Глава 23
Знание некоторых принципов легко возмещает незнание некоторых фактов.
Жизнь текла своим чередом. Цвели одуванчики, мы с Асом готовились к сессии, по вечерам учили «Практическую магию», вместе ездили верхом, а потом сидели на сеновале и грезили о драконьих крыльях. Иногда мне снилась дальняя горная страна, где садилось солнце, но, слава Ларише, шахмат по ночам больше не было. Идиллия продолжалась до субботы, когда прилетевший Шон ткнул пальцем в висевшую над моей кроватью записку: «Показать часы Шону!!!»
Записку, кстати, писала Бри. Она же её и прилепила, я сама всё время забывала это сделать…
– Что за часы? – заморгал на меня карими глазищами Шон. И внезапно прищурился: – Ну-ка, двигайся ближе и смотри в глаза! Ни фига ж себе! И как я раньше не заметил?
– Что там? – занервничала я.
– В твоих мозгах кто-то покопался. Ничего страшного вроде нет, но с этими часами что-то неладное. Откуда ты их взяла?
А он что, не видит? В часовой мастерской, когда мы были в Ларране. Там ещё мастер симпатичный был. Только лица я не запомнила…
– Не запомнила? С драконьей памятью? – хмыкнул Шон. – А сами часы где?
– Мои – в тумбочке.
– Что значит – твои? А есть ещё чьи-то?
– Ну да. Я первые Асу подарила. Для него и выбирала, а мастер как будто понял, меня похвалил и ещё эти дал. Ой, я же брать не хотела… – мой голос упал, – …но почему-то взяла.
Шон уже извлёк из тумбочки серебряный листок плюща с жуком-оленем. Безошибочно нажал на спинку жука, чтобы распахнулись надкрылья. И присвистнул:
– Радужный алмаз! Никогда не встречал такого цвета!
Как радужный алмаз?
– Тим, – голос Шона был очень серьёзен, – похоже, я напророчил. И Ас тоже… Его часы, кстати, потом посмотрю. В этих зла нет. Но магия есть, и такая, что я её понять не могу. Даже не магия, отпечаток, аура… Знаешь, кто из богов любит мастерить для забавы механические игрушки? Брат Лариши, Дианур. А часовой мастерской в Ларране по этому адресу нет и никогда не было. Поверь, я точно знаю. Хотя, возможно, если ты придёшь, она снова окажется там. Послушай меня, кузнечик. Может быть, тебе стоит притормозить… Быть любимцем богов – это чаще наказание, чем награда. Если боги обращают на кого-то внимание – скорее всего, скоро в пантеоне появится новый великомученик. А я для тебя такой судьбы не хочу.
Почему-то стало зябко. Зачем мне это? Сначала герцогство, теперь Дианур… Вот Ларишу я люблю, а его – боюсь.
– Правильно боишься. У богов свои интересы. Хотя иногда это всё же награда. Например, Астер исполнила интересное пророчество, выйдя замуж сразу за двоих. Уж поверь, в твоём возрасте она ничего такого не планировала, это ей Мать Всех Драконов подсуропила. Но, видишь, всё оказалось к лучшему. Хотя до того, как это лучшее наступило, их всех пришлось вытаскивать с того света. То есть конец истории мог оказаться совсем другим…
Шон вздохнул и привалился к стенке:
– Иди под рукав? Буду присматривать за тобой ещё тщательнее. А ты, если случится что странное или что-то пойдёт не так – сразу зови меня – вместе выпутаемся. Кстати, с тобой ничего чудно́го в последнее время не происходило?
Не знаю. Вот вилки ненормальные сделала. Хочу изваять вазу – крутится в голове. А трёхмерная должна выйти ещё интереснее. Драконьи горы снятся. А шахматы больше – нет.
– Поподробнее о шахматах. Гм-м… Ничья, говоришь?
Кивнула. Ну, мало ли что привидится? Мне в детстве свиной хлев и лопата каждую ночь являлись…
– Угу, что. Или кто. Например, партия в шахматы с владельцем часовой мастерской, который решил сам тебя рассмотреть поближе. И, похоже, счёл к чему-то пригодной…
– Шон, хватит, – попросила я. Плохо закрывать глаза на происходящее, но иногда это необходимо. Сейчас меня трясло нервной дрожью. Я так старалась стать сильной, научиться защищаться, давать отпор, стоять на ногах – и оказалось, что делаю всё это лишь затем, чтобы стать пешкой сил космического масштаба, до которых мне никогда – принципиально никогда! – не дорасти и с которыми не сравняться и не справиться. И которые сделают одним мизинцем со мной всё, что захотят. Выходит, зря я старалась…
– Жуть какая! Ты так живо это представила, что я сам почувствовал себя испуганной мышью в стае голодных котов, – поёжился Шон. – Успокойся, всё не так страшно. Боги подталкивают, но не заставляют. Вот, например, до Астер была Рамин. Я так понял, что это была предыдущая попытка исполнить то пророчество. Но Рамин не захотела – и упс! – пришлось богам потерпеть ещё пятьсот лет. Так что сейчас просто будь поаккуратнее, держи меня в курсе всего и не делай резких движений. Прежде чем сказать «да» всё равно кому и всё равно на что, спроси свою чёрную уховёртку, которая дрыхнет этажом ниже. Мозги у него работают, и тебя он любит.
