Глава 19

Я и так не выспалась. Проснулась с кругами под глазами, собралась и потопала на лекции. Даже Саву, который наконец-то стал спать по ночам, будить не стала. Слухи обо мне по-прежнему ходили, и лишь один имел долю правды – наш роман с главой тайной канцелярии. Но эту версию не особенно любили смаковать – многие просто завидовали и предпочитали выбирать мне в любовники кого-то менее статусного.

– Я бы так не смогла, – достаточно громко, чтобы услышали все в аудитории, сказала Алетта и вздохнула. – Какой бы высокий статус не имел мой поклонник, я бы никогда не смогла переступить черту брачного ложа до свадьбы.

– Алетта, но ты себя с простушками-то не сравнивай, – отвечала ей Карлэтта не менее громко. – У вас слишком разные требования к ухажерам. Некоторым достаточно и простого комфорта преподавательского общежития.

– Ты права, – подтвердила Алетта, но ее подруга еще не завершила свою тираду.

– Но прикрываться братом, якобы оставленным на время, это низко.

Если честно, у меня было столько собственных проблем, что на разговоры двух болтливых сокурсниц было откровенно наплевать. Как они еще не пришли к выводу, что Сава – мой сын, я не знаю. Видимо, все же подсчитали его возраст и отвергли эту догадку, даже не став распространять слухи. И то хлеб.

– Алетта, если сейчас же не угомонишься со своей вечной подпевалой, я твои волосы накручу на кулак и превращу твой курносый носик в абсолютно плоский. Ты меня поняла? – вмешалась Орсана.

– А чего ты подслушиваешь? – встрепенулась Алетта. – Как отхватила себе Сайда, сразу такой храброй стала!

– Трусостью я и раньше не отличалась, – жестко ответила подруга. – Но моя угроза остается в силе.

Алетта все же ее не поняла и продолжила распускать свой язык, за что и поплатилась – Орсана воплотила свои слова в жизнь. Естественно, мы с Лил пытались ее оттащить, но подруга отличалась крепким телосложением, да еще и Карлэтта мешала, которую тоже пришлось отгонять. Так что к приходу профессора Зеанда студенты дружно аплодировали драке, а Алетта выла, прижимая окровавленные руки к лицу. Нос ей, конечно, починят, но зато Орсана осталась удовлетворена результатом.

– Что тут творится?! О богиня! Карлэтта, сейчас же отведите подругу в лазарет! А вы трое – к ректору! Живо! Одна нога здесь, другая там!

А нам что? К ректору не привыкать ходить.

– Спасибо, – поблагодарила я Орсану по пути в кабинет айна Денима. – Но это было лишнее.

– Не лишнее, – оборвала меня подруга. – Да и благодарить меня не за что. Я давно хотела это сделать, только все повод подходящий не находился.

С магиней боевого факультета не поспоришь. Ректор при виде нас закатил глаза, вздохнул и откинулся на спинку кресла.

– Ну, рассказывайте, что на этот раз.

– Студентка Алетта Роквус со своей подругой посмели распускать неуместные сплетни о Румарии Орлич и айне Айрэнде Улианде, – пожаловалась Лил, – и студентка Орсана Каартум попросила их замолчать. Но Роквус весьма прохладно отнеслась к просьбе студентки Каартум, за что и жестоко поплатилась разбитым носом и несколькими часами, которые она проведет в лазарете, – продолжила Лил и, не сдержавшись, добавила: – По-моему, она еще легко отделалась!

– Я понял вашу версию события, студентка, – сказал айн Деним и посмотрел на нас с Орсаной. – Все было именно так?

– В общих чертах, – коротко отозвалась Орсана, а я лишь кивнула.

– Эта академия сведет меня с ума, – буркнул ректор едва слышно. – Что ж, я вынужден выписать взыскание… студентке Каартум. Но раз вы трое были причастны, то будете помогать своей подруге пересаживать ядовитые растения в оранжереях айны Ламиолии, начиная с сегодняшнего вечера. Можете быть свободны.

Ректор начал выписывать что-то на листке, и, скорее всего, это было наше наказание. Мы вышли из кабинета и направились в столовую. Все молчали. Получать наказание, как ни крути, неприятно, особенно если это касается оранжерей айны Ламиолии (не учитывая факультативы профессора Свика).

