Глава 21. Битва а-ля карт и кое-что на десерт

Коробуля блистала лакированными боками обновленного кузова, отполированными латунными деталями, настоящей приборной доской и новехонькими стальными дисками вместо прежних деревянных ободов со спицами. Правда, все это пока находилось в разборе, а не монолитом, но уже сейчас можно было оценить, какую огромную работу проделали Рейнмар с Лансетом под руководством моих троюродных братцев.

Кузов обзавелся наконец капотом, под который предполагалось спрятать всю техномагическую начинку, и багажником для симметрии. Теперь это был вполне привычный на вид седан-кабриолет, я только одобрительно кивнула. А на стальную раму изобретатели как раз водружали пламенный мотор. Да-да, ведь именно на магии огня двигатель и работал.

Это, по сути, был огромный артефакт-накопитель, и мои братцы быстро скумекали, как дозировано использовать эту магию, присобачив к чему своеобразные «газ» и «тормоз». Пусть систему торможения они тоже отладили по уму, но теперь еще можно было тормозить и двигателем, просто отпуская педаль акселератора и не расходуя запас артефакта напрасно.

Не без удивления обнаружила в мастерской и новую сотрудницу. Фелисберта, то и дело смущаясь на эпитеты вроде «огонь сердца моего», тем не менее, очень бодро стояла у Ланса на подхвате и подавала ему нужные инструменты. Что любовь с заносчивыми некогда девицами делает!

– Мне так нравится смотреть, как Лансет работает, – прошептала она мне. – Ну, вот прямо руками… А не языком только мелет за вечными сигарами, как другие. Он такой сильный! Ой… Эхения, а, может, я зря сюда напросилась? Это… это прилично вообще?

– Разделять интересы супруга – не просто прилично, а очень даже расчудесно, – успокоила я ее, но на слове «супруг» Берти от смущения чуть под землю не провалилась.

– Но он не… в смысле, еще очень рано… Эхения, как ты так смело можешь вообще… – залепетала она. – Вдруг он вовсе не захочет…

Я только потрепала ее за щечку. Мне бы, сестренка, твои наивные переживания…

– Эй, Ланс! – весело крикнула я герцогу Орьолю. – Ты на Берте жениться собираешься или как?

– А то! – мгновенно отозвался великан из под груды железяк. – Будто я мою искорку теперь от себя куда отпущу!

«Искорка» сначала метнула на меня полный ужаса взгляд, а следом в ее голове уложились слова Лансета и Берти застыла.

– Ты сумасшедшая, Эхения, – жалобно пискнула она, но на ее милой мордашке уже расплывалась счастливая улыбка.

– Подтверждаю, – выпутался из механизмов на звуки голосов и граф Арранис. – Абсолютно сумасшедшая…

Уфф, а вот теперь и мне стоило себя в руки взять. Потому что вместе с грудой железа в прежде стерильной мастерской теперь еще прописалось машинное масло, и именно оно сейчас блестело на крепких руках графа с закатанными до плеч рукавами. Да еще эти три расстегнутые верхние пуговички рубашки… И пара каштановых прядок на лбу, выбившиеся из хвостика…

– А ведь кому-то и с такой не повезет, – ухмыльнулась я.

– Не кому-то, а мне, – отрезал другие варианты Рейн. – И очень даже повезет… Эхения, почему ты не в отеле?

– И тебе привет, – тихо сказала я, не сводя глаз с его губ.

Рейн замер, хищно прищурился и сверкнул красноречивым взглядом.

– Ты, кажется, просила не отвлекать тебя, – он подошел на совсем уж опасное расстояние, пряча хитрую улыбку.

– Ну, сама-то я такого не обещала… Вот, зашла коробулю проведать, – когда он так смотрел, мысли совсем разбегались.

– Коробулю, – понятливо прошептал он.

– Именно ее! Я по ней очень соскучилась. Может, у меня к ней чувства…

– М-мм, и какие же?

– Кажется, меня к ней непреодолимо тянет…

– Продолжай…

– И… и я ее давно не видела! Пару часов уже… В смысле, недель! А она очень радует мой зрительный нерв… – прошептала я, любуясь крепкой шеей. – Она такая… что постоянно трогать хочется… гладить по коже… сидений…

– Кожа там немного грубовата… И, кажется, с щетиной, – сглотнул он, когда я зачарованно провела пальцем по его щеке.

– В самый раз… И так хотелось бы прокатиться… на коробуле…

Такой провокации Рейн стерпеть уже не смог, быстро поймал губами мой палец, чуть прикусил, но тут же резко отстранился, памятуя о свидетелях.

