20

Следующий день выдался напряженным. С самого утра нас вызвали на ковер к Добрыне Михайловичу, где в полном составе уже сидели сотрудники ФСБ и Пашка.

Ванька все еще выглядел неважно, хотя над его лицом постарались. Как мне рассказал Алекс, после нашего похищения его лицо больше походило на отбивную, хотя он сумел дать достойный отпор Наумову.

Они встали, приветствуя нас. Ванька кивнул не поднимаясь со своего места, а я обратила внимание на костыли, что стояли у стены. Он грустно улыбнулся и отвел взгляд, рассматривая стену напротив.

Меня посадили напротив Добрыни Михайловича, а Алекса по левую руку от меня.

- Раз уж все в сборе, то можем начинать. – Полковник доброжелательно улыбнулся и посмотрел на подполковника, который поднялся со своего места и стал рапортовать.

- Дело против Наумова было передано в прокуратуру. Но… - Крутько сделал многозначительную паузу – они готовы снизить срок, в случае если он согласиться с ними сотрудничать и даст показания против чиновника, который подозревается в махинациях с бюджетом. Это не все. Но как не прискорбно, но у нас есть основания подозревать, что ноги этой истории растут из столицы. – Он пожевал губами, но продолжил. – Должен признать, что был немного не прав в отношении вас, Алена Ибдулаевна. – Он повернулся ко мне и чуть склонил голову. Я кивнула в ответ, принимая его извинения.

Пашка заерзал на своем стуле, а потом спросил.

- Но мне интересно, почему Наумов все это сделал? Зачем ему это? Как Алена оказалась в лесу, и почему они избавились от ее мужа, но ее не тронули?

Вопросы сыпались как из рога изобилия.

- Хватит, хватит. Я понял. – Крутько сел на свой стул и начал повествование. – Все началось года 2 назад, когда один незадачливый учитель химии – Попов – попался на том, что продает ответы на ЕГЭ. Его увольнение было показательной мерой. Его никуда не брали работать, потому что его бывший работодатель позаботился и об этом. Естественно финансовые трудности толкнули молодого парнишку на не совсем законный путь. Об этом узнал муж его троюродной сестры – Гришаев, и он предложил ему сотрудничать. Молодые люди наладили небольшой бизнес. Стали приторговывать легкой дурью. Деньги стали появляться. Они смогли даже занять небольшую нишу в этом деле, но появились проблемы с законниками. Тогда Гришаев, каким-то чудом смог выйти на Олбанова – чиновника, занимающего не последнее место в Смольном. Олбанов обрадовался таким перспективам, так как сам он очень сильно проигрался, на столько сильно, что ему пришлось заложить свой дом. Деньги приходили, но большая часть уходила на взятки. А вот дальше… нам не до конца понятно, но все следы ведут в Москву. Возможно, там он нашел себе мецената, возможно, там ему в улитаматовой форме предложили сотрудничество… – Куциков задумался – В общем спустя некоторое время, Олбанов стал активно спонсировать Антикварный магазин Мышкина, который стал провозить наркотики в своих товарах. Провозил он небольшими партиями, но каждый раз что-то новое, а Попов уже экспериментировал с составом. Олбанов понимал, что не стоит оставлять без контроля Попова, потому приставил к нему вашего Наумова, передав ему внушительную сумму «подъемных». Наумов был той самой сторожевой собакой, что не давал химикам сорваться с крючка. Когда стало не хватать «продуктов», которые привозил Мышкин, Наумов вышел на супруга Алиевой – он слегка качнул головой в мою сторону. - Он стал, как и Мышкин – курьером, привозя большую часть дури из зарубежья. Сотрудничество было плодотворным, но, видимо, у Наумова с Уточкиным возник конфликт. Мы уже не узнаем, что именно стало причиной, из-за чего Наумов поступил довольно необдуманно, убрав Уточкина у него же дома. Естественно Мышкин стал невыгодным свидетелем, который мог использовать эту информацию против самого Наумова. Не только Мышкин был свидетелем, но и наш старший лейтенант. Какой был выход у Наумова? - он замолчал на секунду – Правильно, надо было выставить все это досадным недоразумением, а так как при нем было небольшое количество «препарата» переданного Поповым для Олбанова, он решил все устроить так, будто Алена Ибдулаевна находясь под действием препарата убила мужа. Обычная бытовая драма, только вот незадача, на Алиеву препарат подействовал спустя некоторое время, которого хватило, чтобы она выбралась из дома и привлекла к себе внимание. Наркотик подействовал, Алиева уплыла в страну чудес – Крутько повернул ко мне голову и наткнулся сразу на три хмурых взгляда: мой, Пашки и Александра – Простите, Алена Ибдулаевна. В общем, не сопротивляющееся тело Алены Ибдулаевны погрузили в ее автомобиль, настоятельно рекомендовав Мышкину вместе с телом Уточкина двигаться в сторону московской трассы. Мышкин не будь дураком, не стал использовать свой автомобиль, воспользовавшись ключами от машины Наумова. Догнал он их уже на 40 километре. Когда Наумов увидел свой автомобиль, естественно он озверел. Остановив машину, он посадил Алену на руль и спустил в кювет, в дерево. Машина проехала довольно продолжительный путь, сумев набрать довольно приличную скорость, так что Алена пострадала довольно сильно, но взбешенный Наумов уже не обращал на это внимание. Тело Уточкина он решил закапать неподалеку, но ближе к городу, стараясь выставить все так, что Алиева закопала супруга, но эмоции взяли верх и она не справилась с автомобилем. Вместе с Мышкиным они вернулись в город, чтобы зачистить место преступление. Убрав следы крови, кому как не ему знать все приемы, которыми пользуются криминалисты, он убил Мышкина. Во-первых, он был зол за то, что тот засветил его автомобиль, во-вторых – он не хотел оставлять такого ненадежного свидетеля. Идея оказалась проста – смерть Мышкина, не самого добропорядочного гражданина, в квартире следователя. К тому же, он был уверен, что Алиева мертва. – Он замолчал, давая слушателям возможность переварить информацию. – Алиева оказалась живее всех живых, и пусть, по началу, один добросовестный лейтенант сопоставил все улики и, по настоятельной рекомендации бывшего руководителя, объявил старшего лейтенанта вне закона, но она и здесь, во всем своем великолепии, стала срывать планы Наумова. Он устроил рассадник преступности у вас под носом, практически используя свой кабинет как лавку хранения и сбыта. Но Алена вернулась. Жива и относительно здорова. Что делать дальше? Естественно запугивать. Неудачное покушение на трассе. Обидно, но никто особо не воспринял это всерьез. Пока наши служители закона улепетывали от погони, они решили навестить сестру майора. Я сомневаюсь, что ей бы смогли причинить тяжкий вред, но попугать – это да. В городе оказалось до безумия много купленных людей. Все структуры: исполнительная власть – он кивнул на нас, судебная – многих из тех, кого подозревали в мошенничестве и махинациях смогли отделаться легкими наказаниями, даже в медицине… и там оказались их люди. Город был опоясан паутиной. Но ваш отдел – стал стартовым. Наумов, можно сказать, был во главе всех этих мерзких существ, что приносили присягу. По другому их назвать не поворачивается язык. Он «вербовал», подкупал, угрожал и шантажировал. Кстати, одного из ваших криминалистов он запугал на столько, что он теперь не просто не выходит на связь, а живет на опушке леса.

