Глава 5

Эйлар Гилберт Лоран

Стелла застонала и выгнулась дугой, сидя на мне сверху, отчего её потяжелевшая грудь очертилась такими манящими формами, что я не удержался и, приподнявшись на локте, поймал затвердевший набухший сосок. Её стон стал глубже и утробнее, а я ощутил на языке лёгкий сладковатый привкус.

Мне не нужно было даже ничего делать. Ной, стоявший на колене у неё между ног, вбивался в Стеллу, заставляя её ритмично подрагивать, и делая внутри узко и приятно с каждым движением.

Когда Стелла с криком сжалась, выталкивая нас обоих, я поймал её за подбородок со словами:

— Тише, детей разбудишь.

Она закусила губу. Брови выгнулись от едва сдерживаемого оргазма. И я не выдержал. Обхватил ладонями упругую попку и стал с силой входить в неё.

Ох, Богиня! Такая маленькая, она легко принимала нас обоих, и даже спустя несколько лет брака я не переставал хотеть её. Ещё пара мгновений — и Ной с тихим рыком замер внутри неё. Мне понадобилось ешё несколько сильных движений, прежде чем извергнуться внутрь отчаянно сжавшейся Стеллы.

Ной медленно вышел. Утёр пот со лба и упал рядом на огромную кровать. А Стелла, тяжело дыша, упала мне на грудь.

— Сегодня я любимый муж? — усмехнулся я, поглаживая её по волосам. Сила внутри бурлила, переполняла меня до краёв: Стелла отдала мне всё, без остатка.

— У меня сегодня бумажная работа, — пояснила она. Я ещё чувствовал, как её мышцы продолжают сокращаться время от времени, сжимая меня, хоть и едва ощутимо — в сравнении с тем, что было несколько минут назад. — А у тебя тренировка. Тебе нужно возвращаться в строй.

Я поймал её губы.

— Всё равно в команду я смогу вернуться не раньше, чем закончится чемпионат. У меня контракт.

— Это не значит, что тебе не надо тренироваться, — заметил Ной. — Если вернёшься с отвисшим пузом, тебя не поймут.

Я пихнул брата в бок, и тот со смехом вскочил с кровати.

— Пойду сполоснусь и детей подниму. Нянечка, вообще-то, будет с минуты на минуту.

Стелла вздохнула и тоже встала. По одной ноге начала стекать тонкая белёсая струйка, но она, словно не обращая на неё внимание, спокойно пошла в нашу отдельную ванную вместе с Ноем.

Я же потянулся и с наслаждением перекатился на прохладную, не нагретую нашими телами, подушку. И даже успел обнять её, удобно пристроившись: они там, скорее всего, застряли минут на пятнадцать, не меньше. Я бы и сам не прочь немного продлить удовольствие. Но раз уж мне досталась сила, то Ною — добавка.

Однако, долго моё удовольствие не продлилось. В коридоре раздался грохот двери и отчаянные споры троих трёхлетних детей. Я не особенно старался вслушиваться. Эти трое вообще всё время спорили. Если вникать, можно с ума сойти, и справлялись с этим только Стелла и нянечка. Впрочем, нянечка — не всегда. Иногда мы возвращались домой и обнаруживали её сидящей за столом рядом с Лекси, которая рисовала бабочек, подперевшей голову рукой и невидящим взглядом наблюдающей за тем, как тройняшки отбирают друг у друга плюшевого дракона. Одного крыла у дракона в тот момент уже не было…

— Па-а-апа-а-а-а! — заорали они, тарабаня в дверь. Я вымученно вздохнул, но встал и натянул штаны, прежде чем заставить растущий у двери куст открыть дверь своими гибкими ветвями.

В комнату вбежали все трое и наперебой начали мне объяснять, кто в чем не прав. Говорили они ещё плохо, используя только простые слова и даже не пытаясь их склонять. Поэтому, даже если бы они не пытались вываливать на меня всё разом, я всё равно вряд ли понял бы хоть что-то. Запрыгнув на постель и старательно пружиня на ней, они говорили наперебой, и среди прочего я с трудом смог разобрать “дом”, “подушки” и то ли “сломали”, то ли “взорвали”, то ли ещё что-то.

Потом они вдруг замолчали и огляделись.

— А где папа Ной?

— А где мама?

— А где нянни?

— А Лека спит?

— Надо Леку разбудить.

— Уже утро светит.

— Солнце! Солнце светит!

— Сейчас день. Днём нельзя спать.

