Глава 2

У меня тряслись руки.

Это стало моей бедой с тех самых пор, как отец упал с лестницы, разбив при этом голову. Та сцена вновь и вновь всплывала перед глазами, особенно по ночам, и сколько я ни гнала её, сколько ни готовила себе успокоительные отвары, всё равно порой просыпалась в поту и с трясущимися руками.

Но сейчас дело было не в воспоминаниях и не во снах.

Пришло время вступительного испытания.

— Боишься? — Алек подпихнул меня под локоть. — Вот и пришёл момент истины.

— А ты, похоже, совсем не сомневаешься в собственном успехе, — мрачно отозвалась я.

Конечно. С его-то родословной бояться нечего! Если бы он решил пройти курс Артасов, его бы наверняка взяли без конкурса, ведь генеалогическое древо Алека в какой-то из ветвей восходит к Эмилии Эванс и Ирбису из грозовых драконов. Чешуйчатые не очень любят эту историю, но талантливым потомкам помогают, хоть те и плодятся, как поганки.

Испытание проходило на одном из множества специальных полигонов академии, которые расположились за её пределами и даже выходили за черту города, скрываясь в горной расщелине. На этих полигонах проходило обучение драконов — в основном полукровок, — где они могли в полную силу использовать свои стихийные возможности.

Данный полигон принадлежал Лоранам, лесным драконам, мастерам ботаники и врачевания, и представлял собой поляну в долине между двух небольших гор, к которой вела всего одна тропа, и та встречала на своём пути мощный энергетический щит. Преодолеть его теоретически можно было, но только отдав большое количество силы, и если полнокровный дракон скорее всего пройдёт без потерь, то я лично рисковать не стала бы.

Сегодня на тропе дежурил профессор Блейн Лоран, настоящий Проклятый Дракон, родившийся до Великих Перемен*. Если бы руки так не тряслись, если бы не страх провалиться, меня бы наверняка охватил благоговейный восторг перед профессионалом такого уровня, исторической по сути личностью. Но вместо этого я на его просьбу показать пропуск, заикаясь, сказала:

— В-вот. По-похожа?

И прикусила язык, готовая провалиться под землю от смущения.

— Что ж вы так переживаете, — улыбался дракон. Несмотря на то, что ему было уже в районе пяти сотен лет в уголках глаз проступили лишь первые морщинки, которые только подчёркивали его обаятельную улыбку.

Кажется, я покраснела ещё больше, и так бы и стояла истуканом, если бы Алек не взял меня за локоть и не потянул вперёд по тропе.

Дорога до поляны была недлинной, но даже за те пять минут, что мы пересекали лес, я успела отследить некоторые довольно редкие лекарственные травы. Пока мама была жива, мы часто с ней ходили в горы за ингредиентами для лекарств, уже тогда я неплохо находила их среди кустарников и высоких колосьев, а последние годы и вовсе поднаторела в этом деле.

— Как думаешь, в чём будет заключаться испытание? — спросила я, старательно запоминая расположение разных трав.

Алек пожал плечами.

— Говорят, в прошлом году нужно было лечить кроликов. Большая часть погибла.

— Кроликов? — заволновалась я. Лечить людей — это одно, животных — совсем другое. И если в первом у меня был достаточно большой опыт, то вот когда дело доходило до ветеринарных курсов, я перебивалась с “удовлетворительной” оценки на “неудовлетворительную”.

— Кроликов, конечно. Каждый год испытание проходит по-разному, — продолжал Алек. — Однажды заданием было отыскать живое существо на безжизненном каменном полигоне в скалах. В другой раз — вырастить дерево за несколько часов. Вот если бы пошла с нами в бар на той неделе, давно бы всё знала и подготовилась!

* Великие Перемены — речь идёт о событиях, описанных в трилогии “Брачные игры драконов”

На поляне уже собралось довольно большое количество народу, и почти все — лораны-полукровки. Всё-таки нечестно это: драконам, чтобы держать себя в форме, достаточно лишь время от времени перекидываться и летать в своей чешуйчатой ипостаси. Полёты дают достаточно большую нагрузку на все группы мышц, а особенность метаболизма — взрывную дозу гормонов и микроэлементов, которые питают всю тушку. При этом им приходится довольно много есть, но всё съеденное идёт далеко не в жирок.

