Глава 9

Когда я вошла в аудиторию, она была пуста. Я разочарованно села за парту и поморщилась, вспомнив, как торопилась, чтобы поскорее встретиться с айном Улиандом. Вот и чего, спрашивается, торопилась? Все равно это бессмысленно! Будто бы взрослый состоятельный мужчина привлекательной наружности может заинтересоваться такой сироткой, как я.

Материализовавшийся будто из воздуха Сава ткнул меня головой в плечо, проявляя тем самым сочувствие. Странный он зверек, все понимает и сопереживает. Быть может, глава тайной канцелярии прав и у нас образовывается невидимая для чужих глаз связь?

С Савой, разумеется.

Дверь открылась. Я подскочила со своего места, ударившись коленями о парту и поморщившись. Ректор Деним посмотрел на меня с усмешкой.

– Можете так не торопиться, Румария, это всего лишь я, ваш ректор, а не глава тайной канцелярии, – едко протянул он, и я, смутившись, села обратно.

Ректор поставил передо мной ящик с фруктами, к которому тут же клювом потянулся Сава. Я тоже заинтересовано осмотрела содержимое ящика, после чего вопросительно взглянула на айна Денима.

– Айн Улианд просил передать, что не успевает сегодня провести занятие, поэтому я принес фрукты по его просьбе. Твоему необычному… пусть будет – питомцу, нужно правильное питание.

Сава в это время поклевал немного яблоко, после чего переключился на другой фрукт, будто пытаясь найти тот, который слаще.

– А соленых огурцов нет? – спросила я, вспомнив, что и в прошлой коробке их не было, а любил Сава именно их.

Брови айна Денима подлетели вверх.

– Соленых огурцов? – ректор весь подобрался и нахмурился. – Скажите, Румария, а вас в последнее время не тошнит? Помнится, что на днях вы выглядели весьма бледной и даже споткнулись, не упав только благодаря мне.

– Тошнота была, но уже прошла, – ответила я, пожав плечами.

Ректор сначала удивленно распахнул глаза, а потом нахмурился. И чем больше он хмурился, тем больше я понимала, что пора тикать отсюда. Но все равно не спешила уходить, ведь сердце до последнего надеялось, что вот сейчас айн Улианд войдет в аудиторию, отложив все свои срочные дела.

– Почему айн Улианд не предупредил меня заранее? – разочарованно спросила я, и ректор посмотрел на меня раздраженно.

– Румария, не тешьте себя надеждой, что являетесь единственным важным для него делом! У Айрэнда помимо забот с вами много других, более насущных проблем! Учтите это на будущее и не задавайте столь глупые вопросы.

Я не считала свой вопрос глупым, а посему на отповедь айна Денима отреагировала обидой. В конце концов, почему айн Улианд связался с моим ректором, а не лично со мной? Глупость какая! Больно нужны мне эти занятия! Он сам говорил, как важно обучить эдифана, а теперь, получается, у него много более важных дел? Так пусть вот ими и занимается.

– Благодарю за исчерпывающий ответ, айн Деним, – сказала я и поднялась на ноги.

– Только не изводите меня своей обидой, прошу вас, – поморщившись, протянул мужчина.

– Ни в коем случае, – откликнулась я, взялась за ручки ящика и попыталась его поднять, но это оказалось проблематично – ящик был очень тяжелым.

Ректор уже собирался мне помочь, но я лишь отмахнулась, подхватила ящик и направилась к выходу. Вслед донеслось:

– Вам нельзя носить тяжести! Позвольте помочь!

Слова ректора я проигнорировала, а в следующий миг Сава открыл для нас портал сразу в комнату. Моему разочарованию в обоих мужчинах не было предела! Один слишком грубый, а второй вовсе меня проигнорировал!

– Ты слишком рано, – прокомментировала Лил.

– Так получилось, – коротко ответила я, не став ничего рассказывать.

– Ясно, – многозначительно протянула Орсана. – Тогда, быть может, сходим в библиотеку? Нам необходимо подготовить доклад о магических существах, если ты не забыла.

Совсем вылетело из головы! Нужно торопиться.

Кабинет главы тайной канцелярии

Ректор лучшей академии Орианса вышагнул из портала прямо в кабинет главы тайной канцелярии. Айрэнд поднял на него удивленный взор, но не отвлекся от заполнения бумаг.

