44 Банька

Не дождавшись ответа, я пожелала графу доброго сна и покинула кабинет. Меня согревала мысль, что как минимум у нас был решен вопрос с питьевой водой.

— Госпожа! — взволнованно окликнула камеристка в развилках коридора. — Вы не поймите меня превратно, — попробовала оправдаться, — в свободное время я помогаю с поручениями в поместье! За этот год мы потеряли много слуг...

— Погибли? — перебила, замедлив шаг.

— Ушли, — запыхавшись и путаясь в подолах длинного строго платья, сумбурно ответила.

— Габриэль, ты уже разузнала о кристаллическом яде? — напомнила о получении.

— Да, госпожа, — она запнулась, будто впервые услышала такое обращение от графини. — Завтра... утром будет поставка, я принесу вам, — с вежливым присядом договорила.

— Буду ждать. Доброй ночи, Габриэль, — спокойно пожелала и свернула по коридору к своим покоям, оставив растерянную девушку одну в мрачном мерцании огней от настенных светильников.

Стоило мне открыть дверь, как лёгкие наполнились насыщенным хвойным благоуханием. Я замерла и сделала новый глубокий вздох с закрытыми глазами. На долю секунды ощутила себя в тихом заповедном лесу и невольно улыбнулась.

— Эли, ты припозднилась, — прошептал дракон и резко захлопнул дверь ладонью за моей спиной.

Я вздрогнула от сильного хлопка и развернулась к мужу. На Ароне свободно сидела хлопковая рубашка с высоким вырезом и оголяла загорелый участок кожи. На мускулистой груди болтались шёлковые завязки, которые должны были стягивать ткань и прикрывать бесстыдство.

— Арон, не пугай так, ещё до инфа...

Молодой муж не дал договорить. Он уверенно взял меня за руку и потянул в ванную комнату.

— Не беспокойся, — сразу предупредил, когда раскрыл дверь в душистую парную: — Я использовал остатки хвои. К твоим стекляшкам не прикасался.

Он затянул меня в ароматный белый пар и без прелюдий начал стягивать платье с плеч. Я спохватиться не успела и застыла на месте. В комнате было так жарко, что поднимающийся пар образовывал обильный конденсат на всех стенах в поле моей видимости. А видеть я могла не более, чем на вытянутую руку.

— Что ты здесь устроил, Арон? — смутилась, ощутив горячую влагу на своих губах от плотной завесы.

Я с замиранием души слышала, как множество капель с разных сторон друг за другом стекают по гладким стенам. Они лёгкой расой осыпались на раскалённый каменный пол и тут же шумно испарялись.

Горячий клубящийся пар чувственно ласкал щиколотки и всё сильнее утяжелял пышную юбку. Если бы не маленькие каблучки на мне, пришлось бы переступать с ноги на ногу, чтобы не обжечь нежную девичью кожу.

— Купальню, — как ни в чём не бывало ответил рубиноволосый муж и с силой дёрнул за кожаный шнурок корсета. — Кто так туго завязывает? — риторически спросил на мой сдавленный выдох.

— Баню! — вырвалось изо рта, и горячая влага с насыщенным пихтовым ароматом мягко обволокла горло. — Ты хочешь поместье спалить или затопить?

— Я хочу сделать тебе приятно. Хочу раздеть тебя, — внезапно прошептал парень и коснулся кончиком носа моих шейных позвонков. Он шумно выдохнул за спиной и потянул тугую шнуровку корсета. — Эли, ты же не собираешься мыться в одежде? — сквозь плотно сжатые зубы сказал мой личный дракон и тут же оборвал шнуровку когтями.

Я успела подхватить ослабленный корсет и развернулась к мужу.

— Собираешься принять ванну со мной? — пытливо приподняла бровь и ощутила соскользнувшую каплю влаги на лице.

— А ты не против? — с интересом переспросил.

Уверенный, молодой, горячий парень без раздумий поддел края рубашки и одним движением снял через голову. Он отбросил сырой элемент одежды на пол и провёл пальцами по своим длинным влажным волосам. Арон был безупречно красив. На мгновение меня заворожил его спортивный силуэт в густом мареве и небрежно зачёсанные назад волосы с пылающим рубиновым цветом. С кончиков волос капельки медленно падали на загорелые мускулы атлета и вырисовывали блестящие ветвистые дорожки.

Отяжелевшая ткань платья неприятно липла и тёрлась о мою кожу. Хотелось снять.

Мерцание влаги на гладком камне позади Арона, создавало иллюзию движения в осязаемом тумане и дурманило разум. Капля за каплей меня захлёстывали первобытные чувства. Неожиданно для себя мне захотелось поцеловать своего обжигающего кузнеца, снять дневную усталость в его сильных объятиях.

Я плавно отпустила корсет и позволила мокрому платью лужицей растечься по полу.