Среди прочих можно было заметить несколько Лоранов, которые всё же обросли жирком или не обладали выраженным рельефом мышц — в них крови драконов осталось слишком мало, и их сил не хватало для перекидывания. Они были своего рода маргиналами, оставшись между двух прослоек: вроде не люди, но уже и не драконы. Таких порой становилось жаль, но чаще они вызывали отвращение, потому как куда больше других кичились своей принадлежности к клану.

Примерно по центру поляны расположились экзаменаторы. Их окружали портативные варочные аппараты, столы с самыми разнообразными кухонными и алхимическими приборами, а также экраны, на которых отображались разные уголки полигона в реальном времени.

Оставив Алека возле пары наших одногруппников, которые уже внесли свои имена в список экзаменуемых, я медленно направилась вдоль варочных аппаратов в сторону профессоров. Оборудование, надо признать, на высоте. Такого количества режимов я в жизни не встречала, лишь только на ярмарках удавалось заглянуть в алхимические лавки, но оттуда быстро выгоняли, потому как с платёжеспособностью у меня было туго, а испортить что-нибудь очень легко.

Осознав, что нам наверняка придётся что-то готовить, я обернулась в надежде увидеть что-то намекающее на суть экзамена, но упёрлась в широкую грудь какого-то дракона.

— Прошу прощения, — извинилась я, отступая на шаг — и как настоящая неуклюжая корова пнула пяткой варочный аппарат.

Округлив глаза, я обернулась обратно, понимая, что уже всё, конец, колба из сверхтонкого стекла сейчас разобьётся, и варочный аппарат станет недействительным, а на меня повесят огромный счёт за него. Наступила на ногу тому дракону, в которого врезалась секунду назад, и только после этого осознала, что колбу поймал резко выросший цветок.

— Ау-у-у, — выдавил дракон за моей спиной.

— Фух, успел, — выдохнул другой, поднимая с огромной жёлтой сердцевины одуванчика пузатую колбу.

— Воимя Золотой Драконицы, простите, — воскликнула я, приложив ладонь к груди. Сердце теперь готово было выскочить наружу. — Спасибо огромное, если бы не вы…

Я осеклась.

— О, аппетитная жопка, — прокомментировал тот, что сзади, заправляя тонкую косичку за ухо.

— И правда, — хмыкнул второй из близнецов.

Вот теперь точно конец.

— Что вы себе позволяете, — нахмурилась я, решив прикинуться дурочкой. — Как вы смеете так со мной разговаривать!

— Слушай, это ж та самая девчонка, которая нас опоила и обокрала.

— Ну да, та самая.

— Как вы смеете! — возмутилась я, лихорадочно соображая, как теперь быть.

— Ништяк, не придётся теперь её искать, — довольно осклабился первый.

— Если вы собираетесь продолжать в том же духе, я предпочту закрыть этот разговор. Ещё раз спасибо за помощь.

Гордо вскинув нос, я поспешила к экзаменаторам и только когда отошла на несколько шагов, позволила себе осторожно обернуться. К великому моему облегчению, драконы не спешили меня догонять, они стояли всё у того же варочного аппарата и что-то обсуждали с таким видом, словно говорят про погоду.

— Здравствуйте, — я обратилась к седому профессору. — Стелла Грофф, должна сегодня проходить вступительное испытание.

— Стелла Грофф, — старческим голосом проговорил профессор и трясущимися руками протянул мне бланк. — Заполните эти бумаги и ожидайте. Мы скоро приступим.

С благодарностью приняв бумаги и ручку, я села за стол и углубилась в заполнение бланка, а потому даже не заметила, когда близнецы-Лораны сели на скамью по обе стороны от меня, зажав при этом плечами.

— Опять вы, — собралась было ругаться я, но почувствовала, как у меня перехватило дыхание — и замолчала. Опять эти подонки не брезгуют силу применять. Я бы против таких, как они, закон бы ввела, запрещающий использовать магию по отношению к людям без обоюдного согласия или особого разрешения!

— Стелла Грофф, — протянул один из них, изучая мой бланк. — Посмотрим… Эл, да она еле закончила основной курс. Вылетит отсюда, как пробка из бутылки.

— Вижу, — протянул Эл с прищуром. — Жопка хороша, а вот с мозгами, видимо, так себе.

— Так не интересно. Я-то надеялся, мы с ней хоть один семестр успеем поразвлечься.

Эл цокнул языком:

— Ничего, у неё есть ещё миллион способов оплатить нам ущерб.

— Какого… — с трудом выдавила я сквозь плотно сжатые зубы.

