Глава 13

Лейла Мариотт

— Что-то не хочу я идти домой, — протянула я, когда мы возвращались вечером после занятий.

— Ну и не иди, — легко ответила Марго.

— “Лунный свет” открывается только после захода солнца, и я хотела бы переодеться во что-то более подходящее под танцы.

— Так пойдём ко мне. Подберём что-нибудь из моих платьев!

Я скосила взгляд на подругу. Как драконица она была выше меня на полголовы, да и фигурой обладала куда более выразительной.

— Сомневаюсь, что мне подойдёт твоя одежда. Я в ней буду смотреться так, будто школьница, которая собралась на свою первую вечеринку в мамином платье.

— Ерунда! — отмахнулась Марго. — У меня есть чёрный кружевной корсет, мы его сверху затянем, а рукава спустим, оголим твои миленькие плечики. Поверь, он подчеркнёт все твои достоинства, так что парни вокруг тебя слюной истекут!

Я чуть смутилась, но в груди почти звенело от радостного предвкушения. Мне действительно не хватало глотка свободы. Первые дни я не только до смерты боялась покидать стены академии из-за банды Аркейна, но ещё и посвящала всё своё время учёбе, чтобы нагнать программу. Но прошло уже довольно много времени с тех пор, как я последний раз видела Аркейна. А за учёбу можно было так не трястись после получения места в исследовании Клауриса. И впервые я могла расправить плечи и вдохнуть полной грудью. Ну, насколько позволит корсет, конечно.

Мы прошли ко второму общежитию. Оно было меньше нашего, но комнаты в нём были просторнее, и вместо общего в каждой из них был свой личный душ. И хотя в комнате проживали не по двое, а по четверо, это всё равно было комфортнее. Марго представила меня новым соседкам, и они все вчетвером принялись подбирать мне наряд.

Лёгкое изумрудное платье хорошо гармонировало с цветом моих глаз и румянцем на щеках. Корсет скрыл то, что мои формы не соответствовали размеру в верхней части платья, приподнял грудь и сделал её более пышной на вид, создав небольшую ложбинку. Бёдра стали казаться немного шире, а плечи — мягкими и женственными, когда Марго спустила рукава чуть ниже.

— Красота же, а! — воскликнула Марго, отходя в сторону и рассматривая меня. Я же крутилась перед большим зеркалом, которое поставили в центр комнаты, прямо под лампой, и от прямого света ткань сверкала бликами.

— Этот корсет чудо как хорош, — подхватила Сиси. — Он делает её талию такой тонкой.

— И намекает на продолжение вечера, — подмигнула Фейна.

Девочки засмеялись, а я заметила в отражении, как зарделись мои щёки.

— Так, теперь туфли, — хлопнула в ладоши Марго и опустила взгляд на целую череду туфель, собранных со всего этажа для примерки.

Но не успела она выбрать первую пару, как дверь без стука распахнулась, заставив на всех обернуться и замереть в изумлении и неожиданности.

В проёме стоял куратор. Кожаный мундир застёгнут на все пуговицы, волосы собраны в идеальный пучок на затылке, холодное лицо — как всегда бесстрастно. Но отчего-то дышать стало труднее, и даже температура воздуха в комнате как будто упала на пару градусов.

Взгляд жидкого серебра скользнул по мне, задержавшись на несколько секунд в области груди, и я почувствовала, как покраснела ещё гуще.

— Адептка Мариотт, — сухо сказал он, — переодевайтесь. Вы идёте со мной.

— К-куда? — выпалила я, с трудом взяв себя в руки и преодолев тот животный страх, который он вселял во всех вокруг.

— Доктор прописал вам постельный режим.

— Я… — мне пришлось сглотнуть, чтобы ком в горле не мешал говорить. А потом упрямо сжала кулаки: — Я остаюсь здесь! На ночь!

— Да, у нас есть свободная кровать, — подхватила Марго. — Сиси сегодня ночью у своего парня будет, так что свободное одеяло с подушкой есть.

Сиси кивнула, но дракон не изменился в лице.

— Жду вас за дверью, адептка Мариотт, — сказал он тоном, с которым просто невозможно было спорить. И девчонки, хоть и были драконицами, тоже не смогли ему перечить.

А потом он скрылся в коридоре, закрыв за собой дверь и оставив нас одних. Некоторое время все растерянно молчали, а потом Даниэлла, которая сидела ближе всех к двери, тихо хихикнула:

— Девочки, а вы заметили, как он возбудился, когда увидел Лейлу?

— Не просто возбудился, он её буквально раздел глазами! — закивала Фейна.

— Бездна, Лея! — воскликнула Сиси, взяв меня за руку, и громко прошептала: — Он тебя хочет!

— Но он же куратор! — в тон ей подхватила Даниэлла.

— И что? — возмутилась Сиси. — Куратор тоже подвержен простым земным слабостям!

— Перестаньте, — взмолилась я, так отчаянно краснея, что зарделись даже уши. — Он только и может что издеваться надо мной!

