Глава 51. Эпилог

Меня отвели в спальню Фердинанда — туда, где я чувствовала себя в безопасности. Там, где я была счастлива не одну ночь.

Теплая вода смыла с меня последние следы ужаса прошедших дней. Я сидела в наполненной ванне, чувствуя, как напряжение покидает мышцы, как усталость накрывает меня с головой. Слишком долго я была в состоянии боя, слишком долго сражалась за свою жизнь, за жизнь дорогих мне людей. Теперь же, в этот момент, казалось, можно просто… быть.

После ванны мне принесли еду. Я не помнила, когда в последний раз ела спокойно. Горячий хлеб, тушёное мясо, медовый чай. Простая, но вкусная еда, которая согревала изнутри.

Я не заметила, как потянулась к постели, укуталась в мягкие простыни и наконец-то позволила себе расслабиться.

Фердинанд лег рядом, обняв меня со спины. Его ладонь скользнула по моим волосам, мягко поглаживая.

— Спи, родная, — шептал он. — Ты выдержала.

Я закрыла глаза, наслаждаясь теплом его тела, ровным биением его сердца.

— Прости за то, что тебе пришлось перенести, но иначе было нельзя.

Я слышала в его голосе вину, сожаление, но у меня уже не было сил что-либо отвечать.

— Я и сам не знал до последнего, что у отца и у Леона есть план, — признался он, касаясь губами моего виска. — Я страшно переживал и собирался выкрасть тебя из темницы, но, к счастью, до этого не дошло…

Я вздохнула.

— Спи, и пусть тебе приснится наша новая счастливая жизнь…

Его голос был подобен заклинанию, убаюкивал, обещал покой.

И я действительно уснула.

И приснилось мне счастье. Как он и хотел.

* * *

Амариса отправили в имперскую темницу, где ему предстояло ожидать суда за покушение на наследного принца. Несмотря на все его связи, даже послы Далмарии не стали за него заступаться. Они поспешно открестились от своего бывшего подданного, отклоняя любую причастность к его преступлениям. Видимо, он был слишком явной помехой, и его решили просто списать.

Что до самих послов Далмарии, то после суда и громкого разоблачения они попытались шантажировать императора, намекая, что разрыв отношений с их королевством может обернуться войной. Однако Рейнарду было уже все равно. Слишком долго их «соседи» пытались играть в грязные политические игры. Поэтому вместо переговоров он объявил новые торговые соглашения с восточными странами, лишив Далмарию множества выгодных контрактов. В ответ король Далмарии сменил послов, пытаясь наладить отношения, но в империи его шаг уже не восприняли всерьез.

А вот лорд Вальдест исчез. Он не стал дожидаться, когда император объявит новый закон и когда поднимется новая волна расследований. Очевидно, он предпочел скрыться за границей, нежели оказаться в камере рядом с Амарисом.

Марсель был полностью оправдан. Более того, по настоянию Леона его назначили на высокий пост при дворце. Не телохранителем, как можно было ожидать, а ответственным за особый новый отдел — по изучению и внедрению в обучение разрешенной тёмной магии.

Когда Рейнард официально подписал указ о том, что запретная магия более не является преступной, страна долго гудела. Одни поддерживали решение, другие ужасались, пророча неминуемый крах и возрождение древнего кошмара. Однако все быстро поняли, что ничего страшного не происходит. Магия, которую веками скрывали и считали демонической, оказалась просто силой, с которой никто не умел обращаться. Теперь, когда её начали изучать, обучать контролю и использовать во благо, страх постепенно сменился любопытством.

А я… я несколько недель отлеживалась в кровати. Фердинанд не позволял мне вставать без крайней необходимости. Убеждал, что мне нужен отдых, что я слишком много пережила, что наш ребенок должен расти в спокойной обстановке. Я не спорила. Возможно, впервые в жизни.

Когда я, наконец, достаточно пришла в себя, меня навестила моя старая подруга — Марлена.

Она вошла в мои покои и… церемонно склонилась в глубоком поклоне.

— Ваше Высочество.

Я с трудом сдержала смех, но через секунду всё-таки расхохоталась.

— Перестань! Это же я!

Марлена тут же расправилась, улыбнулась и хмыкнула.

— Ну а что? Теперь ты принцесса, я просто хотела проявить уважение!

Я покачала головой.