– Официальное разрешение на поездки выправим – укатаю, – многозначительно шепнул он. – И на коробуле тоже…

– А мне можно будет прокатиться? – робко подала голос Фелисберта и мы с Рейном не смогли сдержать улыбок.

– Вот ты с этим к Лансету, пожалуйста, – подмигнула я герцогу Орлу. – А на самом деле я зашла пригласить вас всех завтра в «Гранд-Терру» на кулинарный поединок. Будет весело! Я для вас столик оставила.

– Значит, только за этим, Эхения? – дернул лукаво бровью Арранис. – А как же коробуля и все прочее?

– А у «всего прочего» я еще надеялась выпросить немного его знаменитого вина, – невинно захлопала я ресницами. – Так, по мелочи – ящик, два… А лучше пятнадцать.

– И что мне за это будет?

О том, что я собиралась предложить графу взамен, я в красочных деталях рассказала ему на ухо. Рейн поперхнулся, откашлялся, вновь прожег меня жарким взглядом, но вино пообещал доставить уже к утру.

Прихватив Фелисберту, довольная отправилась домой, чтобы отдохнуть перед завтрашним днем.

***

Анонсом и организацией поединка занялся непревзойденный Веля, так что к началу его в ресторане «Гранд-Терры» царил полный аншлаг.

С мэтром Форией, шефом «Лозы и шмеля», братья заранее оговорили следующие условия. Концепцию нежно любимого братьями грузинского подхода «жричодали» мэтр Фория с негодованием отверг, настаивая на том, что гости, они же судьи, должны иметь выбор. Поэтому решено было проводить состязание а-ля карт, то есть с ограниченным меню. В итоге на отпечатанном бланке на выбор гостя представили: по одной холодной или горячей закуске, легкий или более сытный салат, три основных блюда – мясо, рыба или птица, и десерт.

Задумка была такова: когда гость заказывает, например, легкий салат и мясо, ему приносят сразу четыре блюда в половинном размере. Таким образом, он сможет попробовать оба варианта, причем не зная их авторства. И тут же непредвзято оценить по десятибалльной шкале, поднеся к блюду специальный артефакт. Их нам предоставил мэтр Оркан, они использовались в местном университете на экзаменах и турнирах. А магия уже сама сосчитает потом результаты.

А еще опытный маг по просьбе братьев на время сделал прозрачной стену, отделявшую зал от кухни. Рабочее пространство честно поделили пополам и команда мэтра Фории уже заняла свое место. Сам он степенно кланялся узнавшим его гостям. Но при этом и хмурился: все-таки, они пришли в «Гранд-Терру», а не сидели сейчас в «Лозе и шмеле». Да, состязание наиглупейшее; разумеется, именитый шеф сотрет в порошок этих выскочек, но неужели кто-то из его постоянных гостей решил в том усомниться?!..

– И это весь ваш персонал? – насмешливо посмотрел мэтр Фория на Санечку, Ванечку и Хуршеда. – На семьдесят посадочных мест и восемь блюд в меню? Что ж, может, гостей пять и успеют попробовать вашу новомодную стряпню…

За ним самим выстроились восемь помощников-поваров и десять официантов.

– А где ваши собственные разносчики? Вы же не думаете пользоваться моими? По стандартам обслуживания «Лозы» один официант – один стол, а здесь их девятнадцать. Я привел десять человек, даже больше необходимого, раз уж мы делим сегодня этот зал!

– А по стандартам обслуживания «Гранд-Терры, – загадочно хмыкнул Санечка, – у нас вообще на КАЖДОГО гостя по своему официанту будет. Так что, мэтр Фория, начнем?

Шеф «Лозы» еще раз придирчиво осмотрел отведенную ему часть обширной кухни, проверил заготовки, и с надменным видом всадил нож в доску, принимая вызов.

21.2

Вход на это мероприятие стоил восемьдесят эйрат с носа, а учитывая, что хороший ужин в «Лозе» меньше, чем в сотню не обходился, то вышло вполне по-божески. А уж за возможность понаблюдать за тем, как два ресторана будут выяснять, чья кухня лучше, так вообще, считай, задаром.

Трех единственных наших официантов мы подрядили встречать гостей на входе в ресторан бокалами со «Вкусом счастья» и рассаживать за столиками. Хорошо, что этого добра у меня теперь пятнадцать ящиков. Ой как пригодится… Потому что то «легкое потрясение, что пойдет только на пользу «Гранд-Терре» по уверениям Вели, лучше бы сразу запить веселящим. Каждому гостю также был вручен табльдот и артефакт для голосования.

