Глава 29

Я не я, если не выйду из спора с королевой с высоко поднятой головой. У меня в кармане козырные карты. Мне никак нельзя покидать университет. А идти в лекари только из–за того, что я уняла боль короля, не хотелось. Я мечтала остаться на Бытовом и доучиться на том самом четвертом дополнительном курсе, который давал шанс преподавать в УПС.

Пришло время побороться за себя. Я отлипла от подоконника и расправила плечи. Для убедительности сузила глаза.

– Лорд Джеромо, вы осознаете, что сейчас собственными руками толкаете меня в объятия принца Бравендора? Задумайтесь, почему его отцу так важно, чтобы я, нищая сирота, вышла замуж за Бадрияра? Не боитесь потом вместе с королевами кусать локти? Вы же так и не разгадали, что за магия сидит во мне.

– В последнее время навалилось столько дел…

Я не стала отвечать. Взглядом заставила демона посторониться. Он так и остался стоять, задумчиво пялясь мне в спину. Я дала ему пищу для ума. И если он не сделает правильные выводы, королева София не погладит его по голове.

Я же шла к Бадрияру. Пришло время сказать ему «да».

«Да» сказать не удалось. После вчерашнего черный принц не пришел на учебу. Он, в отличие от Ялдвига, залечивающего раны во дворце, лежал в лазарете. Туда я и отправилась.

Первым, кто меня встретил, был лорд Осифир.

– Нет, принц Бадрияр не принимает, – строго ответил он мне. И уже тише добавил. – Его Высочество спит. Я погрузил его в магический выздоравливающий сон.

Лекарь приоткрыл дверь, и я увидела косицу Бадрияра, свисающую с кровати. Только по ней и узнала бравендорца. На его лице лежала огромная жаба.

– Лечится, – сказала я.

– Лечится, – подтвердил лекарь.

Я обернулась на топот. Рыжеволосы гном, подбежав к нам, вручил декану саквояж.

– Вы собираетесь во дворец? – спросила я, заметно волнуясь.

– Да, но…

– Возьмите меня с собой, – взмолилась я.

– Милая, я бы с удовольствием, но ты должна понимать, что тебе нельзя видеться с Ялдвигом…

– Мне не нужен Ялд. Я хочу встретиться с королевой.

– О, – сказал леший, вздернув зеленые брови. – Оригинально.

– Лорд Джеромо посоветовал перевестись на ваш факультет, но…

– Да, мы говорили на эту тему, – леший замялся. – Он не хочет, чтобы тебя убирали из УПС. А я могу напомнить королю, что ты помогла встать ему на ноги. Думаю, он не откажет и… урезонит пыл королевы. Прости, что пришлось все это вывалить на тебя. Но твой дар не должен пропасть…

– Меня всю жизнь гоняли. В детстве я была не достойна испить варева из ведьмовского котла, хотя всем моим ровесницам давали. При поступлении оказалось, что я не достойна учиться на факультете Темной магии. Теперь не достойна быть одной из будущих жен. Я не достойна любви Ялда. И видимо, не достойна жизни. Я же понимаю, если я не оступлюсь, то так и будет. Нельзя спорить с королями, и уж тем более, с королевами. Но я устала быть недостойной. Если вы не возьмете меня с собой, я все равно проберусь во дворец. И вполне может так случиться, что я попаду туда как враг, а не как друг.

– Ты пугаешь меня, девочка.

– Лучше пугать, чем самой трястись. Я устала.

– Давай поступим так. Я привезу тебя во дворец. Но если королева откажется встретиться с тобой, ты не выйдешь из кареты. Обещаешь?

– Да, обещаю, – другого выхода у меня не было.

Лорд Осифир протянул мне руку, и я пожала ее. Где–то пониже спины больно кольнуло.

– Это печать. Завтра она сойдет, если ты не нарушишь договор. А нарушишь, у тебя откажут ноги. Поняла, что я сказал?

Я кивнула. Оставив сумку с учебниками в кабинете декана Лекарского факультета, я подхватила белый халат и побежала в карету, которую уже прислали за лордом Осифиром.

Конечно же, я волновалась. Сегодня я не высовывалась в окно, чтобы посмотреть на красоты дворца. Когда карета остановилась, лорд Осифир взглянул на меня строго.

– Ты помнишь о нашем уговоре.

– Да. Сижу и не дергаюсь, пока за мной не пришлют. Если королева откажет, возвращаюсь в УПС не солоно хлебавши.

– Сразу видно, что тебя воспитывали ведьмы, – ворчливо заметил леший, покидая карету. – «Не солоно хлебавши». В современном мире так давно не говорят.

Я поджала губы.

Время тянулось невозможно долго. Я уже отчаялась и укладывалась на сиденье, чтобы вздремнуть (зачем зря терять время), как за мной прислали.

– Ее Величество примет вас в малом кабинете, – сообщил слуга в ливрее цвета королевского герба – красного с золотом.

Я поспешила за ним. Головой вертела только для того, чтобы запомнить обратную дорогу. На случай, если придется спасаться бегством. Что уж скрывать? Я боялась королеву. Даже разгневанная наставница не была мне так страшна, как холодная мать Ялдвига.

Она сидела за столом и что–то писала. Красивые письменные приборы, удивительная чернильница в виде лягушки, на огне грелся тигелек с красным воском, чтобы запечатывать письма. Массивный стол и кресло, напоминающее обшитый бархатом трон.

Высоченные шкафы с книгами, портреты от потолка до пола и маленькие миниатюры с изображение черноволосого карапуза. Королева любила сына и была готова на все, чтобы защитить его. От меня, деревенской девчонки.

Она заставила меня ждать. Я стояла, вытянувшись и боясь дышать.