На обеде к нам подсел Сайд, достаточно громко восхваляя поступок Орсаны – поставила выскочку, распускающую ложную информацию, на место. Ведь он, к сожалению, не может бить девушек, поэтому и заступиться бы не смог. В общем, когда из лазарета вернулась Карлэтта, оставившая подругу на руках умелых целителей, и попыталась обвинить во всем Орсану, студенты академии отреагировали весьма прохладно – кто-то попытался посочувствовать графской дочке, но и не обвиняя нас.

Алетта, вернувшаяся к последней паре, вела себя тихо и спокойно, больше не возникая. Так что проблема с надоедливыми однокурсницами решена. Хотя бы на время.

***

– Куда ты собираешься? – спросил Сава.

Я искала в своем гардеробе удобные брюки для верховой езды и блузу, которую не было жалко для оранжереи. Конечно, на нас будут надеты еще и защитные костюмы, но все же портить хорошие вещи не хотелось.

Но ведь если мне предстоит быть женой принца и главы тайной канцелярии, то гардероб придется менять и подбирать определенный для одного и другого статуса. При мыслях об этом я испытала смущение – получается, что теперь Ариарту придется об этом позаботиться. Как же тяжело быть разных социальных уровней! От этого становится не по себе.

– Мне выписали взыскание, – ответила я.

– А-а, значит, мы собираем свои вещи и переезжаем? Это же было десятое взыскание? – уточнил Сава, и я призадумалась.

– Нет, вещи мы не собираем. Взыскание выписали Орсане, но по моей вине. Мы с Лил должны ей помочь. Хотя Лил причастна меньше всех. – Я вздохнула.

– Меня это радует! Я уже привык к своим игрушкам, – отозвался Сава и прижал к себе одного из солдатиков. – Тебе нужна будет помощь на отработке?

– Нет, – ответила я, отмахнувшись. – Мы справимся.

Оранжереи находились за главным корпусом позади стадиона. К ним вела тернистая дорога, а забор вокруг был обвит плющом, маскирующимся под ядовитый для его же безопасности. Айна Ламиолия стояла за рабочим столом и пересаживала нежные цветы фиалии, одна капля нектара которого была способна убить десяток сильных, здоровых мужчин. И с такой любовью профессор пересаживала их, что я даже неосознанно попятилась назад.

– А, студентки! – Увидев нас, айна улыбнулась. – Давно вы ко мне не заходили. Месяца два уже.

– Старались избегать неприятностей, – пояснила Орсана, – но, как видите, мы и спокойная жизнь несовместимы.

– Отрадно слышать, – с улыбкой сказала айна Ламиолия.

Травологию проходят на первом курсе, поэтому в последнее время мы посещали оранжереи только по случаю взысканий. Профессор была не намного старше нас, со светлыми, практически пепельными волосами, такими же ресницами и бровями. Из-за нежной кожи молочного цвета она носила всегда шляпку и зонтик, а также одевалась в светлые тона, которые ей невероятно шли. Айна Ламиолия вообще производила впечатление небожительницы, потому что вся она была воздушная и легкая, словно облако.

Профессор под зонтиком прошла к одной из оранжерей и вошла внутрь. Оглядевшись, она сложила зонтик и направилась к одному из стеллажей, на котором стояло множество крохотных горшочков.

– Смотрите, это ласкари. Они еще малышки, но достаточно быстро растут. Они гибриды, их вывела я на прошлой неделе.

– Чем они так удивительны, профессор? – спросила я, едва подавшись вперед, чтобы увидеть тонкие ростки, пробивающиеся через почву.

– Если я правильно все рассчитала, то они будут противоядием для нектара фиалий и многих других ядов, – отозвалась она. – Буквально пару часов, и уже можно будет использовать их корни и узнать, подтвердятся ли мои расчеты. – Ламиолия, у которой даже имя было цветочное, замолчала и развернулась к выходу. – А теперь идемте. Есть одно дело, которое я не успеваю сделать.

Ядовитых растений у профессора было много, не только фиалии. На следующей неделе ей нужны будут разные виды ядов, именно поэтому у нее не хватало рук и необходима помощь, а тут таким чудесным образом подвернулись мы со своими взысканиями и – вуаля – у нее уже есть помощницы! Подневольные.