Сам Веля в элегантном бордовом фраке под цвет рожек взял на себя роль метрдотеля и объяснил присутствующим суть спора между «Лозой» и «Гранд-Террой».

– …позиции в ваших меню идут без названий, только под общим обозначением: горячая закуска, холодная, блюдо из птицы и так далее. На каждый выбранный пункт вам будут поданы два варианта. Авторов тех или иных блюд, а также результаты мы объявим в конце вечера. Вам же, уважаемые гости, лишь остается наслаждаться изысканной кухней лучших поваров Шенлина и оценивать каждое блюдо тем нехитрым способом, что я показал ранее. А теперь официанты готовы принять ваши заказы. Прошу не удивляться ничему, разве что новым для себя вкусам… Приятного аппетита и прекрасного вечера!

Черными лебедями заскользили по залу официанты «Лозы». Я прикрыла глаза, выжидая. Первый неуверенный визг раздался слева. Справа басовито выругались. Я открыла глаза.

– Боги-многие… Что это? – замерла Фелисберта.

– Это Кх’хрум, – вздохнула я. – Здравствуй, дорогой. Бабочки тебе очень идут… Я из меню буду все и побольше. Берти, выдыхай и делай заказ.

Перед ней, как и еще перед доброй половиной гостей, застыли в воздухе серые щупальца с повязанными черными бабочками, блокнотом и карандашом в каждом. Не знаю, как у него это вышло, но наиболее подходящим описанием было бы «угодливо застыв» – настолько аккуратно и даже деликатно Кх’хрум появился перед каждым.

Кому-то он уже успел поправить салфетку, поднять выроненную сумочку, подлить «Лё гу де бонёр» и снова застыть в ожидании.

– Л-легкий са-салат и г-горячее, – наконец донеслось неуверенно с соседнего стола.

«Желаете на горячее мясо или рыбу?» – тут же любезно черкнуло щупальце в блокноте. – «Очень рекомендую молодого теленка в ягодном соусе. Подается половина порции плюс еще какое-то мясо».

– Д-да, пожалуй… его…

Приняв заказ у мужчины, щупальце с достоинством согнулось, будто вышколенный официант, и втянулось в решетчатый потолок. Мужчина нервно потянулся к бокалу, но Кх’хрум опередил его, поднеся рюмочку коньяка.

«Комплимент от «Гранд-Терры» за первый заказ», – черкнул он.

– Первый заказ! – тут же продублировали вслух из кухни. – Пятый стол: легкий салат – один, горячее мясное – один!

Обе команды участников синхронно кивнули и бросились исполнять каждая свою вариацию заказанных блюд: подавать «половинки» все равно следовало одновременно. Гости с интересом наблюдали за тем, что обычно скрыто от глаз посетителей. И тут же опомнились, сообразив, что чем быстрее закажут, тем скорее повара займутся приготовлением именно их заказа.

Так что пока официант «Лозы» принимал заказ с одного стола, где сидели от двух до пяти гостей, на другом таком же столе быстро записывали пожелания от двух до пяти щупалец сразу.

– Эхения, ты не перестаешь меня удивлять, – подошел сзади Трис и галантно поклонился нашему столику. – Прошу извинить за опоздание.

Стол я забронировала самый большой, на семерых, позвав кроме Рейна, Лансета и Берты еще Карину с Крайвеном и, разумеется, короля. На самом деле, так я решила подстраховаться, чтобы во время ужина-поединка в остальном отеле ничего, не дай боги-многие, не случилось. Ну не станут же неведомые сектанты что-то вытворять в присутствии его величества! А мне было очень важно, чтобы этот вечер прошел без сучка, без задоринки. От него зависит дальнейший успех отеля. И результат нашего неосторожного спора. Дело чести, Трис, я помню. Вот честь по чести и выиграю.

Триалес занял свободное место рядом со мной и спокойно выдержал как недовольный пристальный взгляд Рейнмара, так и возникшее перед собой щупальце с блокнотом.

– На ваше усмотрение, – улыбнулся король. – Я тоже рад тебя видеть, Арранис. Смотрю, здесь так щедро наливают «Вкус счастья». Наверно, очень дорого обойдется «Гранд-Терре» этот показательный ужин, Эхения? Двести сорок эйрат за бутылку, кажется. Рейнмар, поправь меня, если ошибаюсь.

