Глава 4. Босс и его Барби

Три года спустя…

— В городе Сочи теплые ночи, — проворчал Арт под нос, перефразировав название фильма.

Был, правда, день, а не ночь. Но, действительно, теплый. Не то, что в северной столице, откуда Арт прилетел. Там господствовала настоящая осень, хотя сентябрь только начался. Арт спустился по трапу самолета, ощущая настоящее блаженство, пока его обдавали порывы по-летнему теплого ветра. Он десять дней провел в солнечной Италии, вернулся в холодный промозглый Питер, но не успел померзнуть и суток, как снова отправился в теплые края. Только уже не заграничные, а родные.

— Артур Дмитриевич, — в зале ожидания встретил сотрудник агентства Макс — высокий, крепкий. Самое то для личной охраны шишек. — Машина ждет. ОН прислал.

— Надеюсь, ему не сказали, что я совладелец агентства? — спросил Арт, устраиваясь в навороченный внедорожник.

— Нет. Всё, как обычно.

У них с Димой Власовым — партнером и другом — была договоренность: хоть владеют они равными долями бизнеса, директором выступает Дима, а Арт притворяется обычным наемным работником. Полевым работником. Не его это стезя — организовывать, руководить, протирать штаны в конторе. Он из тех, кто любит находиться в гуще событий. А клиенты, как показала практика, странно реагируют, когда охранять их приезжает начальство. Спрашивают: «У вас что — сотрудников не хватает?» Поэтому и на нынешнее задание Арт прибыл «под прикрытием». Хотя самое смешное — по причине нехватки сотрудников. Напарник Макса заболел, а остальные парни все при деле, вот Дима и позвонил. Мол, знаю-знаю, что ты только с бала, но корабль в тебе нуждается.

В Италию Арт летал не один. А в компании дамы. С замужней, как водится. А что? Ее супруг в это самое время приятно проводил время в Греции. И тоже не в гордом одиночестве. Отправился туда якобы по делам фирмы. И сотрудницу прихватил. Арт наводил справки. Не какого-нибудь зама или финансиста, а стажерку из рекламного отдела. Услуги она ему там оказывала явно не связанные с работой. Так что Арт не испытывал никаких мук совести, вывозя Оленьку на итальянский курорт. Дурак ее муж. Горячая и опытная Оля, изголодавшаяся по мужской ласке в неудачном браке, стоит в разы больше, чем молоденькая стажерка.

— Что за фрукт этот Ковров? — спросил Арт, любуясь городом, купающимся в солнечных лучах. — Большая шишка в энергетической промышленности, как мне сказали?

Дима не успел переслать данные на Анатолия Коврова. Только на словах объяснил суть задания. Надо охранять большого человека, его даму и шестилетнюю дочь. Две последние должны прилететь из Москвы завтра.

— В том-то и дело, что фрукт, — проворчал сидящий за рулем Макс. — Тот еще гаденыш. Привык раздавать приказы и вытирать об людей ноги. Всех вокруг считает грязью. Ты главное не удивляйся, когда с Барби столкнешься.

— С какой еще Барби? — спросил Арт.

— Увидишь, — туманно ответил Макс.

Внедорожник въехал во двор двухэтажного помпезного дома лимонного цвета. Слишком приторного цвета, на взгляд Арта. Впрочем, это не дом Коврова. Снял на несколько дней. На крыльце встретил мускулистый парень, подхватил чемодан Арта и проговорил шепотом:

— Я отнесу. А вас ждет босс. Он в гостиной.

Арт передернул плечами. В гостиной, так в гостиной. Он не боялся Коврова. Подумаешь, пуп земли. За последние три года у них с Димой бывали разные клиенты: бизнесмены, политики, звезды, один раз даже вор в законе, прибывший в северную столицу по делам. Арт хотел отказаться от такой «работы», но им с Димой намекнули, что будут проблемы. В общем, сладили и с вором. Так что Ковров — не худший кошмар.