— Видать потому и издевается, — хихикнула Даниэлла. — Артасы вообще не особенно умеют свою приязнь выражать.

Марго, которая до этого задумчиво молчала, подошла ко мне и повернула меня лицом к зеркалу, рассматривая моё отражение.

— А я говорила тебе, — сказала она тихо. — Скоро он поправится. И что тогда скажешь в своё оправдание?

У меня в горле пересохло от одной мысли, что они могут быть правы. Утром он чуть не поцеловал меня. Это было странно, но что если он просто пытается скрывать своё влечение, и в тот раз просто не сдержался? Я ведь не обладала чутьём дракона и не могла считать его настроение по одному только запаху.

— Вы правда думаете, что он что-то ко мне чувствует? — осторожно спросила я.

— Чувствует — не чувствует, — пожала плечами Сиси, — но вот в постель он тебя затащить точно хочет.

И девочки снова засмеялись, а Марго начала расшнуровывать мой корсет.

— Что будешь делать? — спросила она мягко.

— Сейчас мне лучше послушаться, — ответила я, глядя в глаза собственному отражению. — А потом что-нибудь придумаю.

Андреас Артас

Великая Праматерь!

Только тебе ведомо, каких усилий мне стоило взять себя в руки.

Когда дверь за мной закрылась, я на мгновение прислонился к стене коридора, сжав кулаки так, что кожа побелела на костяшках.

Запах. Её запах был так силён в этой комнате, что я бы нашёл её без всякой наводки, словно ищейка. Хрупкое тело в этом платье напомнило мне о той ночи, когда она ворвалась в мою спальню. И как сильно я тогда был близок к тому, чтобы нарушить режим. Я помнил каждую линию её тела, словно всё ещё ощущал её. Ощущал, когда она сидела на мне, разжигая огонь внутри. Ощущал, когда приковал её к кровати и навис над ней сверху. Ощущал, как пахнет её кожа, какой аромат источают её соки, её волосы, её гормоны…

Бездново дно, она как будто не понимает, как искушает меня каждый раз, когда оказывается рядом. Каждый раз, когда краснеет, каждый раз, когда спорит, каждый раз, когда…

Я выдохнул и выпрямился как раз в тот момент, когда одна из дверей открылась и какая-то драконица из клана Варгас вышла из своей комнаты.

Она — адептка. Она, в конце концов, просто человечка! Наглая, взбалмошная, упрямая и непослушная человечка! И, к тому же, я нёс за неё ответственность.

Злость кипела внутри, но не на неё, а на самого себя. За то, что позволил себе слабость. За то, что не уберёг её, не уследил, чтобы она осталась дома. За то, что она сейчас там — среди других драконов, радуется жизни, а рядом со мной ведёт себя так, будто ей от меня тошно.

А ещё за то, что её подружки наверняка заметили мою реакцию. И уже рассказали ей о том, что меня взбудоражил её вид.

Какое унижение.

Я стиснул зубы, решив, что отныне буду держать дистанцию. Пусть думает, что злой, бесчувственный сухарь. Пусть боится. Но пока всё так, как есть, я обязан сделать всё, чтобы защитить её. Здесь, среди драконов, ей придётся несладко. Это мне было известно… не понаслышке.

На мгновение мне пришло в голову, что если бы она стала официальной невестой дракона — или даже женой, став частью клана, — то смогла бы избежать незавидной участи козла отпущения. Это был только вопрос времени, когда на неё выйдут местные “автортеты”, потомки драконов, что блюдут чистоту крови. И тогда покровительство клана будет весьма кстати…

Дурак. Идиот. Болван. Придурок. Неужто решил, что она согласится иметь с тобой дело?

Я чувствовал, как сильно она ненавидела меня. И не только меня. В тот момент на лекции, когда адепты начали возмущаться по поводу спонтанной проверки их знаний, она источала такую глубокую ненависть, какую я никогда не встречал. И меня это… беспокоило.

Наконец, дверь открылась и на пороге появилась Лейла в учебной форме. Лёгкая белая блуза с рукавами-фонариками мягко ложилась на небольшую крепкую грудь. Даже сквозь плотную ткань я видел, что на ней не было белья: твёрдые вершинки отчётливо угадывались и покачивались на каждый шаг.

Она издевается.

— Идём, — коротко бросил я и, развернувшись, направился в сторону выхода. Несмотря на своё упрямство, девчонка действительно пошла следом. Её шаги тихо раздавались у меня за спиной.

Вечерело. Солнце уже опустилось и окрашивало небо в яркие оранжево-розовые цвета, отражаясь от стен и крыш зданий. Воздух стал свежим и прохладным, будто после дождя. Я поднял взгляд и увидел, какие причудливые фигуры формировали лёгкие пористые облака. В груди что-то болезненно защемило.

Возьми себя в руки, Дрейк. Что на тебя нашло?!

Снова разозлившись на себя, я выдохнул две тоненькие струйки дыма, но Лейла всё равно шла позади и наверняка ничего не заметила.

