26 глава

Яна

С детства не любила болеть. От слабости и разбитого состояния постоянно клонило в сон. И ощущение будто паришь в гравитации. Приоткрыла глаза и тут же закрыла их от яркого света, что заливал комнату. Может быть я проболела достаточное количество времени, и за окном уже наступила настоящая весна? Было бы замечательно.

Схватившись за гудящую голову я приподнялась, чувствуя как тело сотрясает дрожь. Горло сильно болело, благо нос дышал. И слабость такая сильная, будто вместо костей образовалось желе. Спустила ноги на пол и какое-то время сидела на краю кровати, и прислушивалась к собственным ощущениям. Сильно кружилась голова и слегка подташнивало. Но даже несмотря на лёгкий голод я бы не смогла проглотить сейчас и кусочка еды.

Послышался шум из кухни и меня окатило новой волной дрожи, но уже от страха, что я находилась в доме не одна. Помнила как вчера, и вчера ли? Нет, точно помнила, что вчера видела Смолова в своей квартире. Правда размыто помнила все события после того, как отдала ему заявление об увольнении. Наверное так сильно я болела… Никогда? Но все разом навалилось на меня, и мой организм просто не выдержал такого стресса.

Встала с кровати и подождала, когда чёрные мушки рассеялись перед глазами. Дошла до кухни и замерла в дверном проёме, наблюдая как полуголый мужчина суетился в небольшой комнате и пытался сварить себе кофе. Даже турку нашёл. Получается и ночевал со мной? Но я ничего не помню. Сильно хотелось пить, и сменить потную и влажную одежду на свежую и наверное снова лечь спать. Всяко лучше, чем стоять на слабых ногах и слушать звон в ушах. Я чувствовала себя так, будто находилась на палубе дрейфующего судна на огромных волнах. И если бы не дверной косяк, за который я держалась, то меня бы мотыляло по всей комнате.

Роман обернулся и заметив меня в дверях, побросал все свои дела, выключил плиту и отставил турку в сторону. Подошёл ко мне, вглядываясь мне в лицо.

— Привет, ты встала? — заботливым голосом спросил он.

Я слабо кивнула смотря в его уставшее лицо. А может быть он и вовсе не спал, — перевела взгляд на стол, где лежал ворох бумаг. Никогда не любила брать работу на дом, лучше в офисе задержаться и все доделать. Но дом есть дом и переносить в него работу я себе никогда не позволяла.

— Ты как, получше? Я сейчас уеду на работу, только дождусь врача. Соседку я предупредил, чтобы она приглядывала за тобой. Вечером заеду.

— Спасибо… — я тихо отозвалась.

Не знаю почему почувствовала в этот момент грусть, наверное потому что была одинока, отец в больнице, в личной жизни неразбериха. Рома сам появился на моем горизонте и внес сумятицу в наши жизни. Я ведь жила вполне тихой и размеренной жизнью без него. Откуда вдруг взялась эта тяжесть в груди и грустные мысли, что он вдруг передумает и больше не приедет?

— Садись, — взял меня за руку и посадил за стол. — Есть хочешь? Я немного похозйяничал, — сгреб документы в кучу и отложил на край стола.

— Ты ночевал со мной, да? — хриплым голосом спросила я, заглядывая снизу вверх в мужское лицо.

Он нежно коснулся рукой моего лба. Снова посмотрел на меня так, будто и в самом деле что-то чувствовал ко мне. Что-то помимо желания обладать моим телом. А может так отчаянно хотела в это верить, что придумала все это сама? А на самом деле по-прежнему была ему безразлична?

— Ты снова вся горишь, — отозвался он и шумно выдохнул. — Но сейчас приедет врач, сделает укол. Пока выпей воды, — отвернулся ничего не ответив, налил из чайника воды в стакан и протянул мне.

Я сделала несколько глотков и поморщилась от неприятных чувств в горле. Глотать очень больно. Не хватало ещё, чтобы и мужчина потом заразился от меня. Наверное у него и без меня дел хватало под завязку, а он возился со мной. В дверь раздался звонок и Рома, сняв со спинки стула рубашку, натянул ее на голое тело и направился в прихожую. Быстро освоился, что сказать…

Я поднялась со стула и пока дошла до прихожей, Смолов в обществе какого-то седовласого старичка уже громко разговаривали в прихожей между собой. Незнакомый мужчина расспрашивал у Ромы о моем состоянии, и из слов моего ночного гостя я узнала, что помнить ничего и не могла, потому что весь вчерашний день и ночь проспала.