— Малышка, ты же не надеялась, что тебе сойдёт с рук та выходка в отеле? — поднял бровь не-Эл. — Придётся отвечать за свои поступки. Знаешь, сколько стоила одежда, которую ты выкрала? Да плюс содержимое кошельков и ещё моральный ущерб…

— Сотня золотых, не меньше, — добавил его брат.

— Пошли в задницу, — прошипела я еле слышно. Они продолжали держать под контролем мой речевой аппарат, но не настолько сильно, чтобы я не могла произнести вообще ничего.

— Не думаешь же ты, что мы возьмём деньгами? — продолжил не-Эл, который был из этих двоих чуть более интеллигентным и менее грубым. — Денег у нас достаточно. А вот личная рабыня нам бы не помешала.

— Но ты не поступишь, поэтому будешь отдавать нам долг в постели. Ной, как считаешь, сколько раз она должна с нами переспать, чтобы выплатить долг?

— Элитная проститутка, готовая обслужить сразу двух драконов стоит около десятки за ночь, — протянул интеллигентный брат. — Выходит, десять ночей — и мы в расчёте.

Ох, врезать бы им по похотливым яйцам, чтобы не подкатывали их к кому ни попадя!

— Ну так что? — нежно произнёс Ной, погладив меня кончиком пальца по щеке — и я почувствовала, что контроль над телом снова за мной.

— А с чего вы взяли, что я не поступлю, имбицилы?

— Как ты нас назвала?! — Эл привстал, нависнув надо мной живой горой.

— Фу, как грубо, — добавил Ной.

— Да пошли вы с вашими влажными фантазиями! — я вырвала бланк из рук Ноя, который так и не выпустил его после изучения моего табеля успеваемости. — Как студентка Высшей Академии Магии Виригии я имею право на полную защиту от любых посягательств драконов! Так что лапы прочь!

Я встала и собиралась уже уйти и заполнить бланки в другом месте, но Ной, который всё ещё сидел на скамье, расслабленно облокотился о стол и с таким видом хмыкнул, что я не смогла просто так уйти, не выслушав его.

— Ну, сегодня ты может и студентка, но через несколько часов провалишься и потеряешь всякую защиту. И тогда уже закон будет на нашей стороне.

— И не только закон, — добавил Эл с мрачной ухмылкой. — Но ещё и сила.

Упыри.

— Вот через несколько часов и посмотрим, — тихо отозвалась я и, подумав, добавила: — Вам не нужны деньги, но нужны развлечения, ведь так?

Близнецы заинтересованно переглянулись и видом своим дали мне понять, что я могу продолжать.

— Так давайте поиграем. Заключим пари. Если я не поступлю, то вы вправе взимать с меня задолженность за тот случай.

— Что, даже не будешь отрицать свою вину? — удивился Ной.

Я пожала плечами:

— Что было, то было, я не из тех, кто не отвечает за свои поступки.

— Но есть какое-то но, — с недоверием добавил Эл.

— Сами понимаете, шансов поступить у меня не так много. Из одиннадцати человек, которые оказались допущены до экзамена, возьмут только троих, а табель мой вы видите сами. Значит, вы почти ничем не рискуете.

— И что же ты предлагаешь? — с нескрываемым удовольствием прищурился Ной.

— Если я поступлю, на семестр не я становлюсь вашей рабыней, а вы — моими рабами.

Закончив свою речь, я замерла, ожидая чего угодно. Полукровки часто бывают вспыльчивы и несдержанны в своих эмоциях, поэтому прямо сейчас они могут отреагировать самым неприятным образом. Однако, вопреки моим худшим ожиданиям, они расхохотались: сначала Ной, а следом и Эл.

— По рукам! — воскликнул первый.

— Слушай, я такой наглой девахи не встречал ещё! — добавил Эл и протянул руку таким жестом, словно собирался вступить со мной в спаринг на руках. Ной повторил за ним.

— Э-э-э, — протянула я, не понимая, что им от меня нужно.

Ной с усмешкой поднял мою руку в ту же позу, и оба обхватили её с двух сторон, имитируя тройное дружеское рукопожатие.

— Так значит… договорились? — осторожно спросила я.

— Слово Лорана, — отчеканил Эл.

— С нетерпением буду ждать следующей ночи, — ласково пропел Ной у меня над ухом. — Поверь, тебе понравится. Может, после этого ты даже останешься в ещё большем долгу, чем была.

Эл подмигнул и открыл было рот, чтобы добавить что-то ещё, но над поляной раздался громкий звуковой сигнал, оповещающий о том, что испытание вот-вот начнётся.