Но айна Ламиолия была очень искренней девушкой, и нам не хотелось ее обижать, поэтому мы активно показывали энтузиазм и рвение к работе, чем вызывали улыбку и благодарность профессора. Естественно, она снарядила нас защитными костюмами и всеми надлежащими инструментами, поэтому уже около двух часов мы копались в земле, чувствовали поползновение живого плюща в одной из оранжерей и выделяли из растений яд. В общем, прошли все круги ужасного студенческого наказания.

Я как раз шла снимать защитный костюм в подсобку (мне пришлось задержаться по просьбе айны Ламиолии, поэтому подруги ушли переодеваться и принимать душ раньше меня), когда услышала взрыв. Целая оранжерея взлетела на воздух. Я мгновенно легла на землю и почувствовала, как меня накрывает сверху маленькое тело. Перевернувшись, я схватила Саву в охапку и попыталась прижать его к земле.

– Сава, как ты тут вообще оказался?!

Могла бы и не спрашивать. Конечно, он ко мне перенесся, он ведь теперь набрался силы. В прошлый раз ко мне пришел Ариарт. В этот раз тоже следует ожидать и его? Так и оказалось – он стоял в образовавшемся проеме забора. Его лицо я видела смутно на таком расстоянии, но фигура и общие черты угадывались, разве что черный плащ был для него непривычен. Я поднялась на ноги, едва сдерживая улыбку, а Сава потянул меня назад и неожиданно создал портал.

Я не понимала действий эдифана, но сопротивляться ему было бесполезно – в нем скрывалась огромная физическая сила, поэтому он без труда подхватил меня на руки и утянул в портал. Но что-то пошло не так – переход не был мгновенным, а будто растянулся во времени, став бесконечным белым коридором. Сава оттолкнул меня в сторону, а на ребенка бросился огромный черный ширанг с капающей слюной и красными горящими глазами.

Я вскрикнула от ужаса – силы явно были не равны, и даже мощи эдифана не хватало, чтобы откинуть пса в сторону. Мысли путались, а руки дрожали, но я все равно начала создавать боевое заклинание, изо всех сил пытаясь вспомнить фигуры, которым так кропотливо нас обучала айна Улианор. Заклинание удалось, и я тут же выпустила его, направив прямо в пса, но… но это только усугубило ситуацию.

Ширанги ужасны. Мощные. Сильные. Выносливые. С двумя рядами зубов. Но это был не обычный ширанг, а эдифан, намного опытнее Савы. С диким оскалом он откинул заклинание, которое отрикошетило в меня. Не ожидая нападения, я не успела выставить щит, а поэтому упала навзничь. Ударяться в этом пространственном коридоре было не обо что, поэтому, дезориентировавшись на несколько секунд, я быстро поднялась и начала плести другое заклинание, не уверенная, что любое из них поможет. Сава продолжал сражаться с сородичем и явно проигрывал. Теперь на щеке ребенка красовались красные борозды от лап. Я закричала, бросившись вперед, но вовремя остановилась. Чем я смогу помочь в неравной борьбе с ширангом? Явно физическая составляющая не на моей стороне, единственное, что мне остается, – это путь магии. Закусив губу, я сдержала рвущиеся слезы и начала создавать заклинание, вплетая все новые и новые ниточки. Оно должно было обездвижить любое живое существо, просто обязано! Магия искрила по моим руках, втягиваясь в пульсирующий шар между моих ладоней. Я иссушала собственный резерв практически до дна, не оставляя себе даже физические силы, поэтому не долго продержалась на ногах и упала. Сава дернулся, за что получил новый мощный удар лапой по голове. Это было последней каплей – я выпустила шар со всей ненавистью и злобой, с неимоверным желанием помочь маленькому эдифану, с полной уверенностью, что вот сейчас мы спасемся…

Но шар его даже не задел. Он прошел дальше по коридору, создав брешь в пространстве, куда нас всех стало утягивать. Нам выбросило на многолюдной улице. Люди отшатнулись, а я мгновенно взглядом отыскала Саву и поползла к нему. Ребенок лежал на мостовой и не двигался. Царапины на его щеке были достаточно глубокими и сейчас налились алой кровью. По моим щекам покатились слезы, но я даже не думала их унимать, занявшись эдифаном – проверила пульс, а потом начала отдавать часть последних жизненных сил.

