19

В больнице меня продержали еще 10 дней, выписав в пятницу вечером, с нажимом посоветовав провести эти дни дома, в покое.

Александр заходил каждый день, а вот родителям пришлось уехать. В вечер перед их отъездом, тетя неожиданно завила разговор:

- Алена. – Она комкала белый накрахмаленный платочек с голубой тесемкой в руках. – Мы с Ибдулаем очень переживаем за тебя, ты наша родная дочь, кто бы что не говорил. Мы очень ценим тебя, поэтому спрашиваем еще раз ты точно не хочешь вернуться с нами домой? – этот разговор заводился уже не первый раз, но каждый раз заканчивался моим категоричным нет.

- Нет, мам, мы уже не первый раз говорим об этом. Я не хочу возвращаться в Дагестан.

- Хорошо. – она слишком легко приняла отказа в этот раз. – Мы долгое время даже не думали об этом, мы и не знали, что все так, но в общем… тут такое дело…Вот. – Она сунула мне в руку стопку бумаг, только взглянув на которые, мне захотелось отбросить их как самую ядовитую змею. Право собственности на родительскую квартиру. На ту квартиру, что осталась от моих настоящих родителей.

- Оказалось, что твоя мама все предусмотрела. Тогда только началась волна приватизаций и вот она этим озаботилась, разделив собственность между тобой и собой. После ее смерти я подписывала бумаги, что теперь я имею право распоряжаться этой недвижимостью, но было совершенно не до этого. Все три комнаты – твои. Она выкупила последнюю комнату в камунальной квартире, становясь собственницей всей жилплощади.

- Сейчас эту квартирку можно продать за огромные деньжищи. – В разговор влез отец, что опять смотрел в окно, думая о своем.

- Ты не подумай – Снова затараторила Мария. - Мы всегда тебе рады, просто, наверное, будет правильнее, если ты не будешь возвращаться в квартиру к Авзару. То что там произошло ужасно. Вот мы и подумали – она кивнула головой в сторону папы, намекая, что мысли принадлежала ему – Что пора бы тебе обзавестись своей квартирой.

- Спасибо большое. – Я от души поцеловала маму в щеку и подошла к отцу, кладя голову, как в детстве, на его большую спину. – Спасибо пап.

Он никогда не делал различай между мой и своими родными детьми. Я всегда была его старшей дочерью, его девочкой, а он моим папой, которым так и не смог стать мужчина, давший семя моей матери.

После этого разговора, я долго думала над тем, как же мне поступить правильно. Мне не хотелось возвращаться к Алексу в дом, в который так бесцеремонно может приехать младшая, не самая воспитанная, сестра. Но с другой стороны, мы же решили попробовать быть вместе, значит неправильно будет принимать такие решения в одиночку.

Он, как всегда, приехал за мной четко по расписанию. Я тепло попрощалась с соседками по палате и пошла на выход прихрамывая на больную ногу. Свою трость я не видела с того самого момента, как меня огрели ею же по голове. Алекс шел с цветами и новой тростью. Даже красивее, чем предыдущая.

- Хороша. – Я взяла трость и крутанула ее в рука, как небезызвестный Доктор Хаус.

- Старался. – Он нежно поцеловал мня в губы.

Поехали мы к нему домой. Дома было тихо, вопреки ожиданиям. Он не раз говорил, что «цыганский табор» прописался на его территории, а значит он вынужден ютится в гостинице.

- Куда всех дел? – Я сняла кроссовки и обняла своего мужчину. Он замялся, покраснел, но все равно улыбнулся своей шальной улыбкой.

- Отправил к брату на дачу, пригрозив, что если они вернуться раньше срока – я поменяю замки.

Дальше стало не до разговоров. Он поднял меня на руки и понес меня в кровать, а я стала упорно отбиваться.

- Сначала а я хочу в душ. Имей совесть. Я две недели провела в больнице.

Он сменил траекторию своего движения и понес меня в сторону ванной комнаты, начиная расстегивать кофточку на ходу. Покрывая поцелуями тело, мы с ним встали под теплых струи воды, наслаждаясь лаской. Он закрыл пробкой слив, и когда вода налилась достаточно, уложил меня на себя. Лицом к лицу. Не могу сказать, что такой вид купания не произвел на меня впечатление, напротив. Горячая вода обострила нервы до предела, оставляя только голые инстинкты. Когда неспешная ласка мочалкой и массаж головы под прикрытием промывки волос. Но до самого интересного мы захадить не стали, разумно рассудив, что, наверное, сейчас мне это может навредить. Поэтому продолжали наслаждаться неспешными ласками друг друга. 

Пол был залит водой. После такого убирать воду совершенно не хотелось, но были небольшие опасения, что недовольные соседи придут разбираться, а тогда кроме уборки, придется разбираться еще и с ними.

Мы лежали в кровати и ели суши. Алекс был против, но мне было настолько лень вылезать из его объятий, чтобы приготовить или поесть, что я воспользовавшись свободной минуткой, заказала японскую еду на дом.

