Глава 84

Я все равно нашла себя сидящей у него на коленях. В этом случае обошлось без магии или провалов в памяти. Невыносимо было наблюдать Конвея таким — сгибающимся под тяжестью собственных слов.

Он гладил мои пальцы, и иногда осторожно, почти невесомо, проводил подушечками среднего и указательного по моим щекам.

И дело не только в разгадывании загадок. Мне, как и раньше, хотелось узнать о нем больше: каким он был до женитьбы, чем жил, где сражался. Поэтому вопросы сыпались, а он для разнообразия не пытался увиливать. Наверное, решил, что проще дать непоследовательной девице то, что она требовала. Или понимал, что чтобы вызвать чувства, маловато носить белые рубашки на загорелой груди — нужно больше вводных.

— Пожалуй, первая и серьезная потеря памяти произошла в момент, когда я здесь очнулся.

— Здесь — это где? — на всякий случай уточнила я.

— У Нижних Горнил, — он объяснял терпеливо, и все же надо постараться не перебивать. — Вокруг горел огонь, отовсюду шел голос. Со мной говорила Бездна — что я получил вторую жизнь в обмен на служение и, если меня не устраивает, могу кануть в пламени. Так я принял имя, стал Элигором.

Я задумалась. В момент, когда я очнулась на алтаре ни черта не соображая, если бы мне сказали выбирать между жить и не жить… Однако Эллиот куда упрямее. Он сказал, что открыл глаза с ощущением долга — поэтому не стал сомневаться.

Эпохи пролетали быстро. Через две его сделали герцогом, что в Бездне обозначало вхождение в первый круг, то есть становление соправителем. Это было время постоянных войн, когда Ад завоевывал территории. За уже приобретенные тоже требовалось биться. Я видела, что мэру неприятно и что он сокращал эту часть истории почти полностью. Зато он снова коснулся своих способностей, о которых я слышала только мельком.

— Большинство древних демонов появились на этих землях так же, как я. Все, в той или иной степени, повелевали огнем. Я отличался от них тем, что мог распределять свою силу между другими существами. Это удобно, когда атака или оборона имеют растянутый периметр.

По словам Конвея, это его умение и привело его к власти. Вот только он не очень ладил с владыкой — первым среди равных, который, тем не менее, осуществлял всю координацию в первом круге. Элигор не выносил его методов (уточнять каких именно, он не стал), а основная концепция его самого сводилась к созданию в Бездне мироустройства, похожего на Чертоги. То есть к тотальному контролю на ограниченной территории и стремлению расширять влияние, особенно экономическое, на другие миры.

Бездна же расширялась по типу пятна. Ну, или империи. Захватывала все новые земли и насаждала там культ огня.

В конце концов конфликт с владыкой стал неизбежным. Однако Элигор не стал устраивать мятеж или уходить править дальними наделами. Он явился к Горнилам и потребовал у вечного огня либо освободить его от обязательств, либо разрешить поединок с владыкой — либо подарить ему смерть.

Я тихо хрюкнула ему в плечо. Прирожденный дипломат, ничего не скажешь. Он мог бы действовать за спиной правителя, тем более что другие герцоги его поддержали. К моему удивлению, мерзкий Люцифер прямо во дворце повелителя отказался вступить с собратом в бой. Исполинский Астарот, культ которого в Бездне силен до сих пор, заявил, что сложит с себя полномочия командующего армией, если Элигора скосит неведомая хворь.

А вот Бездна в этом случае проявила гибкость, проигнорировав три из трех ультиматума своего демона. Вместо чтобы выбирать, чего на самом деле заслужил неуступчивый герцог, источник огня отдал ему столицу и прилегающие территории в единоличное управление.

Элигор был выведен из первого круга и стал правителем государства в государстве. По-моему, это даже тянуло на повышение, потому что теперь последнее слово в его землях всегда оставалось за ним. Город под его управлением быстро превратился если не в цветущий сад (а ведь даже здесь у него были успехи!), то в крупнейший межмировой центр, куда всеми правдами и неправдами стекались бесы, орки и тролли, смески разных рас… люди.

Каждая приличная семья демонов держала здесь дом или апартаменты. Как минимум один экипаж, чтобы не приведи Вечное пламя, не сократились пробки. И еще хотя бы малюсенький клочок почвы, чтобы под пепельным дождем выращивать маслины и салат, а потом похваляться соседям где-нибудь на Западе или на Востоке — мол, вот он, непередаваемый вкус, близость Горнил добавляет правильную горечь и кислинку…

Количество фермерских хозяйств по соседству с городом заметно увеличилось только за те два года, что я здесь.

Я жадно ловила каждое слово Конвея, но это было не так-то легко. В Аду Бездной называлось чуть ли не все, что имело значение. Сама империя — Бездна, ее столица — Бездна, вечный огонь в Горнилах, наделенный сознанием, — тоже Бездна.

Я постоянно путалась. И сумятицу в мысли старательно вносил Конвей, которому было мало держать меня на коленях. Сначала он крутил шнуровку сзади на платье, отчего оно в конце концов сползло с плеч. Тогда он принялся отвлекаться уже на чашечки лифа. Теперь они не давали ему покоя… Угомонился он, когда я осталась обнаженной до пояса.

И кто из нас кого избегал, переживал и героически воздерживался? Я кое-как свела на груди нижнюю сорочку и капризно потребовала приготовить чай. Такими темпами мы не дойдем до событий этого тысячелетия… Герцог, разумеется, заваривать чай не стал, а незаметно для меня отдал приказ кому-то из лакеев. Через две минуты пузатый чайник и две ажурных чашки материализовались на журнальном столике впереди нас.

— Мне всегда везло. Столица только и ждала демона с мозгами, который запретит на территории города магические поединки. Пустит торговцев с других земель — с разумным повышением пошлин. Найдет способ развивать производство при минимальных затратах магии. Еще везло на надежных товарищей, на неприятеля, который выбирал не те моменты для штурма или, наоборот, медлил с атакой, на… — тут он резко захлопнул рот, но я поняла и без слов. И с некоторой злостью попробовала завязать сорочку узлом на груди.

Однако не возразить на такое откровенное замалчивание его достоинств не могла:

— Это ты вез, Эллиот. Смешно, если думаешь иначе.

Он недоуменно глянул на меня, а ведь только что в шутку зубами развязывал узлы, которые я городила, чтобы прикрыться.

— В моем мире есть такая поговорка. Везет тому, кто везет. Но свой брак ты все равно считаешь несчастливым. Потому что не сумел спасти жену… Насколько это вообще было реально? Ты рассчитывал поделиться с ней силой?