Глава 22. Долг платежом красен
– Мисса Шенечка! – всхлипнула Мариса, едва я открыла глаза и пошевелилась. И чуть не задохнулась, будучи тут же прижатой к необъятной мягкой груди.
– Мариса, только не реви, – вынырнула я из ее декольте. – Я так понимаю, что снова-здорово… Поскользнулся, упал, очнулся – кровать. Хорошая моя, да в порядке я!
Я вскочила с постели и тут же пошатнулась от слабости, Мариса вовремя подставила мне плечо.
– О-ох… А крепко меня этот гад вчера по голове приложил… – я запустила руку в волосы, ощупала затылок, но там даже шишки не осталось. Странно, и сама голова вроде не болит. Лорд Велленс, наверно, постарался... Точно, лорд Велленс! Кх’хрум! Изуверы фанатичные!
– Взяли мерзавцев-натуралистов? – вцепилась я в Марису. – Фанатиков тех?
– Всех до единого, миленькая моя… Да сядьте Вы уже, ну куда ты сразу скакать-то, мисса Шенечка! – ее, как обычно, кроме моего состояния ничего другого не волновало.
– А Кх’хрум? Ну, чудище такое…
– И чудища твоя живая, что ж этой образине сделается… Миленькая, давай-ка потихонечку: вот умоемся сначала, причешемся, а потом и разговоры уже…
– Ладно, все равно ведь раньше не выпустишь… А что, день уже на дворе?
– Так тебя же, мисса Шенечка, сначала тот мерзавец креслом оглушил, – помялась Мариса. – А следом и душенька ваша снова полетать вздумала. Вот только, почитай, и вернулась…
– Да? Как это она удачно на этот раз – с вечера и на всю ночь. Ну и славно, отоспалась хоть, все организму польза! А то за последние пару недель даже на это времени не хватало, – довольно повела я плечами. – Веди меня, прекрасная Мариса, я вся твоя! Только минут двадцать, не больше, ладно? Мне в отель надо.
– Миленькая, да куда торопиться… – отвела она глаза. – Не денется он никуда, отель ваш. А я вот тебе сейчас ванну с настоечками… Массажик…
– Мариса… А ты чего глаза прячешь?
– Все, мисса Шенечка! – заперла она дверь ванной и встала нерушимой скалой на ее страже. – Сначала ванна и массаж, потом завтрак! Обед… Мое дело маленькое, а вопросы и потерпят! Ох, Сагарта Милостивая, что ж ты мне самой душу-то рвешь, мало тебе этой, безвинной да несчастной…
– Чего это я несчастная? – было возмутилась я, но уже была ловко избавлена от сорочки и засунута под струи воды. – А в воду что льешь? О, помню я эту микстурку…
После умелых процедур Марисы полегчало, а небольшую слабость в теле я списала вчерашний мощный выплеск магии. Вместе с нецензурными словами стихия ведь из меня хлестала только так… И мэтр Оркан рассказывал про магическое истощение. Проснулась я аккурат к обеду, так что застала все семейство внизу. Карина коротко вскрикнула, бросилась ко мне и залилась слезами, Крайвен с Фелисбертой тоже вскочили.
– Девочка моя… – меня второй раз за день сжали в объятиях так сильно, словно я вчера не по кумполу стулом получила, а подверглась нападению стаи гризли.
– Карина, да все ведь хорошо… ну сглупила вчера малость, – гладила я ее по спине. – Ну обошлось же… Ну, мам…
Как-то само неожиданно легко вылетело. А ведь я действительно с ними всеми сроднилась…
– Лучше расскажите, что там дальше вчера было, – попросила я герцогов, когда все немного успокоились. – А то меня с главной роли, похоже, быстро в декорации разжаловали.
Карина бросила быстрый взгляд на супруга, но Крайвен охотно ответил за нее:
– Все хорошо, милая. Что в том зале что-то неладное происходит, это поняли, когда во всем отеле загрохотало так, что пол и стены ходуном ходили. Триалес сразу увидел, что там завеса магическая, снял, они с Рейнмаром первыми и ворвались. На секунду опоздали: успел, все-таки, один из тех до тебя дотянуться. Вот ему больше остальных и не повезло, еле оттащили графа… Не переживай, дочь, всех взяли. Уж за все ответят.
