Глава 6
Виола
Мне нравилась поездка, восхитил дом Тодорова, все не просто красиво, но и очень стильно, со вкусом. Не успели подъехать, как нас вышел встречать сам хозяин, и его дочь была рядом. Так что они выразили благодарность сразу, а Женя даже обняла меня. Очень трогательно. Тодоров попросил меня подойти через час в его кабинет — наверное чек вручать будет… Сначала подумала — благородно откажусь от этой подачки. А потом на дом посмотрела — видно, что не просто богатые выскочки, а люди, умеющие ценить прекрасное. В деньгах явно нет недостатка… А и пусть награждают… Мать давно ноет что ремонтом дома пора заняться… так что пущу на благое дело.
Данила Петрович вызвался меня проводить, хотя это вполне мог сделать слуга. Весело болтая, поднимаемся на лифте… этаж я не запомнила, всегда плохо ладила с цифрами. Настроение, можно сказать, прекрасное, внутри все поет… вот только ровно до момента пока не выходим из кабины. Сталкиваемся нос к носу с Багримовым. Мне выделили комнату с ним по соседству? Это что вообще такое?
Ладно, Ви, ты же его сотрудник… Может Тодоровы всех сотрудников селят рядом? Да ну, бред. Данила же не здесь! Его номер этажом ниже, сам сказал…
Еще и девица голая в номере Багримова расхаживает. Ну конечно, чего этому кобелю время то даром терять. А теперь еще и на меня вылупился! Пусть на бабу свою голую смотрит! Почему-то настроение испортилось. И ужасно не хотелось за стенкой слушать постельные упражнения начальника. Но что я могу сделать? Багримова явно разозлил мой вопрос насчет смены комнаты. Да уж, вот как же не повезло! С Данилой соседствовать было бы куда приятнее! Даже если бы он кого-нибудь привел…
Стоп, Ви, это уже дискриминация получается! Завхозу значит можно, а боссу ни-ни. Обязательно надо подумать об этом. Хорошо, что не хожу к психологу, пробовала — не понравилось. Представляю, что бы он сказал про мой раздрай мыслей…
— Не стоит тут пытаться устанавливать свои порядки, — грубо и по-хамски заявляет мне Багримов. — Тебе выделили комнату, проходи и не выпендривайся.
После этих слов выхватываю чемодан из рук Данилы, и влетаю пулей в свою комнату. Как же меня раздражает этот мужчина! Неужели обязательно так унижать?
Какое-то время статуей замираю в центре комнаты. Пытаюсь выровнять дыхание и совладать со злостью. Дверь распахивается, и я испуганно подпрыгиваю — ко второму раунду с Багримовым я не готова!
Но это мой любимый Петрович. Прошел в комнату, остановился и разглядывает меня внимательно.
— Ви! Что у тебя с боссом? Ну ка признавайся, плутовка. — Подмигивает хитро, а я еще больше вскипаю.
— С чего ты взял? — Начинаю разбирать чемодан, чтобы немного отвлечься. В машине мы с Данилой решили оставить официоз в прошлом, но такого неприличного вопроса я от него не ожидала!
— Ну, ты явно расстроилась, увидев в его номере голую Елену… Кстати говоря — как она пробралась сюда? Эта дамочка у Тодоровых давно уже персона нон грата.
— Похоже нет, — замечаю ехидно.
— Уверяю тебя, это так. Наверное охранника подкупила… Ох уж эти бабы! На что только не идут, лишь бы к Эмиру подобраться… Прошу, Ви, не становись такой! — картинно складывает руки как для молитвы.
— Ни за что! — обещаю торжественно, подыгрывая. — Как ты считаешь, это подойдет? — достаю черное приталенное платье средней длины.
— Нет, слишком скучно. Надень белое.
— То, что с перьями на рукавах? Нет, я хоть и сунула его в чемодан… боюсь не по мне фасончик.
— Ви, перья сейчас писк.
— Вот-вот, только и останется что пищать как курице.
Но Данила все-таки уговорил меня померить простое, чуть расклешенное книзу платье, с широкими рукавами, обшитыми искусственными перьями по краям.
— Ты великолепна! Посмотри, глаз не оторвать. Ткань очень непростая, если фигура неидеальна — каждый изъян подчеркнет… А у тебя, детка, похоже нет изъянов.
