Глава 3. Утренний автобус

«О чем ты думаешь, Вера?»

Арт сбился со счета, сколько раз хотел задать этот вопрос, но сдерживался. Знал, Вера отшутится или переведет тему. Однако видел, что с каждым днём ей всё труднее дается побег от самой себя. Мысли уносятся так лихо и далеко от домика у озера, что ему — Арту — не догнать, даже если лететь следом на мотоцикле.

Шла вторая неделя, как они встретились и поселились в глуши. Вокруг прибавилось желтого и красного цвета. Как и листьев-корабликов на водной глади. А Арт настолько привык к присутствию Веры, что казалось, девушка была с ним всегда, а до нее он не жил, а так… репетировал. Ему нравилось в ней всё: улыбка, голос, каждый жест, а еще начитанность и умение приводить грамотные аргументы, на какую тему бы он ни заговаривал.

Арт каждый день придумывал для них двоих занятия. Время, проведенное в постели — это тоже отлично. Но ему нравилось и общение с Верой, нравилось что-то делать вместе. Они ходили за грибами, и Вера без конца подбегала к Арту, чтобы выяснить, ядовитый гриб она сорвала или всё-таки съедобный. А увидев мухомор, зависла над ним, как ребёнок: «Арт, Арт! Смотри, какой прикольный!». А уж сколько восторженных криков было на рыбалке, когда Вера поймала первую рыбу. Арт аж испугался, как бы с мостка в воду ледяную не плюхнулась, пока прыгала и хохотала от восторга.

В один из вечеров они пекли картошку на костре. Точнее, пек Арт, а Вера наблюдала.

— Ты ничего подобного раньше не делала, верно? — спросил он, подкидывая веток в огонь.

— Нет, — девушка развела руками. — Мы на природу не выбирались. Только на курорты. Лариса у нас пляжный отдых всегда любила.

— В Турцию и типа того?

Вера поспешно кивнула.

— Типа того.

— А ты? Тоже пляжный? Или ездила за компанию с остальными?

Вера не ответила, сильнее закуталась в старую куртку, сохранившуюся со времен, когда в доме жила вся семья Арта. Хотя вряд ли девушка мерзла. Высокие деревья над ними качались и сердито шелестели остатками листвы. Но Арта с Верой защищал от ветра дом, да и от потрескивающего костра шел жар.

— Чем занимались твой отец и Лариса? — Арт не сдержался, задал новый вопрос.

Он стоял к Вере спиной, но явственно представил, как она поджала губы.

— Лариса всегда была домохозяйкой, — ответила девушка неожиданно и тут же уклонилась от второй части вопроса. — А отец… Он работал. Как все.

— Ох, не любишь ты рассказывать о себе, — проворчал Арт, сев рядом с Верой.

Она пожала плечами. Мол, что есть, то есть.

— Мне кажется, ты неплохо меня узнал за эти дни, — проговорила она, положив голову Арту на плечо. — Меня, а не обо мне. Не то, где я выросла, и кем были мои родители, а меня саму. Без мишуры и прикрас.

Арт задумался. Пожалуй, что так. Поначалу Вера пыталась быть кем-то другим, но постепенно это прошло, она расслабилась и теперь вела себя естественно. До тех пор, пока Арт не начинал задавать вопросы.

— Давай, лучше ты расскажешь еще истории из… хм… практики охранной, — попросила Вера. — У тебя так здорово получается.

— Рассказывать? — спросил Арт, немного негодуя в душе.

Опять! Опять она переводит тему!

— И рассказывать. А еще смешить меня. Никому так не удавалось.

Арт сделал вид, что задумался. Но потом махнул рукой. Не пытать же эту упертую девчонку, в самом деле.

…Ночевали они вместе. Как всегда. Ночи, по-прежнему, оставались жаркими. Арт терял голову, едва касался обнаженного тела Веры и будто ставил эксперимент на собственную выносливость. А она… она становилась податливой, как воск, в его руках. Таяла, таяла, заводя Арта еще сильнее. А потом Вера засыпала, прижавшись к нему крепко-крепко. Или обнимала одной рукой, как ребёнок любимую мягкую игрушку. Кошмары ей больше не снились.