– А Кх’хрум? – встрепенулась я заново. – Как он? Успел лорд Велленс?
– Да ему там и делать ничего особо не пришлось, – улыбнулся герцог. – Поразительная регенерация у этого существа… Да и откуда тем живодерам было знать, что сердец, если их можно так назвать, у Кх’хрума этого вашего аж семь штук? Они только до одного добрались. А что сначала через вентиляцию усыпили – это ты верно с самого начала догадалась. Так что чудище твое еще поползает…
– Ф-фух, – успокоилась я наконец. – А поединок-то кулинарный! Кто выиграл в итоге?
– Мэтр Фория предложил ничью еще до объявления результатов, – усмехнулась Карина. – А, по-моему, победитель и так был очевиден. Но твои повара проявили очень большое благородство: исход спора ведь сильно ударил бы по репутации «Лозы». Так что они согласились, чем немало его удивили.
– Они у меня такие, – умилилась я. – Да, кстати, все как-то повода не было сообщить: это мои братья, не просто повара. С Земли. На самом деле, не родные и не совсем с Земли, а тоже из этого мира, но там такая запутанная история… Вы не против, если у нас пополнение случится? Двойня. Мальчик и еще один мальчик. Они вообще на севере живут и заезжают только раз в год, так что не стеснят особо…
– Очень достойные молодые люди. Мы не против, – согласился глава семейства и, резко посерьезнев, снова переглянулся с Кариной. – Но что касается всего остального, дочь… Так больше нельзя. Я сообщу его величеству.
– Не-не, я в такие авантюры точно больше лезть не буду! Обещаю! Трис – это хорошо, мне с ним тоже увидеться надо. А… Рейн… Он не заходил? Ну, не то, чтобы я рассчитывала, что он рядом с моей хладной тушкой всю ночь просидит, не отходя и не смыкая глаз…
– Он и не отходил, Эхения, – тихо сказала Карина. – Первые трое суток. Крайвену пришлось силой выгонять, пока не дошло до того, что ему самому бы помощь понадобилась.
– А сейчас каждое утро и каждый вечер на несколько часов приходит, – подала голос Фелисберта. – Мариса уже устала с ним ругаться…
– «Каждое»?.. – не поняла я. – Ночь же прошла… Вчера только всё…
– Полтора месяца, Эхения. На столько в этот раз у тебя душа отлетела, – ровно сказал герцог.
Я только открыла рот ответить, но осознание этого вдруг обрушилось на меня не хуже вчерашнего кресла. Да нет, не вчерашнего, получается. Полтора месяца, кошки-матрешки…
– Так это, выходит… – неуверенно произнесла я. – Что и спор наш – уже всё… Так?
Все промолчали, даже не кивнув. Просто застыли статуями и отводили глаза, как недавно Мариса.
– Но… я же выиграла? Поединок этот наверняка толпы новых гостей принес… Казино я там еще планировала… Уверена, ребята сделали все, как надо! Да там деньги рекой уже должны литься! Ну, чего вы молчите? Выиграла же?!..
– Правое крыло здания только через месяц восстановили, – словно оправдываясь, произнес Крайвен. – Твоими заклинаниями и Охотничий зал, и ресторан, и еще половину номеров на втором этаже зацепило… Рейнмар по условиям вашего спора две недели еще не мог ни ремонтные бригады пригнать, ни просто денег на это дать. Мэтр Оркан помогал как мог, герцог Орьоль бертин тоже, повара твои… Но строительство – это сплошь стихия земли, с другой магией сложно… Дочь, поверь, они все очень старались. Но «Гранд-Терра», как функционирующий отель и ресторан, увы, закончилась в тот же злосчастный вечер.
– Собственными руками… – прошептала я. – Своим же языком поганым…
22.2
– Так я сообщу королю, что ты снова с нами? – деликатно спросил герцог. – Эхения, милая, больше нельзя рисковать.
Я только растерянно кивнула, даже не сразу сообразив, о чем меня спрашивают.
