Глава 22
С трудом подавляю желание сказать Полине, что ненавижу сюрпризы. Я уже ни о чем другом не могу думать, кроме как о том, чтобы поскорее завершился показ, и я смогла хотя-бы подойти к боссу. Незаметно взять за руку… Почему все так сложно?
Но ведь я сама надумала все эти сложности… Сама не хочу пока афишировать наши отношения… Счастье любит тишину, так всегда говорила моя мама. Знаю, что Сашка, Данила лишь порадуются за меня. Но остальные… Да и вообще хочется сохранить подольше нашу тайну, маленький мирок лишь для нас двоих.
Заходим за кулисы в огромное помещение, где стоят вешалки с коллекцией, суетятся гримеры, капризничают и кривляются перед зеркалом модели.
— Это не совсем сюрприз, Ви. Это просьба…
В руках Полины вдруг оказывается белое платье, пышное, расшитое стразами и камнями, очень тонкая работа… Но чего она хочет от меня?
— Я прошу тебя завершить показ, одев платье невесты.
Тут же вспоминаю Софи и ее уговоры. Кстати, француженка тоже должна быть здесь, ее рейс приземлился час назад. Софи заявила, что ни за что не пропустит наш триумф.
— Я не модель, Полина. Ты это понимаешь?
— Умоляю тебя, Ви! Это же сюрприз! Все упадут, будут в шоке…
А Эмир снова унесет меня в ближайшую берлогу и займется со мной любовью…
Откуда эта безумная мысль? А вдруг Эмир об этом знает? Вдруг это его способ попросить моей руки?
Жаркая волна пробегает по телу.
— Это идея босса? — спрашиваю твердо.
— Нет.
— Тогда я не могу этого сделать.
— Конечно можешь. Я сшила это платье специально для тебя.
— Он подумает, что это намек!
— Ну так и хорошо, — смеется в ответ Полина. — Слушай, это платье — моя первая работа в дизайне одежды. Клянусь, я обижусь! А Софи привезла для тебя белье! И она тоже обидится!
ПРОМО на роман Алисы Субботней cDy35ei7 «В цепи его желаний»
Вспоминаю первый комплект белья, который был безнадежно испорчен в порыве страсти, и как я потом краснея извинялась перед Софи через переводчика и умоляла позволить возместить ущерб… и покрываюсь буквально свекольным оттенком.
Но невозможно противостоять двум упрямым француженкам. Когда за кулисы вбегает Софи и начинает снова через ту же девушку переводчика уламывать меня, делая неприличные намеки на то, что первый комплект пришелся очень даже кстати, я сдаюсь…
* * *
Обидно, что почти не вижу показа — меня гримируют, причесывают, пока остальные, даже заговорщицы из Франции, наслаждаются зрелищем. А я паникую. Потому что никогда в жизни не ходила по подиуму. Да еще и в платье невесты! Ослепительно, завораживающе красивом…
Когда распределитель моделей, стоящий возле входа на подиум выкрикивает мое имя, резко вскакиваю на ноги и понимаю, что они ватные. Но собрав волю в кулак двигаюсь навстречу своей судьбе. Ругаю конечно мысленно то себя то Полину. Все кажется полным безумием. А потом… Потом забываю обо всем, плывя по подиуму и слыша восхищенный шепот, ахи, восторги… Свет софитов, и все внимание, прикованное к твоей персоне, оказывается, это приятно. А потом в рупор объявляют мое имя, дизайнер Виола Солнцева, создатель коллекции «Радуга»… Вижу, как ко мне направляется Эмир с огромным букетом красных роз… Он кладет их к моим ногам и опускается на одно колено. Словно делая мне предложение. Но он молчит, да я бы все равно ничего не смогла услышать, потому что овации просто оглушающие.