– А что за пророчество? – оживилась я.
– Подрастёшь – расскажу. Астер, думаю, разрешит.
Я надулась. Что он твердит – подрастёшь да подрастёшь? В ворону – нельзя, пророчество – нельзя, ядерную трансмутацию – тоже нельзя!
– А как часы появились, резерв не стал быстрее расти? – поинтересовался вдруг Шон.
– Не знаю. Он у меня и так просто прёт – я сейчас чуть-чуть до сорока двух вёдер не дотягиваю. Но Дианур – это же бог человеческой магии?
– Одно тащит другое, – пожал плечами Шон. – У тебя крови драконов и магов – почти поровну. Так что не влиять не может. Ну, это как ноги бегают, или руки махают – но и тут и там в итоге тренируется сердце.
Я неуверенно кивнула.
– Ладно, уже почти час языками чешем. Давай устраиваться и заниматься!
– Шон, можно я ещё чуть-чуть рядом посижу? – попросила я.
– Ну, сиди.
Подумав, просунула одну руку между спиной Шона и стенкой, вытянула вторую и сцепила пальцы в замок у него на животе. Худющий он какой! Как Ас… Но как мне тепло и уютно рядом…
Шон, улыбнувшись, рассеянно погладил меня по голове.
А я задумалась над тем, что он рассказал. Как там? «У хорошего правителя совесть должна быть размера больше среднего». Но боги выше и могущественнее любого земного владыки. Как обстоят дела с совестью у богов? Она у них вообще есть?
– Ну ты загнула, кузнечик. Я разумею так: если бы мне пришлось выбирать себе одного бога, я бы выбрал Мать Всех Драконов или Мать Всех Эльфов. Потому что матерями они зовутся не просто так. Детей у них не так много, и отношение к ним иное – не зря богини позаботились дать расам древних дар бессмертия. А вот люди размножаются быстро, живут недолго и, прости, скажу прямо, для богов они – расходный материал. Прикинь, ты сама бы могла серьёзно принимать в расчёт желания и страдания комаров, весь срок жизни которых – пара дней?
Я помотала головой. Как-то мне такая постановка вопроса совсем не приглянулась.
– Ты – драконёнок, это уже ясно. Вот и относись к себе, как к дракону, а не как к комару. Ладно, давай всё же заниматься. А присматривать я за тобой буду – если недогляжу, Мрак мне дырку в темечке продолбит, – улыбнулся Шон.
– Шон, а где живут боги?
Шон ошеломлённо уставился на меня.
– Зачем тебе?
– Я думаю о Хашурге. Если у него есть логово, то, может, с ним можно что-то сделать?
– С кем, с ним? С логовом или с Хашургом?
– С обоими. Или с кем получится.
– Гм. Вообще говоря, Хашург ближе всех к демиургам – творцам драконов и эльфов. А у тех обители есть. Вот только орки вряд ли нам расскажут, куда надо идти, а земли́ за горами – тысячи и тысячи лиг… На таких просторах злобомеры не помогут.
– Я подумаю…
– Как надумаешь, поделись. Интересно! – Шон хихикнул и взъерошил пятернёй волосы на макушке. – Отпускай меня, клещ драконий. Хватит отлынивать – давай заниматься!
В следующий раз я увидела Шона во плоти с утра пораньше в понедельник. Не успела Бри с зубной щёткой наперевес выйти за дверь, как он выпал из портала у нашего шкафа. Я и сама хотела поговорить с учителем – потому что ночью снилась какая-то фигня. Точнее, сон запомнился один, но шибко странный.
Примерещилось лицо – красивое, даже прекрасное, в золотистом ореоле. Которое потянулось ко мне. Как мне с перепугу показалось, с намерением поцеловать. Я целоваться непонятно с кем посреди ночи совершенно не рвалась, поэтому к обычному щиту добавила тыкву на голову с торчащими наружу колючками в три пальца длиной. Лицо напоролось, выругалось и испарилось.
