Глава 26

Лекарь посмотрел на меня со значением. А я не могла идти. От волнения подгибались коленки. Дворецкий подал руку, и я благодарно улыбнулась ему в ответ. Минутная слабость прошла. Даже такая поддержка приободрила меня.

Передо мной открыли двери малого зала. Он казался совершенно пустым. Стоило зайти, как замок за спиной мягко щелкнул. Я оглянулась и увидела улыбающегося Ялда. Он шагнул ко мне и заключил в объятия.

– Как же я по тебе соскучился!

– Я… – я хотела сказать, что тоже скучала, но не успела. Мои губы накрыли самым волнующим на свете поцелуем. Вот это да!

– Давно хотел это сделать, – прошептал Ялдвиг с улыбкой глядя, как по моему лицу расплывается румянец.

– Как давно?

– Еще там, в снежной берлоге.

– Но усталость оказалась сильнее, да?

– Я боялся испачкаться. Твое лицо было в саже.

– Ах ты!

Я не успела возмутиться, меня вновь поцеловали.

Как–то странно было целоваться в огромном зале, отчего–то называющимся малым. Я все время ждала, что двери откроются и последует нервный вскрик какой-нибудь королевской фрейлины.

Ялд понял, потянул меня к окну. Мы спрятались за тяжелой портьерой, и мне уже не страшно было закинуть руки на плечи мужчины, встать на цыпочки и отдаться нежным, страстным и таким сладким поцелуям.

– Не хочу тебя отпускать, – прошептал Ялд мне на ухо.

– Не отпускай, – согласилась я, подставляя лицо для поцелуев.

– Придется. Родители не поймут, если я оставлю тебя во дворце. А в гостиницу ты сама не пойдешь. Хочешь, я сниму для нас дом? Или даже куплю его для тебя, чтобы навещать тебя по ночам…

Я оттолкнула от себя наследника Эндороля. Тот не понял, задрал смоляные брови.

– Я никогда не стану любовницей, – мое лицо горело от возмущения. – Это неправильно и стыдно!

– А чем мы только что занимались? Разве стыдно принадлежать друг другу, если мы оба хотим этого?

– Нас связали два удивительных дня, и мне казалось, что мы стали ближе. Радовалась нашей встрече. Думала, что после выпавших на нашу долю испытаний, мы сможем преодолеть любые препятствия. А ты предлагаешь мне роль любовницы.

– Боги, какая же ты еще маленькая. Не все происходит так, как нам хочется.

– Еще скажи, кто ты, и кто я…

– Прости, но так и есть. Я не волен выбирать, кто будет матерью моих детей. Я не Тутто, который предпочел дикарку, хотя мог стать принцем–консортом, женившись на твоей подруге Корри. И не мой дядя, решивший отдать сердце никому неизвестной девушке Геле. Я не могу… Я не принадлежу себе.

– Поэтому или любовница, или никак? – я сжала пальцы в кулаки.

– Ты сама понимаешь. Какие бы ни были у меня к тебе чувства, я не пойду против воли короля Эндороля.

Я откинула в сторону портьеру. Поправила волосы и воротничок. Оглянувшись на прислонившегося к подоконнику принцу, ответила:

– Я выбираю никак.

И ушла, гордо задрав нос.

Расплакалась я только в карете. Она везла нас в УПС.

– Хочешь, я скажу наследнику, как он ошибается? – лорд Осифир, порывшись в саквояже, протянул мне салфетку. Он все сразу понял. Десерт в этот раз во дворце не удался.

– Нет. Не надо. Прежде я сама хочу раскопать, кто я и откуда, а уж потом бросить в лицо королю Эндороля и его сынку, как сильно они ошибались, – я шумно высморкалась. Смяв салфетку, сунула ее в карман. – Вы случайно не знаете, в каком королевстве лет восемнадцать–девятнадцать тому назад пропала принцесса?

Леший рассмеялся. А я для себя решила, что схожу в библиотеку и покопаюсь в генеалогических древах всех существующих королевских домов. Их всего–то около пятидесяти. Можно сразу отсечь такие, как Хуба, Бравендор, Эльфийское княжество – за впечатляющую внешность, свидетельств которой в моем теле нет.

У меня не черная и не синяя кожа, и нет эльфийских холмов на ушах, чем славны жители Княжества. Таким же образом можно отмести еще несколько восточных царств, где люди отличаются своеобразным разрезом глаз. Останется исследовать чуть больше половины.

Если убрать страны, расположенные на других континентах, куда не долетят даже драконы, то придется изучить всего-то четверть государств. А вдруг я найду упоминание о себе? Может, безутешные король и королева до сих пор льют слезы по украденной малютке?

Был еще один вариант. Более быстрый, но и опасно непредсказуемый – согласиться на предложение Бадрияра. Уж этот сукин сын точно знал, кто я такая. Поэтому и поставил условием замужество. Но к нему я пойду в последнюю очередь.

Больше всего я жалела, что поддалась чувствам и совершенно забыла о намерении рассказать наследнику о малыше, попросившем о помощи. Но и без Ялда я знала к кому обратиться. Лорд Джеромо был моим наставником. А он не менее могущественный маг, чем Коверды.

Этот демон открыл портал прямиком в горы Федейры. И ему не пришлось работать крыльями, как некоторым. Сейчас бы король Эндороля улыбнулся и сказал, что Джеромо поработал рогами. Не зря же между ними проскочила искра.

Но не все складывается так, как мы планируем.

В библиотеку я не пошла, отложила до завтра. Так как была сыта, ужин тоже отменила, хотя Корри не терпелось увидеться с подругами и посплетничать. УПС бурлил новостями. Я засела за учебники, чтобы наверстать два пропущенных дня.