Проиграла…
Вот так – по глупости. Полезла в самое пекло, нет, чтобы сразу бежать за подмогой, как только обнаружила этих гадов. Да нет же, оборвала я саму себя. Они бы тогда с Тимом свое черное дело закончили, в последние секунды ведь вмешалась, когда над его грудью уже нож занесли. А у него сердец не два и не семь, как у Кх’хрума, чтобы можно было развернуться и дать деру, зовя на помощь. А вот над тем, что с языка тогда сорвалось, можно было и задуматься. Но опять же, как – когда праведный гнев изнутри так и рвался?..
Значит, так надо было. Сама ведь Рейну рассказывала про «что ни делается, все к лучшему». И если ругань моя еще и пол-отеля вдобавок разнесла, то что уж теперь.
А самое обидное, что проспала все к чертям собачьим. В разном себя винить можно, но что душа так не вовремя снова упорхнула – это точно несправедливость свыше. Что ж тебе, маета бестелесная, на месте все не сидится!
Его королевское величество Триалес появился практически сразу. Коротко поклонился дамам, о чем-то спросил Крайвена. Тот нехотя кивнул.
– Леди Карина, лорд Крайвен, – сам Трис был собран и серьезен. – Прошу извинить за нарушение традиций, но руки Эхении просить не стану. Сами понимаете, не тот случай. Ваше согласие, боюсь, не понадобится.
– Мое, полагаю, тоже, – хмыкнула я. – Привет, Трис.
– Рад тебя видеть в добром здравии, Женя, – он пристально посмотрел на меня, но даже не улыбнулся, как это бывало обычно при встрече. – Завтра состоится королевский забег...
– Уже? – удивилась я. – Ах, да…
– Он начнется в девять утра. Так что в восемь я жду тебя в храме Сагарты Милостивой. Если ты предпочитаешь, чтобы другой бог засвидетельствовал…
– Так тут еще и загс можно выбрать, – с нервным смешком ответила я. – Извини. Мне без разницы.
Он не отреагировал на мой выпад, лишь протянул мне руку и открыл портал.
– Женя, давай выпьем кофе, – спокойно сказал он.
Портал вывел на уютную террасу какой-то кофейни. Трис привычным жестом накинул капюшон плаща, выставил полог тишины и сделал заказ у подошедшего официанта.
– Здесь очень вкусные десерты, я заказал тебе разных.
– Подсластить пилюлю? – усмехнулась я. – Трис, ну к чему это… Ты ведь сам все понимаешь. Тут не то, что моего согласия не потребуется. Мои желания ведь тоже не имеют значения, правда?
Трис только взял меня за обе руки и сказал, глядя прямо в глаза:
– Женя. У тебя сейчас две проблемы. Даже три.
Тут он развернул мои руки ладонями вверх и чуть подул на них. На ладонях тут же проявились две замысловатые метки. А я все думала, чего они так чешутся с момента, как проснулась. Причем обе сразу, вот и пойми: к деньгам или к тратам.
– Это – первые две. Так начинают проявлять себя невыполненные тобой обязательства по договору. Одно перед Арранисом, другое – передо мной.
– А если… если я вообще откажусь их выполнять? – дрогнул мой голос. – То умру?
– У тебя всегда какой-то фаталистичный подход ко всему, – в первый раз улыбнулся он, совсем коротко. – Нет, Женя, не умрешь. Но жизнь они тебе основательно попортят.
– То есть, ты уже выполнил свои обязательства перед Рейнмаром? – рассмотрела я и его ладонь. Чистая.
– Сразу по окончании спора, – подтвердил он. – Разрешение на дорожное строительство и монополия на производство магбилей, как обещал. То, что он отказался их принимать, уже не моя проблема.
– То есть… – у меня дрогнул голос. – И ты, получается, мог бы отказаться принимать мое обязательство по спору?..
– Мог бы, – коротко ответил он и замолчал.
Я не смогла выдавить из себя ни слова больше, все надеясь, что он продолжит фразу. Но он тоже не торопился. Официант принес кофе и целый поднос десертов.