— Если ты не прекратишь, я тебя выгоню.

— Ладно, ладно, сдаюсь! — она рассмеялась.

Мы сели на балконе, откуда открывался прекрасный вид на столицу.

— Как же я за тебя рада, Кассандра! Ты не представляешь, что творилось в академии, когда тебя бросили в темницу! Все так за тебя переживали!!!

Я удивилась.

— А я-то думала, меня все осуждают за мой брак с принцем…

Марлена закатила глаза и отмахнулась.

— Да ты что, нет конечно!

Она наклонилась ко мне, хитро прищурилась и поиграла бровями.

— Ты бы видела, как Габриэль, то есть принц Фердинанд, на тебя смотрел! О, он весь светился, когда речь заходила о тебе. Этого не замечал только слепой и ты!

Я усмехнулась, вспоминая своего горячего, упрямого мужа, бывшего когда-то моим настойчивым студентом.

— Значит, даже мои коллеги на моей стороне? Или хотя бы хотят такими казаться…

— Ну, с твоим нынешним статусом вряд ли кто-то решиться критиковать тебя в открытую, так что можешь успокоиться…

Мы посмотрели друг на друга, а затем снова рассмеялись.

Что ж, может, моя жизнь изменилась, но, по крайней мере, у меня всё ещё были друзья…

* * *

Несколько лет спустя…

Сад расцветал всеми красками весны. В воздухе витал сладковатый аромат цветущей сирени, солнечные лучи пробивались сквозь густые кроны деревьев, а где-то в стороне звонко щебетали птицы. В центре садовой площадки стояли двое — высокий светловолосый мужчина и маленькая девочка с длинными темными локонами и сияющими синими глазами.

Фердинанд наклонился к своей дочери, держа её маленькие ручки в своих.

— Хорошо, Лилиан, сосредоточься. Представь, что ты хочешь перенести предмет с одного места на другое, но без прикосновения. Просто представь дверь…

Лилиан, наша с Фердинандом дочь, выглядела серьёзной и сконцентрированной. Её бровки нахмурились, маленький носик сморщился от усилия, а губы сложились в сосредоточенную линию.

Я подошла ближе, сложив руки на груди.

— А не рано ли, дорогой? — с лёгким недовольством бросила я. — А вдруг она создаст портал и войдёт в него?

Фердинанд лишь ухмыльнулся и развёл руками.

— Ты же знаешь, Марсель недавно принёс браслет-амулет, который сдерживает её силы. — Он показал мне изящное серебряное украшение на запястье нашей дочери. — Я снимаю его только на наших занятиях, а уж тут-то я пригляжу. Не переживай. Пусть лучше учится управлять даром с самого детства, иначе дальше будет больше проблем.

Я посмотрела на него и не смогла удержаться от улыбки.

Прошло несколько лет, а Фердинанд изменился. Он уже не выглядел тем юным, порывистым мальчишкой, каким я впервые его встретила. Короткая светлая борода добавила ему возраста, а во взгляде появилась та мудрость, которая приходит с годами и ответственностью. Возможно, он отрастил бороду ради меня, чтобы я не думала о нашей разнице в возрасте, но я уже не переживала об этом. Какая разница, сколько кому лет, если нас объединила любовь???

Я подошла ближе и поочерёдно поцеловала сперва мужа, а потом Лилиан.

— Ну, как идут занятия? — спросила я, проводя рукой по её шелковистым волосам.

Лилиан, сияя от радости, посмотрела на меня и радостно воскликнула:

— Мама, смотри, как я могу!

Она взмахнула маленькой ручкой, и вдруг перед нами вспыхнул переливающийся фиолетовый свет.

Портал.

Настоящий.

У меня перехватило дыхание.

Фердинанд выдохнул:

— Боже, дорогая, ты смогла⁈

Лилиан выглядела немного напуганной, но, увидев восторг в глазах отца, быстро успокоилась.

— Я… сама не знаю, как так вышло, — пробормотала она.

Фердинанд подхватил её на руки и радостно закружил.

— Ты молодчина! — прокричал он. — Ты будешь одной из самых великих магинь нашей империи. Как и твоя мама!

Лилиан звонко рассмеялась, обняв отца за шею.

А я стояла, смотрела на них и чувствовала, как внутри разливается тепло.

Боже, как же я их люблю!

Конец