– Сколько?!.. – у меня отвисла челюсть и я начала лихорадочно считать. Так, пятнадцать ящиков по двадцать бутылок, итого триста горлышек, каждое по двести сорок… Матерь божья… Это Рейн мне так запросто вина на семьдесят с лихом тысяч подогнал?!.. Да бюджет на весь этот отель вдвое меньше! У меня задергалось веко.

– Просто если это вино не было куплено, а подарено, – продолжил Трис. – Владельцем винодельни, к примеру… То это вполне можно расценить как нарушение условий о невмешательстве в дела отеля.

– «Подарено»? Звучит, как оскорбление для предпринимателя, – не моргнул глазом Рейнмар. – Это исключительно взаимовыгодная сделка в рамках рекламной кампании новой марки. Эхения, попроси, пожалуйста, своего секретаря показать заключенный рекламный контракт его величеству.

Просить не пришлось, очередное щупальце, напялив для солидности очки, уже протянуло Триалесу бумаги. Интересно, существовал ли этот договор еще пять минут назад?

Ну, Рейн… Прямо по грани прошелся. А, может, просто подарить мне это вино наш магический договор и так не позволил, вот граф и нашел лазейку? Но на семьдесят тысяч... Лихо я, конечно, вчера завернула… Но граф тоже хорош! Не мог хотя бы намекнуть, сколько оно вообще стоит? Что я ему вчера пообещала за это? Ну… на пару бутылок потянет. Но не на триста же!

Трис кивнул, удовлетворившись объяснениями, но чуть нахмурившись.

А гости за столами уже начали получать первые блюда. Я с нетерпением ждала их реакций. Трем возрастным дамам недалеко от нас уже подали холодные и горячие закуски. В изящной двойной тарелке у каждой виднелось что-то аппетитное.

(примерно такая подача)

Я чуть развернулась, чтобы рассмотреть подробнее. На одной полутарелке было что-то вроде тонких ломтиков холодной отварной телятины под белым соусом, а вот второе блюдо я узнала сразу. О-оо, говяжий тартар в исполнении Ванечки! Да за него душу продать можно! Вот даже такую гулящую не жалко!

– Я не возьму в толк, – недоверчиво рассматривала дама сырое рубленое мясо под сырым же яйцом. – Его что, не успели приготовить?

– Ах, Эйлин, ну вряд ли повара проявили такое неуважение к гостям. Уверена, это что-то новенькое от мэтра Фории! Ну же, пробуйте!

Дама осторожно положила немного тартара на хрустящий хлебец, зажмурилась и отправила в рот. Прожевала, изогнула удивленно брови и распахнула глаза.

– Кажется, дорогая, вы правы… Мэтр бесподобно чувствует специи, не спорю, но тут что-то совсем новое… И такие простые ингредиенты.. Я чувствую лук, огурчики… кажется, маринованные… Это так необычно! О, нет, давайте обсудим потом!

И она с наслаждением доела блюдо, все удивленно качая головой. Но и телятина ее впечатлила. Перед тем, как забрать тарелки, Кх’хрум деликатно указал даме на артефакт.

– Ах да, – спохватилась она и дотронулась им до половинки, где был тартар. – Десять баллов из десяти!

В воздухе поплыла и растворилась магическая метка «10». Карпаччо из телятины заслужило девять баллов. Я удовлетворенно повернулась обратно к своим, как вдруг краем глаза заметила сверкнувший красный огонек. Сидящий спиной ко мне мужчина что-то поспешно убрал в карман, а от его стола уже отплывало щупальце Кх’хрума с пустой тарелкой.

– Дорогие, я вас ненадолго оставлю, – не сводя с него глаз, я выползла из-за стола и бросилась из ресторана в холл отеля, где под видом скучающих гостей бдели сотрудники следственного отдела.

21.3

– Так, вон та дама в желтом, дама в ужасной шляпке, потом корпулентная дама, вот по этой линии сразу за ними столик, а за ним мужчина, – столпились мы за прикрытыми дверями ресторана. – Да куда ж он делся, только же там сидел…

– Госпожа Каас-Ортанс, а какие-нибудь приметы? – допытывался один из следователей, цепко рассматривая гостей в зале.

– Да какие приметы, белые манжеты, черный фрак, тут половина мужчин так одета… Он спиной сидел. Но у него этот самый ваареит был, я уверена. Он его на Кх’хрума наставил и тот сверкнул красным. Можно подумать, в Арсандисе гигантские кальмары на каждом шагу встречаются, что его проверять на иномирность понадобилось…

– Оцепить отель и ресторан? – с готовностью предложил другой.

