5. Свадьба в Эшхарате (1)

Антракс проснулся от солнечного света. Подобного не случалось уже очень давно. Он почти не открывал тайное окно с тех пор, как сделал его тайным. Да и спать ложился он чаще утром, а вставал к обеду, зачем ему был невыносимый жар Эштарского лета?

А ведь раньше в этой комнате был сад. Да и окно на весь потолок было далеко не его изобретение. Это придумала и создала его мама. Королева Ленкара, будучи уроженкой Авелона, попав в страну с теплым климатом, собрала все возможные растения, создала свой личный сад и проводила в нем целые сутки, любуясь звездами. Только вместе с ней в пожаре погибли и цветы, и некому их было восстанавливать.

Антракс же стал господином северного крыла, вопреки всем законам, в пятнадцать лет, а ведь право на собственность в Эштаре получают только к двадцатилетию, как и право на брак, если речь шла о мужчине. Эеншард же рассудил иначе, проговорив с сыном целую ночь, он решил отдать ему пострадавшую в пожаре часть дворца. Ремонт давно был завершен. Следов трагедии не было, но комнаты и коридоры были пустыми и безжизненными.

Тогда, в пятнадцать, придя сюда впервые после гибели матери, он прикасался к стенам и не узнавал их. Это были какие-то другие стены. Знакомые повороты, линии коридоров, но совершенно чужие залы. Его собственная комната показалась ему коробкой из холодного камня. Эта мысль напомнила ему гробницу, где в саркофагах лежали предки и по спине прошли мерзкие мурашки страха, самого противного в мире страха, по имени Смерть. В тот день он окончательно убедился в верности своего решения и к вечеру впервые спрятал лицо под маской, давая первые свои распоряжения.

Вопреки опасениям короля, все, кто служил королеве, даже уроженцы Эштара, вызвались служить несовершеннолетнему принцу и уже через неделю Антракс переехал в свою личную «гробницу», в которой спрятали стеклянный потолок. Его это смешило и радовало. Он прятался от мира и обретал власть, учился разбираться в людях и понимать их. Именно тогда он попросил Икара остаться и никогда не жалел об этом. Да и теперь не жалел, что его отпускал.

Мгновение он не мог понять, почему открыто окно, почему он спит в одежде и почему нежная рука сжимает его ладонь, а потом вспомнил и все же улыбнулся, поворачивая голову и видя, что рядом сопит совсем беззащитное существо, решившее стать настоящей королевой, а главное, решившее остаться с ним. От этой мысли сразу начинала кружиться голова. Он коснулся губами кончика ее носа, заметил, как она во сне улыбнулась и тихо встал. Скоро солнце поднимется выше и разбудит ее, стоит распорядиться, чтобы ей принесли завтрак да проводили проститься с Эллиной.

Надев маску и подобрав с пола трость он, не переодеваясь, вышел.

У колонны напротив двери стоял граф Шмарн, скрестив руки на груди.

Антракс замер, окинул его взором и спросил, прикрыв тихо дверь:

— Опять будете убивать меня?

— Поздно уже убивать, — прошептал граф.

— Рано.

— Она сама к тебе сбежала, а значит, поздно.

Антракс считал, что граф преувеличивает значимость ее ночного визита, но вступать в спор не стал.

— Тогда зачем вы здесь? — спросил он.

— Она сказала, что не хочет в Авелон и символом власти быть не хочет.

Антракс кивнул, именно это она сказала и ему.

— Только едва ли она понимает весь смысл своего решения, — продолжал граф. — Даже ее отец считал, что женщине не место у власти.

— Так считает большинство мужчин.

Антракс подошел к графу и жестом предложил пройтись к небольшому балкону, открывающемуся во внутренний двор, изрезанный каменными дорожками.

— Ее не учили ровным счетом ничему, что может быть полезным в правлении. Вот ты сам когда впервые столкнулся с политикой?

Антракс едва не рассмеялся.

— Моя мать вышла замуж за три недели до моего рождения, потому что для обоих моих дедов факт ее беременности был недостаточной причиной для заключения политически значимого брака между наследницей Авелона и сыном Эштарского короля, — сообщил он спокойно. — Этот факт крайне затрудняет мой ответ на ваш вопрос.

— Я как-то не подумал, что ты — с самого начала политический скандал, но ее-то берегли от всего этого.

— Я понимаю, не волнуйтесь, я уже осознал, что мне предстоит стать ее наставником на этом пути.

Граф фыркнул.

— Тогда я поеду прямиком в Рейн, — сообщил он.

— Прямо сейчас, не дожидаясь ее пробуждения?

Граф рассмеялся и показал принцу записку, достав ее из внутреннего кармана расстегнутого камзола.

Антракс взял ее и быстро пробежал взглядом по большим округлым буквам с завитками.

«Прости меня, дядя, но я никуда не поеду. Я хочу остаться здесь с принцем Антраксом, потому что я верю ему, даже если он так и останется холодной маской».

