Глава 6

В комнате мы долго спорили, чей облик принять, чтобы пробраться в закрытую секцию. Лил была категорически против этой идеи, напомнив, как я попалась в прошлый раз. А что нам еще оставалось? Нужно же разгадать загадку эдифана! Да и практическое занятие по истории на следующей неделе, нужно поторопиться, чтобы успеть все подготовить.

– Вы понимаете, что просто так получить доступ у айны Люлю не получится? – продолжила уговаривать нас дриада. – В этот раз просто одеждой преподавателя не отделаешься, нужно будет предъявить еще и пропуск.

– Это, действительно, проблема. Но ведь пропуск выписывает ректор, – задумчиво сказала я, проигнорировав недовольство Лил.

– Я за кандидатуру профессора Денима, – внезапно сказала Орсана, и я едва не подавилась.

– Ты с ума сошла! Он нас моментально раскусит.

– Но это единственный выход избежать пропуска, сами подумайте. Люлю не будет проверять ректора, к тому же в него влюблена половина академии – вполне возможно, что пару раз поулыбаться ей хватит, чтобы она пропустила ректора без слов. Вы же знаете, как это происходит. К тому же ректор не принц, чтобы в него было запрещено трансфигурироваться.

Я призадумалась. Идея была здравой. Но получится ли?..

Вообще правила трансформации были весьма сложными. Если личности становились постоянными, то мы должны были регистрировать их в магдепартаменте. Так что «Джерома» я уже давно должна была зарегистрировать, но все сомневалась, что он действительно станет одной из моих личностей.

Трансфигурация – это неотъемлемая часть любого метаморфа, поэтому нам не могли запретить ее использовать, пока мы не преступили закон. Тогда нас ждали магические кандалы. До тех пор нам разрешалось делать все. Тут как в розыгрышах: поверил – сам дурак. Единственное табу накладывалось на членов королевской семьи, нельзя принимать даже приближенный образ, за это полагалась смертная казнь.

Наша магия нераспространенная, но различные службы во избежание ненужных последствий все равно перед важными разговорами или подписанием бумаг проверяли своего оппонента теми или иными личными вопросами. В академии этим часто пренебрегали, так как доверяли студентам – ну как доверяли, надеялись на нашу благоразумность. Нам просто невыгодно было портить с преподавателями отношения, еще учиться у них, да и наказания бывают весьма жестоки… В общем, местные преподаватели и бед с метаморфами, считай, не знали, пока не появилась я.

– Нет, – вынесла вердикт. – Это очень и очень плохая идея. Профессор Деним меня со свету сживет, если надругаюсь над его личностью. Он же шуток не понимает, если только это не его шутки. У меня есть другой план, но тоже с участием профессора.

– Что ты хочешь сделать?

– Старшекурсникам-выпускникам вход в закрытый отдел разрешен, – начала я, – значит, я могу пройти под личиной одного из них. Стоит лишь украсть волос одного из них и выписать пропуск на его имя у айна Денима.

– Как ты хочешь выписать пропуск? Айн Деним начнет задавать вопросы по проекту и потребует, чтобы ты описала, что именно тебе понадобилось в закрытом отделе, – возразила Орсана. – Сомневаюсь, что получится. Скорее ректор тебя раскусит, как щелкунчик орешек.

Брр. Орешком для его острых зубов быть не хотелось!

– Ты права. Значит, нужно пробраться в его кабинет и самим достать пропуск, предварительно сделав ключ.

– Слишком сложно, – со вздохом отозвалась Лилана.

– Однако все легче, чем попытаться обхитрить ректора, – возразила я, и девушки призадумались.

– С завтрашнего дня начнем подготовку и распишем план, – вынесла вердикт Орсана, – а пока всем спать.

Выспаться толком не удалось – Сава вел себя беспокойно, особенно без дополнительной еды. У него были лишь те пирожки, которые я принесла ему в обед. Поэтому пришлось выходить на работу, чтобы иметь возможность забежать в трактир и пополнить запасы еды.