Я выучила первые параграфы травознания, заглянула в основы правопорядка и бегло почитала «Артефакторику для начинающих». Здесь мне многое было непонятно и требовалось разъяснение преподавателя. В общем, делала все, чтобы не остаться наедине со своими мыслями.

Как только вспоминала, что завтра маговедение, так сжималось сердце. Сегодняшнее предложение Ялда меня не то что смутило, а поставило на наших отношениях жирный крест. Хоть ведьмам и было свойственно не выходить замуж, а рожать детей от «подходящих» мужчин, я не представляла себя без семьи. Наверное, это все от испытанного мною сиротства. Ну и плюс ко всему, никакая я ни ведьма.

– Зря ты не пошла на ужин. Я такое узнала! Такое! – Корри влетела в комнату с горящими глазами.

– Что еще, не тяни, – я развернулась к ней лицом, отложив учебник маговедения.

– Больше принц Ялдвиг преподавать у нас не будет. Его отправили читать лекции по «Экономике и налогам» на выпускном курсе.

– Как ты думаешь, почему? – я почувствовала, как кровь отхлынула от лица.

Я была уверена, что начались репрессии – наши проделки у ведьм возымели последствия. Еще неизвестно, как порча ведьмовских котлов откликнется на мне. Если о мировой катастрофе с варевом известно Бадрияру, то и для остальных королей это уже не секрет.

Как бы не вылететь из УПС. Куда мне тогда податься? В Федейру возвращаться нельзя. Если наставница и захочет увидеть меня, то только не для того, чтобы снова предоставить в ковене койко–место.

Со всей очевидностью замаячили два варианта бегства от ответственности за уничтожение ведьмовских котлов: выйти замуж за Бадрияра или согласиться стать фавориткой Ялда. И от обоих вариантов меня тошнило.

Корри не подозревала о надрыве в моей душе, поэтому легкомысленно подлила масла в огонь.

– Черити говорит, что Ялда планируют свести с одной из принцесс, оканчивающих в этом году УПС. Чтобы сразу справить свадьбу и не терять время, пока невеста получит образование. Король должен убедиться, что династия не будет прервана. Он плох и хочет застать рождение внука.

– И кто она? Наверняка Черити знает, кого выбрал король, – у меня все внутри заледенело. Выходит, Ялд предлагал стать его любовницей, уже зная, что для него выбрана невеста. Его перевели преподавать на выпускной курс, чтобы он ближе познакомился с будущей женой.

– Черити думает, что это третья дочь короля Сольвейга. Я сегодня наблюдала за ней. Вокруг принцессы Эльгори толпились подружки и радостно поздравляли с чем–то. Наверняка тоже пронюхали, что ее выбрали в невесты Ялда. Она млела от счастья.

– Эльгори, – произнесла я вслух. – Красивое имя.

– Она и сама красивая. Густые темные волосы, зеленые глаза, смуглая кожа. Небольшого роста, но богата на округлости. Грудь, попа, – Корри нарисовала в воздухе пышные формы, – не то что мы с тобой, доходяги. Наши девчонки расстроились. Многие же надеялись, что понравятся принцу. У некоторых даже родители отправили послов ко двору, чтобы прощупать почву. Везли с собой портреты принцесс, чтобы королева оценила.

– А ты не расстроилась?

– Есть немного, – Корри сделала кислое лицо. – Что–то женихи очень быстро уплывают из моих рук. То было сразу три кандидатуры, а теперь ни одной. Лорда Джеромо расколдовали, Тутто увели по недоразумению, а Ялдвига даже не дали соблазнить.

Я так точно расстроилась. Будто получила крепкую затрещину. Вот тебе, Лана, чтобы не раскатывала губу. Провела два дня с Ялдом и уже возомнила себя его подругой. Даже если будет доказано, что я королевских кровей, ничего уже не изменить. Король Эндороля не пойдет на попятный. Нельзя договориться с родителями принцессы о свадьбе, а потом вдруг отказаться.

– Чем славится королевство Сольвейг? – спросила я вяло. Как–то враз кончились силы.

– Море с трех сторон. Это же полуостров, граничащий с Бравендором. Рыба, жемчуг, кораллы. Сама точно не знаю, но говорят, что все сольвейгцы имеют жабры. Я сегодня пыталась рассмотреть, но Эльгори постоянно ходит с распущенными волосами. Прямыми и гладкими. И в целом она похожа на русалку. Только без хвоста. Ты когда-нибудь видела русалок?

– Откуда в горах море? – я пожала плечами.

– Сходи к декану некромантов. У него секретарем работает русал. Красивый, глаз не оторвать. Под столом держит тазик с водой, где отмачивает хвост, а в полу люк, ведущий в подземную реку. Он так до дома и УПС добирается. Говорят, у его семьи свой пляж. Летом можно сходить позагорать или покататься на лодках.

– Я боюсь глубины, – меня передернуло, как только я вспомнила прорубь с черной водой. Я старалась всегда выполаскивать белье на мелководье, чтобы ненароком не утонуть. Если засосет в стремнину, считай конец. Это ведьмы выберутся – им магия поможет, а мне?

Я нахмурилась. По старой привычке думала о себе как об обделенной даром, но это же неверно. Теперь я знала точно, что он у меня есть, только никак не могла понять, хорошая я или плохая. Вроде помогла королю – уменьшила боль, но в то же время Ялда и наставницу лишила дара, причем в тот момент, когда они больше всего в нем нуждались. Еще эти чертовы котлы.

С королем вышло обиднее всего. Да, я была полезна для него, но только как придаток к лорду Осифиру. Сама по себе я никто. А таких в королевские снохи не берут.