— Будить Леку!

— Ле-е-ека-а-а!

Лекси было уже пять. Она была спокойной, усидчивой и очень умной девочкой — любимицей Ноя. И хотя я куда больше радовался тройняшкам, сейчас у меня буквально камень с души свалился: мне не пришлось разбираться, кто виноват в чём-то там с домом из подушек, который то ли сломали, то ли взорвали, то ли захватили. Тройняшки слезли с постели и с боевым кличем побежали к Лекси.

Что ж, всё равно пора вставать.

Накинув рубашку, я вышел из спальни и сбежал по ступенькам вниз, на кухню, где уже копошилась миссис Митч, наша домработница.

— Доброе утро, мистер Эйлар, — поприветствовала она с неизменной улыбкой на мягком пухленьком лице. — Завтрак уже на столе. Если торопитесь, я присмотрю за малышами.

— Спасибо, миссис Митч. Нянечка вот-вот прибудет. Можете быть свободны.

— Да мне только в радость, — отмахнулась она. — Вот покормлю малышей, тогда и пойду. Куда мне торопиться. Дома кроме кошки Люськи и нет никого. Как ваше крыло?

— Намного лучше, спасибо. На прошлой неделе доктор разрешил летать.

— Ой, это прекрасные новости! — добродушная человечка приложила к груди мягкие полненькие ручки. — Неужели мы увидим вас в следующем сезоне на поле? Признаюсь, я не особенно интересуюсь спортивными новостями, но про драгонбол читаю все новости, только из-за вас.

Я усмехнулся:

— Спасибо вам, миссис Митч. Надеюсь, я смогу оправдать ваши ожидания.

Тройняшки с улюлюканьем скатились по лестнице на огромной картонке — разодранной коробке от купленного недавно теле-вещателя, а потом покатились по полу, хохоча, как ненормальные.

— Подъё-ом! — рявкнул я, и дети подняли на меня удивлённые взгляды. — Руки мыть шагом-м марш!

Мальчишки переглянулись и побежали к раковине, к которой миссис Митч уже приставляла подножку. Через пару минут шебутные тройняшки сидели за столом и кидались друг в друга кашей. Я беззлобно порыкивал на них, и каждый раз они обращали на меня полный невинности взор и целую минуту тихо ели, прежде чем вновь начать кидаться друг в друга кашей.

Наконец, на кухню спустилась Стелла, держа за руку молчаливую и серьёзную Лекси. Поцеловала каждого из мальчишек, которые довольно улыбались ей в ответ и мгновенно притихли в присутствии матери, а потом положила передо мной сверкающую металлическую пластинку.

— Трезвонит уже минут десять, — сказала она, усаживаясь за стол. — Что-то по работе?

Я открыл сообщение и устало вздохнул.

Это опять была Мишель.

— Менеджер команды, — пояснил я. — Даже не думал, что он будет таким старательным.

“Доброе утро, тренер Эйлар! — значилось в письме. — В команде никто не знает, где может быть Маркус. Сегодня пойду в полицию, попробую подать заявление на розыск. Кстати, артефакт стазиса нам одобрили, но нужна ваша личная подпись. Я встречу вас утром перед Академией! Мишель Миллерс.”

— Миллерс? — неожиданно раздался голос Ноя над плечом. Он цапнул с моей тарелки бутерброд и запихал его в рот целиком. Потом проговорил с набитым ртом: — Так это и есть твой менеджер?

— Что тебя удивляет? — обернулся я. — Парень толковый, всё под контролем держит. Я хоть выдохнуть наконец смог и заниматься непосредственно тренировками, а не поиском формы по всей академии и тасканием бумажек из кабинета в кабинет.

— Так ты вроде говорил парень, — Ной откусил от второго бутерброда. — А Миллерс-то девчонка.

Стелла, которая перед этим кормила с ложечки Майка, подняла на нас вопросительный взгляд.

— И правда, — удивлённо проговорил я. Это было настолько очевидно, что даже не верилось. Особенно если припомнить, как Миллерс пахнет…

— И зачем тебе пришло в голову говорить о своём менеджере в мужском роде? — сощурилась Стелла.

Да быть не может, неужели Миллерс целенаправленно соврала про свой пол? Всё ещё не до конца веря, я взбежал по лестнице наверх и быстро отыскал в своих бумагах анкету, которую мы должны были заполнить хотя бы частично при приёме на должность менеджера.

В графе "пол" не стояло ничего.