- У меня к тебе есть серьезный разговор. – он отложил палочки и посмотрел на меня. Я несколько испугалась такого поворота событий, но кивнула, в знак того, что готова слушать – Как бы начать. В общем, я считаю, что эта квартира слишком маленькая. Для нас с тобой ее хватит, но я на самом деле хочу детей, в будущем. Да и Елисею места не будет, когда он будет у меня оставаться. Как ты смотришь на то, чтобы купить квартиру?

Я некоторое время молчала, обдумывая его предложение, и как бы предложить свою помощь, но он воспринял задержку по своему.

- У меня достаточно денег, чтобы я мог себе позволить расшириться, ты не подумай. Я просто считаю, что такой вопрос необходимо решить вместе, ведь, я надеюсь, что ты станешь хозяйкой этого дома.

- Я тоже надеюсь.- сказала я с затаенной надеждой в голосе. 

Последующие две недели мы провели вдвоем в нашем маленьком мирке, наслаждаясь обществом друг друга и рассматривая варианты, что предлогали нам сайты поиска недвижемости и риелторы, но все было не то! Мы раз за разом не сговариваясь отметали варианты.

Устав от бессмысленных поисков, Алекс предложил выехать за город, а заодно познакомится с его родителями.

Утро не задалось с самого начала. Опрокинутая чашка с кофе на светлые бриджи стала последней каплей.

Пока я застирывала пятно от кофе, Александр неожиданно подкрался сзади, прижимая меня к себе. От этого жеста веяло теплом и уютом. Я уткнулось носом в его грудь, позволяя себе такую слабость.

- Ну чего ты нервничаешь?

- Я не нервничаю. Я просто не хочу никуда ехать. Алекс, – Мне пришлось отлипнуть от него, чтобы посмотреть в глаза. – Я не думаю что знакомство с родителями – это хорошая идея.

- Хорошо. Мы никуда не поедем. – Он отступил от меня на шаг и достал телефон, крутя его в руках, давая мне шанс отказаться от своих слов. – Я люблю тебя и мне все равно что они подумают. Просто мама… Нет, не так. Просто моя семья – она такая. Не совсем стандартная, но они заботятся обо мне и желают самого лучшего. В своей манере, конечно.  И они хотят с тобой познакомиться.

- Я не думаю, что это хорошая идея. – Он снова шагнул ко мне, притягивая в свои объятья, поняв, что я дала слабину.

- А какая идея хорошая? Это просто знакомство. Если тебе будет некомфортно, то мы развернемся и уедем.

Наверное это пошатнуло мою уверенность, но я согласилась.

Нас встречали. Широкие кованные ворота были открыты, пропуская автомобиль, а все домашние высыпали из домика под палящее солнце. Не думаю, что всех интересовал Александр.

Встречать наш вышел упитанный мужчина, лет 45. Александр пожал его руку и хлопнул по плечу, и только после этого помог мне выйти из автомобиля, подавая трость. Мужчина тепло улыбнулся и схватил мою протянутую руку. Михаил, как он представился, провел меня к дому, где стояла остальная часть семейства. Первой он представил свою жену – Екатерину. Женщину красивую и видную, во всех смыслах, выглядевшая максимум, как ровесница Алекса. Дальше мне представили двух девушек. Аня и Яна – сестры-близняшки, были похожи как две капли воды, только Яна в свои 23 года уже была мамой замечательных близнецов – Сережи и Алеши, тогда как Аня посвятила свою жизнь учебе. Обе девочки смотрели на меня с любопытством и, наверное, с симпатией, потому что такая открытая улыбка явно не была дежурной. В отличие от улыбок у двух оставшихся женщин: мамы Алекса – Юлии Романовны, и его сестры, с которой я уже имела честь познакомиться.

Отца семейства, как и мужа Ани, рядом не наблюдалось, но Михаил пообещал, что скоро они появятся.

- Ну что вы стоите, как не родные – Екатерина улыбнулась и чуть посторонилась, давай нам возможность пройти в дом. Алекс, что все это время стоял за моей спиной, чуть подтолкнул меня в спину, чтобы я не стояла истуканом. На этот жест Юлия Романовна только выразительно фыркнула.

Стол ломился от угощений. Такого разнообразия солений я не видела никогда. Здесь были и белые маринованные грибочки, и бочковые помидоры щедро политые растительным маслом, и квашеная капуста трех видов – с клюквой, с морковью, и свеклой; маринованные яблоки стояли во главе стола. Помимо солений стол был щедро устелен разнообразными закусками, бутербродами и просто нарезками, а мой нос уловил запах копченого сала.

После того, как Александр выдвинул мне стул по левую руку от хозяина дома, а сам уселся рядом, Екатерина вынесла горячее. Вареный картофель смазанный сливочный маслом щедро посыпанный укропом и запеченную утку.

- Екатерина, какая красота. – я искренне восхитилась блюдом, что выглядело как произведение искусства. Вообще весь стол напоминал картинку, выполненную кистью художника Руси.

- Ой, спасибо. – Ее щеки заалели, но комплимент был ей явно приятен. Михаил смотрел на супругу с гордостью и любовью.

В это время подошли мужчины. Отец Александра оказался пухлым мужчиной, немного ниже супруги, а супруг Ани, в противовес отцу, был худощавым, довольно высоким мужчиной с куцей бородкой.