* * *
Как бы я хотела, чтобы Эмир унес меня со сцены на руках, но платье невесты весит прилично и по объему немаленькое, шлейф длинный, камни… К тому же нас почти сразу окружает толпа… Увы, нам снова приходиться расстаться, возвращаюсь в гримерку и переодеваюсь свой красный наряд, еще раз вдыхаю аромат роз, которые как раз вносят в огромной вазе и ставят возле моего столика. Чувствую себя настоящей примой, но не особенно радуюсь этим ощущениям, замечая, что теперь модели и персонал поглядывают нам меня внимательнее и с завистью… После показа следует еще и вечеринка, на которой меня рвут на части представители фирм, дизайнеры, фотографы. Ни секунды покоя, пока не понимаю, что уже не держусь на ногах — хоть туфли, купленные в Париже перед вылетом, очень дорогие и удобные. Полина буквально вынудила меня совершить эту покупку.
Эмир тоже занят. Но весь вечер бросает на меня такие жадные взгляды, что трепещу от предвкушения. Немного даже сожалею что не содрал меня с подиума и не унес. Но бизнес сейчас важнее. Мы оба влюблены в работу, нам нравится то, чем мы занимаемся.
Достаю телефон и вызываю такси. Потом напишу СМС Эмиру, о том что уехала домой… Я даже еще не виделась с Люсьен, была в квартире мельком, даже Кузя меня, кажется, забыл, шипел недовольно. Хозяйки же дома не было, а я ведь задолжала ей квартплату! Размышляя о насущном, я не услышала, как ко мне кто-то подошел, пока не раздается над ухом:
— Куда собралась, Солнышко?
Вздрагиваю от неожиданности и роняю телефон.
— Вот блин! — вырывается у меня.
— Я тебе новый куплю, — тут же заявляет Эмир.
Опускаюсь на корточки, поднимаю телефон.
— Прости… Но я безумно соскучился.
— А я — устала как рабыня на плантации, — вздыхаю. — Прости, что хотела сбежать. Я собиралась написать тебе как раз…
— Меня не интересуют причины. Но я не могу отпустить тебя…
— Хорошо, — вздыхаю. — Пошли обратно.
— Нет. Сбежим вместе.
— Но ты не можешь!
— Я все могу. Нет ничего важнее нас, и я сдохну, если прямо сейчас не получу тебя.
* * *
Домой нас везет Саид, и только его суровое лицо, которое, впрочем, не бросило ни единого взгляда в зеркало заднего вида, останавливает меня от дикого желания залезть к Эмиру на колени. Я хочу его буквально до смерти, меня трясет, я возбуждена, трусики намокли, тело стонет от желания. Атмосфера в салоне накаленная. Чувствую, что Эмир думает о том же, хоть и сидит с невозмутимым видом.
Начинаем целоваться уже в лифте, это болезненные, жадные покусывания, засосы. Рву рубашку на его груди, не в силах расстегнуть ее. Пальцы неловкие, дрожат от желания.
Вваливаемся в коридор, прислоняюсь к стене, чувствуя, что силы окончательно покидают меня. Эмир захлопывает за собой входную дверь и заключает меня в объятия, вжимая в стену. Обмякнув в его руках, подставляю губы и вкладываю в поцелуй все, что накопилось за дни болезненной разлуки. Долгие секунды невыразимого счастья. Его руки жгут мне спину, спускаются на ягодицы, сжимают до боли… Мой стон… язык Эмира погружается в мой рот, и меня поглощает бездна. Жадно отвечаю, посасываю его язык, отдаю всю себя, умираю от желания ощутить его губы везде: на груди, на талии, между ног…Умираю от нетерпения скорее коснуться его обнаженной кожи, почувствовать тяжесть его тела на себе, наполненность им, испытать нежность и жестокость его ласк.
Эмир тоже на грани нетерпения, издает грубые звуки, похожие на рычание. Он вжимается в меня бедрами, чувствую твердость его плоти и едва не всхлипываю от нестерпимого предвкушения.
Не прерывая поцелуя Эмир подхватывает меня на руки, прижимает к стене. Его рука прокрадывается мне под платье, ложится на бедро. Сильные пальцы гладят внутреннюю сторону бедра. Бесстыдно расставляю ноги, и начинаю хныкать от наслаждения, когда горячая рука проникает внутрь, гладит меня…
Неожиданно Эмир снова рычит, убирает руки от моей плоти, хватает меня и несет… в постель.