– Мне искренне жаль, что все так вышло с «Гранд-Террой». Это был очень перспективный проект, у тебя действительно были все шансы. Но мы заключили магическое пари, Женя, – наконец произнес он. – А долг…
– Дело чести, – еле слышно закончила я. – Тогда вот что я скажу тебе, Трис… Никогда. Ни при каких обстоятельствах. Ни в этой жизни, ни в прошлой. Кирсановы не нарушали данное кому-то слово. Герцогам Каас-Ортанс не придется стыдиться своей дочери, его величеству Триалесу рой Престон Пятому не в чем будет меня упрекнуть, а моя собственная совесть никогда не посмеет заикнуться, что я утратила честь и достоинство.
– Слова, достойные истинной королевы, – без тени улыбки отсалютовал мне чашечкой кофе Трис. – Я не сомневался, что именно так ты ответишь, Женя.
– Ты сказал, у меня три проблемы, – бесцветным голосом напомнила я.
– Третья решится завтра в восемь. Твоя rusteloze geest. «Беспокойная душа».
– И что, вот так просто распишемся? Никаких церемоний, торжественной свадьбы, обеда на четыре тысячи персон? А потом сразу на забег, коробульки судить? – колко поинтересовалась я.
– Все это, если пожелаешь, можешь устроить потом. А сейчас важно лишь связать твою душу с этим миром. Женя, пожалуйста… Я все вижу. Как ты храбришься из последних сил; как думаешь о том, будет ли уместно облить меня сейчас кофе и сбежать… Но это, в первую очередь, ради тебя самой. Ради твоих родителей, что не находили себе места последние полтора месяца. Ради твоих мансов, что выли на весь Шенлин все это время. Ради всего, что тебе самой стало так дорого. Ты не представляешь, насколько стала важна всем, кто тебя окружает. Но у тебя больше нет времени, понимаешь? Лорд Велленс сказал, что следующий «вылет», судя по их частоте и продолжительности, станет последним.
– Я поняла тебя, Трис. Причем такое чувство, что это не я тебе должна по спору, а это ты меня сейчас благородно спасаешь. Я благодарна. Честно. Ну что ж. Завтра в восемь.
Трис еще раз долго посмотрел на меня своими пронзительно серыми глазами.
– Я открою портал в ваш особняк, Женя.
– Не надо… Я знаю этот район, здесь мэтр Оркан недалеко живет, прогуляюсь к нему. Как вообще этот чартерный экспресс, кстати, работает? Ты говорил, я тоже научусь создавать порталы.
– Через метки, – улыбнулся он. – Тебе будет проще фиксировать их на параметры воздуха, это твоя стихия. Например, на запах пирожных, которые подают только здесь. На определенный сорт кофе. Просто оставь частичку своей магии и запомни, как тебе тут дышится. Тогда сюда ты сможешь вернуться, как только пожелаешь.
– А что ты запоминаешь? У тебя же вообще все магии.
– Эмоции, Женя. Свои и чужие. Это место я теперь точно не забуду.
– Так я пойду? Кстати… До сих пор ни у кого не спросила. Для душевной прописки в Арсандисе брак нужно будет… ну… консумировать? Подтверждать делом и телом, в общем?
Трис только округлил глаза.
– Я жду тебя завтра утром в восемь, Женя. Постарайся не опаздывать.
До мэтра Оркана идти было совсем ничего и я даже не думала, что скажу ему, заявившись без предупреждения. Просто так хотелось увидеть приятное и дружеское лицо – его и милой пышечки Абриль.
– Мисса Жж-женя! – обрадовался мне гномоэльф, развеяв сомнения об уместности этого визита. – Ах, милая, ну пгоходите же! Биль, догогая! У нас гости!
– Простите, господин Оркан, я не хотела вот так, без приглашения… Я буквально на пять минут.