У меня были сомнения, использовать ли внешность Джерома или создать новую, но в итоге решила, что вчера ничего такого не произошло, чтобы принимать кардинальные меры, поэтому я отправилась в облике уже знакомого мальчишки.

– А, Джером, – встретил меня айн Улаф и передал записку. – Тут тебе оставили. Но прочитаешь потом – сначала работа.

Я согласно кивнула и еще раз посмотрела на свернутую записку из дорогой белой бумаги с вензелем в углу. «АУ». Невольно улыбнулась, сунула записку в карман и, забрав велосипед, покатила по нужной улице. Сегодня работала быстро, так как очень хотелось узнать, что же мне написал айн Улианд. Злится или огорчен? Хотя какое ему дело до дворового мальчишки? Странное чувство, но мне хочется верить, что между нами есть какая-то связь.

Тьфу ты, Румария! Если между нами будет какая-то связь, то это выставляет айна Улианда в отрицательном свете. Очень и очень отрицательном. Но, может, это просто забота? Если он понял, что под личиной Джерома прячется миловидная девушка девятнадцати лет?

От подобной мысли я хихикнула, руль вильнул, и я едва смогла удержать управление. Так, выбрасываем посторонние мысли из головы и занимаемся работой!

Когда все фонари на улице засветились, я зашла в один из трактиров, попросила несколько банок солений, расплатилась и покрутила педали обратно. Времени было в обрез, поэтому вернулась в академию я незадолго до начала занятий и сразу отправилась на пары вместе с банками.

– Это что, Румария? – вскинув брови, спросила Карлэтта, когда я появилась на пороге аудитории. – Это из Храма богини помощь? Неужели тебя наконец-то признали нищенкой? Недавно на лекцию заявилась в каком-то старом тряпье, так что теперь все сходится!

– Карлэтта, лучше меня признают нищенкой, чем верной подпевалой Алетты, – широко улыбнувшись, ответила я и прошла к своему месту, сев рядом с подругами.

Девушки не задавали лишних вопросов, прекрасно поняв, куда денутся эти припасы. Ответить Карлэтта мне ничего не успела, так как вошел преподаватель и начал занятие.

Солений вместе с пирожками, таскаемыми нами из столовой, Саве должно хватить на пару дней, поэтому пока можно полностью посвятить себя заботам о будущей тайной вылазке в закрытую секцию.

После первой пары я решила сбегать в общежитие и отнести банки, рискуя опоздать. Моей целью была не только провизия, но и записка, которая продолжала греть мою душу. Я еще понятия не имела, что в ней значится, но от одного ее присутствия в моем кармане становилось солнечнее.

Сава ожидаемо спал. Пройдя к кровати, я скинула холщовую сумку и достала из вещей Джерома записку. Покрутив ее в руке, я с удовольствием ее раскрыла и вчиталась.

«Не буду докучать Вам. Лишь желал справиться о вашем здоровье. Короткой записки будет достаточно. Адрес моего почмага Вам известен».

Мое сердце дрогнуло. Неужели он волнуется о моем здоровье? Как же это удивительно! Догадался ли он о моей трансфигурации или?.. Или я наткнулась на извращенца?!

Нет-нет-нет! Мне не хочется верить, будто айн Улианд интересуется вовсе не девушками. М-да, сложная ситуация, очень сложная. Достаточно слухов о его высочестве Ариарте, но если подобные будут еще и о главе тайной канцелярии… Я окончательно разочаруюсь в представителях высшей власти!

На записку я решила не отвечать. Кто я такая, чтобы докучать айну Улианду? Да и страшно было, если честно, совсем немного. Лучше забыть о нем и обо всех событиях, что случались со мной в последние дни.

Я старалась следовать своему плану. Запястье меня больше не беспокоило, царапины стали затягиваться, но при этом образовывали форму какого-то цветка. Пришлось прятать его под шелковым шарфиком, подаренным на прошлый Новый год Орсаной. Можно было и трансфигурацией скрыть шрамы на запястье, но тогда нужны будут постоянная подпитка и зелья. Я решила не заморачиваться.