До сегодняшней ночи.

Вера задергалась, заплакала во сне, разбудив Арта. И тут же сама проснулась с криком. Села на постели, запустив пальцы в длинные волосы, и горестно всхлипнула.

— Что тебе приснилось? — спросил он строго. Не время играть в игры.

— Волк! — выпалила Вера. — Он гнался за мной. Через лес. Я бежала-бежала, а он всё не отставал!

Ого! Арт опешил. Это отражение действительности? Или что? Вера ведь, правда, в бегах.

— Ну, волк тебя не догнал, — заверил Арт, погладив девушку по спине. — Ты в безопасности.

— Не догнал, — повторила она эхом, но это ее не успокоило.

Вера придвинулась ближе к Арту, и он лег, увлекая девушку следом, чтобы ее голова оказалась у него на груди. Обнял обеими руками, согревая, защищая.

И вдруг она спросила:

— Ты когда-нибудь делал что-то дурное?

Арт растерялся в первый момент и брякнул:

— Романы с замужними женщинами считаются?

Теперь опешила Вера.

— А ты встречаешься с замужними?

— Ну… — Арту категорически не понравилось, куда зашел разговор. — Было пару раз. Ничего серьезного. Семьи я не разрушал. Это было… хм… приключения для обеих сторон. Осуждаешь?

— Нет. Это ведь не самое страшное в жизни. Наверное, те женщины не были счастливы с мужьями.

— Не были, — подтвердил Арт.

А сам подумал, наверное, Вера судит по родителям. То есть, по отношениям отца с мачехой. У них, видать, было не всё гладко.

— А тебе случалось… — продолжила Вера и запнулась. — Случалось… ну… оставаться в стороне, когда кому-то грозила беда? Ты мог бы помочь, но ничего не предпринимал?

Арт напрягся. Не свидетельница же Вера преступления, в самом деле?

— Пожалуй, такого не было, — проговорил он после раздумий. — Но я выяснил, что мой братец активно ходит налево. И теперь гадаю, остаться в стороне или рассказать всё его женушке?

Вера хмыкнула.

— Я бы рассказала.

— Серьезно? — не поверил Арт. — Ты?

— А что? Пусть знает, на какое «сокровище» тебя променяла.

Арт улыбнулся и поцеловал Верину макушку.

— Расскажи, что ты имела в виду, говоря о грозящей беде.

Вера тяжело вздохнула.

— Это семейное дело. А о семье я совершенно не хочу говорить. Прости. Давай лучше спать. А то нехорошо, что я разбудила тебя посреди ночи.

Арт на миг сжал зубы. Опять она скрытничает! Но смирился.

— Ничего страшного, что разбудила. Волк — причина уважительная.

****

Наутро Вера вела себя как ни в чем ни бывало. Набрала опавших кленовых листьев и поставила в вазы вместо букетов, напевая под нос что-то жизнерадостное. Арт хмурился. Ему не давал покоя Верин сон. Этот чертов волк точно символизировал нечто крайне дурное. События? Человека?

— Это связано с парнем? — не выдержал Арт после завтрака. — С тем, с которым ты долго встречалась?

Они с Верой одевались, чтобы наведаться в деревню за продуктами.

— Что связано?

— Твои вчерашние слова?

— Нет, — Вера надела куртку и поправила волосы. — С ним это никак не связано.

— Почему вы расстались?

— Это допрос? — она попыталась свести всё к шутке.

Но Арт не желал униматься.

— Считай это моим третьим вопросом. Тем, который я не задал в первый вечер.

Вера закатила глаза, перекинула через плечо рюкзачок и вышла за дверь. Арт рванул следом. Аж переобуться забыл. Но глянул на ноги, вернулся обратно и сменил домашние туфли на кроссовки, мысленно ругая Веру и ее скрытность.

Ночью прошел дождь, и дорогу до деревни местами размыло. Пришлось идти, обходя лужи, а иногда и утопая в грязи по щиколотку. Арт старался не думать, сколько понадобится времени, чтобы привести обувь в порядок. Да и джинсы тоже. Каждый шаг по жиже сопровождался брызгами. Однако необходимость внимательно смотреть под ноги не охладила «пыл» Арта. Наоборот.