Большой босс — холеный мужик с седеющими светлыми волосами в белой рубашке и светло-коричневых летних брюках, действительно, сидел в гостиной. На диване. Но не факт, что кого-то ждал. Или же ему было глубоко фиолетово, кто его, то бишь их, видит. Рядом сидела русая девушка в соломенной шляпке и шортиках, а ее ноги расположились на коленях Коврова. Парочка самозабвенно целовалась, не замечая прихода Арта с Максом.

«Сколько ей? — пронеслось в голове у Арта. — «Лет двадцать. Максимум двадцать два. Откуда у нее шестилетний ребёнок?»

Стоп! Жена с дочкой приедут только завтра.

Всё ясно. Барби, значит…

— О! Толя, кажется, твой новый телохранитель прибыл, — объявила девушка, первая заметившая «вторжение», и поднялась с дивана. — Какой загорелый.

— Но-но, — Ковров шлепнул Барби по попе. — Тебе полагается любоваться исключительно моим загаром. Та-а-к, — большой босс оглядел Арта с головы до ног. — Выглядишь неплохо. Дмитрий Юрьевич клялся, что ты лучший из лучших, Артур Соловьев.

— Так и есть, — кивнул Арт. Он стоял, выглядя расслабленно, но в то же время готовый к «броску». Как затаившийся зверь. И Ковров это почувствовал.

— Что ж твой шеф раньше тебя не присылал?

— Я был в отпуске. Но, когда Слава заболел, Дмитрий Юрьевич выдернул меня. Специально ради вашего заказа.

— Ладно, поглядим на тебя в деле, а пока распола… Черт!

Ковров взглянул на экран зазвонившего телефона и поморщился.

— Что? У тебя опять проблема вселенского масштаба? Что, значит, в аэропорту?! Настя, ты издеваешься?! Ах, сюрприз хотели сделать? Карамелька соскучилась? Ну-ну…

С каждым словом Ковров багровел всё сильнее, а лицо Барби вытягивалось.

— Они здесь? — спросила она похоронным тоном, едва Ковров отключил мобильный.

— Да. Только прилетели. Берут такси. Та-а-к, — он оглядел охранников. — Макс, ты остаешься здесь. Артур, на тебе Маша. Отвези ее в гостиницу. Нормальную гостиницу. Устрой и охраняй.

— Но… — начала Барби, однако Ковров подарил та-а-акой взгляд, что та побрела к лестнице, сообщив, что сейчас соберет «все-все вещи».

Едва девушка скрылась из виду, большой босс поманил Арта ближе.

— Охраняй ее, — велел, понизив голос. — И следи, чтобы сидела в номере и никуда не рыпалась. Чтоб никаких походов налево. Ясно?

— Да, шеф, — кивнул Арт, изображая готовность выполнять любое распоряжение.

Да, Ковров ему никакой ни шеф. Но такое обращение клиенты любят. А то, что клиент — та еще сволочь, так деньги — они всегда деньги.

****

Выйдя на крыльцо, Арт обнаружил обсуждающих что-то горничную с парнем, который относил чемодан наверх.

— Кто-нибудь знает, где тут ближайшая приличная гостиница? Необязательно пять звезд. Но чтоб и не дыра.

— Я, — пискнула девушка в темной униформе с коротковатой юбкой.

Она назвала гостиницу и адрес, с интересом оглядывая Арта.

Он сделал вид, что не заметил. К черту этих молоденьких девиц. Все мысли о том, лишь бы пристроиться замуж повыгоднее. Можно сколько угодно твердить таким, что у него нет и намека на серьезные намерения. С ним ждет только приятное времяпрепровождение и быстрое прощание. Но у каждой второй девицы (если не чаще) сидит в голове мысль, что это всё относится к соперницам, а уж она-то сумеет перевоспитать мужика и стать той самой единственной, которую будут носить на руках. Вот уж дудки! Пусть проверяют теории на ком-то другом. Арту не нужны ни наивные грёзы, ни следующие за ними слёзы.

Барби с надутыми губами спустилась минут через десять, подгоняемая злющим Ковровым. Жена с ребёнком вот-вот подъедут, а любовница копается! Он запихнул девицу в машину, пообещал навестить вечером и велел Арту «гнать отсюда поскорее». Арт послушался, тем более, адрес в навигатор он вбил. Оставалось только следовать указаниям и… не прибить Барби по дороге.