— Как ты меня нашёл? — тихо спросила она.

Я остановился, дождавшись, когда она поравняется со мной, и скосил на девчонку взгляд. Она снова упорно не смотрела на меня, словно пыталась таким образом продемонстрировать всю глубину своей обиды.

Плевать.

— По запаху, — почти не соврал я.

Действительно, мне подсказали только номер общежития, а дальше дело было за малым. Девчонка совершенно не скрывалась. Есть множество разнообразных чар, артефактов и одорантов, способных скрыть запах тела и сбить дракона со следа.

— Вы меня теперь навсегда запрёте в комнате?

Её голос едва заметно срывался, словно она была готова вот-вот заплакать. И от этого боль в груди стала ещё сильнее, словно кто-то пытался разорвать её на части.

— У вас постельный режим, адептка. И доктор велел оставаться в постели как минимум три дня. Нарушив его указания, вы рискуете…

— Со мной всё в порядке, — выпалила она. — И я уже взрослая, могу сама отвечать за своё здоровье и принимать решения!

— Поговорим об этом дома, — сказал я, чтобы не привлекать к нам лишнее внимание.

Слухи о нас и без того уже пошли по академии. По большей части, конечно, надуманные. Но незачем давать дополнительный повод. Мне-то всё равно, а вот Лейла… Она ещё не понимает, насколько беспощадными бывают драконы.

Мы шли в тишине всю оставшуюся дорогу. А когда вошли в дом, она напрямую пошла в свою комнату, не удостоив меня даже взглядом, словно бунтующий подросток.

Я вздохнул. У меня не было ни детей, ни племянников, только младшая сестра, которая только входила в тот возраст, когда родители начинают ждать ребёнка по вечерам. А потому не знал, как положено в такой ситуации действовать. Но не это раздражало больше всего.

Днище, я же ей не отец! Какой Бездны я должен из-за неё волноваться?

Сказал себе так и пошёл наверх, чтобы постучать в дверь гостевой спальни.

— Что?! — раздался её голос. — Хотите заставить меня учиться? После того, что устроили на лекции? Мало вы надо мной издевались сегодня?

Я сжал зубы, сдерживая раздражение. Она действительно думает, что я получаю от всего этого удовольствие? За какого подонка она меня держит?

За дверью раздался тихий смешок, полный злости и обиды.

— Тогда что? Пришли прочитать нотацию? Сказать, какая я слабая и беспомощная?

Я закрыл глаза, глубоко вдохнул, чтобы не сорваться.

— Я пришёл сказать, что если вы продолжите нарушать предписания, то сорвёте восстановление. А это — не шутки, Мариотт.

Повисла пауза.

— Я сказала, что со мной всё в порядке, — её голос был глухим, но упрямым. — Вы мне не отец.

Эти слова задели больнее, чем я ожидал. Меньше всего мне хотелось выполнять роль отца. Это… сделало бы всё неправильным.

— Верно, — произнёс я твёрдо. — Но мне приходится отвечать за вашу жизнь, хотите вы этого или нет.

За дверью снова тишина. Я уже собирался уйти, когда услышал тихое, едва различимое:

— Я не просила вас.

Я прижался лбом к прохадной поверхности двери. Хотел хорошенько стукнуться о неё, но всё же сдержал этот порыв. Закрыв глаза, я ответил:

— Оставайтесь в постели, мисс Мариотт. Если вы снова нарушите предписания доктора, мне придётся отправить вас в больничное крыло. И там за вами будет круглосуточное наблюдение.

Она ничего не ответила. Тихо вздохнув, я покачал головой и спустился по лестнице вниз, чтобы сварить кофе и почитать свежую газету. Руки сами приготовили на одну порцию больше, и я накрыл его покрывалом стазиса, чтобы кофе не остыл. Насколько я успел узнать Лейлу, она не ложилась рано, и скоро, остыв, сама решит заняться чем-то более продуктивным, чем обижаться.

Решив так, я прошёл в гостиную, сел в кресло и углубился в чтение, то и дело посматривая на часы. Время шло. Лейла не показывалась. Ни звука не доносилось сверху.

— Уснула она, что ли, — пробормотал я, спустя два часа поднимаясь на ноги. Газету я за это время прочитал от корки до корки.

Как бы то ни было, девчонку надо было разбудить, ведь перед сном ей полагалось выпить микстуру, чтобы болезнь не разразилась с новой силой. Я оставлял ей записку с напоминанием об этом, но боялся, что она могла забыть. Поэтому, поднявшись, я сначала тихо постучал, а когда она не ответила, попытался открыть дверь.

Та была заперта. Ничего удивительного. Вряд ли она надеялась, что сможет таким образом не впустить меня внутрь, скорее давала понять о своём нежелании меня видеть.

Что ж, это я мог пережить. Осторожно послав маленький импульс силы в замок, я сдвинул язычок, и дверь легко распахнулась, медленно открыв передо мной погрузившуюся во мрак комнату.

Совершенно пустую комнату с распахнутым настежь окном.