— Так что с парнем? — спросил он сердито.

— У нас намечается первая ссора? Или это просто небольшая сцена ревности?

Вера, по-прежнему, пыталась шутить, чтобы избежать серьезного разговора.

— Что у вас произошло? — не сдавался Арт.

— Ничего особенного. Он просто умыл руки, когда… когда начались сложности. Повел себя, как «истинный мужчина». Самое смешное, я его не виню. Наверное, это у меня были завышенные ожидания. Лариса любит повторять, что я слишком наивная. Что идеализирую людей, не замечая, какие они сволочи.

Арт с грустью усмехнулся.

— В чем-то твоя мачеха права. Люди любят подкладывать свиней. Даже близкие.

Теперь он сам решил перевести тему. Почувствовал, что Вера на грани, и если давить, у них правда выйдет первая ссора.

— Ты о брате и бывшей девушке? — спросила она с готовностью поддержать разговор.

— Пожалуй, — проворчал Арт. — Иногда я думаю, что Игорю не нужна была Лена. То есть, не сама по себе. Всё из-за меня. Из-за нелюбви ко мне.

Вера удивилась.

— Так вы и раньше не ладили? Мы с сестрой тоже не лучшие подруги. Но там Лариса воду мутит. Я ж — падчерица, а Ксения — родная дочь, да еще Ларисина копия внешне. Ксюшка в целом адекватная, но иногда включает «избалованную мамину дочу» и это полный аут. Спасайся, кто может.

— С сестрой как раз у меня в детстве были не худшие отношения, — объяснил Арт. — Ираида у нас была кошкой, которая гуляла сама по себе. Пока не вышла замуж, не нарожала детей и не превратилась в клушу. В детстве мама иногда даже обижалась, что Ираида неохотно принимала ласку, называла телячьими нежностями. А вот Игорь держался за мамину юбку. Привык, что рядом с мамой он один. Ираида не была ему соперницей. И вдруг, когда ему исполнилось шесть лет, появился я. Появился и отвлек внимание на себя. А Игорю не понравилось делиться.

— Как грустно, — пробормотала Вера. — И ты думаешь, что…

— Почему нет? Пока я служил, у братца появилась возможность забрать то, что было моим. И он не раздумывал. Да и кто б осудил? Мамы не было в живых. Отец считал Игоря идеальным сыном, раз тот пошел по его стопам. Так что какая разница? А я… Я не жалею, поверь. Лучше так, чем узнать, кто твоя возлюбленная на самом деле, после свадьбы.

Дорога сделала крутой вираж, и впереди показалась деревня. Небольшая, но с аккуратными домиками и вполне приличной асфальтовой дорогой.

— Вера, я к тому, что разбираюсь в семейных проблемах, — добавил Арт. — Перед тобой человек, который уехал из дома и не видел родню десять лет. Если захочешь поговорить, то точно обратишься по адресу.

Вера благодарно улыбнулась.

— Буду иметь в виду, — проговорила она мягко.

Но Арт не сомневался, что для разговора по душам она не скоро созреет.

Путь к магазину лежал мимо автобусной остановки. Туда как раз подъехал полупустой автобус — старенький и дребезжащий, чтобы принять новых пассажиров. Всего трех человек. Вера неожиданно посмотрела на них с воодушевлением.

— Что? — спросил Арт. — Хочешь прокатиться?

— На этой развалюхе? — Вера сделала большие глаза. — Не очень. Но вспомнилось желание из детства — уехать в путешествие. Не с семьей на курорт. А именно сесть в автобус или поезд и ехать-ехать-ехать. Любоваться просторами страны.

— Ты же не поэтому отправилась в путь из родного дома?

— Нет, конечно. О красотах вокруг я точно не думала, — по Вериному лицу прошла тень. — Но однажды я бы хотела поехать в автобусный тур по городам и весям.

— Тебе обязательно нужен автобус? — Арт подмигнул. — Можешь отправиться в путешествие на мотоцикле. За моей спиной.

Вера вздрогнула. Арт и сам понял, что зря это сказал. Прозвучало как намек на совместное будущее. Не на свадьбу и жизнь бок о бок до гроба. Но всё же.