— Слишком много комплиментов, — отмахиваюсь. — Но спасибо.
— Только чистая правда. Ладно, я пошел к Женечке, она тоже консультацию просила… Пообещай, что будешь осторожной!
— Обещаю, — киваю головой. — Только объясни, чего мне опасаться?
— Хммм, дай подумать. Мне не дает покоя Эмир… Все-таки он был чересчур резок с тобой. Походило на сцену между голубками.
— Что ты несешь? — восклицаю возмущенно. — Какие голуби? Багримов скорее ворон-падальщик!
— Ну это ты, голубка, загнула, — смеется Данила. — И укрепила меня в подозрениях.
— Умоляю, больше ни слова о боссе! Иначе я и вовсе тут останусь и на вечер не спущусь.
— Умолкаю и убегаю, — закрывает тему Данила Петрович.
Прием проходил в саду, вечер для апреля выдался невероятно теплым, даже душным. Я порадовалась, что прислушалась к советам Данилы — белое платье было невесомым и струилось по телу, приятно холодя кожу. Но похоже у меня разыгрались нервы, стоило оказаться в нарядно украшенном саду, где были расставлены кованые белые столики и стулья с мягкими подушками, диванчики, несколько мангалов и сцена, на коротой сейчас выступали жонглеры, меня зазнобило. Или это потому что Багримова увидела? Он уже похоже забыл про блондинку у него в номере и вовсю обхаживал рыжую. Очень красивая женщина — даже я залюбовалась. Изысканное красное платье на ней — невозможно оторвать взгляд. Для такого платья надо обладать сверхуверенностью — очень глубокое декольте, очень обтягивающий силуэт… Я рассматривала ее с равным интересом и дизайнера, и женщины. Рыжие волосы, точно не крашенные, блестели в освещении, переливались. На мгновение рыжая поймала мой взгляд и впилась буквально ответным. Мне стало не по себе. Очень пронизывающие глаза. Серо-голубые, холодные, сканирующие… Хм, держись Багримов. Может это то, что тебе нужно? Хотя не знаю, что там между ними, флирт или знакомство, но спина Эмира очень напряжена. Не похоже чтобы он испытывал от беседы удовольствие…
С наслаждением втягиваю ночной воздух, поднимаю голову и разглядываю серп молодой луны. Красиво, свежо, и наверняка кормят вкусно. Что еще надо? Но никак не получалось прогнать поселившееся в душе тошнотворное чувство — смесь горечи и тревоги.
— Я могу предложить прекрасной даме напиток?
Оборачиваюсь на голос. Молоденький паренек, лет двадцать… Интересно, что ему от меня нужно? Неужели тянет к дамам постарше?
— Конечно, спасибо, — принимаю бокал ледяного шампанского. — Ммм, вкусно. А тебе есть восемнадцать? Пить уже можно?
Парень краснеет, и меня это забавляет.
— Мне двадцать три, — сообщает обиженно. — Глеб. А вас как зовут?
— Виола… Ты здесь с родителями?
Нет, и чего я к парню то привязалась, смущаю зачем? Ну подошел поболтать, так благодарна должна быть, а то стояла бы в одиночестве, как никому не нужный столб…
— Нет, я здесь с начальницей, — отвечает Глеб. — Вон там, видите, рыжая, в красном платье. Я поэтому и подошел к вам. Вы так пристально на нее смотрели… Подумал, вдруг у вас назначена встреча, а я напутал и не внес в ежедневник… Мне влетит от Анжелы, а так не хочется… и так выволочки почти каждый день.
Вот оно что! Так пялилась на собеседницу босса, что ее секретарь заинтересовался. Позор, Виола. Полнейшее фиаско! И это после того как он унизил тебя, вел себя по хамски… А ты пялишься на него как голодная самка.
— Нет, что ты, — хладнокровно отвечаю, в пику вопящему и беснующемуся подсознанию. — Я не знакома с твоей начальницей. Просто ее собеседник — мой босс. Вот поэтому… У меня к нему несколько вопросов, стою вот, пялюсь и не решаюсь подойти…
— И правильно! — Глеб начинает энергично кивать головой. — Ни в коем случае нельзя прерывать встречу. Это даже опасно.
