Глава 6
Когда почти три часа спустя вернулся Ник, неся в руках множество объемных пакетов, я сидела на полу и самодовольно улыбалась. С краю у двери уже притаились две внушительные стопочки толстых старых книг на языке определенно не русском, но каким-то удивительным способом мне понятном. Так вот, на книги Ник едва ли взглянул. Опустил рядом бумажные пакеты и вопросительно посмотрел на меня, закрыв предварительно дверь.
А я улыбалась, да. Потому что, когда какой-то парень принес мои книги, Ника не было уже минут сорок. Я это время зря не теряла, старательно пыталась сконцентрироваться, но никак не понимала, на чём именно должна это делать. Спросила у парня, тот взял и ответил:
— На внутреннем источнике. У потомков великих драконов он подвижный, легко поддается увеличению и распределению на разные сферы магии.
И тогда я спросила, мало что понимая:
— А как мне его почувствовать?
— Ну, — парень задумался с ответом, но всё же ответил, — тепло внутри, в определенной точке. У меня это солнечное сплетение.
И он оставил меня одну.
А теперь, столько времени спустя, я радовалась тому, что отчетливо ощущала это пульсирующее тепло, сконцентрировавшееся в моём солнечном сплетении. И осознавать то, что внутри меня магия, которую я чувствую и даже могу поглаживать кончиками пальцев, было радостно настолько, что меня слегка подтряхивало.
Радость, предвкушение, желание что-нибудь сделать смешались внутри, отдаваясь дрожью в теле и покалыванием в кончиках пальцев.
— Держи себя в руках, — велел Ник и странно покосился на стены, будто о чем-то серьезном задумался.
— Я в порядке, — ответила ему с улыбкой.
Парень помолчал, а через несколько секунд задумчиво протянул:
— Эргас не обрадуется дыре в замке.
Причем с намёком так протянул, глянув на меня сверху вниз. Я сделала вид, что старательно не понимаю, о чём он. И не собиралась же я дыры в замке делать!
— Ладно, — Ник легко подхватил обе внушительные стопки книг и без труда перенес их на стол, поставил там и достал что-то из кармана, — у меня твоё расписание на завтра. Думаю, надо пройтись хотя бы по основам предметов. Если профессор Мариэль отнесется к тебе спокойно и почти наверняка завалит кучей вопросов о том мире, то магистр Логиз начнёт издеваться и задавать каверзные вопросы. Но давай по порядку.
А дальше было вот что: Ник щелкнул пальцами и вещи из пакетов начали по очереди взлетать вверх и аккуратно складываться в шкаф. Какие-то из них улетали во вторую дверь, за которой оказалась ванная, и укладывались уже там на полочках. Книги со стола, тоже подхваченные магической волной, взлетали и осторожно и быстро занимали место в книжном шкафу. Несколько из книг, уже почти улетев, развернулись и вернулись обратно. Сами по себе вылетели из ящика во всё том же шкафу несколько листов и карандашей.
Ник всё это время стоял и ничего не делал, внимательно глядя на меня, а я… продолжила сидеть на полу, с потрясением оглядываясь вокруг. Потому что всё оно двигалось! Само, летало по воздуху! Целая комната пришла в движение совершенно сама, без посторонней помощи! Это…это…
— Нереально, — прошептала я восторженно.
Ник на это ничего не сказал, но его взгляд, который он не сводил с меня, мне не понравился. Как и то, что парень, прикинув что-то в голове, подошёл к столу, взял листок бумаги, карандаш и что-то написал. Заинтересованная я поднялась, осторожно подошла к нему сзади и заглянула со стороны.
«Ничего сказать мне не хочешь?»- значилось в листке. Всего одна ровная строчка, и буквы у Ника такие ровные и понятные, вот только писал он не на русском, я это чётко видела, но почему-то точно поняла, что именно значилось в этих словах.
Как-то машинально я тронула кулон на шее, скрытый тканью платья.
А потом оставалось только лишь поразиться Николасу. Умный парень, честное слово, даже приятно. И, может, здорово, что его мне в женихи пророчили? Ну, реально же классный парень: красивый, умный, сильный, богатый. Только вот злиться часто и хамить любит, а ещё обзывается, но со временем из него это можно вытрясти. Будет у меня паинькой… если выживем.
Я ободряюще улыбнулась тому, кто не сводил с меня внимательного, чуть напряженного взгляда. Затем перехватила карандаш из его руки, чуть подвинула парня и написала в ответ:
«Это может стоить тебе жизни», — после чего закинула голову и пристально всмотрелась в его глаза.
Серые глаза теперь казались мне стальными. Мрачными, напряженными. И сам Ник был точно таким же, натянутым, как струна. Желваки танцевали яростный танец, зубы скрипели, руки сжались в кулаки столь крепкие, что надулись венки на запястьях и побелели костяшки. Но он всё равно кивнул, говоря, что готов рискнуть.
Набрав побольше воздуха в легкие и закусив губу так сильно, что стало больно, я вывела дрожащей рукой:
«Эргас готовит заговор и собирается уничтожить империю, — написала, посмотрела на окаменевшего Ника и торопливо дописала, — Он — демон! Он сам так сказал, опоил меня вином, из-за которого я ничего никому сказать не могу, и собирается с моей помощью открыть портал в мир демонов»
Написала и сама себе не поверила. Получилось! Действительно получилось предупредить Ника!
«Уверена?»- отняв карандаш, написал он ниже.
Я кивнула, Николас скрипнул зубами.
«Дерьмово, — вывел он дальше и скривился, — сколько у нас времени?»