— Может быть, — пробормотала Вера. — Однажды…

****

Весь вечер Вера вела себя непривычно тихо. Ни мычания под нос, ни смеха по любому поводу. Хотя Арт старался. Пока возился на кухне, без конца шутил. И точно знал, что шутки смешные. Обычно над такими Вера хохотала, как ребёнок.

— Всё в порядке? — спросил Арт с тревогой.

Эти перемены настроения ему не нравились. Появилось чувство, что надвигается буря.

— В порядке, — отозвалась Вера. — Просто стемнело, и мне сон вчерашний вспомнился. Как представлю, что вокруг лес, немного жутковато становится.

— Настоящих волков здесь сроду не видели, — заверил Арт. — Лось однажды в деревню забрел. Но это лет сто назад было.

…К ночи Арт ожидал ухудшения Вериного настроения. Но она, наоборот, успокоилась, раскрепостилась. Откопала в кухонном шкафу свечи и зажгла их в спальне.

— У нас сегодня романтика? — спросил Арт, заходя в комнату.

— Как захочешь, — объявила Вера, оборачиваясь.

Она стояла в майке и шортах, смотрела с вызовом. Но едва Арт шагнул ближе, резко толкнула его на кровать. Он и опомниться не успел, как Вера уселась сверху и резким движением сняла майку, под которой не оказалось белья.

— Точнее, будет, как хочу я, — она весело улыбнулась и склонилась над Артом, чтобы подарить поцелуй, но в последний миг остановилась. — Хочу запомнить эту ночь больше всех предыдущих. Устроишь?

— Будет сделано! — Арт отсалютовал правой рукой и перевернулся вместе с Верой…

****

Наверное, тревога Веры передалась и Арту. Ему приснился… волк. Нет, волчище! Зверюга с горящими зелеными глазами на огромной морде. Он скалился, а из пасти капала слюна.

В отличие от девушки, Арт не бежал от волка, а зверь не пытался его преследовать. Они столкнулись на узкой лесной дорожке в ночи. Не разойтись. Но никто не желал уступать. Так и стояли, глядя друг на друга с яростью, а над ними деревья негодующе качали ветвями, словно сделали ставки и теперь болели за своего «бойца».

— Она моя, — сказал вдруг волк человеческим голосом. — Смирись. И просто уйди.

— Кто? — спросил Арт.

— Сам знаешь. Она тебе не принадлежит. Отступи. Всё равно проиграешь.

— Ни за что!

Отдать Веру зверюге? Еще чего!

— Значит, сам напросился, — объявил волк и оскалился.

Он приготовился к смертоносному броску, чтобы вцепиться несговорчивому противнику в горло. Но не успел. Сон закончился, и Арт почувствовал на лице солнечные лучи. Он не сразу открыл глаза. Наслаждался моментом. Ощущением, что волк в темном ночном лесу был лишь во сне, а в реальности — утро и отличная погода. Надо позавтракать и рвануть с Верой за грибами, а потом картошку с ними пожарить. В прошлый раз получилось потрясающе вкусно. Ум отъешь.

— Вера, хочешь снова полюбоваться на мухоморы? — спросил Арт, поворачиваясь, и потянул руку, чтобы обнять девушку. Однако ладонь легла на простыню. — Вера?

Арт открыл глаза и обнаружил пустую кровать. Жаворонок успел из нее выпорхнуть. Арт вздохнул, нащупал телефон на тумбочке. Без пяти одиннадцать. Ну, он и поспал! С другой стороны, уснули-то поздно. Вера жаждала незабываемой ночи, а Арт постарался на славу. Неудивительно, что продрых почти до обеда.

— Вера! Ты где? — позвал Арт, спускаясь вниз по лестнице и застегивая на ходу рубашку.

Девушка не ответила. Арт прошелся по этажу. Накинул куртку и вышел на веранду. Огляделся. Но озеро, как и вся округа, пустовало.

— Вера! — Арт вернулся в дом и бегом поднялся в ее комнату.

То есть, в комнату Ираиды, которую нынче занимала гостья.

— Вера!

Внутри никого не оказалось. Только записка на столе.

«Прости, что не попрощалась. Так было надо. Спасибо за тёплую осень. Надеюсь, у тебя всё сложится с охранным агентством. Искренне желаю удачи.