– Как Джером?

– Ты хотел сказать – Румария? – переспросил ректор, присаживаясь в кресло напротив главы тайной канцелярии.

– Я сказал ровно то, что хотел сказать, – с улыбкой отозвался айн Улианд. – Так как она?

– Расстроилась, – нахмурившись, ответил ректор. – Ты знаешь, что избранница нашего принца – беременна?

Глава застыл, с непониманием глядя на ректора, а тот усмехнулся.

– Лишь предположение по косвенным уликам, – со вздохом отозвался Деним. – Она просила соленых огурцов, недавно была бледной и споткнулась так, что мне пришлось нести ее на руках в целительский корпус, но об этом ты и сам знаешь, – многозначительно взглянув на друга, протянул ректор. – И говорит, что ее тошнило.

– Какой же ты импульсивный ребенок, Орканд! Это вполне могли быть последствия образования связи. Тебе ли не знать об этом? – с усмешкой спросил Улианд, и ректор отвел взор.

Кажется, он только сейчас об этом подумал и даже немного успокоился. Но все равно надо как-то отвести Румарию в целительский корпус, чтобы наверняка убедиться в ошибочности своего предположения.

– Да, я понимаю. Скоро и Зов найдет своего обладателя, не так ли?

– Все так. – Откинувшись на спинку кресла, айн Улианд улыбнулся. – Ведь ты так ничего и не почувствовал, я прав?

Ректор отвел взгляд в сторону, не захотев далее продолжать этот разговор. Вместо этого он спросил:

– Что сегодня его величество хотел от тебя, внезапно созвав Малый совет?

– Требовал поскорее разобраться с наркоторговлей. Сегодня были еще две вспышки гнева, принесшие три летальных исхода. И у меня вновь нет ни единой зацепки, настолько сильное прикрытие стоит на злоумышленниках.

– Разыщи их поскорее, – бросил ректор и поднялся на ноги. – Не нравится мне это, Рэнд, очень не нравится. Кажется, что кто-то раскачивает лодку.

Глава не ответил, так как и сам прекрасно это чувствовал. Но нити зацепок проходили сквозь его пальцы. Их защищала магия эдифанов, а на нее есть только один противовес – схожая магия. Значит, нужно поскорее обучить Джерома, чтобы ее эдифан полностью вошел в силу.

Ректор ушел, а глава открыл верхний ящик стола и извлек дело Румарии Орлич. Фамилия была присвоена ей при удочерении, а вот та, которая была изначально… Нужно проверить. Он слишком долго искал наследника, но почему же не предположил, что это могла быть девушка?

Румария Орлич

Я была зла. И именно эта злость начала убивать бабочек в животе, одну за другой, с особой мстительностью и кровожадностью. Сава фруктам рад не был, больше ковырялся в них, чем ел, поэтому даже он не питал теплых чувств к Айрэнду. Мы оказались солидарны в своей обиде на него.

Когда от главы тайной канцелярии пришло сообщение после обеда, я даже не подала виду, что мое сердце пропустило удар. Подумаешь, записка! Он обычный преподаватель, как и многие в академии, поэтому я буду соблюдать субординацию.

«Джером, мне жаль, что вчера не смог провести занятие. Готов искупить свою вину сегодня же».

– Кто там? – спросила Орсана, наклонившись ко мне через плечо, когда мы сидели в столовой. – Неужели глава тайной канцелярии? Кажется, вы вчера с ним повздорили, ты пришла недовольная и нервная.

– Нет, ты ошибаешься, – довольно резко ответила я и пояснила: – Мы не могли вчера повздорить, потому что занятия вовсе не состоялось. Вместо айна Улианда пришел айн Деним и передал мне ящик фруктов.

– Тогда его вина еще сильнее, чем мы думали, – с усмешкой протянула Орсана, и они с Лил заговорщицки переглянулись.

Занятия прошли плодотворно, я получила оценку «превосходно» за доклад, подготовленный нами втроем. Поэтому на индивидуальное занятие с айном Улиандом я шла совершенно спокойная и довольная, но при этом не забывшая обиду. Как хорошо, когда по ночам не мучают слишком яркие сновидения!