Ширанг скалился, но не подходил ближе. Открывшийся рядом портал должен был стать моим спасением. Из него вышагнул высокий мужчина, лицо которого я не могла различить – свет от зажженного вечернего фонаря слепил глаза, но по одежде я угадывала Ариарта – именно таким он появился сегодня у академии.

– Ариарт! Помоги мне, скорее! – взмолилась я, и в этот момент мужчина покинул слепящую зону, предоставив возможность разглядеть его лицо под светом следующего фонаря.

Я отшатнулась. Это был не Ариарт. Кто-то похожий, но не он. Сталь в глазах, холод вместо любви. Фигура, лицо, даже усмешка – были так присущи моему суженому, но все же это был не он. Возможно, из-за сильного волнения или страха я не сразу прислушалась к собственным чувствам, чем подвергла опасности не только себя, но и Саву. Если бы я только не приняла его за Ариарта, быть может, нам удалось бы сбежать вместе с Савой после взрыва.

– С удовольствием помогу, ведь я так долго тебя искал, – отозвался мужчина и подошел ближе.

Я прижала к себе бессознательное тело маленького эдифана и воинственно посмотрела в глаза незнакомца. Тот лишь усмехнулся и открыл новый портал. Схватив меня за ворот, он потащил меня в проем. Я даже не старалась брыкаться, используя все силы для защиты Савы.

Новая вспышка портала, и мы оказались темной комнате, похожей на подвал. По стенам развешаны чадящие факелы, в которых даже не используется магия. По городу растянуты магические потоки для поддержания магических светильников в заряженном состоянии, но тут их не было. Мы где-то за городом.

– Румария Орлич, урожденная Лайрина Эдифан, – сказал мужчина, обойдя меня по кругу.

Ширанг тоже обходил нас, только в другую сторону, словно отрезая пути отступления. Сава лежал на моих коленях все еще в бессознательном состоянии. Я нервно гладила ребенка по волосам, неотрывно глядя на незнакомца, так напоминающего мне его высочество. Может ли это быть его младший брат – Сиалит Артари? Но зачем я ему понадобилась? И неужели именно он погубил мою семью, разрушил мое счастливое детство и обрек целый род на вымирание? Ненависть к нему была всепоглощающей, очерняющей все уголки моей души. И самое ужасное, что я никак не могла от нее избавиться.

Где же Ариарт? Почему он не пришел за мной? Ведь в прошлый раз, когда мне угрожала опасность, он был здесь.

– …и твой эдифан, – презрительно добавил незнакомец. – Он совсем не похож на грозное магическое существо. Во что ты его превратила? Даже смотреть смешно! У меня на тебя были такие планы, но все покатилось к проклятым богам.

– Я не понимаю, – отозвалась я, сглотнув.

– И не следует понимать. Раз все вышло именно так, то мне придется штурмом брать дворец и восходить на трон силой, а ведь все могло быть по-другому, – с искренним сожалением сказал незнакомец.

Я застыла. Что он имеет в виду? Как я могу быть связана с дворцовым переворотом? Подождите-ка, с каким переворотом? Неужели Ариарт в опасности и именно поэтому не смог прийти?

– О, кажется, ты начинаешь кое-что понимать, – с усмешкой откликнулся мужчина и наклонился ко мне, выплюнув: – Ты ведь его суженая. Значит, он почувствует твою смерть.

После этого мужчина достал пузырек. Я попятилась и прижалась к стене, но владелец ширанга был намного сильнее меня – ему ничего не стоило запрокинуть мне голову и заставить проглотить содержимое. Я почувствовала резкий запах фиалий – опасного яда, и широко раскрыла глаза. Впитывается в кровь он мгновенно, поэтому выплевывать его не имеет смысла – через пару часов я буду лежать хладным трупом.

– Яд, – прошептала я, и незнакомец кивнул.

– Умная девочка, сообразительная. Даже жалко. Но ничего не могу поделать – моя задача причинить ему боль, как можно больше боли, чтобы он узнал, как терять самого родного человека. Я терял свою мать. Она умерла от восточной лихорадки в стране, куда нас отправил мой отец, хотя назвать его так сложно. Он желал скрыть свой позор – меня, а маме пришлось подчиниться приказу короля. Она десять лет болела. Деньги, которые у нас были, ушли на лекарства, но и они не могли помочь. Ей пришлось работать. Каторжным трудом, распутывая рыболовные сети. Ее руки вечно были в ранах и царапинах – руки моей изящной матери, красотой которой прельстился сам король. – Он говорил со злостью, едва не переходя на шипение.