Вернувшись на кухню, я плюхнулся на стол и раздражённо пояснил:

— Она одевается в мужскую форму, фигуры под ней не видно, на шее шарф непонятный, половину лица прячет. Стрижена она коротко, и все вокруг говорят о ней, как о парне. Понятия не имею, зачем Миллерс вся эта конспирация, но у меня даже мысли не возникло, что здесь что-то не так.

— Она проходила у меня курс первой помощи, — Ной уже сидел за столом и поправлял Чарли слюнявчик, в то время как миссис Митч старательно кормила кашей с ложечки самого слабого и спокойного из тройняшек — Шона. Брат отхлебнул из своего стакана сок и продолжил: — Она у меня в том году проходила курс первой помощи. Смышлёная девчонка, но за парня я бы её точно принять не смог при всём желании.

— Может, это другой Миллерс, — проворчал я. — Хочешь, приходи сегодня да сам посмотри.

— А я бы посмотрела, — вызвалась Стелла, и уголки её губ хитро приподнялись: — Давненько мы не встречались во время твоих тренировок.

Я хохотнул и скрестил руки на груди:

— Только теперь я тренер и…

— … И значит, никто не станет указывать тебе, что можно делать в подсобке, а что нельзя. К тому же, мы последнее время почти совсем не видимся. Надо исправлять.

Ной хмыкнул, а я присмотрелся к жене и не смог понять, чего в её словах было больше: любопытства, желания похулиганить или банальной ревности.

— Если вы хотите со мной на тренировку попасть, то выходить нужно уже сейчас, — я кивнул на огромные часы с кукушкой, стоявшие меж двух окон.

Вещатель в это время издал негромкую трель, и я неохотно потянулся за ним.

Опять Миллерс.

“Все уже прибыли, кроме Маркуса. Миранда проведёт разминку. Ждём только вас. Мишель Миллерс.”

— Слушай, она к тебе неровно дышит, — заметил Ной, заглядывая в Вещатель через моё плечо. — Ещё солнце не до конца взошло, а у тебя уже три сообщения от неё.

— Хорошо хоть, что не от него, — проворчал я. — Да и о чем вообще может быть речь! Я женат, у меня четверо детей, и…

— Зато любовник хороший, — как ни в чем не бывало заметила Стелла. Миссис Митч шикнула. Только что уши Лекси не закрыла, но та увлечённо ковырялась в тарелке, пытаясь сдвинуть жидкую кашу так, чтобы рассмотреть рисунок на дне.

Я встал из-за стола, так ничего толком не съев, и обьявил:

— Через пять минут я на выход. А вы как хотите.

Стелла постучала пальцами по столу, глядя на Ноя красноречивым взглядом. Всю дорогу поди обсуждать будут беднягу Миллерс. На душе от досады скребли кошки: так облажаться! Вот я дурак! Так радовался, что хоть кто-то пришёл практически даром помогать команде, что не особо даже узнал, кого взял! Да уж, подбирать я умею только игроков.

Тут ещё и Маркус вылетел из академии, как пробка из бутылки. Не сомневаюсь, что на отчислении настояли его родители. Те ещё фанатики. И что с ними делать — неясно, потому как даже мой личный визит в резиденцию Логана Саргона не дал ничего.

Вот зас-сада!

Быстро помывшись и махнув рукой на двухдневную щетину, я уже начал надевать спортивную форму — чтобы добраться до академии на крыльях, — когда в комнате снова послышалась трель вещателя. Если это опять Миллерс…

— Э-эл, — раздался голос Стеллы.

На ходу натягивая куртку с разрезом на спине, я выглянул из душа.

— Что там? — вопросительно кивнул я, заметив, что она держит в руках мой вещатель.

— Думаю, тебе лучше самому взглянуть.

Стелла протянула мне металлическую пластину, на которой светились буквы:

“Твоя команда должна проиграть в первом этапе чемпионата. В противном случае…”

Подписи не стояло. Сам вещатель тоже не опознал автора этих строк.

— Кто это? — спросила Стелла.

— Плевать, — рыкнул я, чувствуя, что вот-вот из ноздрей пойдёт дымок. — Всё равно без Маркуса у нас мало шансов.

— Ты ведь не собираешься на крыльях добираться? — Стелла подошла ко мне и погладила по груди. — Они ведь ещё не окрепли.

— Их нужно разрабатывать, — отрезал я. — Без тренировок они никогда и не окрепнут. Прости, мне пора.