– Сава, мы ничего не будем ему говорить, – прокомментировала я невидимому питомцу, пока мы шли к нужной аудитории. – И не покажем своей обиды. Будто ничего и не было. Согласен?

Совенок ухнул, я расценила это как согласие. Аудитория, в которую я вошла, оказалась совершенно пустой. Он опять не явился?! Ну уж нет! На этот раз я не собираюсь ждать его, будто послушная овца своего пастуха. Преисполненная обиды, прижимая к груди чистую тетрадь, я резко развернулась и наткнулась на мужскую грудь. От неожиданности едва не потеряла равновесие, завалившись назад и прогнувшись в спине. Айн Улианд услужливо положил руку мне на поясницу, придерживая от падения, но я и без его помощи могла спокойно удержать себя, благо с гимнастикой все было в порядке – из положения стоя я способна встать на мостик и так же выпрямиться, поэтому помощь мне не требовалась. О чем и известила главу тайной канцелярии.

– Айн Улианд, вы можете убрать руки и отойти. Я вполне могу справиться сама.

Мужчина прищурился, но сделал полшага назад, наклонив голову набок, словно изучая меня, как неведомую зверушку. Мы недолго мерились взглядами, прежде чем он сказал:

– Значит, падать в объятия ректора вполне приемлемо для вашей координации, а принимать помощь от меня – нет?

Туше. Но тогда это нужно было для дела! Но ему ни за что об этом не скажу.

Я не ответила, пожала плечами и присела за парту, оставив главу тайной канцелярии молча хватать ртом воздух. Ладно, с воздухом я преувеличила. По его лицу вообще невозможно было прочесть эмоции, но я все равно чувствовала себя удовлетворенной.

Сава материализовался и сел на стол. Теперь я обратила внимание, что за преподавательской трибуной стоит упаковка пирожных из «Шарм и Кот», поэтому подавила улыбку. Неужели это мне? Своеобразные извинения? Что ж, тогда стоит поумерить свой пыл и попытаться простить его.

– Для начала, – сказал глава и достал из кармана конфету, положив ее перед Савой на стол, – я расскажу тебе, кто такие эдифаны. Это магические существа огромной силы, созданные Персивалем Эдифаном для себя и своих потомков. И только им они подчиняются.

Глава замолчал, внимательно глядя на меня, но я отреагировала весьма скупо. Мало ли кто мог затесаться в моих предках? Быть может, и был какой-нибудь Эдифан, но это никак не изменяет настоящего. Я лишь рада, что имею хотя бы косвенное отношение к этому роду и смогла встретить Саву. Кстати, об этом.

– Именно из-за моей крови, точнее наследия Эдифанов, Сава перенесся на дорогу, где мы и встретились?

– Совершенно верно, – кивнув, ответил Айрэнд. – Правда, я не могу взять в толк, почему он выбрал именно это время. Быть может, это связано с будущей опасностью или чем-то еще.

– Что вы имеете в виду?

– Сава появился на моих глазах. Эдифаны не размножаются обычным путем, а появляются из сгустка магической энергии, оставленного родителем, поэтому их очень мало. Я точно не знаю, сколько потомков после себя может оставлять один эдифан, но происходит это всегда в момент смерти. Например, после смерти первого эдифана на свет явились сразу три особи, а Сава родился один, – сказал глава и замолчал.

Встав со своего места, он подошел к окну, немного постоял там, а после вернулся и присел на край моей парты, чем привел меня в смущение и недоумение. Но менять свое положение он и не подумал, продолжив:

– Почти двадцать лет назад эдифаны уже были истреблены в погоне за богатством, которое можно получить с их помощью, оставалась лишь одна семья прямых потомков, чье нахождение на территории Орианса бережно охранялось королевской семьей. Но их предали. Семью нашли и убили, забрав двух маленьких эдифанов, а третьего оставили умирать. Я успел слишком поздно, поэтому застал лишь смерть магического существа и… неожиданное рождение нового. Темно-синее яйцо собиралось из частичек магии, становясь все более плотным, пока процесс трансформации не завершился. Яйцо могло вылупиться только рядом с носителем крови Эдифанов, поэтому я сильно удивился, когда за несколько дней до пропажи яйцо начало трескаться. В день, когда скорлупа распалась, Сава не стал дожидаться моего прихода и просто исчез. Я был уверен, что его выкрали.