– Ах, что Вы, милая! Вы у меня всегда желанный гость. Я ведь я Вас ждал! Пхедставляете, тот мужчина, котогого Вы в последний момент спасли от тех извехгов, отказался мне пехеводить те ваши заклинания! А я так надеялся… Нет, Жж-женя, это, конечно, ужасно, я уже наслышан о вашем соглашении с коголем Тхиалесом и гхафом Ххе… Ахха… Боги, да что за ужасное имя! Но ведь если отбхосить все последствия, то это было сногсшибательно! Собственными глазами видел! Да я сам таких заклинаний не знаю, чтобы за минуту буквально схавнять с землей половину отеля… А тот мужчина…
– Тим…
– Да, Тим, очень хогошее имя… Он сказал, что очень храд тому, что плохо понимает ваш… хусский, так, кажется… и что пхедпочел бы не понимать его вовсе, потому что то, что он сумел понять, похоже, несколько тхамиговало даже его кхепкую психику…
Я только вздохнула.
– Господин Оркан, я на самом деле зашла поблагодарить Вас за участие в дальнейшей судьбе «Гранд-Терры». Папенька рассказал, что Вы помогали его восстанавливать, причем исключительно на бескорыстной основе. Знаю, Вам даже не могли заплатить, потому что счет отеля был завязан на меня лично, а я спала без задних ног полтора месяца… Тем не менее, Вы помогли моим иномирцам, думаю, их сущность уже ни для кого не секрет. Кх’хрума того же не побоялись, да и к остальным отнеслись, как к обычным людям. Вы ведь и про меня уже тоже знаете, а не отказали в обучении, помогаете во всем… Сами же видели, во что у некоторых ненависть к иномирцам вылилась…
– Так ведь они люди, в пехвую очехедь, а не иномигцы. А я и к последним очень лояльно отношусь, Жженя, – успокоил меня мэтр Оркан. – Видите ли, я тоже не могу похвастать тем, что все мои пхедки хгодились здесь. Я ахсандец, считайте, только в тхетьем поколении. Моя пгабабка, Фьельбхис Огкан ее звали, тоже ведь в свое вгемя сбежала сюда из дхугого мира. Но та была сильная воздушница с чистой стихией, потому здесь ее пгиняли, как свою. В этом плане нашей семье повезло.
– Ух, смелая какая… Одна сбежала?
– Да не совсем одна… А, не важно! Совсем я Вас заболтал, Ж-жженя. Чаю хотите?
– Спасибо, господин Оркан, – широко улыбнулась я ему. – Но дел еще невпроворот.
И я, глубоко вздохнув, настроилась на запахи промасленного железа, на толстую свиную кожу сидений с тонким ароматом мыла от того, кто сидел на них. Пожелав оказаться именно в этом месте. Вдруг получится…
Получилось.
22.3
Первое, что бросилось мне в глаза, были идеальная чистота и порядок в мастерской. Еще в прошлый мой визит составные части коробули устилали весь пол и работе, казалось, конца-края нет. А тут – вот она, во всей красе. Даже «коробулей» назвать язык больше не поворачивается. Магбиль «Ивжелареаль», по-другому и не скажешь.
Надо же, я как вспомню ту телегу на деревянных рессорах и огромных колесах, с ручным тормозом… Небо и земля. Не привычный, конечно, земному восприятию автомобиль, но очень-очень близко к тому. Стальные диски с настоящими резиновыми покрышками наполовину утоплены в крыльях нового кузова, так что по высоте она стала как нормальная машина. Заглянула внутрь: почти все как у людей… Руль, обтянутый прошитой черной кожей. Педали! Настоящие педали! Причем, аж четыре штуки. Назначение двух лишних не понятно, но братцы бы дурного не посоветовали.
Прежний дикобраз рычагов от водительского сиденья перенесли на приборную панель, значительно уменьшив переключатели и облагородив их серебристыми набалдашниками. Да и вся коробуля так и притягивала взгляд блеском металлических деталей и лакированным деревом.
– Красавица! – не сдержала я восторга.
Вот бы еще в деле опробовать! Черт, но на забег я завтра разве что с дворцового балкона посмотрю…
Магбиль явно был закончен, так что не удивительно, что инженеров в мастерской не обнаружилось. Впрочем, меня это не смутило. Давно пора было выяснить, к чьему особняку этот «гараж» лепился. Из него обнаружился и другой выход, прямо в дом, и он оказался не заперт.
