Глава 70

Земля затряслась. На месте, где до этого стоял алтарь, забурлила грязь. Её ошмётки подлетали в воздух и противно чвакали, попадая на кожу.

— Уходим, — скомандовал Лассе и бережно поднял меня на руки.

Нахмурившись и приняв очертания человека, Хаук присел над Атлин и просунул ладонь под её колени.

— Нет, мне Фальк поможет, — тяжело выдохнула она.

Хаук замер и буквально почернел лицом.

— Тебя даже это ничему не научило! — прошипел он. — Ты сейчас поползёшь к этой лодке на сломанных ногах, лишь бы мне назло, да? Глупая девчонка. Мы выросли, Ати. Довольно.

— Но Фальк…, — глухо возразила она.

— Занят Рольфом, который ранен куда серьёзнее тебя…

— Лани… — потерянно шепнула она.

— … успокаивает мёртвую девочку, сохранившую разум и не озверевшую при этом. Так что хоть раз в жизни прояви милосердие к близким и засунь свою гордыню себе в зад, Атлин.

С этими словами он поднял её и понёс к берегу.

Островок затрясло.

— Лассе, — шепнула я испугано.

— Его затягивает под воду, — тихо произнёс он. — Это первоисточник. Скоро земля отчистится, но прежде здесь немного покрутит вихрями туман. Нам лучше отплыть подальше.

Проходя мимо руин некогда существовавшего храма, я заметила своё забытое весло.

— Возьми его, — попросила я, указывая за валун.

— Зачем?

— Не хочу, чтобы здесь осталось хоть что-то моё. Пожалуйста, Лассе.

— Сонья, всё хорошо. Поверь, теперь всё хорошо. Мы сейчас же рассадим оставшихся в храме людей в лодки и уберёмся отсюда.

— Весло, Лассе, — настаивала я. — Умоляю тебя.

Услышав просьбу, Лахлан вскинул голову и посмотрел туда, куда указывала я. Призадумавшись на мгновение, он оставил Клэти сидеть в лодке и сходил за моей вещью. Показав мне весло, он бросил его на дно деревянного судёнышка.

— Иногда лучше не спорить, — прокомментировал Снежный свои действия.

Клэти пошатывало. Над её головой кружила светлая душа.

Зажмурившись, я просто обняла мужа, боясь что-либо спрашивать.

Остров снова тряхнуло и ввысь взвился грязевой столб. Он закручивался, втягивая в себя белоснежный туман.

— Началось! Уплываем, — скомандовал Фальк.

Лассе усадил меня на лавку и зашёл в воду, отталкивая лодку.

***

Прижимаясь к бедру своего северянина, я всматривалась в стремительно редеющий туман. По воде ходили огромные волны. Нас трясло и тянуло то к одному берегу, то к другому…

Братья активно налегали на вёсла, только я, Атлин и Клэти были избавлены от этого.

Я вглядывалась в мёртвую послушницу, сидящую на дне соседней лодки, и не понимала, как она оказалась на том острове.

Откуда знала? Как нашла Лахлана?

Наверное, души ведают больше, чем люди.

Это казалось странным, но Снежный снял свой кафтан и накинул на её худенькие плечи.

— Она мертва, — шепнула я, — а он пытается её согреть.

— Она жива, любимая, — возразил муж. — Просто тело и душа оказались разделены. Такое бывает редко, но всё же. А Лахлан, он питает слабость к чистым сияющим. В нём столько благородства и смелости. Я не уверен, что смог бы поднять руку на сестру, спасая чужую женщину.

— Он даже не дрогнул, — прошептала я. — А вы видели таких, как Клэти?

— Я нет, но одна из близких подруг матери Рольфа пережила это. И поверь эта маленькая послушница заслужила столько уважения, что я приму её в свой клан, не раздумывая, и очень задорого отдам тому, кто назовёт её своей. — Он прошёлся подушечками пальцев по моему лицу. — Она спасла тебя, Сонья. Я перед ней в огромном долгу. Эта послушница уберегла моё сердце и душу.

— Как вы нашли остров? — я смутилась, видя этот сумасшедший лиловый огонёк в его глазах.

— Тело девочки привело Лахлана, а душа — нас. Я постоянно видел её в вышине, она призывала светлых. Они выстраивались вереницей, указывая путь. Эта девушка будет жить, и плевал я безумна она или нет.

— Светла? — шепнула я.

— Ждёт тебя в храме.

— Я видела, как Атлин… Она её…

— Фальк всё исправил, твоя мать жива, Сонья. Всё хорошо, слышишь, всё у нас отлично. Мы уплываем и на сей раз уже не вернёмся. Никогда! Ты и ногой не ступишь в этот туман более.

— А вдруг…

— Не будет никаких «вдруг», мы плывём домой, любимая. Сарскот ждёт. Всё… Теперь точно всё.

Боясь поверить в эти слова, я прижималась к его ноге, впитывая тепло.

Огромная волна подняла нашу лодку, и не успела я осознать, что к чему, как оказалась в воде.

— Сонья! — рёв мужа казался оглушающим.

Дёргая руками и ногами, я пыталась сообразить, что произошло.

Что-то вспорхнуло сверху и стало светло. Мою талию сжали и подняли над водой.

— Помогу, — хриплый до боли знакомый голос напугал.

Клэти тянула мне руку с лодки.

— Нет, — шепнула я, — опасно. Не шевелись, милая. Мне так тебя не хватало…

— Давай сюда, Лассе!

Перед моим лицом возник борт нашей лодки. Подкинув меня, муж помог забраться. Фальк крепко держал шатающееся судёнышко. Следом за мной, обернувшись в туман, воду покинул Лассе.

— Дайте что-нибудь сухое, — взревел он.

Клэти тут же попыталась снять кафтан.

— Возьми Рольфа, — Фальк протянул тёплую одежду.

Душа Клэти металась над нами, пытаясь быть полезной, но что она могла.

— Верни её, Лассе, — взмолилась я.

— Немного осталось. Мы почти у храма.

Работая веслом, мой северянин вымещал свою злость. Я видела, как ходили желваки на его лице.

— Брат, как из храма уйдём, ветер не стихает? — Фальк, прищурившись, всматривался в огромный смерч за нашими спинами.

— Ногами, — рявкнул Лассе.

— Но раненые…

— Женщины на руках, остальные ногами, — повторил муж.

— Рольф, не ходок, — целитель напрягся.

— На твоей совести, — взор моего северянина сделался таким, что и меня проняло.

— Мы поплывём, Лассе, — процедил Фальк.

— Ты мне перечишь?

— Да, среди нас раненые, а значит моё слово последнее, вардиган. Гребите, как хотите, но Рольф, эта мёртвая девочка, Атлин, Сонья и Светла будут находиться в покое. И не забывай про Дарака! Он пока плох, но лезть к нему со своей тьмой я не намерен. Моя сила не всегда идёт на пользу.

— Возьмёте носилки, — процедил Лассе.

— Мы плывём, — взгляд целителя стал таким, что, казалось, сама смерть из его очей высовывается. — Сонью пожалей, она столько пережила, а рекой быстрее.

— Ты уверен? — Лассе медленно кивнул.

— Я редко тебе перечу и всегда по делу.

— Хорошо, значит, река.