Глава 7

Весь день я вела себя как законченная стерва. Игнорировала Диму, отвечала односложно, когда он пытался заговорить. А зачем? Чтобы девочки из чата подумали, что я с ним дружу? Чтобы не показаться слабой? Боже, какая же я дура. Стою перед входом в библиотеку и не решаюсь войти. А вдруг он не пришел? Вдруг после моего сегодняшнего поведения он просто забил на меня? Честно говоря, я бы его поняла. Набираюсь смелости и толкаю дверь. Библиотека почти пуста – только несколько ребят из младших классов.  Когда подхожу ближе, Дима поднимает голову. В его глазах нет вчерашней теплоты. Только вежливая отстраненность. Я это заслужила. – Извини за опоздание, – тихо говорю, садясь напротив. – Ничего страшного, – так же тихо отвечает он. – Начнем? Киваю и достаю тетрадь. Руки почему-то дрожат. Что со мной происходит? Почему я так нервничаю? Дима открывает учебник, находит нужную страницу. Движения четкие, деловые. Никаких лишних взглядов, никаких улыбок. Словно между нами стеклянная стена. – Сегодня разберем логарифмы, – говорит он. – Это основа для дальнейшего изучения показательных функций. Начинает объяснять, рисуя схемы и формулы. Но я не могу сосредоточиться на его словах. Вместо этого я смотрю ему в лицо. Как я раньше этого не замечала? У него действительно красивые черты лица. Правильные черты, выразительные глаза. А когда он говорит о математике, вокруг глаз появляются маленькие морщинки. – Мелисса? – его голос возвращает меня к реальности. – А? Да, слушаю. – Ты понимаешь, что я объясняю? – Нет. Извини, я задумалась,– честно качаю головой. – Может, перенесем на завтра? Ты выглядишь уставшей,– он вздыхает и откладывает ручку. Уставшей? Я выгляжу виноватой. И растерянной. – Нет, – быстро говорю. – Не надо переносить. Просто… можешь повторить? Дима пристально смотрит на меня. Потом кивает: – Хорошо. Логарифм – это показатель степени… Стараюсь слушать. Правда стараюсь. Но мысли разбегаются. Весь день я чувствовала себя отвратительно. Когда утром он подошел поздороваться, а я ответила так холодно… Выражение его лица… Как будто я его ударила. А ведь я действительно ударила. Словом. – Попробуй решить этот пример, – Дима пододвигает ко мне тетрадь. Беру ручку, смотрю на задание. В голове полная каша. Числа, буквы, знаки – все сливается в одно целое. – Я не понимаю, – признаюсь. – Совсем не понимаю. – Давай разберем по шагам. Видишь, здесь нужно… – Дима, – перебиваю я его. – А почему ты так любишь математику? Вопрос вырывается сам собой. Он удивленно моргает: – Что? – Ну, ты мог бы заняться чем-то другим. Спортом, музыкой. А ты выбрал цифры. Почему? Дима откладывает ручку и задумывается: – Наверное, потому что математика… честная. В ней нет обмана, нет фальши. Два плюс два всегда равно четырем. Это не зависит от настроения, от денег, от того, кто считает. – А люди бывают нечестными? – Бывает, – тихо отвечает он. – Иногда. Укол в сердце. Я сегодня была нечестной. И он это понимает. – Расскажи еще, – прошу. – О математике? – О себе. О родителях. О том, откуда ты приехал. Дима смотрит на меня с удивлением: – А зачем? – Просто интересно. Он молчит несколько секунд, а потом начинает рассказывать: – Папа – физик-теоретик. Сейчас работает над чем-то секретным, связанным с квантовой механикой. Мама – биолог, изучает генетику растений. Мы переехали сюда из Хабаровска, потому что папу пригласили в исследовательский центр. – И ты с детства хотел стать ученым? – Не знаю, – честно отвечает он. – Мне просто нравится понимать, как устроен мир. Искать закономерности, выводить формулы. А ты… чем увлекаешься? Я открываю рот, чтобы ответить, и понимаю, что мне нечего сказать. Чем я увлекаюсь? Шопингом? Соцсетями? Сплетнями с подругами? – Я… – начинаю я и замолкаю. – Не знаю. – Как не знаешь? – удивляется Дима. – У всех есть хобби, интересы. – У меня их нет, – честно признаюсь. – То есть я хожу на фитнес, к косметологу, по магазинам. Но это не увлечения. Это просто… жизнь. Какая жалкая жизнь, если подумать. – А чего ты хочешь? – спрашивает он. – От будущего, от жизни в целом? Снова молчу. Чего я хочу? Выйти замуж за богатого? Стать женой успешного бизнесмена? Рожать детей и ходить по салонам