Приближался выходной, значит, академию студенты покинут, секретаря в кабинете ректора не будет, как и его самого, и я смогу безнаказанно стащить пропуск.

Н-да, ну и звучит!

Операция началась в последний учебный день. Мы с Орсаной на перемене побежали в левое крыло, где у айна Денима заканчивалась лекция. Орсана несла в сумке брусок мыла, а я заранее подготавливала нужное заклинание. Ректор как раз выходил из аудитории, собираясь ее запереть, когда мимо него пронеслись мы. Ну как мимо… Мимо пронеслась Орсана, а я «вовремя подвернула лодыжку», воспользовавшись заклинанием воздушных препятствий, и полетела прямиком в объятия ректора, невзначай задев связку ключей в его руках. Та со звоном упала на пол, а я оказалась в сильных мужских объятиях.

Наши лица разделяли буквально миллиметры. Взгляд ректора выражал крайнюю степень изумления, будто бы он сам не ожидал, что поймает студентку. Даже не так: он не ожидал, что эта студентка сама бросится к нему в объятия, как к единственному оплоту спасения от неминуемого падения. Так получилось, что я выгнулась, уперевшись в грудь мужчины и сильно сжимая широкие плечи. Самой некомфортно, но Орсане нужно время, чтобы поднять ключи от кабинета ректора и заодно сделать слепок с помощью мыла. Благо все ключи были с бирками.

– Румария? – выдохнул ректор и заглянул мне в глаза. – Что вы тут делаете?

– Э-э… – замялась я и вовремя нашлась: – Убегала.

– От кого, позвольте спросить, вы убегали?

– Э-э… от Орсаны.

– Студентка Каартум бежала впереди вас, – с мягкой, но такой лукавой улыбкой ответил ректор и тут же вернул мне вертикальное положение, которое я с трудом могла удержать из-за подвернутой лодыжки.

Кажется, я перестаралась. Хотела просто споткнуться, а в итоге и правда причинила себе вред. Ректор перевел взгляд вниз, посмотрел на мою ногу и вздохнул. Как истинный мужчина, он нагнулся, аккуратно дотронулся до лодыжки, из-за чего ему пришлось приподнять подол платья, и оглядел пострадавшую часть тела. Вновь вздохнув, он поднялся на ноги и предложил:

– Студентка Орлич, вам нужно в целительское крыло. Позвольте вас проводить.

– Буду благодарна, – ответила я и бросила мимолетный взгляд на Орсану. Подруга передала связку ключей ректору.

– Благодарю, студентка Каартум, – отозвался айн Деним, прицепил связку ключей к поясу и внезапно подхватил меня на руки.

Я невольно обхватила его шею, прижавшись сильнее, а Орсана от удивления приоткрыла рот, но так ничего и не сказала, лишь засеменила следом. Ладно, доигрывать нужно до конца! Расслабившись, я позволила уважаемому айну доставить меня в лазарет.

Так как был перерыв между парами, то наше передвижение не могло остаться без внимания. Студенты с интересом следили за нами, переглядывались и шепотом обсуждали. Я старалась изо всех сил не смущаться, но к щекам все равно прилила кровь. Чувствуется, что мне это не забудут и выдумают разные были-небылицы.

– Ректор Деним? – раздался знакомый голос справа, когда мы уже были перед крыльцом целительского корпуса, и ректор нехотя развернулся вместе со мной на руках.

Я едва не охнула, но вовремя прикусила язычок. Перед нами стоял глава тайной канцелярии собственной персоной. Что он тут делает?! Голубые глаза посмотрели на меня, слегка прищурившись. Я сжалась, тем самым еще больше обняв ректора. Айн Улианд вздернул бровь и усмехнулся.

– Вижу, у ректора магической академии весьма интересная работа, – сказал глава, все еще смотря на меня. – Даже завидую. У меня не столь… веселые будни.