«Месяц или два. Он сказал, что за это время я подготовлюсь»
И вот что самое удивительное — Ник поверил мне! Без доказательств, без лишних вопросов, просто взял и поверил!
«Дальше»
Перевернув лист чистой стороной, я продолжила:
«Древние рода не выживут. Население, как я поняла, тоже. Он сказал, что собирается вернуть то, что драконы украли у них. Ты понимаешь, о чём он?»
Николас сковано кивнул, перехватил карандаш и, вдавливая наконечник в бумагу, написал:
«Женщина»
Как я и думала!
И я вспомнила его рассказ о той самой женщине, что стала единственной для демона и избранной для дракона. Вспомнила о той, что начала и закончила эту войну ценой собственной жизни. Ник говорил, что её тело осталось у драконов, но… где? Об этом я и спросила у парня, с содроганием глядя на его потрясенно- отрешенное выражение лица.
«Великий храм Единства, — вывел он что-то мало мне понятное и пояснил, — там её захоронение»
«И что делать?»
Ник… я не знаю, чего я ожидала от него. Наверно, каких-нибудь срочных решительных действий. Таких, чтоб тысячные войска, куча магии, смертельный бой. И только подумав об этом, поняла, как это на самом деле страшно. Эргас, который не Эргас на самом деле, говорил, что тридцать лет шел в этот мир, многому научился, поэтому он наверняка очень силен. И не будем забывать, что в его подчинении вся императорская семья, охрана и ещё черт знает сколько всего другого.
Это был бы не просто бой, это было бы массовое убийство всего живого.
«Он древний, — добавила я через пару минут, когда Ник ничего не сказал и не написал, — и это не Эргас. Дядя мёртв»
«Это понятно, — кивнул он серьезно, а желваки тем временем продолжали танец ярости, — древний… это плохо, Варь. Это очень плохо»
«Объясни», — попросила я, чувствуя невероятную тяжесть в области сердца.
Но вместо этого парень отрицательно покачал головой и написал совсем иное:
«Он контролирует тебя?»
Это был очень хороший вопрос. Столь хороший, что Нику за гениальность можно награду дать. Но вот ответить на него я затруднялась.
«И да, и нет. Я не знаю, это сложно. Когда я начинаю говорить о том, о чём он запретил, он как будто перехватывает управление моим телом. Вчера вечером, когда уходила, это была не я, он сам говорил всё это и заставил меня уйти. И на поляне тоже он был, когда я говорила, что мне страшно. Ник, он угрожал тебе и остальным, сказал, что контролирует всю мою семью»
Ник вытащил новый лист, так как на том уже места не осталось, забрал у меня карандаш и решительно велел:
«Не паниковать!»
После чего подчеркнул надпись и внимательно посмотрел на меня. Я согласно кивнула, потому что тоже считала, что паника нам сейчас не поможет. Ник прикинул что-то в голове, недовольно поджал губы и продолжил писать ниже, как-то задумчиво, будто подбирая каждое слово:
«1. Не паниковать. 2. Не показывать, что я знаю. 3. Не показывать, что мы что-то задумали. 4. Что-то задумать»
Тут я не выдержала и нервно хихикнула, Ник повернул голову и криво мне улыбнулся, а затем продолжил:
«5. Решить проблему с общением. 6. Понять его план. 7. Помешать его плану»
В принципе, я была согласна. И меня очень радовало, что Ник оказался таким умным парнем и принялся сразу что-то предпринимать.
«Никому не доверять», — дополнила я его идеальный план.
Парень одарил меня ещё одним внимательным взглядом и кивнул.
«Приводим в исполнение пункт пять», — вывела его рука уверенным почерком.
«Как?»
«Верь мне»
И я поверила. Не знаю, может быть, это была величайшая ошибка, но я, плюнув на свои принципы, просто доверилась тому единственному человеку, кто реально мог помочь. Во-первых, это было важно и для самого Ника, ведь его потом просто убьют. Во-вторых, в одиночку я всё равно ничего не сумела бы сделать.
А ещё где-то на краю сознания мелькнула мысль, что нужно пересмотреть свои жизненные принципы.
— Ну, чего замерла? — уже вслух поинтересовался парень, а в ответ на мой недоумевающий взгляд молча покосился на стены.
Понятно, Ник переживает, что нас подслушать могут. Ну, да, что для древнего демона какая-то там защита на комнате? К тому же, он мог подговорить или просто заставить призраков подслушивать, чтобы те потом обо всём ему докладывали.
— И что мы будем делать? — я постаралась также делать вид, что ничего тут только что не происходило, но голос прозвучал хрипло.
— Поднимать твои знания, — хмыкнул парень, затем парой ловких движений разорвал два исписанных нами листка, которые после этого мгновенно вспыхнули чёрным пламенем, не оставив после себя и пепла.
Круто! Вот просто круто! Я тоже так хочу! А Ник будто услышал мои мысли или понял что-то по моим сияющим глазам, потому что улыбнулся как-то по-доброму и произнес:
— Я научу тебя управлять огнём, это не так уж и сложно, если ты в состоянии управлять сама собой.
Обрадованная, я покорно села за стол и даже вооружилась каким-то пугающе толстым учебником, пока Николас щедро разъяснял мне принципы и смыслы такого непростого явления, как Рунология.
По итогу, когда несколько часов спустя у меня закипел мозг, я была счастливым обладателем почти сотни различных рун расширенного действия и непредсказуемого применения, переписанных в толстую книгу с пустыми листами.