– С ума сошли! Никакой шумихи, у меня тут репутация отеля на кону. Просто следите за дверями. Среди новоприбывших гостей были подозрительные лица?

Это я спросила уже на рецепции, подключив к разговору дежурного портье.

– Были, – закивал он головой. – Очень подозрительная дама. В темных очках, огромной шляпе, будто от кого-то пряталась. Постоянно озиралась. Уверен, она назвалась чужим именем. И у нее был подозрительно легкий чемодан, думаю, вообще пустой.

– Молоденькая, платила наличными, сняла люкс и тут же заказала пирожных и кофе на целую ораву? – вздохнула я.

– Именно так, госпожа Эхения! Мне это сразу показалось очень странным…

– Понятно, тебе сменщик еще, видимо, не передал. Это очередные «беженки» наши. Либо графиня Неви-Аштен, либо дочка виконта Ранкс. Я про действительно подозрительных тебя спрашиваю. Кто вообще заселялся за последние сутки?

– Но все остальные точно приличные люди! Все были с документами, вот, сами проверьте. Семейная пара, двое мужчин поодиночке, девять представителей дорожно-строительного профсоюза из разных мест, у них завтра встреча с властями в администрации; еще вот пара мужчин – заселились в один номер, на родственников не похожи, но мне ли о том судить…

– Из новеньких кто-то бронировал стол на сегодняшний поединок в ресторане? – спросил следователь.

– Да, семейная пара заинтересовалась, один из мужчин-одиночек тоже пошел, я сразу включил сегодняшний ужин в его счет за проживание… А так я всем предлагал, как велел управляющий. «Дорожники» приехали на рассвете, еще отсыпаются. А те, которые вдвоем в одном номере, довольно грубо сказали, что им неинтересно.

– Номера этой сладкой пары и двоих мужчин-одиночек, – потребовал оперативник. – Поставим слежку.

Я согласилась с его подозрениями, пусть работают.

– Мои сотрудники все под охраной? Старшая горничная, каланча ушастая и черненький с рожками?

– За ними присматривают, госпожа Каас-Ортанс, не переживайте. За кухней тоже. Думаю, Вам стоит вернуться в ресторан, здесь у нас все под контролем.

Уж надеюсь. Да, лучше будет вернуться. Если подозрительный мужчина еще там, буду следить изнутри.

– Эхения, что происходит?!

– Женя, это тот план Йевана и Александера? Капитан, помощь нужна?

У стойки рецепции меня одновременно настигли Рейнмар с Триалесом, оба немного взволнованные. Король был в курсе поимки сектанта «на живца», а вот Рейн нет, но быстро сопоставил услышанное с вымуштрованными людьми в гражданском. Военные ведь бывшими не бывают.

– «Капитан»? – тут же уцепился граф. – Офицер королевского полка Арранис. Доложите, что здесь творится.

– Ни-че-го не творится, – ухватила я обоих под руки. – Мальчики просто охранниками пришли наниматься. А господин Ольтен им стрессовые ситуации моделирует. Виллис, Вы тут закончите сами, ладно? Рейн, если ты пропустишь сирлойн от Санечки, ни он, ни я тебе не простим. Трис, твой нисуаз тоже сам себя не съест…

– Женя? Кого-то выследили? – тихо шепнул король.

– В процессе, – так же тихо ответила я. – Вот только первое лицо государства я в это втягивать не позволю. У меня запасного короля для Арсандиса в кладовке не завалялось. Они тут сами справятся.

Я увела обоих мужчин обратно в ресторан, что-то щебеча.

– Милая, все в порядке? – поинтересовались герцоги. – Ты так неожиданно ушла.

– Носик уже нельзя одной попудрить! – пожаловалась я на своих кавалеров. – О, котлетка с пюрешечкой! Не ванечкин кордон блю, конечно, но выглядит вкусно.

На горячее из птицы обе стороны решили использовать курицу. Мэтр Фория приготовил нежнейшие, тающие во рту котлетки де-воляй с овощным пюре, я оценила их по достоинству. Но куда им было тягаться с божественным ароматным сациви от Кирсановых, которое, не успев поздороваться с языком, уже распахивает с ноги двери в твое сердце и заводит там многоголосую горскую песню!

Народ тихо млел. Позволяло бы воспитание – стонали бы в полный голос. И было от чего! Такого праздника высокой кухни в Шенлине еще не видели. Да еще чтобы можно было разделить эмоции с другими! Жарко поспорить о том, кто автор того или иного шедевра – «Лоза» или «Гранд-Терра»!