— Тут удобнее, — хрипит он.
Как завороженная наблюдаю за его лицом, напряженным, с капельками пота на лбу, звериным блеском в потемневших глазах. Тяну к нему руки, но Эмир хватает за подол платье, тянет вверх. Раздается треск ткани.
— Я тебе другое куплю, — бормочет рассеянно. И срывает с меня белье, сначала бюстгальтер, затем трусики. Начинает раздеваться сам, и все мысли, ответы на его слова, которые появились на мгновение в голове, вылетают, испаряются. С трудом сглатываю от восхитительной картины. Обнаженный Эмир Багримов — неотразимое зрелище. Наверное, никогда не перестану так реагировать на своего бесконечно красивого босса.7d423c
Он снова наклоняется ко мне, нависает сверху, а я раскидываюсь на постели, сама развожу ноги. Эмир проводит рукой по внутренней стороне бедра, тихо вскрикиваю, когда его палец раскрывает набухшие складки и проникает в меня.
— Скажи, что хочешь меня, — шепчет хрипло мне на ухо.
— Ты и так это знаешь, — выдыхаю судорожно.
Не сводя с меня взгляда, он вынимает палец и снова погружает, глубже, бесстыднее.
Словно сквозь пелену наблюдаю за его лицом, раскрасневшимся, как натянуты жилы на его шее. Он вводит уже два пальца, и я содрогаюсь в конвульсиях наслаждения.
— Хочу тебя, — выдыхаю, закусываю губу, чувствуя подступающие слезы. Не хочу плакать, нет повода, но я настолько счастлива…
— Я самый счастливый мужчина в мире, — произносит Эмир, словно прочитав мои мысли.
И наконец, накрывает меня своим телом, входит в меня, на всю глубину. Растворяемся друг в друге, надолго забывая, покидая бренный мир, парим в облаках невыносимого наслаждения.
— Кто же это все-таки был? — не могу не спросить у Эмира, когда лежим сплетенные объятиями, в полной расслабленности. — Кто так нагло пытался разорить тебя? И почему?
— Причина всегда одна — деньги.
Эмир отвечает спокойно, даже равнодушно. Но я знаю как больно ударила эта ситуация по его самолюбию. Предали некоторые деловые партнеры. Отвернулось несколько тех, кого он считал друзьями…
— Точно не какая-нибудь ревнивая дамочка? — спрашиваю строго, чуть сдвинув брови.
— На этот счет можешь быть абсолютно спокойна. Точнее, на мой счет. Ревнивая дамочка там замешана. Но тут скорее к тебе вопросы.
— Ко мне? — кажется, удивить сильнее меня просто невозможно. — Что ты такое несешь?
— Да, милочка. Помнишь Анжелу Лозинскую?
— Что? Нет… не может быть!!
Неужели это правда, и та изысканная, завораживающая своей красотой, величественная и неприступная богиня — воплощение зла? А я… поверила ей! Позволила себя поцеловать!
— Эй, малыш, ты не расстраивайся, — Эмир притягивает меня ближе, нежно целует, пробегает языком по моим губам. — Ты тут совершенно ни при чем. Лозинская работает на огромную корпорацию, которая прибирает к рукам все что плохо лежит. А я был небрежен в последний год. Расслабился.
— Но она говорила, что занимается рекламой…
— Да, она рулит маленькой фирмой, это прикрытие. Собирает разведданные, делает намеки… Тоже не самое приятное занятие. Кажется, Анжела входит в семью, которая всем этим рулит. Мафия, понимаешь. Возможно, ей и самой это не нравится… Да и не важно все это. Мы отбились. Выплыли, благодаря тебе и твоему таланту. И у нас есть о чем поговорить, помимо бизнеса.
— Например? — спрашиваю, а у самой сердце замирает.
— Например, на какое число назначим нашу свадьбу… И сшила ли ты мне костюм…