И я даже с уверенностью скажу, что из этой сотни как минимум тридцать процентов остальному люду в лице моих будущих однокурсников неизвестны. Как я это поняла? Да потому что Ник, переходя к ним, вдруг начал как-то коварно улыбаться, а все мои вопросы просто игнорировал.
А потом настала очередь ещё более мозгодробительной Теории Магии, в случае с которой я радовалась лишь двум вещам: своей хорошей памяти и способностям Ника к преподаванию. Он настолько хорошо переводил на понятный для меня язык непонятные странные фразы, что я почти ничего даже не переспрашивала, отлично улавливая с первого раза.
Когда же солнце на улице окончательно скрылось за стенами замка, открылась входная дверь, пропуская внутрь довольного-предовольного Каса. Огромное черное нечто выглядело невинно-невинно, а клыкастая пасть, казалось, растянута в коварной улыбке. Да ещё и золотые глаза так озорно блестели, что у меня не осталось сомнений в том, что:
— Ты что-то натворил, — торжественно объявила я спустя пару мгновений осмотра своей животинки.
— Угр-р, — признался Кас. покаянно опустив огромную голову. Вот только никакого раскаяния я не увидела!
Комнату по направлению ко мне он пересек довольно быстро, даже не обернувшись на закрывшуюся за его спиной дверь и не удосужив и взгляда напрягшегося Ника. Подошёл ко мне вплотную, издал ещё один звук из серии «ур- р» и положил свою большую мохнатую голову мне на колени.
Протянув руку, я машинально его погладила, бросив вопросительный взгляд на Николаса, который хоть и старался делать вид, что всё нормально и он вообще читает, но его напряжение я всё равно чётко ощущала.
Парень ответил мне внимательным взглядом, едва заметно покачав головой. К чему это относилось, я плохо поняла, но решила на всякий случай вообще ничего не говорить.
— Голодный? — спросила я у Каса, даже не задумавшись.
— Тьма! — Ник с громким хлопком ударил себя рукой по лбу, откинувшись на спинку своего стула.
Мы с Касом, переглянувшись, с одинаковым удивлением посмотрели на парня.
— Ты же даже не завтракала! — пояснил он через пару мгновений, решительно поднялся, небрежно кинул закрытую книгу на стол и посмотрел на меня с укором, — И не обедала. И даже не ужинала. Ты почему молчишь?!
— Да-а, как-то-о, — неопределенно протянула я и просто пожала плечами, — не до этого было.
— Не до этого ей было, — недовольно пробурчал Ник и двинулся в сторону двери, но тут же резко замер. Постоял так пару секунд, затем медленно повернулся ко мне… и вот не понравился мне его взгляд, ровно как и хитрющая улыбка на губах, — слушай…
— Не буду, — торопливо отказалась я от столь сомнительной чести, вскинув обе руки, — в прошлый раз, когда ты пытался меня накормить, твой монстр чуть не съел повара!
— Ну весело же было, — ничуть не виновато отозвался маг, широко и радостно улыбаясь.
Я упрямо покачала головой и заранее заявила:
— Никуда не пойду!
И что он сделал? Этот манипулятор бессовестный вдруг оказался рядом со мной, присел на корточки и, проникновенно глядя в глаза, взмолился очень жалобно:
— Ну, Варь, ну, пожалуйста! Пошли повеселимся! Я тебе обещаю, это будет бомба!
От употребления земного лексикона я невольно улыбнулась. Да и в целом всё это выглядело забавно. Передо мной в жизни вообще только раз на коленях стояли — лет в пятнадцать, когда я отняла у Вадима пачку сигарет и грозила рассказать об этом воспитателям, а он на коленях умолял меня этого не делать. Я бы и так не стала, а в итоге за молчание шоколадку получила.
— Варь, прошу тебя, — продолжил Ник с воодушевлением.
Проникнувшись моментом, я щедро разрешила:
— Проси.
— Прошу, — охотно согласился он и даже кивнул, — доверься мне и пошли веселиться. Клянусь, тебя там вкусно накормят и развеселят.
Признаться, его слова меня заинтриговали. Очень хотелось поесть, тем более вкусно, тем более после того, как я вспомнила, что голодная. И хотелось если не оторваться, то хоть немного отдохнуть.
Слишком много потрясений было за последние два дня. Слишком всё плачевно представлялось в ближайшем будущем.
— А как же репутация? — не пожелала я сдаваться так быстро.
— Это закрытая вечеринка, — мгновенно заверил Ник, не заметив, как проговорился, — и там, поверь, можно не переживать о собственной репутации.
— Почему? — я удивленно моргнула.
— Негласное правило. Всё, что произошло на вечеринке, на ней и остаётся. Всё, вставай и пошли ве-се-лить-ся!
И мы пошли веселиться…
Я, конечно, догадывалась, что у детей королевских кровей особые вечеринки, оригинальные, элитные и запоминающиеся, но чтоб так…
Со всей ответственностью заявляю: эту вечеринку я запомню надолго.
— А-а-а, у меня всё боли-и-ит, — выл на одном из диванчиков тот, кого, кажется, звали Рином, — убейте меня кто-нибу-у-удь!
— А я тебе говорил, что ты не сдашь Арэну восемь прогулянных тренировок за раз! — с видом умудренного жизнью философа заявил Эвер, его лучший друг, не испытывающий к другу никакой жалости и лишь иногда подсовывающий ему под нос какой-нибудь сосуд с алкоголем.
И это было далеко не всё, что здесь происходило.