— Она настолько жуткая? — улыбаюсь, не в силах поверить. Красивая женщина, элегантная, изысканная. С чего ей быть злой и третировать людей.
— Вы читали сказку про Злую Королеву? А про Снежную Королеву?
— В детстве… да, наверное. И кино смотрела…
— Так вот, это о ней.
— Ого, вот это презентация! Ты меня напугал. Но знаешь что, раз наши работодатели увлеченно беседуют…
— Ваш босс не увлечен. Он напряжен и очень сильно…
— Неважно! Давай забудем. Пошли… На танцпол.
Это было спонтанное решение. Захотелось стряхнуть с себя негативные мысли, и заодно — развеять напряженность этого несчастного мальчишки… Который затюкан взрослой теткой. Нет, ну правда, как не стыдно? Совсем ведь малыш… Напомнил мне племянника.
После нескольких зажигательных танцев мы отправились прогуляться по саду. Болтали обо всем на свете, при этом не было никакого сексуального подтекста. Только дружеская симпатия. Я не боялась, что Глеб начнет руки распускать — так что спокойно шла с ним все дальше от света и музыки. Владения Тодорова оказались огромными — мы дошли до берега речки. С наслаждением вдыхаю свежий влажный воздух. Какой кайф после пыльной и душной Москвы!
— Тебя не будет начальница искать? — спрашиваю, немного тревожась за Глеба.
— Наверное, будет. Но я так устал все время быть на коротком поводке, — вздыхает мой собеседник. — Это сложно.
— Понимаю… Представляю, каково тебе.
— Разные бывают моменты… А ты? Сложно работать на Багримова?
— Не разобралась пока, — пожимаю плечами. — Совсем мало работаю.
— Но карьеру начала с того, что надо… В смысле, ты уже здесь, на приеме, где самые сливки собрались.
— Что ты имеешь в виду?
Мне внезапно перестает нравиться Глеб.
— Только не обижайся…
— Намекаешь, что я сплю с боссом?
— Это любой подумает…
— Даже если и так — какое тебе дело? — вскипаю. Руки чешутся чтобы зарядить Глебу по физиономии. Ничего себе заявочки. И мне даже в голову не приходит, что я сейчас фактически подтвердила, что с боссом сплю… Не пойми с какого перепугу.
Разворачиваюсь и широким шагом направляюсь обратно. Как же разозлил меня мальчишка. И главное, непонятно зачем ему это понадобилось. И сейчас, все больше анализируя, понимаю, что Глеб меня слишком много и подробно расспрашивал о Багримове. А что если это неспроста? Неужели рыжая подослала? А я-то думаю, ну зачем этой пиранье такой юнец. Для сексуальных домогательств? Но не так видимо проста стерва. Ангельский вид Глеба располагает к откровенности…
Она меня поймала в ловушку! Судорожно вспоминаю много ли успела растрепать… Хотя, о чем? Недели толком не проработала в компании…
Так несусь, что не замечаю ничего и разбегу врезаюсь в одного из гостей, вскрикиваю и начинаю падать…
«Капец белому платью, — мелькает в голове пронзительная мысль. — Данила мне этого не простит»
* * *
Меня подхватывают сильные руки. И притягивают в объятия. Глаза все еще зажмурены и все чувства сосредоточены на ощущениях. Обонянии, осязании. Невероятно притягательный запах. Смесь туалетной воды и мужской кожи. Запах раскаленного солнцем песка, приправленный свежим бризом из оазиса, с нотками пряных трав и сандала. Невероятное смешение, дурманящий аромат. Хочу вдыхать и вдыхать. И прикосновение — почему от этой близости дрожит внутри каждый нерв? Я как натянутая струна…
Приказываю себе собраться и открыть глаза.
И встречаюсь взглядом с голубыми, как безмятежное небо, глазами. Пронизывающими меня до самой глубины души… Пугающими своей красотой… Вот уж точно, нельзя иметь такие красивые глаза. Это слишком опасно для окружающих…
— На ногах уже не стоим? — насмешливо спрашивает Багримов, и я отстраняюсь. Выпрямляюсь и делаю шаг назад. Он вроде не злой и не настроен хамить, как в доме. Ну а я обязана проявить элементарную вежливость.
— Спасибо, что поддержали. Я бы упала.