Всё бы хорошо… но, проснувшись, я обнаружила, что из дыр в подушке лезут пёстрые перья. Похоже, намагиченный во сне щит был вполне себе настоящим.
– А что он сказал? – поинтересовался Шон, ероша пятернёй волосы на макушке.
Я задумалась. Потом вспомнила:
– Что-то про дракона тролльего, который девчонку запугал.
– Аа-а… ну тогда всё понятно, – кивнул Шон.
Я захлопала глазами. Что понятно?
– Накинь что-нибудь. Для наглядности давай накоротке смотаемся в Ларран, по пути расскажу. О перекличке не думай, Аса и Росса я предупредил.
Договорив, Шон отвернулся к стене.
Ладно. Натянула, не снимая ночной сорочки, штаны. Сбросила сорочку, надела тунику, впрыгнула в сапоги. Щёлкнула пальцами, прибирая волосы. Я уже давно сообразила, что если магия эталонных состояний позволяет творить на голове неактуальные для меня каскады и водопады из локонов и кос, то уж просто подворачивать так волосы сама Лариша велела!
– Готово. Пошли?
Шонов портал перенёс нас в знакомый мне уже зал Прибытия в здании Совета Магов. И что мы тут потеряли?
– Сейчас поймёшь! – Шон усадил меня на обитый красным плюшем деревянный диван у стены. И ткнул пальцем в изваянную из золотистого камня статую в торце огромного зала: – Никого не напоминает?
Ну да. Сидящий на троне бог знаний и человеческой магии Дианур с одним из своих символов – вороном – на плече. Высоколобый, безбородый, прекрасный и… – сглотнула, – подозрительно знакомый!
– По вытаращенным глазам вижу – узнала! – хихикнул Шон. – Вот после того, как он напоролся на ласковую встречу у тебя, его ворон – он, оказывается, тоже вполне реален, – явился Мраку и устроил нам всем нахлобучку. По сути передано следующее: ничего плохого тебе не хотят и выбор у тебя будет. С тобой, оказывается, собирались поделиться Силой – для чего-то та тебе может понадобиться. Кстати, вот эта часть мне совсем не понравилась. Часы носи: Лариша к ним тоже руку приложила – они помогут тебе и твоей любимой уховёртке оказываться в нужное время в нужном месте, как это случилось в Храме. Ведь приди вы на десять минут раньше или на пять позже… ну, сама прикинь… – Вздохнул. – Вы бы ничего не увидели, Арисия бы убили, а в Империи начался бы бардак с непредсказуемыми последствиями. Ещё часы помогают расти резерву.
Я закивала. А потом нахмурилась.
– Что не так? – наклонил набок голову Шон.
– А целоваться зачем? – недовольно сморщила я нос.
– Скорее всего, просто удобный способ передачи Силы. Ну и для удовольствия. Боги тоже люди. А ты стала уже не просто хорошенькой, в тебе, что называется, есть изюминка, – выдал Шон, глядя мне в глаза. Весело подмигнул: – Была б страшная, изыскал бы другой способ.
Угу, хмыкнула я, поленом по башке приложил бы… Передавая Силу.
– Так что как в следующий раз начнёшь в себе сомневаться – вспомни Дианура! – подытожил Шон.
Ой, а если всё было по-настоящему, он не обиделся?
– Даже если обиделся, девушка в своём праве, человек она или дракон. Хотя, думаю, сейчас богам не до обид. Активность Хашурга их крайне встревожила. А ещё человеческие боги сильно в долгу у Матери Драконов. Ты же понимаешь, что без драконьих крыльев и ментальной магии остановить расползание чёрной чумы было бы практически невозможно, а в мире орков человеческим богам места нет. Кстати, насчёт долга – это мысль! Попрошу-ка я Мать тоже приглядеть за тобой. А через год переберёшься в Галарэн, поближе к Драконьим горам, – всё станет ещё проще. Так что не волнуйся, прорвёмся! А сейчас перекину тебя назад, а то на завтрак опоздаешь.
Всё же перед занятиями я потащила Бри в часовню. Поставила свечу любимой Ларише, поблагодарила за то, что та меня хранит. Потом подошла к Диануру. Зажгла свечу человечьим заклинанием – так казалось правильнее:
– Прости, если я тебя обидела. Я буду стараться и постараюсь сделать всё, что надо. – Помолчала. А потом, неожиданно для себя, добавила: – Только помни, что я – дракон.
Свеча мигнула. На секунду из-за игры теней показалось, что по лицу статуи скользнула мимолётная улыбка.
– Тим, на медитацию опоздаем, – дёрнула меня за рукав Бри.
