приходит в себя, — Леон сделал паузу, и я заметила, как его пальцы непроизвольно сжались в кулак. — Королевские лекари испробовали все возможные методы, но ничего не помогло. Ты должна позвать его, потому что душа Габриэля блуждает в ином мире. Боюсь, скоро он просто останется там навсегда. Но если он услышит твой голос, то… вернётся.

Эти слова прозвучали пугающе. Я вскочила, вдруг обретя немало сил.

— Почему это произошло??? — мой голос прозвучал глухо, как из бочки. — Когда я видела его в последний раз, он выглядел нормально…

Но тут же осеклась, вспомнив последнюю нашу встречу. Когда Габриэль обнял меня, я мгновенно ощутила свободу и облегчение. И всякий раз, когда он приближался ко мне, связь с Амарисом ослабевала. Однажды он обнял меня, и печать подчинения стала неактивной, а вот Габриэль… он тогда оказался в лекарском крыле! Боже, неужели… всё это время он брал мои проклятья на себя???

Я побледнела, кровь застыла в жилах.

— Глупый мальчишка… — прошептала я, закрывая рот рукой.

Габриэль перенаправлял на себя магические щупальца Амариса, жертвуя собой ради меня. Он брал мою боль и мое рабство на себя…

Выпрямилась и направилась к выходу, хотя ноги дрожали.

— Где он? — почти выкрикнула я. — Я должна его увидеть! Срочно!

Леон смотрел на меня с тревогой, но я уже не могла ждать. Я должна была спасти Габриэля, пока не стало слишком поздно.

* * *

Лекарское крыло дворца было наполнено тишиной, которая тяжело давила на плечи, будто напоминая о том, что здесь не место для радости. Коридоры тянулись длинной чередой арочных проходов. Белые стены казались холодными, а свет факелов, установленных по обе стороны, создавал тени, которые плясали на каменной кладке.

Запах был особенный, тяжелый: смесь трав, лекарственных мазей, старого камня и едва уловимого металлического привкуса болезни. Это был запах отчаяния. Запах тех, кто борется за свою жизнь.

Мы с Леоном шли молча. Его шаги звучали глухо. Моё сердце сжималось с каждым шагом. Я знала, что увижу Габриэля, но не знала, смогу ли вынести это.

Я должна! Хватит раскисать, Кассандра! В последнее время я стала непозволительно сентиментальной и эмоциональной. Старею???

Когда мы подошли к палате, Леон открыл дверь. Я сделала глубокий вдох и вошла.

Комната поразила меня своей роскошью. Высокий потолок, резная мебель из красного дерева, тяжёлые портьеры на окнах. Даже кровать, на которой лежал Габриэль, казалась королевской: широкая, с золотой вышивкой на покрывале. Но мои глаза сразу же впились в его бледное, изможденное лицо.

Парень лежал неподвижно, погружённый в бесконечный сон. Волосы, обычно такие аккуратные и пушистые, небрежно разметались по подушке, обрамляя лицо цвета белоснежного мрамора. Тени под глазами придавали Габриэлю вид умирающего ангела, а сухие, потрескавшиеся губы выглядели болезненно.

Я не смогла удержать слёзы. Моё сердце сжалось так сильно, что казалось, оно вот-вот разорвётся. Во всём моя вина…

Слабость в ногах заставила опуститься на колени перед кроватью. Мои руки сами нашли его ладонь — холодную и безжизненную.

— Прошу тебя… возвращайся, — прошептала я, склонившись к его руке. Голос дрожал, и я едва могла дышать от подступающих слёз.

Позади стоял Леон. Его скорбь чувствовалась даже на расстоянии. Я слышала, как он тяжело выдохнул.

— Возможно, придётся провести обряд соединения душ, — произнёс он глухо, — чтобы Габриэль услышал тебя в том мире, где блуждает его сознание.

Но прежде, чем я успела что-то ответить, заметила, как ресницы Габриэля начали трепетать.

— Леди Кассандра… — прозвучал его слабый, едва различимый шёпот.

Я замерла, не веря своим ушам. Неужели он услышал меня с первого раза??? Глаза парня медленно открылись. Они были мутными, но он смотрел прямо на меня.

— Габриэль… — мой голос сорвался, а я сжала его ладонь, будто боялась, что он снова впадет в беспамятство.

Оглянулась на Леона, который замер у двери, ошеломлённый этим чудом.

— Удивительно… — прошептал он трепещущим голосом. — Он услышал тебя мгновенно!

На лице принца появилось болезненное облегчение, а я обернулась к Габриэлю, который не сводил с меня глаз и пытался улыбаться потрескавшимися губами…