Мать Ялда была красива. Темные волосы подернуты паутиной седины, разлет черных бровей, прямой нос, выразительная линия губ. Я угадывала в ней черты принца.

Пока королева не запечатала письмо, вдавив в кляксу воска свой перстень, на меня глаза не подняла. Позвонив в колокольчик, положила конверт на поднос, принесенный секретарем.

– Отправить срочно, – произнесла ледяным тоном. Тот мышью скрылся за дверью, бросив на меня мимолетный, но заинтересованный взгляд.

«Смотри–смотри, когда-нибудь будешь хвастаться, что знаком со мной».

Я готовилась к великой битве, поэтому старалась вдохнуть в себя уверенность. С Джеромо я была куда смелее.

– Ну? – холодно спросила королева, глядя прямо в глаза. И это сбило меня с мысли. Собиралась аргументированно просить, чтобы меня не гнали из УПС, а выдала то, о чем не смела признаться даже самой себе.

– Мне больно видеть, как бунтует Ялдвиг только из–за того, что вы пытаетесь разлучить нас. Вчерашняя драка тому свидетельство. Но в то же время я не хочу, чтобы он шел против воли родителей. Мы должны найти баланс.

Королева не ожидала таких смелых речей.

– Мы должны? Тебе больно? Как много ты берешь на себя! – она недовольно отшвырнула от себя бумаги. – И уж как мне больно, что мой единственный сын, наследник Эндороля, увлекся девчонкой без имени. Готовой по щелчку пальцев прыгнуть к нему в постель. Что бы ты здесь ни говорила, я знаю, что тебе нужно, – на ее лице появилась обидная усмешка.

– Семья, дом, дети. Любовь, тепло, смех. Да, мне много что нужно, чтобы быть счастливой самой и сделать счастливым своего избранника.

– Ты забыла упомянуть деньги и власть, – королева откинулась на спинку кресла. – Но безвестной сироте, явившейся в мою страну из забытого богами уголка, никогда не быть королевой.

– Однако у вас получилось, – произнесла я, понизив голос.

Королева дернулась так, словно получила пощечину.

– Что?! Да как ты смеешь?!

– Смею, – после своего заявления, мне уже нечего было терять. – Я провела не один день в библиотеке. Глотала архивную пыль, и кое–что обнаружила. Не беспокойтесь, я не искала этого намеренно, чтобы однажды попрекнуть вас. Я искала себя. Вернее, семью, которая много лет назад потеряла маленькую дочь.

– Среди правящей элиты? Удивительное самомнение, – пальцы королевы пришли в движение. Отбивали дробь на мягком подлокотнике. Она не замечала этого, пока не увидела, что я смотрю на них. Рука успокоилась. – И что? Нашла подходящую семью?

– Нет. Пока нет. Зато в фолианте с генеалогическими древами правящих родов я случайно нащупала один редкий документ, о котором благополучно забыли. Именно нащупала. Его спрятали под кожаной обшивкой книги. Это было письмо, где ваша бабушка – графиня Дельфа Авиро, сообщает своей дочери – вашей матери, что подменила умершую при родах девочку на другую. Сиротку, которую принесли тайно, пока роженица находилась в горячке. Такую же черноволосую и смуглую. Ваша мать получила это письмо за день до смерти Дельфы. Я проверила даты. Генеалогическое древо вашего рода весьма подробно. Нетрудно было сопоставить, о какой девочке идет речь.

– Ты хочешь сказать, что моя мать, желая скрыть правду, убила графиню Дельфу? – взгляд королевы замораживал. – Она была сумасшедшей старухой, все это знают.

Однако она ни слова не сказала, что мое предположение о подмене девочек – ложь! Значит, я на верном пути? Королева, так же, как и я, не знает, откуда она родом? Хо–хо–хо! Вот это удача!

– Я никого не обвиняю, – поспешила заверить я. – Кто я такая? Но я хочу показать, что сирота однажды может стать королевой.

– В тебе нет магии, а это верное свидетельство, что ты не из дворян. Напрасно тратила силы, глотая архивную пыль.

– Я только потому начала поиски, что почувствовала в себе магию. Еще там, в горах Федейры, где по странному стечению обстоятельств оказалась вместе с Ялдвигом. Я испугалась, что ведьма убьет его, закричала, и та вдруг лишилась сил…

Мое признание было огромной ошибкой. Лучше бы я не уточняла. Я поняла это сразу, как только увидела, как широко распахнулись глаза королевы.

– Это ты лишила его магии, – прошипела она, выбираясь из–за стола. Она не спрашивала, она утверждала. Королеву трясло от ненависти. – Понимаешь ли ты, что ты наделала? Будущий король драконов не может летать… Вынужден пользоваться амулетами и накопителями… Ты… Ты уничтожила будущее моего мальчика…

Она наступала на меня. Я пятилась. Чувствовала, что моя смерть близка. На лице королевы появилась золотая чешуя. Сирота сиротой, но она была из драконьего рода.

– Остановитесь! – не зная, что делать, я несла все, что придет в голову. – Меня нельзя пугать! Иначе я и вас лишу магии!

Королева замерла. Ее лицо, бывшее от ярости почти нечеловеческим, вдруг резко побледнело.

– Кто ты такая? – вкрадчиво спросила она.

– Я… я не знаю. Но обязательно узнаю, когда в УПС разберутся, что за сила сидит во мне. А если меня по вашему приказу уберут из университета, то я за себя не ручаюсь. Разнесу полмира.

– Да тебя нужно закрыть в антимагическую камеру!

Я взвизгнула, не понимая, как могла довести себя до тюрьмы. Лучше бы я молчала!