Глава 26

После урока с Микой, который я выдержал с трудом, да потому что член каменел и рвался через ткань, причиняя боль, я вернулся к себе. Злой, как демон.

— Охуеть…

В комнате было все перевернуто, словно кто-то что-то искал.

Я аккуратно прошел мимо окна, заметил, что на полочке пропало кольцо, благодаря ему можно не переодеваться бесконечно, когда переворачиваюсь драконом. На уроки я его обычно не брал, на тренировках оно только мешает.

Приподняв покрывало, я поморщился: на черных простынях было что-то разлито. Всматриваться и изучать, что именно, не стал, просто пошел к двери и через двадцать широких и быстрых шагов выбил дверь в покои Фалкона.

— Ну, мразота… — ринулся я на него.

— Чего тебе, урод⁈ — встал он в защитную позицию и выпустил волчьи когти.

— Не смог в морду мне дать, так решил напакостить?

— Ты забыл, как я разбил тебе рожу? Повторить⁈ — блеснули его глаза гневом.

— Ты идиот! Разбил, потому что я тебе позволил! Потому она тебе и не дает, — я усмехнулся, — ты слишком примитивен. А простыни я поменяю, не страшно, чтобы Вейс там вытрахать хорошенько. А ты будешь слушать под дверью и захлебываться слюной.

Я повернулся, чтобы уйти, но в дверях стояла Мика. Она смотрела на меня с таким разочарованием в больших зеленых глазах, что тошно стало.

— Какое же ты чудовище, — проговорила она тихо, коснулась груди и на миг зажмурилась, будто ощутила сильную боль.

Губы перекосило.

— Я этого никогда не отрицал, ты себе что-то насочиняла. — Обошел ее, чтобы не касаться, и свалил.

Но в коридоре меня нагнал Маилс.

— Стой! Гавнюк!

— Это уже не оригинально, Фалкон, — я спокойно повернулся к нему, хотя меня всего трясло.

Вейс пробежала мимо, стараясь спрятать мокрые глаза. Ворвалась в свою комнату и хлопнула дверью.

— Про какую пакость ты говорил? — сложил он руки на груди. — А за эту сцену отдельная благодарность, — кивнул он в сторону двери девчонки. — Теперь ее тебе точно не заполучить, — довольно ухмыльнулся пес.

— Это мы еще посмотрим, — рыкнул я и открыл дверь в свою комнату. — Полюбуйся, — показал ему раскардаш. Хотя меня теперь пробирало сомнениями, что пес до такой гнусности не опустился бы.

— Ты думаешь, это я сделал? — усмехнулся он и повел бровью. — Я похож на истеричную девку по-твоему?

— Иногда, — пришлось признать и прислониться плечом к косяку, — но это явно не ты. Просить прощения не собираюсь, так что — свали.

Из комнаты Микаэллы раздался пронзительный крик.

Я ринулся туда.

Распахнул дверь. Она стояла на подоконнике открытого окна и с ужасом смотрела, как по полу к ней подбирается паучья стая.

Я выбросил руку и обжег колонию льдом, превратив их в кучу стеклянных обломков. Глянул на пальцы, они все еще сияли. Такого еще не было: чтобы я, не думая, включал ее и применял с такой мощью.

Перевел взгляд на испуганную девушку, потянулся к ней, чтобы снять с окна.

— Не бойся. Ну же…

— Не трогай ее! — подступил сзади Маилс.

Бледная, оторопевшая Мика будто не видела ничего вокруг. Полный ступор, как молнией поразило.

Я отмахнулся. Он совсем идиот — влезать, когда девушка с окна может выпасть?

— Иди ко мне, Мика… нет больше пауков, я убил их, не бойся.

— У нее с детства страх. Лучше сейчас не трогать. Может случиться оборот, — спокойно говорил Маилс.

— Иди нахрен, Фалкон! — просвистел я сквозь зубы и еще шагнул к девушке. — Лучше оборот, чем она свалится из окна! Ну же, Мика… посмотри на меня. Это я — все тот же урод, которому ты должна желание, с которым тебя связала магия академии. — Еще осторожно приблизился, получилось коснуться ладонями ее мокрых щек. Я не отрывал от нее взгляда. — Эй… ну вспомни, как ты меня ненавидишь. Давай…

Ее глаза блеснули. Она их на миг прикрыла, глубоко вдохнула и обняла меня за шею. Прижалась и крупно задрожала.

Я стащил ее с подоконника и, сжав узкую талию ладонями, обнял девушку всем телом. На миг показалось, что падаю. Вниз головой, прямо в скалы. Я уткнулся в маленькое плечо носом и едва сдерживал дикую дрожь, что пробивала от затылка до пят.

— Ари, — шепнула она и сжала мой затылок. Впилась ногтями в кожу.

Сзади послышался тихий рык, удаляющиеся шаги и хлопок двери.

— Мика… — выдохнул я, понимая, что это та самая бездна, что столько лет преследовала меня во снах.

Я ее не отпущу теперь. Моя. Только моя!

— Не уходи, — ее руки мягко стекли на мои плечи, погладили через ткань рубашки.

Горло сдавило.

И как тут не согласиться?

Я подхватил ее на руки и осторожно уложил на кровать, пригладил растрепанные волосы, стер остатки слез большим пальцем и, чмокнув ее в висок, проговорил севшим голосом:

— Отдыхай. Никто тебя больше не потревожит. — Притянув ее к своему плечу, вторую руку закинул за голову и прикрыл глаза.

Бездна. Падать, оказывается, так приятно.