Мне становилось все страшнее, казалось, его эдифан сейчас бросится на нас и разорвет. Нет, я не была бесчувственной и незнакомую женщину мне было жаль, но как я могла испытывать сочувствие к убийце своей семьи? К тому, кто отдал приказ напасть на Саву? К тому, что напичкал меня смертельным ядом? Нет, во мне сочувствие вытеснила ненависть к этому человеку.

– Но денег, зарабатываемых ею, не хватало на дорогостоящие лекарства. Я стал красть еще в семилетнем возрасте. Для нее. Но однажды я попался. Я умолял, чтобы посадили меня, но ответственность за ребенка несет его родитель. Моя мама скончалась в тюрьме в жутких условиях, Лайрина, ты тогда еще даже не родилась. Знаешь ли ты, как я ненавидел в этот момент короля? Он как раз женился на своей принцессе из соседнего государства, и у них родился первенец – Ариарт Артари, твой нареченный. Я возненавидел его – ведь именно из-за него моя мать умерла в таких муках. Он испортил мне всю жизнь вместе со своей мамашей.

– Зачем ты мне это рассказываешь? – прошептала я. – Это не изменит мое к тебе отношение и уж тем более мое отношение к его высочеству.

– Считай это моей исповедью. Я рассказываю это только тебе, чтобы позже эта тайна навсегда умерла вместе с тобой. Но чуть позже, когда я буду рядом с Ариартом, чтобы видеть эту боль в его глазах от смерти суженой. – Он ожидал увидеть страх у меня на глазах, но мои эмоции будто выкачали – я ничего не могу сделать, и это собственное бессилие убивало меня, разрушало до основания. – Я поклялся отомстить Ариарту еще тогда. Но, знаешь ли, оказывается, попасть в Орианс бастарду не так легко – мое имя было в черном списке всех трактов и портов. Я стал выжидать, набирая мощь и богатство посредством сбыта наркотиков, чтобы суметь вернуться на родину и отомстить. Я пошел к предсказателю – это в Ориансе их сила принижается, но в той стране, откуда я прибыл, предсказатели вершат судьбы, указывают на богатства, прерывают чужие жизни одним своим словом. Именно он сказал о том, что мне не удастся добиться высот без могущественной силы. Так уж вышло, что я не только королевский потомок, но и потомок, пусть и не прямой наследник, семьи Эдифанов – создателей могущественных существ. Курс был намечен – на Орианс, истребить последних оставшихся в живых прямых наследников и завладеть животными. Только они оказались совсем не ручными – они мне не подчинялись. Один умер, но я не мог допустить гибели второго, поэтому пришлось приручать его наркотиками. Я опаивал его много лет, приручал, но он был слишком привязан к своему прошлому хозяину, поэтому ушел вслед за собратом. Но расстраивался я рано, ведь он оставил того, кто полностью подчинен мне. Тогда я смог научиться управлять им, а после вновь решил вернуться на родину, перед этим зайдя к тому же оракулу.

Тут он замолчал и хмыкнул:

– Он сказал, что я сделал не все – наследница выжила и теперь носит фамилию Орлич. Мой план не удастся, пока она будет жива, ведь ей суждено стать суженой его высочества Ариарта. Во мне проснулась настоящая кровожадность. Тогда я и отыскал твою сестру, приняв ее за тебя.

– Ты убил ее? – прошептала я, похолодев, но мужчина лишь прищурился.

– Я тебя тогда тоже видел, но принял за мальчишку – короткие волосы, брюки с рубашкой, большие башмаки и это имя – Руру. Именно так тебя называла сестра. Я и подумать не мог, что ты – девчонка, поэтому и не делал выбор между тобой и твоей сестрой. Как оказалось, тогда я допустил громкий просчет.

– Ты убил мою сестру? – вновь повторила я.

Он забрал у меня всех. Абсолютно всех. Он разрушил мое прошлое и теперь собирается разрушить настоящее – убить принца Ариарта. На глаза навернулись слезы бессилия, я сжала кулаки из последних сил, но их не осталось на то, чтобы встать с пола.

– Лиарт, – внезапно сказал он. – Мое имя Лиарт. Запомни его и скажи за гранью. Мне следует гореть в вечном пламени богини, но я готов это принять. Прощай, Лайрина.