— Мраковы Основы Боевой магии! — орала где-то там какая-то излишне эмоциональная девушка с громким визгливым голоском, — Как я вас ненавижу! Я вообще пошла на лекаря, за какой Тьмой оно мне всё надо?!
— Да почему ты молчишь?! — орала почти также громко Рилэйн, безжалостно лупя кулаком золотую рамку картины с её рост, на которой с очень важным видом сидел какой-то сурового вида мужчина, — Да скажи ты уже что-нибудь! Как же бесит всё!
А ещё было:
— Прокляните меня быстро!
— Мы все умрём!
— Сломайте мне руку, только так, чтоб лекари не сразу вылечили!
— А-а-а, что такое «золотая грамота»? Каким заклинанием оно вызывается?!
— Я тебя вежливо прошу: сдохни где-нибудь тихо-мирно, а?
Когда мы с Ником пришли в этот небольшой зал в третьем подземном этаже, всё это безумие здесь уже шло полным ходом. Признаться, я очень удивилась вначале, ошибочно решив, что учащиеся в этой академии — прилежные талантливые ученики. Даже успела восхититься ими, подумав о том, что на Земле всё совсем иначе.
А потом Ник открыл мне глаза на правду:
— Завтра начало зачётной недели.
И всё встало на свои места. Студенты всё это время ничего не учили, ответственно прогуливали пары, не обременяли себя домашним заданием, а потом откуда-то неожиданно на них свалились зачёты.
И в итоге, вместо того, чтобы отдыхать и веселиться, адепты слажено учили, зубрили, переписывали, изобретали новые способы списывания, повторяли давно придуманные жесты для обмена информации…
В общем, сессия — она и в магическом мире сессия.
Из почти пятидесяти собравшихся лордов и леди не паниковали лишь двое — я и Ник. Я здраво рассудила, что меня эти мучения обогнут стороной, а Ник себя просто жутко умным считал и самоуверенно полагал, что он и так всё знает. Его даже не смутило моё замечание о том, что парень вроде как пропадал долгое время, пребывая в моём мире и тратя время на мои поиски.
Встречали нас тоже оригинально:
— Ого, это же Утерянная принцесса! — восхищенно присвистнул один из парней, на котором красовался длинный чёрный плащ с брошью в виде оскалившегося серебряного черепа.
После этих слов все невыученные предметы были благополучно забыты, а всеобщее внимание уделено мне. Я даже смутилась, не зная, как на это вообще реагировать.
— Какая красивая, — прозвучал мужской голос со стороны.
Ник молча и выразительно обнял меня одной рукой за талию, прижимая покрепче к себе.
Подобных замечаний больше не звучало. Кажется, некоторые так и вообще решили на меня не смотреть. И только какой-то явно разочарованный женский голосок со стороны:
— А-а-а, точно, вы ж помолвлены…
Лично меня этот момент очень заинтересовал. Про помолвку я, конечно, знала, но вот интересно: откуда об этом знали все эти?!
А дальше кто-то где-то сказал что-то вроде «мы с тобой завтра познакомимся, извини, сейчас не до всяких там будущих императриц» и про меня все благополучно забыли, что не могло не радовать.
Зато Ник не солгал: меня и накормили вкусным жареным мясом со сладким соусом, и весело мне было очень. Особенно когда пришёл какой-то парень в красном камзоле и громко всех оповестил:
— Не был ни на одном занятии Искусства Светлой магии, не знаю совершенно ничего. Зачёт завтра в девять утра. Что делать?
У нас бы сказали «молиться», тут…
— Молиться, — блеснули оригинальностью адепты, глядя на товарища без сочувствия, а лишь с легким раздражением — он их всех явно отвлекал от зубрёжки.
— Точно, — оживился парень и даже улыбнулся, правда, нервно как-то, — надо найти ведьму и заставить её проклясть меня удачей! Народ, у кого-нибудь есть ведьма знакомая?
На что ему меланхолично ответили:
— Если ты заставишь ведьму среди ночи проклясть тебя удачей, то она психанёт и благословит тебя вечным невезеньем. Оно тебе надо? Садись учи!
— Точно, учи давай, и нас не отвлекай!
Думаете, парень внял? Ха, как бы не так!
— И точно, ведьму нельзя, они злые… Кто-нибудь знает, как вызвать демона?!
— Подожди до утра, — важно отвечал ему женский тонкий голосок, — демон в девять будет принимать у нас зачёт по Теории Некромантии. Кста-а-ати, в соседней аудитории будет…
Повисло какое-то многозначительное молчание, после которого пятеро адептов, из которых две были девушками, слажено поднялись и торопливо куда-то убежали, столкнувшись в дверях и чуть не сбив друг друга. Я и так догадывалась, куда они убежали, да и все остальные тоже, но никаких сомнений у присутствующих не осталось, когда из-за стенки справа начали доноситься какие-то приглушенные звуки и тихие голоса.
— Слушайте, — задумчиво протянул паренёк с тёмными волосами до плеч, сидящий напротив нас с Ником на низком диванчике с толстой книгой в руках, — я в том году слышал, что препода по Любовной магии подкупить можно. Натурой.
Кажется, после этих слов некоторые сильно призадумались, а девочка с толстой русой косой даже поделилась информацией:
— Западное крыло, седьмой этаж, комната восемьсот пятнадцатая.
На обладательницу роскошных волос посмотрели с большим интересом, чем на все учебники до этого.
— А… ты подкупить уже пыталась? — осторожно поинтересовался всё тот же парень. Девушка вспыхнула, грозно прищурилась и прорычала с заметным раздражением: — Ей, вообще-то, семьдесят!