Ректор очень хотел огрызнуться, но сдержался. Орсана стояла позади меня и не знала, куда себя деть. Мне же захотелось рассмеяться. Кто бы мог подумать, что следующая встреча с главой тайной канцелярии будет при таких обстоятельствах?!

– Айн Улианд, я как раз собирался на встречу с вами.

– Можете не торопиться, я подожду, – явно находя веселье в данной ситуации, отозвался собеседник.

Странно, но сейчас он не был похож на того мужчину, который встретился мне на улице. Он был более… человечным, что ли? Но все равно таким притягательным, что я даже забыла, на чьих руках все еще нахожусь.

– Кхм, – кашлянула я и попыталась отстраниться, – думаю, дальше я сама смогу пройти. Не переживайте, айн Деним.

– Не беспокойтесь, не буду, – в своей привычной манере отозвался ректор и прищурился. – Но все же напишите объяснительную, когда вернетесь из лазарета, от кого вы так стремительно убегали. Если она не покажется мне достаточно убедительной, студентка Орлич, то на вашем счету будет уже девятое взыскание за год. Еще одно – и вы сами знаете, что последует.

Отчисление. Как я могла упустить счет этим взысканиям?! Нет, попадаться на глаза айну Дениму нужно однозначно реже. Вот же ж, послали боги умного ректора! Сразу понял, что дело нечисто. А что мне будет, если меня поймают за воровством или в закрытой секции академии? Пора собирать потихоньку вещички. Сава меня под монастырь подведет!

Орсана подошла ближе и придержала меня под локоть. Ректор развернулся и направился в сторону академии, вслед за ним и айн Улианд, лишь бросив на меня мимолетный взгляд. Но этот миг… он был странный. Словно он узнал меня, но, мотнув головой, вернул изначальный курс движения. Я осталась стоять с колотящимся сердцем и смотреть в спину двум потрясающим мужчинам.

– Рум, пора возвращаться в наш мир, – шепнула подруга. – Идем.

Лодыжку быстро заживила айна Далийна, даже не задавая лишних вопросов. А я все думала об айне Улианде. Он глава тайной канцелярии, так что ему нужно в академии? Своими мыслями я поделилась с Орсаной, пока мы шли обратно.

– Так это и был тот самый глава канцелярии? Он красавец! В него стоит влюбиться.

– С чего ты взяла, что я влюблена?

Подруга хмыкнула и бросила на меня насмешливый взгляд.

– Заметь, это сказала не я. Я просто абстрактно предположила.

Закатив глаза, я ничего не ответила. Неужели целительница была права и моя аура светится из-за влюбленности? Да, скрыть чувства в нашем мире непросто, зато непонятно, в кого именно я влюблена. И тут я подумала, что моя светящаяся аура может сыграть со мной злую шутку, ведь ее соотнесут с сегодняшней прогулкой на руках ректора. Нет, нужно как-то замаскировать ауру. Только предварительно занести объяснительную к ректору. Благо обеденный перерыв, времени предостаточно.

– Почему вы так долго? – прошептала Лилана, когда мы вбежали в аудиторию и сели на свои места.

– А они ректора соблазняли, – вставила Карлэтта.

Они с Алеттой сидели за партой позади нас, поэтому прекрасно слышали вопрос Лиланы, которая задала его полушепотом. А вот Карлэтта сказала в полный голос, чтобы вся аудитория услышала, а заодно оглянулась на нас. Парни заинтересованно развернулись в нашу сторону.

– Не говори так, Карлэтта, – сочувственно протянула Алетта. – Разве можно кого-то винить за чувства, да к тому же к такому видному мужчине, как айн Деним? Стоит пожалеть бедняжку Румарию, которая так безответно влюбилась и теперь предпринимает всяческие попытки привлечь его внимание.

– А я с тобой не согласна, Алетта, – подыгрывая подруге, отозвалась Карлэтта. – Честь нужно беречь, а не волочиться за мужчиной, которому ты безразлична. Хотя бы ауру замаскировала, а то выставляет свои чувства на всеобщее обозрение.