— Ненавижу! — объявила она, едва авто отъехало от дома. — Он настоящий козёл.

Арт сделал вид, что не услышал, хотя и не сомневался, что с определением Барби не ошиблась. Но ему не по статусу обсуждать клиентов. Уж точно не с их любовницами.

— Приедет он вечером, видите ли! — продолжила возмущаться Барби. — Да пошёл он! Пусть Настя ему дает. Хотя Настю он не хочет. Растолстела, как корова. Значит, пусть в Питер летит. К Алине. Хотя сдалась ему эта фригидная стерва. Я, между прочим, начало семестра пропускаю. И кастинг!

— Модель? — спросил Арт, чтоб немного разбавить истерику.

А сам мысленно задался вопросом, кто такая Алина? Еще одна Барби из коллекции?

Барби нынешняя глянула обиженно.

— Начинающая актриса.

— А-а-а, — протянул он.

Начинающая? Ну-ну. С продолжением-то вряд ли сложится. Тут и профи быть не нужно, чтобы понять: нет у этой Барби никакого таланта. Только амбиции. Ну и фигура, само собой. А еще молодость, которая недолговечна.

— Я всю себя ему отдаю! — не унималась Барби. — Всё побросала, поехала. А он Настю с карамелькой притащил! Плевать на мои планы! И чувства!

Арт выдавил сочувственную улыбку.

Вот чего она хочет? Чтоб пожалел, пригрел? Просто пофлиртовал, чтоб ее самолюбие потешить? Иль в койку потащил и помог утереть нос Коврову? Еще чего! Он не камикадзе. Пусть Барби — всего лишь Барби, а не законная супруга. Она всё равно — «добро» Коврова. А «добро» таких людей, как Ковров, трогать руками чревато.

…Арт снял смежные номера, чтоб находиться поблизости, но иметь свою спальню. Не хватало, чтоб Ковров нафантазировал себе чего-нибудь. Правда, поселиться пришлось на первом этаже. Наступил учебный год, многие разъехались, но в гостинице, как назло, проходило крупная конференция, и ее участники заняли почти все номера. Впрочем, первый этаж, так первый. Какая печаль? Зато окна выходят на симпатичную террасу, за который открывается отличный вид на дворик: кругом сплошные клумбы.

Барби огляделась и кивнула, мол, сойдет. Объявила, что желает принять душ, и вообще побыть в гордом одиночестве. Арт улыбнулся и ушёл. Но не купился на уловку. Видел, как у стойки регистрации Барби стреляла глазками в сторону участников конференции, вырвавшихся из осени в лето без жен. На город опускался вечер. Теплый, не душный. Лекции и семинары закончились, мужики плавно перебирались в бар. Некоторые точно не отказались бы от компании длинноногой девицы. Арт не сомневался, что Барби эту самую компанию обеспечит без проблем. И плевать, что Ковров собирается подъехать. Но Арта не для того наняли, чтобы позволить птичке упорхнуть. Да еще в чужую постель. Он немного поколдовал с замком Барби. Без посторонней помощи не откроет. Будет сидеть внутри, как миленькая.

И Барби сидела. Какое-то время. Арт совершенно не учел (как-то вылетело из головы после перелетов), что номер на первом этаже…

Он принял душ и прилег. Не уснул. Всегда умел балансировать на грани сна и яви, когда требовалось бодрствовать, но хотелось немного отдохнуть. Чудилось, что он плывет на лодке по спокойной водной глади. По озерной глади. Нет-нет, не того озера, что в часе езды от родного города. О том озере и последнем его посещении Арт предпочитал не вспоминать. Всё сон. Просто сон, растворившийся поутру. Не было ни таинственной незнакомки, ни безумной любви.

Арт проснулся. Переболел.

Но вдруг сон как рукой сняло.

Сначала Арт услышал звук удара, потом шипение:

— Чтоб тебя!

А дальше стук каблуков по асфальтовой дорожке, что бежала между клумб.

— Блин! — прорычал он, вскакивая.

Натянул футболку и рванул за Барби. В окно, разумеется. Пока обежишь здание, этой чертовой куклы и след простынет.