красоты? Это же не мечты. Это программа, которую написали для меня родители. – Не знаю, – честно признаюсь. – А ты знаешь? – Хочу поступить на мехмат МГУ. Потом аспирантура, диссертация. Стать ученым, как родители. Совершить великое открытие и сделать мир лучше. В его голосе столько уверенности. Он точно знает, куда идет. А я… я просто плыву по течению. – Это здорово, – говорю. – У тебя есть цель. – У тебя тоже может быть. – Сомневаюсь. Я даже алгебру не понимаю. – Понимаешь, – возражает он. – Просто боишься поверить в себя. В себя? Да я же пустышка. Красивая оболочка без содержания. Тянусь за карандашом, чтобы попробовать решить пример, но пальцы скользят по гладкой поверхности. Карандаш выскальзывает, катится по столу и падает на пол. – Ой, извини! – говорю, наклоняясь за ним. Дима наклоняется одновременно со мной. Бах! Мы сталкиваемся лбами. Не сильно, но достаточно, чтобы оба охнули и схватились за голову. – Ай, – потирая ушибленное место. – Извини, – смеется Дима. – Это притяжение. Гравитационная постоянная в действии. Два тела притягиваются друг к другу с силой, прямо пропорциональной произведению их масс. Смотрю на него и вдруг начинаю хохотать. Не могу остановиться. Смеюсь до слез. – Что? – удивляется он. – Ты… ты даже удар лбами объясняешь формулами! – говорю сквозь слезы. – Это невозможно! Дима тоже начинает смеяться. У него замечательный смех – искренний, заразительный. Когда он смеется, его лицо полностью преображается. Исчезает напряжение, серьезность. Он становится просто мальчишкой. У него очаровательная улыбка. Как я этого не замечала? Мы смотрим друг на друга, все еще улыбаясь. Карандаш так и лежит на полу, забытый. В глазах Димы что-то меняется. Они становятся темнее, серьезнее. Он медленно наклоняется ко мне. Я не отстраняюсь. Сердце колотится так громко, что, кажется, его слышно во всей библиотеке. Он собирается меня поцеловать. И я… я этого хочу. Расстояние между нами сокращается. Еще сантиметр, еще чуть-чуть… – Ребята, библиотека закрывается через десять минут! Голос библиотекарши звучит как взрыв. Мы резко отпрыгиваем друг от друга, красные как рак. Вот же черт! – Я… нам пора собираться, – бормочет Дима, хватая учебники. – Да, конечно, – соглашаюсь, пряча пылающее лицо за волосами. Молча собираем вещи. Мои руки дрожат, когда я застегиваю сумку. Что это было? Что со мной происходит? Выходим из школы вместе. На улице уже смеркается, зажигаются фонари. – Я… спасибо за урок, – неуверенно говорю. – Мы же ничего не прошли, – отвечает он. – Только поговорили. – Знаешь, это было лучше любого урока. Дима удивленно смотрит на меня: – Правда? – Правда. Я… я многого о тебе не знала. А теперь знаю. И мне нравится то, что я узнала. – А я многого о тебе не знаю, – говорит он. – Обо мне и знать нечего, – пожимаю плечами. – Не соглашусь. Просто ты сама себя не знаешь. Может быть, он прав. Может быть, я действительно не знаю, кто я на самом деле. За мной подъезжает машина, водитель выходит, открывает дверь. – Мне пора. Увидимся завтра? Если хочешь, напиши мне вечером, я свой номер написала в твоем учебнике. Я действительно это сделала. – А ты хочешь?– спрашивает Дима. – Хочу. Сажусь в машину. Сквозь стекло вижу, как он стоит и смотрит мне вслед. В груди что-то переворачивается. Что со мной происходит? Почему я думаю о нем? Почему мне хочется снова его увидеть? Всю дорогу домой я молчу и смотрю в окно. Водитель Сергей несколько раз пытается заговорить со мной, но я отвечаю односложно. Мысли порхают, как бабочки. Дима такой… настоящий. Он не пытается произвести впечатление, не строит из себя крутого. Он просто есть. И в этом есть что-то притягательное. Вспоминаю всех парней, с которыми я общалась. Данил – качок с пустой головой. Кирилл – красавчик, который влюблен в себя больше, чем в кого-либо другого. Костик – неплохой, но скучный. А Дима… Дима другой. Когда он говорит о науке, в его глазах загорается огонь. Он знает, чего хочет. Он умный, серьезный, целеустремленный. А сегодня он чуть не поцеловал меня. От этой мысли становится жарко. Я представляю, что было бы, если бы библиотекарша не помешала. И понимаю: мне хочется, чтобы это случилось. Мне нравится Дима Самарин.