– Я хотя бы не скрываю свои искренние чувства, не прячась за множеством масок, как некоторые, – с улыбкой ответила я. – А уж в кого я влюблена – лишь ваши домыслы. Но ничего, хоть в таких вопросах ваш мозг шевелится, а то устал быть ненужным аксессуаром.

– Ты можешь защищаться, это твое право, – легко ответила Алетта и отвернулась.

На этом диалог был закончен.

Кабинет ректора

– Не смотри на меня так, Айрэнд. Это чистая случайность! – воскликнул ректор, неудобно разместившись в своем кресле, из-за чего постоянно ерзал.

– Я так и понял, – с улыбкой откликнулся собеседник, чувствуя иррациональное чувство ревности.

Сам он расценивал его как зависть, ведь в его отношениях все было слишком сложно и запутанно.

– Так почему ты хотел встретиться?

– Для начала я должен взять с тебя клятву о неразглашении, – начал глава, и ректор приподнял удивленно брови. – Но не буду. Ты помнишь истории об эдифанах?

– Мама рассказывала. Я был еще мал, поэтому плохо помню.

– Эдифаны – невероятные магические существа. По сути, они – искусственно выведенный вид одним великим магом, Персивалем Эдифаном, около тысячи лет назад. Он не просто создал их, но и сделал привязку на крови – только его потомки могут управлять эдифанами и только с ними раскроется весь их потенциал. Так получилось, что, когда умер Персиваль, его эдифан отложил три яйца – для каждого его ребенка, а вскоре ушел за грань вслед за хозяином. Каждый из наследников принес клятву верности своему королю – его величеству Ариарту Первому. Они использовали эдифанов для устранения стихийных бедствий, уничтожения нечисти или чудищ. Постепенно род стал разрастаться, и не у всех появлялись яйца с эдифанами, тогда между кровными родственниками началась за них настоящая война. Их стали красть, выманивать, иногда даже убивать, если эдифан не соглашался подчиниться новому хозяину. Со временем сведения о них стерлись. Оставалась лишь одна семья прямых потомков, у которых жили несколько эдифанов. Они были под защитой короля, их местонахождение охранялось. Но произошла утечка.

– Кто-то рассказал, где они живут? – предположил Орканд, и глава тайной канцелярии кивнул.

– Сам король. Рассказал тому, кому доверял, но тот предал его доверие. В этот же вечер вся семья была вырезана, два эдифана украдены, а один убит. Ты тогда учился за границей, а я прибыл туда слишком поздно. Застал лишь умирающего эдифана, но их магия удивительна. Он смог оставить после себя лишь одно яйцо – для наследника рода, который, видимо, существует где-то в нашем мире. Мне так и не удалось его найти, поэтому яйцо все это время хранилось у меня.

– Ты ничего об этом мне не рассказывал.

– Я не обо всем имею право говорить, – пожав плечами, отозвался Айрэнд и продолжил: – Недавно эдифан вылупился, а вскоре исчез. Как раз в тот момент, когда в городе стали орудовать наркоторговцы. Наркотик неизвестный и сильнодействующий. И что-то мне подсказывает, что тут не обошлось без эдифанов. Их укрывает сильная магическая вязь, я не могу выйти на них.

– История интересная, – вяло ответил ректор, – но при чем здесь я? Ты же у нас мастер распутывать тайны, так с чего бы тебе понадобилась моя помощь?

– Не ерничай. Мне нужна твоя академия.

– Ого! Тебе отдать пост ректора? Забирай! Мне все равно кресло кажется жестковатым, – отозвался Орканд, потянувшись.

– Позволь отказаться от твоего бесспорно почетного поста, – едко протянул Айрэнд. – Мне нужно проверить все комнаты студентов. У меня есть предположение, что хозяин эдифана – студент твоей академии.

Ректор сощурился и наклонил голову. Он слишком хорошо знал сидящего перед ним человека, чтобы не уловить недосказанность.

– С чего такое предположение, Рэнд? Ты выглядишь напряженным. Что-то случилось?