Вера.

P.S. Прихватила кое-какую одежду. Не сочти за воровство».

Первые пару минут Арт стоял, покачиваясь, и перечитывал записку. Будто при новом прочтении ее смысл мог измениться. А потом издал звук, похожий на рычание, и побежал вниз. Переобулся, выскочил наружу, завел мотоцикл. Арт понимал, что Вера могла отправиться только по одной дороге. В деревню. Чертов автобус! А ведь эта идея — сбежать, не попрощавшись, пришла ей в голову еще накануне! Отсюда и свечи! И ночь, которую она хотела запомнить. Прощальная ночь!

До деревни Арт добрался за считанные минуты. Затормозил у пустой автобусной остановки. Уехала, значит. Успела. Но ничего. Мотоцикл быстрее дребезжащей развалюхи. У Арта еще есть шанс догнать.

— Бабуль, — окликнул он проходящую мимо горбящуюся старушку. — Автобус давно ушел, не знаете?

— Это который, милок? — спросила она, глядя с интересом.

— А много их сегодня было?

— Уж три. Каждые два часа ходят. Последний в десять уехал.

— А в какую сторону? Все в одну?

— Да. В город.

Арт собрался, было, рвануть по дороге в надежде, что Вера едет именно на последнем. До города на мотоцикле почти час пути, а на развалюхе все два. Но заметил, что ему машет тётя Зина, торопливо переходя дорогу.

— У вас всё в порядке, Артур Дмитриевич? — спросила она тревожно. — А то утром тут Веру видела. Странной она мне показалась. Отвечала уклончиво, куда и зачем едет.

— Утром? — переспросил Арт, а у самого похолодело сердце. — Во сколько это было?

— Рано. Вера на шестичасовом автобусе уехала.

Арту почудилось, что обрушилось небо и проломило череп.

На шестичасовом… А сейчас вовсю двенадцатый. Вера давно добралась до города. До большого города! И могла отправиться в какую угодно сторону!

Но Арт всё равно погнал мотоцикл по асфальтовой дороге в сторону мегаполиса. Не мог не поехать. Хотя и понимал, что шанс найти Веру равен нулю. Добравшись до города, Арт до самого вечера колесил по улицам, ища знакомую девичью фигурку. Мелькнула мысль пойти в отделение полиции и заявить о пропаже Веры. Но потом он отбросил идею. В лучшем случае погонят прочь. В худшем в дурку упекут. А что? Настоящего имени Веры он не знает, фотографии нет. Арт как-то пытался снять девушку на телефон, но она отвернулась. А едва он прекратил попытки, посмотрела строго, мол, больше так не делай. И он не делал. И даже рюкзачок ее не посмел обыскать, хотя и хотелось.

Вот и что рассказывать стражам порядка? Что провел полторы недели с незнакомкой, а теперь она уехала, а ему нужно ее разыскать? Бред. С какой стороны ни посмотреть.

Вот только Арт знал, что это не бред, а Вере грозит опасность. Она не просто так пряталась в лесном домике. Не побоялась поехать туда с человеком, которого видела впервые. Значит, кого-то другого страшилась гораздо сильнее. А тот разговор о бездействии, когда кто-то в беде! Неужели, Вера решила вмешаться?

Ох, пострадает же!

Как же Арт злился. Не на Веру. На себя. Это ведь он подтолкнул ее к побегу бесконечными расспросами. Помалкивал бы, глядишь, Вера осталась б на месте и однажды сама всё рассказала. Созрела бы к откровенности.

А теперь… Теперь попробуй найди.

…Но Арт искал. Недели, месяцы. Даже нанял человека, занимающегося частным сыском. Но скудная информация, что Арт знал о девушке (имена мачехи с сестрой, смерть обоих родителей), не помогла. «Слишком мало исходных данных» — так сказал сыщик и предупредил, что Арт зря тратится. Шанс добиться результата ничтожен.

Так и вышло.

Но Арту понадобился почти год, чтобы смириться с исчезновением Веры. Принять тот факт, что незнакомка, в которую он умудрился влюбиться, навсегда останется лишь приятным осенним приключением…