Я коротко, скупо поцеловал жену в щёку, вышел на балкон и со злостью ударил кулаком по перилам. Меня будто проклял кто. С того момента, как мне порвали крылья, всё идёт не через то место.

Мишель Миллерс

Солнце уже почти взошло, осыпая академию бледными лучами. Если отойти чуть в сторону и посмотреть в небо за крышей восточного корпуса, можно было увидеть, как время от времени над ней пролетают разноцветные драконы. Я же нервно сжимала в руках лямку портфеля, дёргаясь на каждый звук: тренер ни разу не ответил мне на сообщения этим утром. К тому же, тренировка уже началась, а он всё ещё не прибыл. Такое нечасто случалось, а на моей памяти — ещё ни разу.

Это тревожило. Меня не покидало чувство, что дело в моих сообщениях, отправленных на вещатель. Может, я ему надоела? Может, слишком навязываюсь?

Нет, причём здесь я, когда речь идёт о тренировке команды! Должно быть, его что-то задержало.

И всё же, он ни разу не ответил. Почему? Неужели я ему настолько неприятна, что он не готов написать мне хотя бы “Хорошо, скоро буду”?

В небе над академией довольно часто пролетали драконы, однако, когда в небе показался очередной, взяв прямой курс на вход, я напряглась. Сердце застучало громче. Вдруг это он? Пригляделась. Зелёный, жилистый, длинный. Похож… Похож! Я закусила губу, не решаясь позволить себе радостную улыбку, чтобы не расстроиться, если всё же обозналась.

Дракон начал опускаться, хлопая надо мной крыльями, а потом обернулся человеком и упал на мостовую, ловко опустившись на ноги и придерживаясь одной рукой от падения. Выпрямился. Отряхнул ладонь.

— Все в сборе? — спросил он коротко, даже не поздоровавшись.

— Так точно! — выпалила я. — Кроме Маркуса. Вы получили моё сообщение?

Мы по очереди прикоснулись ладонями к генетическому сканеру и прошли внутрь академии.

— Получил, — сухо ответил он.

Нет, точно, дело во мне. Сердце совсем зашлось в страхе, и даже дышать стало трудно.

Сейчас он меня выгонит.

Но за что? Я ведь делаю всё, что могу, для команды!

— Мне нужна ваша подпись, — протянула ему заявление, составленное по особой форме и вложенное в планшет. — Это для артефакта стазиса. Теперь можно будет поле готовить с вечера, и к утру приходить с полным резервом.

Тренер взял ручку и быстро чиркнул на ней подпись, оставив небольшую кляксу в конце.

— Почему ты прикидываешься парнем? — неожиданно спросил он.

Я чуть не запнулась о низенький порожек в переходе между корпусами.

— О чём вы?

— Почему не сказала, что девчонка?

— Так вы и не спрашивали, — несколько ошарашенно ответила я.

Эйлар резко остановился и сощурился, глядя на меня.

— К чему это всё? Мужская форма, стрижка, лицо под шарфом? Я ни разу не слышал, чтобы ты о себе в женском роде сказала!

— Форма из остатков, какая была, потому что дешевле. Волосы и шарф, потому что попала в пожар.

Я размотала шарф и повернулась спиной, оттягивая край пиджака, чтобы продемонстрировать шрам от ожога.

— Ох, Великая Праматерь, — выдохнул тренер. — Что ж ты сразу не сказала? Я же Лоран, могу подлечить.

Мгновенно забыв о своём настроении, он взял меня за голову чуткими пальцами и, поворачивая её то так, то эдак, принялся рассматривать ожог.

— Застарелый, это плохо. Ткани уже отмерли.

— Это ничего, — неловко попыталась отмахнуться я. — Заживёт. Просто, пока волосы не отросли, это… некрасиво.

— Ладно, займусь тобой потом. Глупая…

Он потрепал меня по голове и снова пошёл по коридору.

— Ты бы парням сказала. А то они шутят неуместно только потому, что за своего тебя держат.

Я замялась.

— Если можно, то мне бы хотелось пока не торопиться всем рассказывать…

— Почему? — он удивлённо приподнял бровь.

— Вы знаете, к людям вообще отношение у драконов предвзятое, а к девушкам — тем более. Пусть они ко мне привыкнут. И, когда они уже будут знать, что я полезна, тогда… может быть… им будет уже не важно?

