Глава 6

Я постучала в дверь, один раз, потом второй и третий.

Надеялась решить всё спокойно и не поднимать шум, но видимо самого Камала не волновало то, что я буду делать в возникшей ситуации. Его вообще не волновало то, как я себя чувствую в этот момент.… А в этот момент я безумно злюсь на него и даже хочу убить.

Чёрт.… Ну что за детские замашки!

Если ему скучно, и он так привык развлекаться, значит, мне точно будет здесь худо.

Как только выберусь отсюда, пойду к Виктору Леонидовичу (если, конечно он еще не уехал), и потребую у него другую комнату! Я не останусь здесь больше ни на минуту!

— Эй! — кричу и стучу в дверь. — Кто-то слышит меня? Камал Хасанович, пошутили и хватит! Откройте дверь!

Я снова начала стучать.

— Вы слышите меня! Откройте! — продолжала кричать и стучать, но за дверью была только тишина.

Вот же ублюдок!

Я еще больше рассердилась.

Ну что за человек такой?

Почему мне попался именно этот придурок?

Лучше бы уже был ребенок, старик или девушка…. Но нет! Судьба решила наказать меня еще больше и преподнесла мне такой сюрприз в лице заносчивого, эгоистично и наглого типа!

Я запрокинула голову назад, посмотрела вверх и сдавленно прорычала.

— Боже, дай мне сил и терпения…, — взмолилась, после чего сделала несколько глубоких вздохов и направилась в сторону балкона.

К счастью балконная дверь была не заперта, и мне удалось выйти на него. И как только я это сделала, то сразу заметила, что рядом с моим балконом находилась просторная терраса Камала, и в данный момент мужчина находился на улице возле перил и спокойненько себе курил.

Сволочь!

Значит, закрыл меня и решил выйти на перекур?

— Эй! — крикнула я, приближаясь к краю своего балкона, чтобы быть ближе к своему объекту раздражения. — Камал Хасанович.… Вы слышите меня?! — вопила я, настолько сильно, что меня даже в другой вселенной могли услышать, но Камал делал вид, что не слышит. — Камал Хасанович?! — первое время звала я терпеливо. Но было очевидно, что он специально меня игнорировал. — Придурок чертов, ты оглох или что?! — срываюсь, и в этот момент Камал медленно поворачивается в мою сторону и замечает меня.

Я вижу, как он прикасается к уху и достает оттуда наушник, и сразу понимаю, почему он меня не слышал.

— Ты что-то говорила? — спрашивает он с надменной улыбкой, слегка приподняв одну бровь.

— Я звала вас.…

— Да? А у меня тут песня как раз закончилась и я услышал, что ты звала какого-то придурка чертова, к тому же обозвала его глухим, — вдруг говорит он, заставляя меня покраснеть. — Надеюсь, это было не мне.… Иначе мне бы пришлось и это записать в свой список недовольства, который я обычно веду, — говорит он спокойно, принимая безразличный вид. Вижу что специально же…. И это больше всего выводит.

— Какой еще список «недовольства»? — уточняю.

— Мой дед попросил меня вести этот список, чтобы не переплачивать за некомпетентность сиделкам, — отвечает он, подкуривая еще одну сигарету. — За каждую провинность или ошибку, обычно старик высчитывает сто долларов.…

Что?

Сто долларов?

Да за месяц с этим типом, я еще и должна останусь!

И что это за список такой? Почему о его наличии меня никто не предупредил? Или о нём тоже упоминалось в той части контракта, который я по глупости не стала читать!

Нужно срочно пересмотреть все пункты.

— Эм…, — это всё что мне удается выдавить, а потом я вспоминаю его последние слова. — В смысле «и это пришлось бы записать»? — спрашиваю взволновано. Неужели он уже что-то записал, в этот чертов список?

— Ну как же…, — говорит этот гад. — Сначала ты без разрешение ворвалась в мою комнату.… Теперь это хамство…

— Что?

— У тебя проблемы со слухом? — спрашивает он.

— Н-нет! Я.… Я считаю что вы не должны ничего записывать в тот список «недовольства»…

— Почему? — спрашивает он спокойно, медленно выпуская дым и глядя на меня из-под слегка припущенных ресниц.

— Потому что я стучала.… Минут десять стучала в вашу дверь и мне никто не открывал.

— Значит, я был занят, и ты должна была ждать, пока я отвечу, — говорит он. Издевается. Точно издевается.

Я уже давно это поняла, и была уже на грани срыва. Но держалась из последних сил, потому что не могла ответить ему должным образом, иначе он бы снова записал бы меня в тот список своего «недовольства».