Я посмотрела на совенка и погладила его по голове. Неужели он предчувствовал какую-то опасность? Но миновала ли она? Или же он просто захотел поскорее воссоединиться со мной? Как ни посмотри, выглядит странно. Я задумчиво взглянула на главу тайной канцелярии.

– А у вас в роду точно не встречались потомки Персиваля Эдифана? Тогда было бы логичным, почему он вылупился рядом с вами.

– У меня есть на это другое объяснение, – сощурившись и смотря мне в глаза, откликнулся Айрэнд. – Но я пока о нем умолчу. Теперь переходим непосредственно к способностям Савы.

Тут я подалась вперед, а Сава наконец доклевал конфету. Выглядел совенок… странно. Очень странно. Если так подумать, то сейчас он уже был не просто совенком с лисьими ушками, а поместью совенка и лисы – тело подвижное не как у птиц, мордочка слегка вытянулась, а нижние конечностибольше напоминали… лапки, чем птичьи ножки.

– Как ты уже поняла, эдифан умеет становиться невидимым, когда ему это необходимо. Когда он подрастет, то сможет накидывать полог невидимости еще и на тебя, но пока у него слишком маленький резерв, нужно развитие и рост. Второй его способностью является связь пространства. Ты уже заметила, Сава переходит не порталами, а мгновенно переносится из одной точки в другую, на что затрачивает относительно небольшую часть резерва. С этим пунктом мы будем работать особенно тщательно, ведь его перемещения нужно контролировать тебе.

Тут я обрадовалась, но увидела в словах главы и потайной смысл – изучать подобную телепортацию он хочет для открытия не только моих перспектив, но и своих. Это легко было понять, увидев его заинтересованный взгляд. Нет-нет, никакой алчности, лишь здоровый научный интерес, который сложно скрыть.

– Магия эдифанов не оставляет следов, – продолжил Айрэнд, и я вспомнила, как профессор Свик не опознал шалости Савы, сильно разозлившись из-за этого. – Так же он может маскировать и чужую магию, словно прикрывая ее своей. А вот своя магия у них неразрывно связана с магией хозяина – чем сильнее будешь ты, тем сильнее станет твой эдифан. Ты можешь использовать в качестве подпитки его обширный резерв, чем значительно увеличишь свою выносливость как мага.

Последнее особенно обрадовало – сама я не обладала феноменальными возможностями, разве что была очень хороша в трансфигурации. Вот даже глава тайной канцелярии не узнал меня под маской Джерома! Если он способен открывать порталы, значит, сильный маг, а разгадать задачку фонарщика все равно не смог.

– Вижу, последняя способность тебе нравится особенно, – с усмешкой сказал айн Улианд. – Но и это еще не все. Слезы эдифана способны заживлять раны. Когда-то потомки Персиваля собирали их и поставляли в Научно-магический институт для производства лекарственных микстур, но это время ушло вместе с последними выжившими эдифанами.

– Сава, ты просто чудо! – воскликнула я, обернувшись к своему питомцу.

Тот посмотрел на меня умильными глазами, а глава тайной канцелярии поспешил добавить:

– Но специально доводить его до слез не следует! Вообще лучше сделать все, чтобы твой эдифан был счастлив и жизнерадостен, тогда он сможет трансформироваться.

– Трансформироваться? – переспросила я. – То есть у него есть другая ипостась?

– Можно и так сказать, – подтвердил Улианд.

– Откуда вам столько известно об эдифанах?

– У меня есть рукописные фолианты из дома Эдифанов. Большинство из них сгорело, но некоторые мне удалось спасти. Я тщательно изучал их, чтобы найти способ спасти оставшегося эдифана.

– Подождите, – нахмурилась я, – вы говорили, что похитили двоих? Я правильно понимаю, что только потомок Персиваля способен управлять эдифанами?

– Все верно, – подтвердил Улианд с грустной улыбкой.

Мне стало очень-очень тоскливо. Каким же нужно быть моральным уродом, чтобы убить собственных родственников ради наживы? Неужели такое прекрасное создание, как эдифан, будет его слушаться? Бедный Сава! Из-за него он был заточен в скорлупе практически двадцать лет, пока рядом не появилась я.