— Она явно не собиралась со мной прощаться, — усмехнулся граф. — Так что я не буду терять времени.

Пока Антракс хмурился, глядя на записку, Шмарн удалился. Этот человек умудрился разобраться даже в коридорах дворца Эшхарата. Он не любил прощаний, потому как обычно исчезал так, чтобы все понимали, что он уехал, но не успевали осознать, когда и как это произошло.

Антракс пришел к Мэдину. Как бы там ни было, а всегда, когда происходило что-то важное, было оно плохим или хорошим, вот уже много лет он приходил именно к брату. В конце концов, когда-то давно Мэдин забросил учебу, тренировки и все возможные дела только для того, чтобы поставить Антракса на ноги. Именно Мэдин был тем человеком, на руках которого Антракс оставлял синяки, проклиная свое беспомощное тело не способное без чьей-либо помощи передвигаться в пространстве. Теперь рука брата ему была не нужна, но они оба знали, что при любых обстоятельствах не оставят друг друга наедине с любой бедой.

Мэдину, видимо, тоже был нужен брат, ибо Антракс нашел его сидящим на лестнице с бутылкой рома в руках. Бутылка была не вскрыта, а Мэдин был трезв, но что-то его мучало.

Поднявшись к нему, Антракс сел рядом, забрал из его рук бутылку и отставил в сторону.

— Ты так и не выпустил пар в бою? — спросил Антракс спокойно.

— Я всех победил, — машинально ответил Мэдин. — Больше из стражников никто драться со мной не хочет. Хоть отца на бой вызывай.

— Глупости какие.

— Поэтому я тут и сижу.

— А как насчет меня?

Антракс пнул брата локтем в бок.

Мэдин покосился на него с недоверием, осмотрел всего и уставился на маску.

— Мне нужен спарринг, Мэдин.

— Антракс, ты чего? Она уехала, и ты теперь ищешь где бы это, умереть?

Антракс рассмеялся.

— Как будто ты станешь меня убивать. Да и я же не на бой тебя вызываю.

— Ну, так первые звоночки. В прошлый раз, когда ты заявил, что тебе нужен спарринг, ты попытался выйти через окно.

— Хватит вспоминать события столетней давности!

Не удержавшись, Антракс стукнул брата кулаком в плечо.

— Ну, правда, мы с тобой после пожара ни разу не дрались, — заговорил он. — Я знаю, что ты сильнее и не питаю никаких амбиций на этот счет, но почему мы не можем просто испытать друг друга, как на тренировке в детстве.

— Антракс, но с тобой...

Мэдин не смог договорить, потому что его снова ударили кулаком в плечо, на этот раз левым, и это было по-настоящему больно.

— Я же могу тоже ударить! — возмутился наследник.

— В этом и смысл, разве нет?

Мэдин рассмеялся.

— Ну и как с тобой спорить? — спросил он. — Ты невыносим, но объясни мне, почему это нужно тебе.

Антракс подал Мэдину записку, которую Лилайна оставила графу Шмарну. Старший прочел ее, и обалдело уставился на брата.

— Так она осталась с тобой? Серьезно? И где она?

— Спит у меня в комнате.

Мэдин закинул руку на плечо брата, притянул его к себе и шепотом спросил:

— И как?

— Что как? Мэдин, прекрати, не было ничего, — отстраняясь, бормотал Антракс.

— Но почему?! Я не верю, что она не хотела бы хорошего...

— Заткнись!

Мэдин вздохнул.

— Не понимаю я, зачем ты усложняешь себе жизнь. Если женщина приходит к тебе сама, то ты спокойно забираешь ее себе.

— Она не эштарка.

— А ты бы взял эштарку? Впрочем, я все равно не понимаю, как это все связанно со спаррингом, при условии, что ты сразу готов к поражению. Объясни мне, идиоту!

Антракс улыбнулся и встал.

— Ты все еще задет. Победы над стражниками тебе мало, нужен кто-то более весомый в твоих глазах, чтобы ты пришел в норму, а мне надо спуститься с небес на землю. Думаю, такого поражения будет достаточно, чтобы отрезветь. Эффективно и без последствий.

— Тогда я хочу шест! — заявил Мэдин вставая.

— Смерть свою ищешь?

Мэдин расхохотался, ведь когда-то именно с шестом Антраксу не было равных, да и теперь он владел им лучше, чем мечом.

— Я хочу, чтобы было действительно весело, — признался Мэдин. — А теперь догоняй.

Он сорвался с места и побежал вниз по лестнице.

— Ты совсем дурак, что ли? — спросил Антракс, смеясь.

— Именно.

Мэдин остановился внизу лестницы и обернулся.

— Идем, в душе я давно мечтал об этом, — признался он. — Как бы там ни было, а ты единственный, с кем мне нравилось драться.

Антракс не ответил, неспешно последовав за старшим. Он опирался на трость, а маска прятала его улыбку. Это было действительно глупо, но глупости нужно совершать, главное делать это с верными людьми рядом.