На кухнях кипела работа. Мэтр Фория поначалу удивлялся, как наши справятся втроем. А вот так: втроем и немного магии. Братья словно дирижировали невидимым оркестром и на их кухне все летало, резалось, жарилось, само собой в тарелки накладывалось… Глаз не оторвать!

– Эхения, идея просто замечательная! – похвалила мероприятие Карина. – Уверена, такой формат ужинов-поединков скоро станет очень популярным. Причем, как я поняла, гостям уже даже не важен победитель…

– Потому что в выигрыше именно они, – согласилась я, а про себя пробурчала. – Еще бы, я тут вина им тысяч на десять уже выставила… разве что за шиворот не заливала… Из слез девственниц Рейн его, что-ли, гонит? Двести сорок за бутылку, шоб они все были здоровы…

– Что ты сказала, Эхения? – не понял Рейнмар.

– Хороший ты человек, говорю, – улыбнулась я ему. – Кстати, ты ведь тоже на ниве дорожного строительства подвизаешься? В их профсоюзе не состоишь?

– Для профсоюзов я как раз тот самый кровосос и угнетатель, против которых они и борются, – презрительно хмыкнул он. – Разумеется, не состою. Даже говорить о них не буду. Достаточно того, что на встрече с администрацией на той неделе они вынудили власти внести очень неприятные изменения в трудовой устав Шенлина. Хорошо, что следующий их съезд состоится только через год... Эхения, что с тобой? Ты не подавилась? Дать воды?..

От воды я отказалась. Меня саму сейчас словно водой из душа окатили.

– Повтори, – хрипло сказала я. – То есть, завтра никаких заседаний в верхах с этими дорожниками не планируется?

– Ну уж я бы об этом точно знал, – недовольно ответил Рейн. – Достаточно и прошлого раза…

Портье сказал, что эти представители профсоюза приехали из разных городов, судя по их документам. Только вот как они так подгадали приехать, чтобы заселиться все одновременно и глубоко ночью? Простые работяги – в новый и не самый дешевый отель? Я обхватила голову руками.

Одного фанатика искали, двух? Мелко плаваете, Евгения Витальевна… На такую наживку, как Кх’хрум, и рыбка клюнула такая, что вытянуть бы… Девять! Боги-многие, у меня в отеле сейчас девять безумных, кровожадных и неадекватных сектантов…

– О, вот и десерт, – обрадовалась Фелисберта.

Только двойная розетка с тирамису и каким-то ягодным муссом в последний момент выскользнула из щупальца и забрызгала содержимым скатерть. Само же щупальце дернулось пару раз и безвольно зависло над столом. Тут же раздались ахи, кому-то мусс прилетел прямо на голову, где-то разбилась тарелка, кого-то шлепнуло по лицу гибким и серым, но картина везде была одинаковая: порядка тридцати щупалец мертвым грузом свисали с потолка.

– Да твою ж мать… – только и смогла прошептать я, усугубив «заклинанием» хаос в радиусе пары метров вокруг.

21.4

В зале повисла та звенящая тишина, которая через несколько секунд грозила обернуться паникой. Пока народ еще не особо сообразил, что происходит что-то не то, поэтому нужно было срочно действовать. Я негромко хлопнула ладонями по столу, привлекая внимание своих, и быстро заговорила:

– Так, котики, у нас чепэ, нет времени объяснять. Трис! Успокой гостей, у тебя это получится лучше всего. Ты король, тебя знают и послушают. Скажи, часть перфоманса. Горничных, чтобы все убрать, я сейчас пригоню.

– А вот с этим что? – пролепетала Фелисберта, потрогав парализованное щупальце.

– Либо отравили, либо усыпили… Тс-с, да тихо ты! Только как же они, сволочи, сумели… – лихорадочно соображала я. – О-оо, черт… Вентиляция. Карина! Хватайте мэтра Оркана, они с Абриль где-то тут. Если действительно по воздуховодам что-то пустили, то не допустите, чтобы сюда просочилось. Перенаправьте как-то, заткните выходы, очистите воздух, я не знаю… Вы в этом все равно лучше соображаете. Берти! Помоги им, открой все окна.

Карине долго объяснять не пришлось, она сразу поняла, что делать, и уже запустила потоки магии к потолку. Триалес тоже поднялся и вышел на середину зала, привлекая общее внимание. В мощном воздействии его королевской харизмы я уже как-то убедилась в департаменте «охранки».