Из этой двери я попала в широкий и светлый коридор со множеством других дверей. По-видимому, подсобные помещения, потому что некоторые были не заперты, и за дверями обнаружились несколько кладовых и кухня. Коридор вывел в просторный холл с широкой лестницей, ведущей наверх. Удивительная тишина царила в этом доме. Чувствуя себя взломщиком, прокралась на второй этаж. Пройдя мимо уютной спальни в серо-синих тонах наконец услышала первый звук. Стрекотание почтового аппарата. Улыбнулась про себя. Конечно, рабочий день ведь в самом разгаре…
– Привет, – тихо сказала я, когда вошла в кабинет.
Рейн поднял голову на звук и прежде, чем глаза его загорелись огнем, я отметила усталый вид, глубокую складку меж бровей, взъерошенный каштановый хвостик, обычно такой аккуратный и гладко причесанный.
– Эхения… – прошептал он.
Резко поднялся и в два быстрых шага оказался передо мной, намереваясь прижать к себе, но в самый последний момент словно заставил себя остановиться. Ладно, мы не гордые… Сама обвила руками его за шею, ожидая ответных объятий, но Рейнмар закаменел.
– Даже не поцелуешь? – попыталась улыбнуться я. – Я тут практически из мертвых восстала и такая холодная встреча.
– Ты все за свои шутки, – горько усмехнулся он.
– Никаких шуток, Рейн.
– Я целовал тебя… Каждый день, Эхения, памятуя о твоем проклятии. Но ты все равно не просыпалась. Это опять были твои сказки…
– Я просто тебе эту сказку в щадящем варианте рассказала. По легенде, спящая красавица ведь вовсе не от поцелуя пробудилась. Просто посерьезней нужно было средство применить, – не сводя с него глаз, хитро подмигнула я. – Марису выгнал и вперед…
– Эхения, это не смешно, – отстранил он меня.
– А мне, Рейн, сейчас вообще не до смеха. Я пару часов назад проснулась вся в переживаниях от того, что вчера в отеле произошло. И вдруг оказалось, что не вчера. А полтора месяца назад. И что я собственным языком без костей разрушила половину «Гранд-Терры» и сама, считай, таким образом в проигрыше расписалась. Ах да, я еще и замуж утром выхожу. Так что я сейчас шутить вообще не намерена… А собираюсь отдать тебе твой долг. И сама получить с тебя кое-что.
– Долг? – не понял Рейн.
– Вот этот, – сунула я ему под нос ладонь с меткой. Потом, подумав, другую. – Или этот. Надеюсь, в левой зудеть перестанет, а то рабочая рука мне еще пригодится чуть позже.
– Эхения, весь этот спор пошел вкривь и вкось… Ты ничего не должна, это форс-мажор…
– А магический договор считает, что должна, как видишь. Я, в любом случае, хочу понять, как это работает. Дашь бумагу и ручку?
Не дожидаясь, сама уселась за его кресло и быстро набросала на бумаге текст. Протянула графу.
– «Я, Эхения Каас-Ортанс, обязуюсь передать графу Рейнмару Арранису все права на заклинание, использованное мной на oppvekst такого-то числа и примененное на вине его производства «Вкус счастья»… с целью коммерческого запуска новой марки вин»… – зачитал он. – «P.S. Если вспомню, что я тогда ляпнула. P.P.S. Очень буду стараться»…
– Ну я действительно не помню, – пояснила я. – Дату под подписью сам поставь, а то я на календари сейчас малость обижена. Ух ты, а действительно жечь перестало…
И, слава Гагарину, именно в левой успокоилось. Рейн же дернул уголком рта и порвал экспромтный патент на мелкие кусочки.
– Я не согласен с исходом спора, Эхения. У тебя просто не было возможности завершить его до конца. Это нечестный выигрыш. Я не воспользуюсь этой уступкой. Мое первое предложение остается в силе: доходы от новой марки вин пятьдесят на пятьдесят.
– Магдоговору это объясни, Рейн, – устало сказал я. – Ты сам его составлял. Плюшки от Триалеса ты по той же причине не принял?