- Я бы посмотрел, как бы отреагировали вы, если бы вашего ребенка оставили практически инвалидом. – Павел передернул плечами, но Крутько просто пожал плечами, не видя в ситуации ничего страшного. - Хорошо. Но причем тут Петров? Обычный работяга с завода? Чем он не угодил Наумову?- Спросил он чуть громче.

- Он был распространителем. Распространял дурь в своем, не особо благополучном районе. Но… он же первым заметил психические расстройства у тех, кто принимает эту дрянь. Он подошел с этим вопросом к Гришаеву, тот заверил, что все нормально, но информацией поделился с Наумовом. Тот понял, что дело начинает попахивать жареным, встречается с Петровым и, после выяснения обстоятельств, хладнокровно убивает. С Ивашкиным пришлось помучаться. Мы точно не знаем, но, похоже на то, что Петров обмолвился о том, что Ивашкин в курсе где он, подписав и себе, и ему смертный приговор.

- А что дальше? - Я посмотрела на Ваньку, который старательно отводил свой взгляд.

- Я уже говорил, – Крутько дернул плечами – Мы вернемся в Москву и продолжим расследование уже там. Думаю мы нароем много чего интересного, если возьмемся за это всерьез.

Небольшой гул поднялся в кабинете. Все разговаривали между собой обсуждая между собой столь необычное для нашего города происшествие. Наркотики… Оборотни в погонах… Безжалостные убийства. Конечно эти происшествия всколыхнули Северную столицу.

В кабинет, как всегда покачивая формами вплыла Машенька. Мужчины замолчали, смотря как Мария, бледная как смерть несет полковнику телефон.

- Это Вас. – Она передала трубку радио-телефона непосредственному руководству и прикрыв рукой рот встала по левую руку от руководителя.

- Полковник Непоседов, слушаю.

Все замолчали. Тягучее чувство чего-то зловещего разлилось по кабинету заставляя окружающих с волнением следить за полковником. Добрыня Михайлович бледнел на глазах.

- Понял. Спасибо. Да, наши криминалисты, естественно, приедут в ближайшее время.

Полковник обессиленно опустил трубку и посмотрел на окружающих невидящим взглядом.

- Позвонили из ФСИНа. – Он сглотнул. – В тюрьме массовые беспорядке. Убиты большая часть фигурантов нашего дела. В том числе и Наумов.

Крутько матюгнулся и пулей выскочил из кабинета. Его сотрудники после секундного замешательства последовали за ним. Из ФСБшников в кабинете остался только Ванька.

Машенька принесла нам кофе. Такие новости необходимо было обдумать. Добрыня Михайлович, никого не стесняясь, достал из стола бутылку с коньяком и плеснул до краёв янтарную жидкость, и торопливо выпил первый глоток.

- Дела... – Добрыня Михайлович прикрыл глаза, словно снова прокручивая эту ситуацию в голове.

Молчали мы довольно долго. Каждый думал о своем.

- Ладно, ребят – полковник по отечески поднялся из-за стола – Пора собираться. Мне в СИЗО, вам работать. Думаю на этом наша работа закончилась.