— Добрый день, — тихо поздоровлась я, когда мужчины взглянули на меня.

— Ну идемте, я осмотрю вас и сделаю укол, — обратился он ко мне. — Если все будет хорошо вечером вызовете медсестру, а я приеду через два дня, — мельком взглянул в сторону Романа.

— Хорошо, — кивнул он в ответ. — Я вчера как смог сделал первый укол сам. Но Яна все время спала и даже не почувствовала моих неумелых движений.

— Где я могу вас послушать? — мужчина в очках снова перевел на меня взгляд.

— В моей комнате, — я прошла в спальню, Рома остался на кухне.

Врач провел осмотр, сделал мне укол, и я не нашла в себе больше сил подняться с постели.

— Давайте так, если температура будет такой же высокой и улучшения не наступать после уколов антибиотика, то решим вопрос со стационаром. Но это самая крайняя мера.

— Что? Нет… — упавшим голосом пролепетала я. — Я не поеду ни в какие больницы. Мне нужно отлежаться. Это пройдёт.

В чем я была безгранично благодарна Смолову, так это в том, что догадался привезти меня домой, а не определил в больницу.

— Да, но на всякий случай предупреждаю, что со здоровьем шутки плохи. Само редко что-то проходит.

— Спасибо, — я слабо улыбнулась.

Мы попрощались с доктором и тот вышел из комнаты. Я слышала мужские голоса на кухне, а через пять минут все стихло. Дотянулась до пульта и включила телевизор. Наверное я снова засну, но хотела дождаться, когда Рома уедет на работу. Дом без отца эти дни казался пустым и холодным, а с появлением Романа я не ощущала никакого дискомфорта.

Смолов появился в дверях полностью одетый.

— Я поехал на работу, если что звони мне, в твой телефон я внёс свой номер.

Телефон… Бедный отец! Я уже не звонила ему второй день и наверное он с ума сходил от волнения.

— И… — он замешкался на секунду. — Вчера звонил твой отец. Несколько раз. Я ответил на его звонок и сказал, что ты приболела.

Подошёл к кровати и присел на ее край, матрас прогнулся под его весом. Он коснулся рукой моего лба и заглянул в глаза.

— Если вдруг тебе что-то понадобится или станет хуже, ты ведь позвонишь? — тихо спросил, поглаживая кончиком пальца мой подбородок. Его глаза смотрели на меня с такой нежностью и заботой, что подступивший ком к горлу вызвал новую порцию боли. И я уже не знала наверняка то болело горло или его сдавило от всех моих чувств к мужчине?

— Да, — я слабо кивнула, не разрывая с ним зрительного контакта.

— Ну и хорошо, ключи я пока заберу на всякий случай. У тебя если что есть дубликаты?

— У тёти Люси есть, — сердце от чего забилось гулко-гулко в груди и снова закружилась голова.

Рома отнял руку, уголки его губ приподнялись, он поднялся и вышел из комнаты. Спустя минуту я услышала как захлопнулась входная дверь. Сил думать о том, что все это значило и зачем мужчине это все сдалось, не было. Ведь он добился своей конечной цели, закончил свой провальный проект, на который угробил столько времени, так зачем же продолжал с ним возиться?

Наверное я заснула спустя какое-то время, потому что когда открыла глаза, комната снова погрузилась во мрак, но я себя уже чувствовала значительно лучше. И температуры не было. Осталась лишь слабость и боль в горле. Я поднялась с постели, сменила липкую и несвежую одежду, привела себя в более или менее божеский вид, умылась, почистила зубы и решила, что пришло время что-нибудь перекусить, не иначе от голода меня будет скоро штормить.

Послышался звук открываемой двери, я взглянула на часы, отмечая про себя, что для прихода Ромы было еще слишком рано, да и не уверена я, что он придёт.

На пороге кухни показалась тётя Люся:

— Проснулась, Ягодка? — тётя Люся всегда меня так называла. С первых же дней знакомства. Она недавно сюда переехала, но расположила к себе всех соседей своим добрым и заводным характером. — Я забегала к тебе недавно, но ты спала. Я что подумала, раз ты не сможешь пока ходить к отцу, давай я его навещу? Передать ему что-то?