Но парень не смолчал и тут. Улыбнувшись кривовато, он ещё более осторожно спросил:
— А больше тебя ничего не смущает?
По толпе прошёлся негромкий смешок, кто-то коротко хохотнул. Девушка с косой гордо вздёрнула подбородок и важно ответила:
— На зачётах, дружище, выживает хитрейший.
Вот после этого с ней все сразу согласились, покивали, и желание смеяться у всех отпало, а где-то у стены неуверенный мужской голос даже переспросил:
— Какая у неё там, говоришь, комната?
— Восемьсот пятнадцатая.
Какое-то движение, хлопок двери и больше паренька никто не видел. Вот только не смеялся никто, а пара человек даже с сожалением поглядывали ему вслед. Наверно, сами хотели попытать удачи.
В общем, наблюдать за всем этим было очень забавно, я даже пару раз злорадственно посмеялась. А ещё лично мне было очень интересно. Здесь было столько людей, и почти все они совершали что-то магическое… ну или пытались.
В светлом небольшом зале периодически расцветали огромные синие светящиеся цветы, два раза шёл снег, пели птицы, гремел над потолком фейерверк и даже потолок потемнел, чтобы заблестеть тысячей звёзд. А ещё один раз все мы взмыли в воздух! И запеченная рыба, что таилась на подносе на одном из столов, вдруг зашевелилась!
Чудо и магия струились в воздухе, пронизывая каждый уголок помещения, призванные теми, кто привык жить в мире магии с самого рождения. И только лишь я восторженно озиралась по сторонам, не в состоянии налюбоваться самым настоящим удивительным чудом.
Ник сидел рядом и почему-то смотрел на меня, немного улыбаясь. И мне бы было страшно, если бы его сейчас не было рядом, а так… Когда над головами прогремел самый настоящий гром и сверкнула молния, никто на это даже внимания не обратил, а я как-то неосознанно придвинулась ближе к Николасу.
Парень ободряюще сжал мою руку, да так её больше и не отпускал.
Чудеса смешались в одно пёстрое пятно, а я, уставшая, но сытая и насмеявшаяся, безвольно прилегла к Нику на плечо. Глаза закрылись сами собой.
В какой-то момент, находясь в пограничном состоянии между дремотой и бодростью, я заторможено подумала о том, что мне даже всё равно будет, если Нику придется тащить мою тушку в комнату. В конце концов, он большой и сильный, а я уставшая и вообще всегда мечтала, чтоб меня на руках носили.
Но всё полетело в бездну, как тут обычно говорят.
Громкий хлопок дверью выдернул меня из сна. С трудом приоткрыв глаза, я увидела вошедшего к нам парня. Где-то на краю сознания негромкий голос начал возмущаться: «Да сколько уже можно приходить? Который час? Эти люди спать собираются вообще?!»
Кажется, они не собирались. Уставшие и измученные, все они продолжали старательно зубрить и магичить.
— Ребят, — жалобно как-то протянул только что пришедший высокий индивид в длинном белом плаще, — пазлы собирать любите?
Этого парня здесь знали явно очень хорошо, потому что уже в следующее мгновение почти все слажено заорали:
— Ты что натворил?!
От этого окрика я проснулась окончательно. И сразу поняла, что продолжаю лежать на плече у Николаса. Какое оно у него, однако, удобное! Мой жених успокаивающе мне улыбнулся и, как и все остальные, выжидательно посмотрел на Белый Плащ.
Тот заметно стушевался, виновато потупился, почесал рукой незадачливую светловолосую макушку и нерешительно ответил:
— Да там, понимаете… забор немного поломался.
— Магически защищенный высоченный каменный забор? — скептически хмыкнул Ник. Судя по лицам остальных, они тоже в это совершенно не верили.
— Нуда, — не пожелал признавать свою вину парень, — сам поломался.
— Как? — возмутился кто-то там.
— Основательно, — нервно усмехнулся визитер, — а вот чиниться он сам не хочет. Ник, поможешь?
И посмотрел на парня. Но тут некстати совершенно была замечена я. Парень вначале удивленно вскинул брови, а потом улыбнулся. Мне.
Не обратив на это внимания, я удивленно глянула на жениха, не совсем понимая, почему о помощи попросили именно его. Парень спокойно выдержал мой взгляд, чуть сжал руку и направил пристальный взгляд на Белый Плащ.
Настолько пристальный, что мне как-то не по себе стало. Да и очень многие тут разделяли мои собственные мысли, потому что как-то все сразу притихли и с опаской в сторону Ника поглядывали.
— Что ты сделал? — спросил он негромко, но оттого ещё более жутко.
Рука, находящаяся в ладони у парня, предательски дрогнула. И весело мне больше не было, было жутко и страшно, и не хотелось ничего делать, а просто уйти… и увести отсюда Ника, потому что явно не просто так на него все с опаской поглядывают.
Жених, будто почувствовав моё состояние, мягко погладил мою ладонь своим большим пальцем, будто успокаивая. Только вот успокаивать тут явно не меня надо было!
— Ник, — негромко позвала я, каждой клеточкой тела чувствуя, что сейчас что-то произойдёт.
— Что, любимая? — непринужденно и спокойно отозвался он и повернул ко мне голову.
Не знаю, как я не заорала от ужаса.
Серые глаза, которые всего раз на моей памяти стали стальными от злости, сейчас были чёрными! Абсолютно непроглядно чёрными! Не было даже белков! Тьма в них как будто клубилась, шевелилась, переливалась…
И этот ужас был прямо напротив меня! Совсем близко, в паре сантиметров всего!