– Да. И если его величество – человек благородный… в чем у меня уже появились сомнения… То он тоже откажется от выставленных условий. Но Триалес рой Престон Пятый, похоже, трус… Я месяц осаждаю дворец, пытаясь добиться встречи! Король не отвечает на мои письма, отказывает в аудиенции, его невозможно теперь просто поймать на улице! Я вызвал его на дуэль…
– Что?! Ты в своем уме вообще?
– Королевский секретарь в довольно издевательской форме ответил, что обычные дуэли с королевскими лицами исключены дуэльным кодексом. Разве что магические, а так как я не являюсь… – горько усмехнулся он. – Не важно! В любом случае, такое поведение недостойно короля… Но я не знаю другого способа отменить эту треклятую свадьбу! Не знаю, как еще убедить его отказаться…
– Трис не откажется. А недостойным будет только одно – если я не сдержу свое обещание, Рейн. А вовсе не поведение Триса. – я еще раз посмотрела на правую ладонь и усмехнулась. – Дело чести… Вот только кое-какой другой чести я ему не обещала.
Граф недоуменно посмотрел на меня, еще кипя от негодования. Я же устала от разговоров. Завтра свершится то, что должно свершиться. А на сегодня у меня были совсем другие планы. Я молча потянула шнуровку платья и подошла к Рейнмару вплотную.
– Эхения, что ты делаешь… – дрогнул его голос.
– Собираюсь заняться с тобой любовью, пока я еще свободная женщина. И насрать мне с высокой колокольни на твои убеждения, Рейн.
– Эхения… – растерялся он, пытаясь удержать меня от необдуманного поступка, но я уже увидела в его глазах разгорающийся знакомый мне страстный огонь.
– Черт возьми, Рейн, мне тебя магией связать, что-ли… Я не против таких игр, конечно, но можно же все проще, – прошептала я. – У нас другой возможности не будет.
Арранис колебался ровно одну секунду. Затем мягко отвел мои руки, все теребящие корсаж. И сам подцепил мизинцем ленту, выискивая сомнения в моих глазах. Не отрывая взгляда, медленно потянул за нее, пропустив через первую петельку. Затем освободил вторую. Я только затаила дыхание, растворяясь в его потемневших глазах и не зная, чего ожидать дальше. Тот момент, когда он из сдержанного и скованного приличиями графа Арраниса превращался в чувственного и пылкого Рейна, меня всегда ввергал в некоторое оцепенение. Никогда не знаешь, чем еще удивит этот мужчина…
Я потянулась ему навстречу губами, но он чуть отклонился. И сам тут же скользнул губами и языком по моей шее с тихим гортанным рычанием. Я ответила тем же, чуть прикусив так неосторожно подставившуюся мочку уха. Возможно, это и стало моей стратегической ошибкой, потому что этого Рейн стерпеть уже не смог, просто взвалив меня на плечо и опустив на кровать лишь в спальне; той самой, серо-синей.
Кажется, он хотел еще что-то спросить, но я оборвала все его попытки глубоким поцелуем.
Рейн оказался безумным любовником, что никак не вязалось с его приверженностью к упорядоченности и военной последовательности во всем. Неистовым, неутомимым, страстным и нежным одновременно, смелым и настойчивым… Я даже забыла в какой-то момент, что у моего нового тела в этом плане нулевой пробег, а в птс еще ни одного владельца не прописано. Но эйфория быстро свела на нет все шероховатости от первой поездки. Откинувшись в изнеможении от очередного заезда, хотелось одновременно и смеяться, и рыдать, и молчать, уткнувшись в любимое плечо, и болтать обо всем подряд…
– Эхения, этого брака не будет. Я просто не отпущу тебя никуда, – упал он сверху, тяжело дыша.
– Прости, Рейн, – только и смогла прошептать я, когда поняла, что сама уже практически не в состоянии оторваться от него.
И, быстро зажмурившись, пока не передумала, представила запах моей доброй сдобной Марисы и кошек, разбавив воспоминания частичкой магии.
– Прости, любовь моя, – еще раз прошептала я сквозь слезы, уже оказавшись в своей спальне в особняке Каас-Ортансов. – Дело чести…