— Спасибо, тётя Люсь. И что бы я без тебя делала?! — женщина была примерно одного возраста с моим отцом.

— Мне то за что, молодца благодари, что забежал ко мне утром. Такой приятный молодой человек… — восхищенно протянула она. — Личная жизнь налаживается?

— Ага, — я махнула рукой, не желая посвящать чужого человека в свои проблемы.

— Я принесла тебе пирожков, — женщина поставила контейнер на стол.

— Спасибо, — на душе стало тепло, с каким участием она относилась к нашей жизни с отцом и всегда пыталась помочь.

— Я позвоню сейчас папе, спрошу не нужно ли ему каких вещей? — я понимала, что не смогу его навещать, пока не встану на ноги. Мне ещё хотя бы один или два дня отлежаться, чтобы почувствовать себя лучше.

— Яна, ну что ты не переживай! К Саше я пока буду ездить, одного не оставим, — заверила тетя Люся.

Не знаю почему вдруг стала такая смелая, может быть потому что в моей жизни появился Роман?

— Тётя Люсь, а вам нравится папа? — спросила я в лоб.

Вопрос сам слетел с языка, просто я после этой поездки на Кубу иначе смотрела теперь на многие вещи.

— Ох детка, — женщина присела напротив меня и всмотрелась в мое лицо. — Ты такая бледная даже несмотря на загар… — задумчиво протянула я. — Конечно нравится, разве такой мужчина не может вызывать восхищения? Вон какую умницу и красавицу вырастил!

— Тёть Люсь…

— Ягодка, если ты имеешь в виду, что между мной и твоим отцом мог бы быть роман или что-то примерное, то ты плохо знаешь своего папу. Он однолюб и мне кажется, что он до сих пор любит твою маму. Вот не нужно этих мокрых глаз. Человек, который живёт прошлым настоящим жить не сможет.

— Я… Извините… — смахнула подступившие слезы.

— Нет, Ягодка. За что ты просишь прощения? Я просто вижу, что твой папа не готов ни к каким отношениям и думаешь ты, я из робкого десятка и не попытала бы счастья с таким мужчиной? Уж не знаю, что там в твоей головушке, но давно поняла, что ты переживаешь за него, что он все время один.

— Очень переживаю, а ещё проблемы с сердцем… Он говорит, что все в порядке, а на днях я встретилась с Денисом и он сказал, что говорил с врачом отца и тот сказал, что нужна операция… — сбивчиво тараторила я, ощущая себя маленькой девочкой, которая вот-вот расплачется.

— Детка, хочешь я поговорю с ним сегодня? — предложила тетя Люся.

— Нет, — я качнула головой. — Я сама с ним поговорю. Но просто почему… он такой? Я понимаю, что он не хочет волновать меня, но ведь кроме него у меня больше никого нет!

— Это и есть ответ на твой вопрос. У него тоже никого нет и он не хочет, чтобы ты переживала. Наверное уже все порешал за твоей спиной. Ты же знаешь какие мужчины упертые.

— Да, — тяжело вздохнула я. — Знаю, — согласилась с ней, вспомнив о Смолове.

— Ладно, я пойду собираться, а ты звони Саше. Если что понадобится, то позвони мне и я прибегу, возьму. Да и вообще звони. Но тот молодой человек просил приглядеть за тобой до вечера, а потом снова заступит на пост, — я улыбнулась после последних слов. — У тебя даже глаза загорелись, когда я о нем упомянула. Только раньше я его здесь не видела…

— Раньше я и сама не знала о его существовании, — честно призналась я женщине. — Познакомились в отпуске, — пожала плечами.

— Ооо курортный роман, — мечтательно протянула тётя Люся. — Это так романтично.

Мы одновременно улыбнулись, тётя Люся похлопала меня по руке и поднялась. Кивнула в сторону контейнера с пирожками:

— Ешь, пока горячие. Там, если что, рассчитано на двоих, — намекала, что и на Рому хватит?

Я снова расплылась в улыбке и поблагодарила женщину. Тётя Люся ушла, а у меня внутри от нашего с ней разговора приятный осадок остался и надежда, что все ещё будет хорошо.