Внутри всё заледенело от ужаса. Я боялась не то, что пошевелиться — вздохнуть! А глаза Ника, черты лица которого стали острее и как-то хищнее, неотрывно, не моргая следили за мной.
Такое ощущение, будто он даже мысли видел…
Вокруг все молчали, но я их не осуждала. Лично у меня вообще было желание сбежать куда подальше, вот только…
Вот только там, в комнате, Ник даже не подумал сомневаться в моих словах про Эргаса. Он поверил мне. Он не отвернулся от меня.
Так имею ли я право отворачиваться от него сейчас? Сейчас, когда он не сделал ничего плохо. Когда…когда ему, возможно, нужна моя помощь.
Я не знала этого наверняка, лишь только чувствовала болезненно сжавшимся сердцем.
И когда только оно успело стать таким чувствительным?
— А пошли в комнату? — негромко предложила я, стараясь не обращать внимания ни на испуганно замерших адептов, ни на собственный страх, заледеневший в венах.
А ещё я старалась не думать о том, что придётся остаться наедине с этим жутким Ником в комнате. Все мысли про одну кровать также ожесточенно прогоняла.
Он не ответил мне, только лишь жуткий взгляд неуловимо изменился, но я так и не смогла понять, что именно в нем изменилось.
— Я устала, — добавила я ещё тише, — пошли отсюда.
— Сейчас пойдём, — заверил Ник непроницаемо спокойным голосом.
Обманчиво спокойным, за которым скрывалась целая буря.
— Только разберёмся, — добавил он многообещающе, замолчал на мгновение и откровенно прорычал, — с забор-р-ром!
— Тьма с ним, — поспешил отказаться Белый Плащ, но было уже поздно.
Ник плавно, совсем как хищник перед атакой, поднялся на ноги. Мою руку он пытался отпустить, но тут уж я сама вцепилась в него, поднимаясь следом. Почему- то казалось, что, стоит его только отпустить, и случится что-то плохое.
Например, он подожжет кого-нибудь.
— Так что ты сделал? — очень даже дружелюбно поинтересовался Ник под всеобщий мрачный взгляд.
— Охрану проверял, — стушевался обладатель белого плаща и чрезмерного любопытства, — слушай, Ник, да ладно, сам разберусь…
— Или я, или ректор, — оборвал его мой жених, жестко и жутко усмехнулся и многозначительно добавил, — Эргас тебя по головке за это не погладит.
— Да он уже, наверно, знает, — совсем раскис бедняга.
— Тем более, — кивнул Ник, — при мне он тебя трогать не будет.
Что странно, это, кажется, знали все, потому что все они очень внимательно посмотрели на Белый Плащ, а тот также внимательно смотрел на Николаса. Никто, кроме меня, данной фразе не удивился, а сейчас все, кажется, думали над тем, как поступить более правильно.
Надумали:
— Пошли.
И мы действительно пошли — втроём. Уверенный и грозный Ник, вцепившаяся в него я и удивленно-расстроенный Белый Плащ.
— А ты Утерянная принцесса, да? — спросил он у меня уже на улице.
С опаской покосившись на невозмутимого жениха, я осторожно кивнула.
— Я тебя себе не так представлял, — всё не затыкался парень, впрочем, глядя не на меня, а куда-то вперёд.
В ночной темноте было сложно разобрать, куда мы идём. Единственное, что я поняла точно — прочь от замка, в сторону леса, мимо натянутой железной сетки с одной стороны и пустыря с другой.
Под ногами хрустели опавшие листья, порывы холодного ветра шевелили юбку платья и распущенные волосы, но, что удивительно, мне не было холодно.
— Я тебя себе вообще не представляла, — прохладно отозвалась я и грубовато спросила, — ты кто?
Белый Плащ обижено на меня покосился, но поймал на себе взгляд Ника и передумал возмущаться.
— Эдерен Маккорн, — представился он с лёгким полупоклоном, — а почему у тебя волосы фиолетовые?
Не отвечая на его вопрос, я задала свой:
— А почему у тебя плащ белый?
Я в ответ удостоилась странного взгляда, а вот ответил мне Ник:
— Императорская гвардия.
— То есть, он гвардеец? — поняла я.
— На стажировке, — подтвердил жених, продолжая уверенное движение вперёд, а затем заботливо поинтересовался, — не холодно?
— Неа, — я отрицательно покачала головой, подумала и задала ещё один вопрос, — а почему Эргас при тебе не будет его трогать?
— А я на особом счету, — улыбнулся мне парень.
А у самого щека дёрнулась и глаза, так и не вернувшие себе нормальный цвет, опасно блеснули.
— В смысле? — я сглотнула ком в горле, стараясь не думать об Эргасе.
В этот раз ответил Белый Плащ, имя которого я благополучно забыла:
— Он с детства был воспитанником твоего дяди. Говорят, лорд Эргас собирается оставить его после себя во главе охраны империи.
«Он с детства был воспитанником твоего дяди»- звенящим эхом раздалось в моей голове.
Пропасть разверзлась под ногами и я сорвалась в клубящуюся темноту, не в состоянии ни ухватиться за что-нибудь, ни позвать на помощь, ни просто закричать. Я падала, и падала, и падала, ощущая, что всё переворачивается с ног на голову, а свет остаётся там, далеко.
Всё это было где-то внутри, в душе. Кажется, в пропасть падало моё сердце.