– Это жестоко, – выговорила я.

Улианд медленно кивнул, впитывая каждую мою эмоцию, будто делая для себя какие-то выводы. Я все еще была на него обижена, поэтому не хотела признавать, что мне безмерно приятно внимание мужчины.

– Теперь ты понимаешь, что нужно стараться изо всех сил, подтягивать все магические дисциплины, ведь эдифан будет развиваться вместе с тобой. На наших занятиях ты будешь медитировать, обучаясь находить связь с Савой, а также магичить в его присутствии, чтобы он привыкал к твоей магии и учился ей. Выбросы энергии помогут укрепить его защиту, расширить резерв, а также дать силы трансформироваться. Следующее занятие будет завтра и пройдет в зале для медитаций.

Мужчина развернулся и направился к кафедре. Некоторое время я растерянно смотрела ему вслед, не в силах поверить, что на сегодня все. Хотя наш разговор был достаточно долгим, но пролетел он незаметно. Я запоздало вскочила на ноги, вновь ударившись о парту – в этой аудитории они были слишком низкими. Встав в проход, взглянула на главу тайной канцелярии. Айн Улианд с коробкой из «Шарм и Кот» приближался ко мне. Я не смогла сдержать улыбки.

– Это для меня, надо полагать?

В это время мужчина как раз поравнялся со мной и нехорошо так сощурился, мстительно, я бы даже сказала. Приподнял коробочку, задумчиво взглянул на нее и протянул мне.

– Вообще-то подарок был предназначен для кое-кого другого, но ты можешь передать его одной из своих подруг.

Для кое-кого другого? Ах так?! Моя гордость была уязвлена, поэтому я даже готова была отказаться от пирожных, но их неожиданно подхватил клювом за веревочку Сава, тем самым принимая подарок. Мне оставалось только обиженно насупиться и постараться вежливо улыбнуться.

– Обязательно передам, айн Улианд. Доброго вечера.

– Доброго вечера, Джером.

Хотелось ответить, очень хотелось, что меня зовут Румария, я даже набрала в легкие воздуха, но неожиданно замолчала, развернулась и направилась прочь из аудитории. До двери дойти не успела – Сава переместил нас порталом. К такому комфорту быстро привыкнешь.

Ненавижу! Просто зла не хватает на этого мужчину! Да как он посмел отдать мне пирожные, предназначенные для другой?! Или сказал это из вредности, а на самом деле принес мне?! У-у, айн Улианд, я вам этого не прощу! Я буду мстить!

Оставив Саву и пирожные в комнате, я поспешила в столовую. Взяла поднос еды и присоединилась к соседкам по комнате. Девушки посмотрели на меня изумленно.

– Занятия с айном Улиандом отрицательно сказываются на тебе. Ты едва ли не пышешь гневом! – воскликнула Орсана, и я, залпом выпив стакан морса, поморщилась.

– Все из-за него… вы даже не представляете, какой он! У-у, какой! Да я… да он… отомщу! Возьму и отомщу!

Девушки переглянулись и прыснули от смеха, вызвав у меня еще большее раздражение.

– Да что случилось? Ты рассказать толком можешь?

Я лишь отмахнулась, не желая посвящать подруг в свой позор. Это ужасно. Он унизил меня! Взял и унизил! Да будто я вешалась ему на шею! Больно надо! У нас деловые отношения! Если ему не нужны были пирожные, сказал бы, что это для Савы, а не выдумывал небылиц!

– Кстати, ограничьтесь сегодня первым и вторым. В комнате ждет десерт, – сказала я между словом.

– Какой десерт? – с интересом спросила Лилана.

– Двенадцать восхитительных пирожных из «Шарм и Кот».

– Какая вкуснотища-а-а, – протянула Лил, – у меня даже слюнки потекли.

– Подбери слюни, еще рано, – одернула ее Орсана и внимательно посмотрела на меня: – Ты что, оставила коробку с пирожными наедине с Савой?

Точно! Как я могла забыть о прожорливости нашего питомца?! После ужина мы быстрее помчались в комнату, но было уже поздно – все пирожные съедены. Ну и ладно! Все равно они предназначались другой…