— Платье пожалел, красивое. От кого убегала?
— С чего вы взяли? Ни от кого.
— Так женщина бежит только от мужчины. Кто-то приставал? Нужна помощь?
— Говорю же, все отлично!
Хоть Глеб и разозлил меня, сдавать его Багримову я не собираюсь.
— А у вас как встреча прошла? — спрашиваю, чтобы заполнить смущающую меня паузу.
Хм, следишь за мной? — подкалывает в ответ босс.
— Нет… — вспыхиваю от его предположения. Вот ведь самовлюбленный мужлан! Живет в убежденности что каждая женщина его хочет. Ага, вот прям умирает каждая по нему… Черт, а может это правда? И я последняя, из «могикан», но уже начинающая поддаваться всеобщей истерии… Нет, только не это!
— Конечно же я не слежу за вами. Выполняю порученную мне миссию — жду чека от хозяина дома, — выпаливаю излишне яростно.
— Молодец. А я вот за тобой присматривал… И заметил рядом паренька… Где он?
— Глеб? У озера…
— Да ты что? — ухмыляется недобро Багримов. — Уже познакомились?
— Нет… то есть да. Не понимаю, о чем вы! Мне надо… выпить.
Пытаюсь обойти Багримова и продолжить путь дальше. И правда, надо принять горячительного, чтобы немного успокоить расшатанные нервы. Вообще-то я пью очень редко — не любитель алкоголя. Но если нахожусь в компании где обстановка не очень нравится, и где чувствую себя не в своей тарелке — алкоголь помогает расслабиться. Делает скучного собеседника — сносным, раздражающего — милым. В общем, добавляет снисходительности.
— Я тебя еще не отпускал, — жестко произносит Эмир.
— Мы, кажется, не на работе, — отвечаю ему в тон. Хм, молодец Виола. Еще не выпила — не считая бокала шампанского после танцев вместе с Глебом, а уже обрела смелость.
— А ты дерзкая, да?
— Это такая песня, да?
Вижу, что Эмир начинает злиться. Но не могу ничего с собой поделать, не знаю что произошло, но меня словно чертенок разбирает дерзить ему.
— Пошли, потанцуем, любительница песен, — рычит Багримов и тянет меня к танцполу.
— Спасибо, не хочется, — повышаю голос, но не могу справиться с его стальной хваткой. Играет медленная композиция, и босс не просто привлекает меня к себе — он жестко расплющивает мое тело о свое, не выбраться. Отстранить могу лишь лицо, но тогда перед глазами его подбородок, покрытой недельной щетиной. Внезапно задумалась о том, как хочется дотронуться и проверить — колючая ли она. Никогда не нравились небритые мужчины — но этому идет… делает еще мужественнее, хотя куда больше. Просто некуда! Что означает этот танец, когда чувствуем каждую косточку друг друга? Не понимаю, мысли беспокойно мечутся, как птахи, попавшие в расставленные силки и рвущиеся на волю. Но как будто мало этой близости тел, рука Багримова начинает гладить меня по спине… поднимается выше, касается плеч, шеи. Чуть сжимает ее, и в этом столько интимного, что у меня перехватывает дыхание. Спотыкаюсь, но фактически прилеплена к телу босса, так что упасть мне не грозит. Рука его тем временем оставляет шею в покое — а я понимаю, что он обнаружил сейчас одну из моих эрогенных зон, о которой и не подозревала. Это было настолько пронзительно, кажется, от этих касаний я могла испытать оргазм. Пугаюсь этих мыслей, а рука Багримова тем временем спускается ниже, снова ласкает спину, и по ней начинают табунами бегать мурашки, оглушая меня своим топотом. Буквально представляю перед глазами стадо бешеных одуревших от возбуждения мурашек! Но боссу этого мало… рука скользит еще ниже, за линию талии. Резко дергаюсь, но вторая, правая ладонь, в сильном захвате давит на спину — не пошевелиться. А левая спускается на пятую точку. Чуть сжимает сначала одно полушарие ягодиц, потом второе. Мне кажется зареву сейчас как бешеный зверь в ловушке… от ярости, унижения, и одновременно возбуждения…
— Почему ты такая дикарка? — шепчет хрипло мне на ухо. — Впрочем, мне нравится укрощать. Хочешь быть со мной этой ночью?