«А я говорил! — громко орал, срываясь до хрипоты, голос в голове, — Я говорил тебе, чтобы ты не верила людям! Никому нельзя верить!»
Руки заледенели, дыхание с хрипом вырвалось из лёгких, а я… сбившись с шага, чуть не упала, потрясенно глядя на Николаса.
Неужели?..
На его щеках яростно танцевали желваки, глаза потемнели ещё больше, насколько это вообще возможно, губы были плотно сжаты, а рука, что держала меня за руку, на какой-то миг сжалась так, что я испугалась за сохранность своих костей.
— Ты, — хриплым шепотом попыталась что-то сказать я, но он отрицательно покачал головой, останавливая меня.
Неужели он действительно заодно с Эргасом?! Тогда понятно, почему он так быстро мне поверил. Понятно, но оттого невероятно больно.
Маленький росток тех тёплых чувств, что родились во мне по отношению к Нику, болезненно вырвали ржавыми клешнями, оставив на его месте огромную кровоточащую рану.
Дышать отчего-то стало невероятно тяжело, будто стальной обруч обнял мои легкие, не позволяя сделать полный вдох.
— Варя, не делай поспешных выводов, — негромко произнёс он по-русски.
Как я это поняла? Очень просто. Белый Плащ неуверенно протянул:
— Э-э, это что за язык?
Как Ник это сделал, я не поняла, но была почти уверена, что повторить не смогу. А даже если и смогу, слов всё равно не было, как и сил, чтобы их произнести. И Ник понял это.
Резко и раздраженно выдохнул, на миг прикрыл глаза, затем быстро что-то прошептал и вокруг него заискрился тёмный купол. И ладно бы, если только вокруг него — он ещё и меня под прикрытие взял!
— Я не с ним, — вот, что сказал мне Николас, открыв глаза и глядя на меня в упор.
Он хотел казаться уверенным, но я очень хорошо видела и смесь гнева и раздражения, и почти хорошо прячущуюся за ними тревогу. Какой смысл ему тревожиться, если он заодно с демоном?
Зато есть смысл, если ты не уверен в том, что ты с ним не заодно.
Использовал же Эргас на мне принуждение, а ещё он контролирует мою семью, так… так почему бы и не контролировать ещё и того, кто по всеобщему мнению должен был остаться после тебя?
— Дерьмо, — выдохнула я, не зная, что хуже: что Ник вместе с Эргасом или то, что он может этого не знать?
— У меня мороз по коже, — признался Ник напряженно.
— Меня вообще всю трясёт, — отозвалась я.
Наши взгляды встретились — испуганный мой и разгневанный его.
— Валим? — робко предложила я, нервно улыбнувшись.
И вот нормальные люди спросили бы «куда?». Хорошо, что Ник нормальным не был, и мысли у нас с ним в одном направлении крутились:
— Кого? — верно понял он мой замысел.
И на наших губах расцвели одинаковые коварные, но всё равно немного испуганные улыбки.
— Не кого, — важно исправила я, — а как.
— Работаю над этим, — заверил меня парень, рвано выдохнув.
А потом вдруг подошёл совсем близко и крепко обнял. Не в моём положении и не в этот момент было его отталкивать, а потому я обвила его руками в ответ, прижавшись крепко-крепко.
В какой-то краткий миг мне показалось, что у нас всё получится и никто не умрёт. Это было бы просто замечательно.
— Прости, но нам нужно алиби, — произнёс он что-то странное.
В следующее мгновение одна его рука зарылась в мои волосы, немного растрепав их, вторая совсем немного сместила рукав с плеча, оголяя его, а после этого мне ещё и высказали:
— Делай потрясенный и смущенный вид.
Он у меня и так таким был!
Накрывающий нас купол бесшумно растворился в воздухе, Ник деланно нехотя отодвинулся от меня, но одну руку продолжал держать на талии, и шумно выдохнул, взирая на меня с высоты своего роста с очень правдоподобно сыгранным восторгом.
Глаза его начали медленно светлеть.
— Ну, я даже спрашивать не буду, чем вы там занимались, — Белый Плащ многозначительно поиграл бровями, с ухмылкой переводя взгляд с меня на Ника и обратно.
Не сложно догадаться, о чём он подумал!
Ничего удивительного, что я тут же ощутимо покраснела, торопливо поправляя рукав платья и мысленно матеря Ника так, что ему стало бы стыдно, услышь он это!
— Ещё одно слово, и ты этим никогда в жизни больше заниматься не будешь, — флегматично заявил Ник, убирая руку с моей талии и беря меня же за руку.
От ощущения переплетенных пальцев стало необычайно тепло и чуточку спокойно.
— Оу, Ник, полегче, — примирительно вскинул обе руки парень, бросив на меня странный взгляд.
Ник полегче явно не хотел, потому что всё тем же тоном, даже и не глядя на гвардейца, он добавил:
— А если ты ещё раз посмотришь на мою невесту, я тебе глаза вырву.
Это было уже слишком. Возможно, в другой момент я бы сделала жениху замечание или ещё как-то поучила его манерам, но не сейчас. Сейчас я очень хорошо понимала его состояние.
Понимала и полностью оправдывала.
Знать, что тебя, возможно, контролируют, а ты об этом даже и не подозреваешь — жутко. Ничего удивительного, что Ник сейчас невероятно злой и хочет убить всех вокруг. Я бы на его месте тоже хотела.
— Ты меня иногда пугаешь, — признался Белый, окинув парня странным взглядом, после чего развернулся и первым двинулся дальше по дороге, так на нас больше не обернувшись и ничего не сказав.