— А ну стой! Как тебя там? Маша! Остановись!

Арт чуть не добавил «хуже будет», но решил, что не стоит. Еще пожалуется девчонка большому боссу, что охранник ей угрожал. Не факт, что тот поверит Арту.

Вот только фраза, вертевшаяся на языке, материализовалась. Вышло точно «хуже».

Барби споткнулась и не удержалась на своих каблучищах. Кувыркнулась лицом вниз. Спасибо, что им самым не приложилась.

— Ма-а-мааааа! — заревела Барби, увидев кровь на ладонях и коленях.

— Вот кто тебя заставлял сбегать? — сердито поинтересовался Арт, пытаясь поставить девчонку на ноги.

Руками трогать нельзя? А куда теперь деваться.

Увы, стоять Барби не могла. Точно не на двух ногах. В лучшем случае потянула лодыжку. В худшем… Нет, об этом Арт даже думать не хотел.

Он подхватил ревущую Барби на руки и проворчал:

— Давай-ка выясним, где тут ближайший травмпункт…

****

Арт обработал ссадины Барби антисептиком, который нашел у сотрудников гостиницы, забинтовал колени и ладони. Затем нашел в интернете адрес платного травмпункта. Не рискнул соваться в обычной. В прошлом году с одной из дам сидели часа три в очереди, когда та сломала руку, неудачно приземлившись в гололёд. А Барби точно не выдержит долгого сидения в коридоре. Она и так ныла всю дорогу.

— Толя взбесится, когда увидит меня такой. Я всегда должна быть красивой.

Арт не сомневался, что так и будет. А достанется охраннику, который не уберег любимую куклу. Арт не боялся потерять клиента, стерпел бы и претензии, и даже ор. Но земля слухами полнится, а репутация — штука хрупкая. Легко разрушить, трудно восстановить.

— Вытри слёзы, — велел он Барби. — Анатолий Константинович точно не обрадуется, если у тебя окажется опухшее лицо. Он ведь приехать собирался.

Девчонка глянула с обидой, но слёзы вытерла.

— Соврал, — бросила сердито. — От карамельки никуда не денется. Особенно в первый вечер. Она его единственный ребёнок. Толя от нее без ума. Но ему нужен наследник. Мальчик. А жена, похоже, на это не способна.

— Может, еще получится. Один раз ведь…

— Ни черта там не получится! — объявила вдруг Барби. — А нечего было жениться на такой… такой… — она никак не могла подобрать подходящего слова. — Толя просто хотел породниться с одной семьей. Говорят, будто помешался. Потому и женился на этой стерве. А толку ноль. Некоторые вон на беременных женятся. И ничего! Подумаешь, сплетни. Зато с гарантией!

Арт спрятал смешок.

Неужели, эта «начинающая актриса» готова забеременеть, чтоб женить на себе богатого папика? Ох, бедный ребёнок. Ну и семья у него получится…

…В платном травмпукте тоже пришлось посидеть в коридоре. Но очереди как таковой не было. Только один пациент перед ними. Мужчина с мальчиком успели войти в здание чуть раньше Арта с Барби. Хотя те приехали первыми. Просто Барби долго копалась. Не желала выходить из машины, пока не приведет в порядок лицо. Мол, негоже появляться перед докторами, как пугало. Вдруг среди них есть симпатичные.

Зря старалась, кстати. Травматологом оказалась женщина.

— Где ты учишься? — спросил Арт, пока ждали приема.

Ему это было абсолютно фиолетово. Но на глаза Барби снова навернулись слёзы, и он решил разрядить обстановку невинной беседой.

Оказалось, в филиале одного из Московских вузов. Причем, платно. Оплачивал учебу Ковров. Неудивительно, что Барби опасалась его гнева.

— Вообще-то это для мамы, — проговорила она и промокнула глаза салфеткой. — Она всегда хотела, чтобы у меня был диплом о высшем образовании.

Арт сделал вывод, что работать по специальности Барби не намерена. С другой стороны, способна ли она вообще получить профессию? Может, Ковров и за экзамены платит…

— Нашла бы ты себе молодого парня, — брякнул Арт неожиданно для самого себя.

Барби посмотрела, как на идиота.