— А если бы вам стало плохо…. Или вас бы придавило той большой штукой, которую я видела у вас в комнате…

— Штангой, что ли? — уточняет. Я молчу. — Этими тренажерами я не занимаюсь сам.

Я устало вздыхаю.

— Я ваша сиделка и постоянно должна быть рядом! — напоминаю. — У меня должен быть доступ к вам двадцать четыре часа в сутки.… Приказ самого Виктора Леонидовича. Поэтому, если вы долгое время не отвечаете или не подаете признаков жизни, я могу войти к вам в комнату без вашего разрешения! — настаиваю на своем. — Что касается того, что вы только что услышали.… Про чертова придурка… Это я кричала охраннику внизу, потому что он прошел мимо и не услышал меня! — лгу и замечаю как Камал еле заметно улыбается. Не дурак. Всё понял, но продолжал свою игру, как и я.

— Ладно, соглашусь, спорные вопросы.… Я подумаю над тем, записывать их в список или нет! Но это будет единственная моя поблажка, — предупреждает, двигаясь с места. И я вдруг понимаю, что он собирается вернуться обратно в свою комнату.

— Подождите! — кричу ему, и он останавливается, снова подняв на меня свой пробивающий насквозь взгляд. — Я почему-то не могу открыть дверь.…

— Конечно не можешь…. Потому что я тебя закрыл, — вдруг говорит. К тому же делает это так спокойно и просто, будто в этом нет ничего ужасного.

— Что? Да как вы…, — рычу и запинаюсь, сдерживая поток оскорблений.

— Не люблю когда в моей комнате находится «кто попало» и без разрешения, — всего лишь отвечает он, опять-таки — спокойно, а я уже киплю от злости.

— Тогда выделите мне другую комнату и с радостью буду жить там! — не теряюсь.

Он безразлично жмет плачами.

— Приказ деда.… Что поделаешь, — бросает он. — Придется тебе смириться, и привыкнуть к тому, что большую часть дня ты будешь сидеть в закрытой комнате.

— Что? Да вы совсем что ли…. Ненормальный? — теряю контроль.

— О! А вот и третья запись в список «недовольства»! — говорит с улыбкой, собираясь ехать дальше… А я растерянная и злая, поддаюсь эмоциям и иду на самый свой отчаянный поступок в жизни.

— Знаете что.… Пишите что хотите в свой чертов список «недовольства»! — срываюсь, направляясь к краю перил и взбираясь на него. Камал тут же замирает на месте. — Не хотите открыть мою дверь? Запрещает ходить через вашу комнату, как нормальному человеку? Что ж.… Значит я буду передвигаться другим путём! — выпаливаю, подымаясь на ноги, и опасно балансируя на перилах. Мысленно прикидываю, сколько мне нужно прыгать, чтобы допрыгнуть к перилам террасы Камала.…

— Ты совсем уже припадочная? — рычит Камал, быстро подъезжая к краю своих перил. — Слезай оттуда… Быстро!

— Даже не подумаю! — бросаю дрожащим голосом. Страшно и высоко, но, а что еще я могла сделать. С такими типами только так!

— Хочешь упасть и ноги себе переломать?! — рычит.

— И что.… Буду тогда вместе с вами…. Разъезжать в инвалидной коляске! — язвлю.

— Идиотка…

— О! А это я запишу в свой список «недовольства»… Как и то, что вы назвали меня припадочной! — продолжаю на нервах. — Интересно, ваш дед доплатит мне за подобные оскорбления и унижения? — снова язвлю и замечаю, как кончики губ Камала слегка приподнимаются вверх. Он что смеется? Ему весело?

Ну, сволочь же…

— Слезай и иди к двери. Я открою, — вдруг говорит и сразу уезжает в свою комнату.

Я осторожно слезаю с перил и делаю несколько глубоких вздохов, после чего на дрожащих ногах иду к двери. Она была уже открытой.

Я считала, что выиграла эту схватку и была довольна собой. Но это еще не значило, что так будет всегда. Поэтому чтобы у Камала больше не возникало желания закрыть меня в моей спальне, я беру кусочек бумаги, скомкиваю её и засовываю в скважину для замка, а ключ выбрасываю. Мужчина видит мои действия и только лишь улыбается… Будто выиграл какой-то джекпот…

Хм… Странная реакция, но мне было плевать.

Главное что теперь я была уверена в том, что меня уже не закроют в спальне, и я смогу спокойно передвигаться по дому.