– Крайвен! Если получится, уберите как-нибудь магией эту инсталляцию, хотя бы под потолком Кх’хрума зафиксируйте, чтобы не болтался тут шлангами… Ланс! Следи за моими на кухне, и чтобы ни один волос с их головы… Рейн! Из ресторана никого не выпускать! Если понадобится успокоительное, то хоть душ им из своего «Вкуса счастья» устрой, но чтобы ужин продолжился! Ох, не расплачусь я с тобой за это винишко…

Раздав все указания, сама метнулась к выходу.

– Эхения, я не знаю, что тут происходит, но одна ты никуда не пойдешь, – прошипел граф, бросившись следом.

– Рейн, у меня в холле отряд вооруженных оперативников следственного, – не согласилась я. – Вот там точно ничего не случится. Лучше помоги тут!

Будто это могло остановить упрямого Арраниса, когда он, наоборот, понял, что угроза не призрачная. Зря я про них упомянула…

– Ладно. У меня тут девять сектантов под видом членов дорожно-строительного профсоюза, – быстро объяснила я. – На иномирцев охотятся. А мы их «на живца» ловим.

– Боги, Эхения, а ты умеешь найти себе развлечение! – вскипел он.

– Ты ведь других, более приятных, не предлагаешь, – парировала я в ответ, на что Арранис только недобро зарычал.

Но в холле, задвинув меня за спину, сориентировался моментально, с одного взгляда вычислив среди присутствующих людей оперативников в гражданском.

– Все выходы оцепить, – коротко и отрывисто начал командовать он. – Один на парадный, четверо на служебные. Номера комнат «дорожников», быстро! Так, трое наверх в левое крыло, двое в правое. Ломайте двери, брать всех! Потом разберемся…

– Людей не хватит, – возразил капитан. – Вызывать подмогу?

Арранис только метнул на него грозный взгляд и оперативник сам уже вытащил переговорный артефакт.

– Бонита, всех девочек в ресторан на уборку, потом пусть помогут официантам, там только десерты осталось разнести, – я пока распоряжалась своими подчиненными.

– Всех иномирцев собрать здесь, в холле, – продолжал Рейн. – Эхения, список! Сколько их у тебя?

– Двенадцать человек… Веля всех знает!

– Занимайтесь, – кивнул он Веле и Ольтену. – По одному не ходить, всех портье берите в сопровождение.

Скоро внизу собрались в кучку все мои попаданцы с Земли и не только, приведенные управляющим и Велей. Так, начала я считать. Братцы с Хуршедом на кухне, Бонита в ресторане, Веля тут, этих пятерых по именам не помню, но тоже из «Точного попадания», Кх’хрум… С Кх’хрумом надо что-то делать, надеюсь, это было только снотворное. Итого: одиннадцать…

– Ушастый где?! – заорала я.

– Эухениэль, это оскорбительно… – плаксиво донеслось сзади. – Да, внешность моей расы не отвечает вашим стандартам красоты…

– Идиот! – прижала я к себе эльфа. – Лучше я тебя буду ушастым называть, чем эти самые ухи кто-нибудь отрежет да на веревочке носить станет…

Одновременно вернулись и оперативники с верхнего этажа, где располагался весь номерной фонд.

– Все обозначенные комнаты пусты, – отчитались они. – Никого нет.

– Пятеро: разобрать ключи, обойти все остальные номера в отеле. Остальные – проверить служебные помещения, – скомандовал Рейн.

С быстро прибывшей подмогой справились за десять минут, но «дорожники» как в воду канули. Отель прочесали сверху до низу: сектантов и след простыл. Кровати в их номерах даже не были расстелены, а их сумки оказались набитыми каким-то тряпьем и камнями. Следователи опрашивали портье, чтобы объявить преступников в розыск по городу, но оказалось, что никто не может вспомнить, как они выглядели. Наверняка среди них затесался какой-то маг, что сумел всем глаза отвести. И «сигналка» братьев не помогла.

– Ушли, гады, – в отчаянии стукнула я кулаком по колонне и расплакалась от бессилия. – Сделали свое черное дело и свалили. Загубили нашу осьминожку тысячерукую… Говорила я им, что дурная затея!

– Эхения, далеко не уйдут, – мрачно пообещал Рейнмар. – В департамент уже сообщили, городскую стражу на уши подняли. Возможно, Кх’хрума лишь усыпили…

Последнее он предположил не очень уверенно.