— А что? — оскорбился он. — С твоей внешностью не проблема. Не обязательно бедного студента. Богатого наследника, например. Или башковитого молодого… хм… ученого иль программиста, который сделает блистательную карьеру.

Барби усмехнулась.

— Ничего вы в жизни не понимаете, Артур как вас там по батюшке.

— Так просвети, — предложил он, прищурившись.

Неожиданно заинтересовало ее видение устройства мира.

Барби расправила плечи.

— Ладно, давайте начистоту. Не буду больше перед вами выеживаться. Вы ж не плохой мужик вроде, — объявила она совершенно иным тоном. Ни намека на прежне нытье. — Артур, вы, правда, верите в сказки о Золушках, которые выходят замуж за принцев? В вашем возрасте? Да, принято считать, что это женщины меркантильные. Но чушь это собачья. Мужики тоже прекрасно просчитывают ходы наперед, чтобы повыгонее пристроить свои… ну, вы поняли что именно. Богатые наследники женятся на богатых наследницах. А если один такой сойдет с проторенной дорожки и втрескается в Золушку, так папенька быстро наставит на путь истинный. Объяснит, что Золушки предназначены для развлечений, а в жены берут совершенно иной контингент. Что до мозговитых… — она криво усмехнулась. — Да, можно за таких. Будешь стирать, убирать, готовить, детям сопли вытирать, пока твой гений делает карьеру. Еще его гениального холить и лелеять придется, слушать жалобы на коллег и начальство. А потом вдруг выяснится, что вам вовсю за сорок, а он — твой гениальный и вполне себе обеспеченный — больше не видит тебя в качестве спутницы жизни. Не комильфо выходить в свет со старухой. И… находит себе двадцатилетнюю. Думаете, утрирую? А вот и нет. Моя мачеха всего на три года меня старше. И это после того, как мать пахала, как ломовая лошадь, пока отец свои степени ученые получал. Только теперь эта тварь с ним в пентхаусе живет и по заграницам катается. А у матери однушка у черта на рогах. Нет уж, со мной такого не будет. Костьми лягу, но выйду замуж за взрослого богатого мужика. Из тех, про кого говорят: седина в бороду, бес в ребро. Может, и не за Толика. За другого. Я переживу роль разлучницы, отодвину в сторону даму в летах. Но по другую сторону не окажусь. Ни за что!

Арт слушал и с каждым словом Барби осознавал, что никакая она, блин, не Барби. И не дура набитая. И, вероятно, актриса не худшая на свете. Умело прикидывается глупенькой и гламурной. А сама-то себе на уме. Отлично знает, чего хочет. Понимает, какую играет роль, и каким полагается быть финалу.

— Осуждаете? — спросила Барби прямо.

— Нет, если твоя афера не затронет ребёнка. Я сейчас не конкретно о дочери Коврова. Не поступай с другой девчонкой так, как поступили с тобой. Не разрушай веру… нет, не в мужиков, а просто в людей.

Арт ожидал насмешливого взгляда, снисходительной улыбки, но Барби посмотрела очень серьезно.

— Без проблем. Вот только не думайте, что карамелька… — она запнулась. — Когда увидите девочку, посмотрите на нее внимательно. Потом на Толика и Настю. Толик умный мужик. Но жутко самонадеянный. И самовлюбленный, что уж греха таить. Не допускает мысли, что его женщины могут спать с другими.

Арт открыл рот, чтобы удостовериться, правильно ли понял намек, но зазвонил телефон Барби.

— Да, Толя? Ты уже едешь? — заговорила она совсем другим голосом. Елейным, «кукольным». — Как жаль! А я так ждала. Что? Как в Питер? Сегодня? Нет… но я… Ох, — она всхлипнула. Вполне достоверно, между прочим. — Да, конечно, я буду рада подарку. Но мой лучший подарок — это время, проведенное с тобой. Да, я передам ему трубку.

Она выразительно посмотрела на Арта и закатила глаза.

— Слушаю, Анатолий Константинович, — проговорил Арт, взяв у Барби телефон. — Посадить Марию на самолет до Питера? Сегодня? Да, разумеется, я всё сделаю.