Взявшись за руки, мы выбежали из часовни.
Аскани я пересказала всё уже вечером. Правда, не совсем всё. О тыкве с колючками показалось разумным умолчать – не хватает ещё, чтобы Ас приревновал меня к Диануру!
Ас покачал головой:
– Я согласен с Шоном. Что-то тут не так… Говоришь, часы помогают растить резерв? Ладно, буду носить…
– Ой, Ас, спросить хотела! Кай в соревновании по росту резерва участвует?
– Ведром он отоварился. Ночью – я сам проверял – медитирует. Так что не безнадёжен. Да, отгадай, кто держит первое место?
Я задумалась, а потом сообразила:
– Лив!
– Угадала! – засмеялся Ас. – С меня поцелуй!
Кстати, герцог Саргайл был Асом очень доволен. Жених смеялся, что он теперь не младший помощник пятого секретаря, а старший, причём уже третьего!
Шон выполнил обещание и объяснил нам с Асом азы драконьей ментальной магии.
Правда, начал с того, что отвесил каждому щелбан по лбу, обозвал кузнечиком и уховёрткой и непривычно серьёзным тоном закатил лекцию минут на десять, что магия – она не для баловства и путать или пугать людей для забавы недопустимо.
Мы оба, не сговариваясь, жутко разобиделись. За что он нас так? Ах, для профилактики? Ну ладно, пусть в благодарность ждёт в подарок мою креативную вазу, которую Ас обозвал вывернутым колодцем, на который корова плюхнулась, и посоветовал задвинуть куда-нибудь с глаз подальше. Интересно, что скажет Шон, узрев моё творение?
Задумавшись о вазе, чуть не пропустила начало смысловой части… а послушать стоило.
Оказывается, мозги у всех людей устроены одинаково – два полушария, ствол мозга, мозжечок – сотворивший морок Шон бодро тыкал в фантом выросшей из пальца светящейся указкой. Ас согласно кивал, он, начитавшись книг по целительству, уже был в курсе, что за зрительные образы отвечает затылочная доля, за тактильные ощущения – теменная, а за мыслительные процессы – лобная. Я же с какого-то момента заблудилась в извилинах, как в лабиринте…
Шон взглянул на меня, фыркнул и сообщил, что у него есть интересная книжка о мозгах – сдам экзамены – даст почитать, но запоминать всё мне пока без надобности. Главное – принять факт, что за одни и те же чувства или ощущения у разных людей отвечают одни и те же области мозга.
– А дальше драконы делают так… – По щелчку Шоновых пальцев над иллюзорной черепушкой возникла полусфера, расчерченная голубыми линиями как глобус.
– Не надо каждый раз считать извилины и искать нужную, – пояснил Шон. – Надо выучить заклинание, привязывающее сферу к голове и подстраивающую её по реперным точкам под конкретные мозги. И задавать координаты и воздействие. Нажали в одном месте – отправили человека в сон. Пощекотали в другом – разбудили. Надавили в третьем – тому захотелось пива или приспичило в туалет. Всё ясно? Для начала давайте разберём сон, пробуждение и страх. Последний – зело полезное заклинание. Помогает избежать кучи проблем. Зачем лишний раз с кем-то драться, если можно просто шугануть?
Ещё Шон рассказал, что гномы при помощи злобомеров таки ж отыскали вторую проклятую печать – та оказалась спрятана в одной из запретных пещер с могилами предков. Если бы поисковые партии с истинно гномьей педантичностью и въедливостью не обшаривали всё, переворачивая каждый камень, – и не нашли бы.
– Теперь у нас есть две.
– Как думаешь, сколько их всего? И что ты будешь с ними делать? – встряла я.
– Думаю, должна быть ещё одна где-то на Восточных островах – как там снег совсем сойдёт, начнем искать. И, возможно, в вашем герцогстве. А может, и нет – не исключено, что в Ларран покойный Ансоний притащил именно её. Пока я одну заморозил, а вторую отволок на Луну – экспериментировать. Вот тут-то и выяснилась интересная вещь. Во-первых, я не могу разглядеть структуру этой штуки не только на атомном, но хотя бы на молекулярном уровне – магическое зрение не работает! Она настолько пропитана эманациями зла, что кажется чёрным пятном. Но это цветочки. Эту дрянь – я уже проверил – невозможно расколоть, расплющить, она не плавится в драконьем огне, не растворяется в кислоте… Ну, в принципе, если приспичит избавиться, можно отправить её в космический полёт по незамкнутой траектории… Но хотелось бы понять!
Ас нахмурился.
А я задумалась, как же бороться с богом, если мы с каким-то камнем ничего сделать не можем?