– Да как же, на спящую красавицу полюбоваться решили! – еле сдерживая рыдания, зло бросила я. – Если уж они Шарля на анатомический атлас разобрали… Жених это мой прошлый… Братья мне уши поберегли, да только я и сама это потом узнала…

Тут я утерла нос и решительно посмотрела на Арраниса.

– Рейн, его нужно вытаскивать из здания. Искать, где зацепить смогли. Может, жизненно важные органы не задеты… Даже не знаю, есть ли они у него вообще. Только сразу предупреждаю, остальной Кх’хрум – зрелище не для слабонервных…

– А гости?

– Да к черту этих гостей уже!.. Они сегодняшний вечер и так при всем желании не забудут.

Рейнмар подозвал оперативников и объяснил им задачу. Надеюсь, неженок среди них не водится.

– В подвале что-то синее хлещет, – вернулся с позеленевшим лицом последний из обходчиков. – Там еще кирпичная кладка раскурочена, а за ней… за ней такое… Ребят, я всякой мерзости повидал, но это… Вот из него и хлещет…

Крепкий мужик все же не сдержался и вывернул содержимое желудка в ближайший горшок с фикусом. Значит, нашли, сволочи, как до Кх’хрума дотянуться… Только как эту инопланетную каракатицу теперь реанимировать?

– Тим! – в запоздалом озарении воскликнула я. – Он один про нашего кракена все знает! Господи, а про него-то я как могла забыть… Рейн, вызывай пока лорда Велленса, может, сумеет Кх’хрума заштопать, он мужик ко всякому привычный…

Рейн бросился в переговорную, а из дверей ресторана уже выглядывали любопытные лица. Похоже, ужин подошел к концу. Действительно, не фокусы же там его величеству было вприсядку показывать. Сама я пошла в Охотничий зал, недоумевая, почему Веля не позвал оттуда Тима. Ой, балда! Сама же под руководством мэтра Оркана ставила на Охотничий полог тишины и коридор невидимости от двери, чтобы стройка не помешала постояльцам. Вот его никто, кроме меня, мага, и не видит. Один Тим у меня там обустраивает будущее казино и ни сном ни духом, что тут творится в отеле.

– Тим! Бросай все к чертям, помощь твоя нужна! – пересекла я магическую преграду и вошла в заставленное всяким барахлом помещение.

Тим оказался на месте, вот только на самом неожиданном… А именно: распятый на зеленом сукне покерного стола с кляпом во рту. Каждую его ногу удерживали по двое самого остервенелого вида мужиков в черных хламидах, с выбритыми макушками и наколками на них. Двое держали руки, еще один уже занес кривой нож сверху, а самый мрачный тип, с татуировками на щеках, зачитывал нараспев:

– …за богомерзкую иномирную сущность и греховную магию приговаривается сей нечестивец…

Он оборвал речь на полуслове, вперившись в меня одержимым взглядом, и навел на меня кольцо с камнем. Ваареит, конечно же, вспыхнул красным. Фанатики как один повернулись в мою сторону. Четыре, шесть, восемь…

– Ну, кабзда вам, товарищи профсоюзники… – зловеще протянула я, чувствуя, как меня начинает распирать от ярости. – Готовьте партбилеты…

Все выученные с господином Орканом заклинания вылетели из головы, да и не нужны они были сейчас, когда из сердца рвались совсем другие слова.

– Ублюдки, мать вашу, а ну идите сюда, говно собачье!!..* – гаркнула я во весь голос.

Почему-то первым пришел на ум именно гнусавый перевод старого фильма, еще эпохи проката видеокассет. У стола подломились ножки и посыпалась штукатурка с высокого потолка. Я, вдохновленная результатом, выпалила всю тираду до конца, щедро сдобрив ее забористой отсебятиной.

Воздух впереди меня резко закрутился вихрями, взметая строительный мусор и обрывки бумаг. Сектанты отпустили Тима и двинулись на меня, выхватывая такие же кривые ножи из-за пазух, но и мои вихри вдруг ощерились ледяными лезвиями. Стены, стекла, пол – все дрожало, гудело, шаталось, шло ломаными трещинами…

– …и в Красную Армию!! – проорала я напоследок.

Сзади я еще уловила какое-то движение, но не успела оглянуться, как в затылке сначала стало очень звонко, а потом больно и горячо, и в глазах потемнело.

«А вот и девятый», – промелькнула напоследок мысль и я рухнула, окончательно теряя сознание.

* Уже ставшая классической цитата из к/ф «Кровь и бетон» в немного вольной интерпретации переводчика начала 90-х А.Гаврилова, памятная многим благодаря невыразимому изяществу и красоте слога ;)