Глава тайной канцелярии задумался, а потом взял в руки перо. Он вертел его в длинных пальцах, после чего отложил в сторону и решился сказать:

– Кажется, я видел… не могу понять точно, кого именно. Суженого или суженую. Но одно могу сказать однозначно: одному из принцев сильно не повезет, если это все же окажется суженый.

– Не понимаю, о чем ты, – пробормотал ректор, непривычно растерянный словами главы тайной канцелярии.

Глава внимательно посмотрел на ректора и усмехнулся.

– Когда эдифан исчез, я долго пытался найти его следы. Когда же мне это удалось, тут же отправился туда, где была зафиксирована вспышка портала. По пути мне попался мальчишка-фонарщик, он утверждал, что не видел никого, похожего на совенка с лисьими ушками. Я поверил, но мысли то и дело возвращались к этому, как он позже назвал себя, Джерому. Тогда через день я встретился с ответственным за освещение города, а также вновь наткнулся на Джерома. Он упал в обморок – на его запястье красовалась метка Зова. На мальчишке. Я позволил ему сбежать, чтобы один из моих людей проследил за ним. Удивительно, но ему удалось скрыться где-то близ академии. Тогда я отправил ему записку, думая, что удастся отследить, откуда именно он ее отправил. Но на записку этот Джером отвечать тоже не потрудился, будто боялся быть пойманным. Отсюда я и сделал вывод, что он не только суженый, но еще и владелец эдифана.

– Вот как? Но у меня нет студента по имени Джером.

– Возможно, он назвался другим именем.

– Или он метаморф, – заключил ректор, и Айрэнд кивнул.

– На это и стоит надеяться принцам, ведь иначе суженым одного из них окажется мальчишка, – протянул глава тайной канцелярии.

Ректор призадумался. Татуировка расцветает сначала на руке девушки или парня, не относящегося к королевскому роду, а уже после на запястье принца или принцессы, когда те принимают Зов и соглашаются на суженых, прекращая дальнейшие поиски. По крайней мере, так было раньше, сейчас же о Зове давно никто не слышал.

– Я так понимаю, что предавать это огласке ты не собираешься? – спросил Деним.

– Верно.

– Тогда завтра будет идеальный день. Студенты уходят в город, поэтому общежитие обычно пустует.

– Благодарю, – поднявшись с места, отозвался Айрэнд. – Но все равно студентов лучше предупредить о плановой магической проверке безопасности в лучшей академии королевства. Не зря я прошел через ворота, чтобы все меня увидели. Если кто-то заметит завтра след моей магии в общежитии, у тебя будет повод оправдаться.

– Я так и понял. Тогда жду тебя к десяти утра. Как раз успеем. Но мне отчего-то кажется, что ты что-то скрываешь.

Мужчина лишь усмехнулся.

В следующую минуту дверь открылась и вошла секретарь, известив о студентке Орлич.

– Впустите, – со вздохом отозвался айн Деним и распрощался с другом.

В дверях глава тайной канцелярии буквально столкнулся со студенткой, которая почему-то отвела взгляд. Это показалось странным, но Улианд не стал заострять на этом внимания и вышел из кабинета. Румария же подошла к столу ректора и протянула ему объяснительную.

– Я так соскучился по вашим небылицам, просто страсть как, – едко протянул ректор и раскрыл записку, начав читать вслух. – «Я, Румария Орлич, убегала от студентки Орсаны Каартум по личным причинам, разглашать которые я не в праве по этическим соображениям. Прошу меня понять и простить». Студентка Орлич, вы сейчас шутите или серьезно?

– Айн Деним, разве вас не учили оберегать личные тайны других людей? Я придерживаюсь своих моральных принципов.

– А они есть? – протянул ректор и махнул рукой. – Я бы мог вызвать студентку Каартум, но у меня слишком много дел. Уходите, Румария, быстрее, пока я не передумал.

Девушка вышла, а ректор неожиданно подумал, что тем мальчишкой-фонарщиком вполне могла быть она.