— Эй, — тренер остановился и склонился так, чтобы наши лица оказались почти на одном уровне. Убрал за ухо непослушную прядь с моего лба. — Мишель, послушай. Они всё равно почувствуют сами, и довольно скоро. У драконов, даже полукровок, обоняние острое. Если они только позволят себе мысль, что ты можешь быть девушкой, то сразу уловят характерный запах. Он у тебя слабее, чем у дракониц, к тому же ты не пользуешься парфюмом и косметикой. Но они всё равно почувствуют. И тогда всё это будет уже обманом.

— Хорошо, — тихо отозвалась я, глядя в его бездонные карие глаза. — Только мне нужно… подготовиться.

— Не тяни, — тренер похлопал меня по плечу. — Я тебя всё равно в обиду не дам.

Я не сдержала улыбки. На душе тут же стало тепло и спокойно.

— Вы не злитесь на меня?

— Не злюсь.

— Просто вы не отвечали, вот и…

— Задержался по личным делам. Не бери в голову. Ты молодец, что стараешься.

— Вы не против, если я подам заявление в полицию, чтобы Маркуса отыскали?

Он вздохнул, надул щёки и покачал головой:

— У тебя его не примут. Такие заявления принимаются только от родственников и приближённых, а вы с ним были едва знакомы.

— А… тогда поговорю с родителями!

— Я уже говорил. Боюсь, нам остаётся только ждать.

— И всё же… я попробую.

Тренер открыл дверь, ведущую к полю, где драконы, снова принявшие человеческий облик, старательно отжимались под громкий счёт строгой Стальной Леди.

— Отставить! — крикнул тренер. — Все ко мне!

Что-то в его голосе мне не понравилось. Я огляделась в поисках ответа, что могло быть не так на поле, но не заметила ничего особенного. Драконы строго следовали тренировочному плану, посторонних не было, вода на месте.

— А теперь, дорогие мои, — произнёс Эйлар, когда все собрались вокруг него. — Признавайтесь, кто здесь так несмешно шутит?!

Он протянул Миранде вещатель. Она быстро пробежала по нему вглядом, и лицо её изумлённо вытянулось. Дэн забрал у неё вещатель, Бьорн глянул через плечо, а затем вещатель перешёл в руки Лео и Макса.

Все озадаченно переглядывались. Я лишь в последний момент улучила возможность прочитать:

“Твоя команда должна проиграть в первом этапе чемпионата. В противном случае…”

— У нас и без того не хватает огненного игрока. Как бы вы с ним ни собачились, Маркус — очень сильный игрок, и без него наши шансы на победу стремительно тают. А теперь вот это. Не смешно, честное слово. Если кто-то из вас что-то знает…

— Да пошли они ко всем чертям, — произнёс Лео с привычной маской холодной отчуждённости на лице. — Плевать, мы всё равно победим.

— Мы и без Саргона отличная команда, — добавил Дэн.

— Кому может быть выгоден наш проигрыш? — хмыкнула Миранда, скрестив руки на груди. — Нам пока что неизвестно даже, с кем мы будем играть в группе.

— Родителям Маркуса? — предположила я. — Если они так не хотели, чтобы он играл…

— Они не хотели — они уже сделали максимум, чтобы он не играл, — заметил тренер. — Зачем эти угрозы.

— Мы всё равно победим, — добавил Лео и туже затянул хвост белоснежных волос. — Плевать, чьих это рук дело.

В этот момент вещатель издал тихую трель в моих руках. Я опустила взгляд.

“… в противном случае, Маркус никогда больше не будет играть в команде!”

— Долго соображал угрожатель, — хмыкнула Стальная Леди.

— Странно, — протянул Макс, рассматривая сообщение. Сначала Марк пропал, теперь эти угрозы… Вы уверены, что он сам ушёл из дома?

— Думаю, это надо показать его родителям, — добавила я. — Может, тогда они всё-таки согласятся подать заявление в полицию.

— Это блеф, — отрезал Лео.

— А если не блеф? — вскинулась Миранда. — Он — часть команды, и мы не можем игнорировать такие сигналы!

— Мира права, — согласился тренер. — Я заставлю родителей Маркуса пойти вместе со мной в полицию. Если кто-то что-то узнает, сразу сообщайте мне. А теперь сорок кругов бегом марш! Кто последний, тот остаётся на уборку в раздевалке.

Продолжая обсуждать полученное сообщение, драконы побежали вдоль трибун. А я подняла взгляд на напряжённого тренера.

— Всё ведь будет в порядке, да?

Вместо ответа он потрепал меня по плечу.