- Алена, добрый день. Мне очень приятно с вами поздороваться. Я Петр Ильич, отец этого оболтуса. – Он кивнул в сторону Алекса, отсалютовав ему стаканом. Пока мужчины усаживались за стол, Екатерина расставила основное блюдо на столе, отрезая большой кус хозяину дома, передавая разделочный нож и вилку-опору Алексу.

- Какую часть тела этой дичи тебе отрезать? – Он поднял на меня свой взгляд, в котором плескалась нежность и счастье. Ему явно было приятно видеть меня среди своих родных.

Ужин проходил в веселой атмосфере. Все, кроме Юлии Романовны и Ани, принимали непосредственное участие в непосредственной беседе.

Катерина предложила чая, а я решила размять чуть-чуть ноги и напросилась с ней. Она передала мне только закипевший чайник, пока, как настоящая искусница, сервировала поднос угощениями. Решив ее не задерживать я направилась обратно в гостиную, о чем сразу же пожалела, встав как вкопанная у дверей.

- Александр, это не допустимо. Твой тон и твое поведение. Ты ведешь себя неразумно. Что она за девушка? Что за человек? Она постоянно болеет. Из больниц не вылезает? И что это, позволь узнать, за новость… Почему она живет у тебя?

- Мама, не лезь – Алекс поднялся со стула и посмотрел в упор на маму. Все остальные за столом молчали.

- Саша. – Она тоже поднялась со стула – Я за тебя переживаю. И не только я. Аня… Она говорит, что твоя Алена странная. К тому же, у нее столько проблем. Неужели тебе своих не хватает.

- Мама… - Алекс чуть повысил голос – Перестань вмешиваться в мою жизнь.

Дальше стоять памятником самой себе я не видела смысла. Надо бы выйти из укрытия, да и шаги Катерины уже были слышны.

- Алена. – Алекс повернул голову сталкиваясь со мной взглядами. В нем была боль, неловкость и какое-то отчаенье. Я прошла чуть вперед, опуская чайник на стол.

- Наверное нам пора собираться. – Ничего не подозревающая Катерина вышла из кухни, насвистывая незамысловатый мотив, но заметив напряжение в комнате – нахмурилась.

- Все в порядке. – Обращалась она непосредственно ко мне, не обращая внимание на остальных.

- Да. Катерина, я благодарна за сегодняшний день, все было потрясающе, но боюсь, нам надо собираться. – Она неожиданно прижала меня к себе. От нее пахло как от Марии, моей тетки – сдобной выпечкой и цветами, поэтому я с удовольствием ответила на объятия.

- Не обращай на них внимания. Главное – как на тебя смотрит твой мужчина. Меня они тоже не сразу приняли. – Прошептала она мне на ушко, а отпуская добавила, так, чтобы услышали все – Приезжайте в любое время. Будем рады.

Мы прошли к машине. Смущенной ситуацией Михаил вызвался нас проводить и закрыть за нами ворота.

Алекс открыл мне пассажирскую дверь, помогая усесться, при этом смотрел взглядом «побитой собаки».

- Все в порядке. – Я ответила на невысказанный вопрос и опустилась на мягкое кресло.

Они некоторое время разговаривали, выкуривая по сигарете, но потушив окурок Александр сел в машину. Я открыла окно со стороны своего сиденья. Михаил оперся на дверь, смотря на меня с отческой нежностью.

- Ты прости их. Они не со зла. Просто первый брак у Алекса был крайне не удачным, и ты первая кого он привел в свой дом. – Я выразительно посмотрела на Алекса, который, не скрывая раздражения, смотрел на Михаила. Про первый брак я не знала ничего. – Ладно, езжайте, пока я еще чего лишнего не наговорил.

Он чуть отошел и стукнул по автомобилю. Алекс ловко вырулил на узкую улочку и направил колеса в сторону города.

Говорить не хотелось, но в знак поддержки я взяла его руку, что лежала на подставке и переплела наши пальца. Он чуть сжал их, продолжая неотрывно смотреть на дорогу. Ближе к городу он заговорил. Голос был тихим и напряженным.

Он рассказывал о том, что Елена, его первая супруга, появилась в его жизни еще во времена обучения в институте. Они были молоды, влюблены и счастливы. Родители предлагали молодым не торопиться заключать брак, а пожить для себя, но, не слушая старших, они подали заявление. Родители не одобрили, но палки в колеса вставлять не стали. После заключения брака он купил квартиру. Небольшую однокомнатную квартирку на окраине города. Первые три месяца все было чудесно, а потом Елена начала устраивать скандалы, что им не хватает денег, что живут они не достаточно хорошо, но самой частой причиной скандала стала работа и учеба Александра. Они перестали так много времени проводить вместе, он стал меньше времени ей уделять, посвящая его учебе и работе, на которую удалось устроиться в вечернюю смену. Развод был быстрым. Квартиру он оставил супруге.

Я слушала его не перебивая. Хотелось сказать ему, что вместе мы справимся, что мне все равно что считают его родители… но я молчала, лишь сильнее сжимая его руку.