Не знаю, было ему страшно или он просто обиделся, меня это не сильно и волновало.
Куда больше внимания я уделяла идущему рядом Николасу. Как-то совершенно неосознанно выходило так, что я прислушивалась к его дыханию, сжимала пальцы сильнее, чтобы чувствовать его пульс, отслеживала едва ли не каждый шаг и каждое движение.
В какой-то момент наши взгляды встретились и я точно поняла, что он делает тоже самое — внимательно следит за собой, пытаясь понять, есть на нём влияние или нет.
Я вопросительно кивнула, он отрицательно покачал головой. Мой сочувственный взгляд и его выражение лица в духе «убью урода».
Когда мы наконец дошли до этого злосчастного забора, вниманию нашему предстала огромная дыра с неровными дымящимися краями зелёного цвета. Дыра эта была в действительно высоком каменном заборе, и тянулась от верха и до самой земли, позволяя беспрепятственно пройти кому угодно, нужно только лишь через руины перелезть.
— Ты что тут делал? — едва ли не прорычал Ник, поджимая губы.
Его немигающий взгляд был устремлен на стушевавшегося гвардейца. Недовольно поджатые губы, плохо скрываемое раздражение на лице и общий ореол исходящей от него угрозы.
Белый Плащ предусмотрительно отступил на шаг назад. В его взгляде читалось раскаяние и желание исправить оплошность. Я же наоборот прильнула к Нику поближе, забрала свою ладонь из его и вместо этого обняла его руку обеими своими, прижимаясь всем телом.
Такой простой жест, показавшийся мне сейчас наиболее правильным, привёл к тому, что парень вначале бросил на меня удивленный взгляд, затем едва заметно благодарно улыбнулся и чуть-чуть расслабился.
Я точно чувствовала это, прижимаясь к нему всем телом. А потому и не волновалась, когда он вновь посмотрел на неуклюжего и излишне сильного адепта.
— В боевой магии упражнялся, — вынужден был покаянно признаться тот, виновато опустив голову.
— Для этого не нужно уходить на дальний конец территории. К тому же, — по губам Ника скользнула жёсткая усмешка, — в программе нет заклинаний, способных пробить охранную систему.
Все это было высказано с нескрываемым превосходством, непоколебимой уверенностью в собственных словах и тонкой такой угрозой. Но вот следующее, что сказал мой жених, было пропитано исключительно холодной яростью:
— Если я узнаю, что ты впустил кого-то на территорию, я тебя убью. Лично. Если кто- то пострадает, я тебя убью. Если вдруг что-то случится с будущей императрицей, ты будешь подыхать в муках, которые себе даже вообразить не можешь. Поэтому я спрошу всего раз: ты кого-то впустил?
Парень, бледнеющий всё больше и больше с каждой новой угрозой, испуганно глянул на Ника и громко выкрикнул:
— Нет! Я никого не впускал! Говорю же тебе, упражнялся я!..
— Я тебя предупредил, — перебил Ник негромко, но обладатель белого плаща услышал и замолк, глядя на парня с неподдельным ужасом.
Я как-то неосознанно подумала, что плохой из него выйдет гвардеец. Пугливый, силу не контролирует, язык за зубами не держит, ещё и неуверенный сверх меры. Может его, конечно, перевоспитают, но лично я бы такого на службу не взяла. Его припугнул и готово — он уже твой шпион.
А потом Ник делал магию. Такую красивую, завораживающую и вместе с тем грозную, переливающуюся языками блестящего чёрного пламени. Это пламя охватило вначале светящиеся края дыры, а затем двинулись в середину, оставляя после себя тот самый каменный забор, что здесь и был.
Пара минут ушли на всё это, а по итогу было спокойно объявлено:
— Охранный периметр восстановил, теперь никто ничего и не заметит. Но ты теперь мой должник, парень, — бросил он выразительный взгляд на побелевшего адепта и, не дожидаясь его слов, развернулся и повёл меня прочь.
Только руку свою высвободил и вместо этого обнял меня за плечи, прижимая к себе. Не скажу, что я была против.
Уходили мы в молчании, также тихо добрались до комнаты Ника, путь до которой я даже не пыталась запоминать по всем этим многочисленным коридорам, затем для меня была вытащена стопочка одежды из шкафа и вместе с ней меня отправили в душ.
Уходя, я помедлила в дверях, обернулась и посмотрела на Ника, который сейчас стоял ко мне спиной, широко расставив ноги и раскинув руки в стороны. Он что-то неразборчиво прошептал, яркое свечение сорвалось с кончиков его пальцев и улетело в разные стороны, оплетая стены.
Мне почему-то показалось, что стало ещё тише, чем было до этого.
Душ я приняла быстро, даже не удивляясь ещё раз тому, что он здесь был. Затем переоделась в предоставленные заботливым женихом свободные тёмные штаны и майку и босиком вышла в комнату.
Ника там почему-то не было. Стало грустно и немного волнительно. Мысли почему- то устремились к Эргасу, пугая меня вариантами того, что демон мог повлиять на Ника и насильно увести его.
Как бы не хотелось спать, я ещё довольно долго упрямо бродила по комнате туда- сюда, ожидая появления того, кто за удивительно короткий промежуток времени сумел стать мне едва ли не родственной душой, а потом усталость всё же взяла своё и я забралась на широкую постель, укрывшись тонким, но невероятно тёплым одеялом.
Появление Ника, пришедшего почти через час, я уже не слышала. Как и его беззвучного «добром это не кончится».