Глава 30

Игнат Скольжу губами по скуле, спускаюсь на шею. Облизываю тонкую кожу, на секунду задержавшись на бьющейся жилке. Она трепещет, выдавая ускоренное сердцебиение Сони. Громкий выдох, тихий стон, от которых мне в пах бьет горячая волна возбуждения. Как я могу ее отпустить? Да и зачем? Сдираю с нее свою футболку и восхищенно пялюсь на два роскошных полушария, которые венчают твердые пики сосков. Впиваюсь в них губами по очереди. Прикусываю и посасываю, а потом со шлепком выпускаю изо рта. Соня выгибает спину, подставляя себя под мои жадные ласки. Моя ладонь скользит по ее бедру выше. Перемещается на внутреннюю сторону. А потом я раскрываю сочащиеся влагой лепестки и смотрю на то, как от возбуждения подтягивается клитор. Склоняюсь и касаюсь его языком. Сначала нежно и аккуратно. Потом – чуть интенсивнее, а позже уже бью языком по чувствительной горошине, пока моя девочка извивается под моими ласками. Сжимаю ладонью грудь. Сминаю ее, тяну за сосок, подкручиваю его и и отпускаю. Повторяю со второй, доводя Соню до исступления. По мере того, как нарастает ее удовольствие, кожа лица краснеет. Жар расползается на шею и захватывает грудь. Она близко. Слишком близко, чтобы я останавливался. Ускоряю движения языком, ввожу в нее два пальца. Растягиваю, готовя для себя. Соня уже бьется в конвульсиях удовольствия. Хнычет и стонет громко, не сдерживаясь. Не знаю, гасит ли шумоизоляция спальни эти звуки. Может, ее стоны слышит весь дом. Пусть слышат! Пусть весь гребаный мир знает, как бурно моя девочка кончает подо мной! Член практически разрывает ткань домашних брюк. Он хочет в эту пульсирующую, горячую влажность. И в сладкий ротик. И между роскошных полушарий груди. Блядь! Такое ощущение, что я месяц к Соне не прикасался, так сильно рвет крышу! – Игнат, я… – хрипит она, когда ощущения после ее оргазма немного стихают. Я медленно трахаю ее пальцами ощущая, как внутренние мышцы их сжимают. Целую влажные нижние губки. – Что такое? – спрашиваю тихо. Сажусь на колени и облизываю мокрые от соков Софии губы. – Хочу… тоже. – Чего ты хочешь, малыш? – дразню ее. – Ну… то, что ты сказал. Мои губы на твоем… – Члене? – усмехаюсь. – Да, – выдыхает и краснеет сильнее. Как же меня прет от ее невинности! Соня дерзкая, может быть резковатой. Смелая. Но иногда тушуется и смущается. И вот это самый кайф. То, что она такая открытая и уязвимая. Но со мной пытается быть еще смелее. Встав с кровати, сбрасываю с себя одежду и, обхватив ладонью ствол, пару раз провожу по нему, глядя прямо в глаза Сони. Сажусь на край кровати. Хватаю с пола декоративную подушку, которую перед сном туда сбросил, и расставив колени, бросаю ее между ног. Киваю Соне, продолжая поглаживать свой член. На секунду задерживаюсь у основания, чтобы немного стравить градус давления крови в стволе. – Раз хочешь, иди сюда, – снова показываю на подушку. Соня грациозной кошечкой стекает с кровати и становится коленями на подушку. Вид… ух! Блядь, кончить можно только от того, в какой позиции моя малышка и как она на меня смотрит. Широко распахнутыми глазами. Доверчиво и с интересом. Как будто ей предстоит невероятное приключение. Хотя в некоторой степени так и есть. – Что я должна делать? – спрашивает она, и от этого наивного вопроса по позвоночнику прокатывается жар. Я пропускаю через себя дрожь. – Сначала оближи его. Только головку, а потом можешь весь. – Можно? – спрашивает, поднося свою ладонь. – О, да, – криво усмехаюсь. Но усмешка тут же гаснет, когда любопытный горячий язычок касается головки. Я шиплю, а член дергается в нежно держащей его ладошке. Соня проводит по головке расслабленным языком, а потом скользит ниже. Все это время смотрит на меня, ловя сигналы удовольствия. А я не могу ничего ей показать, только свожу челюсти, и мое лицо перекашивает от удовольствия. Хмурюсь, потому что слишком много ощущений. В паху пожарище. Еще и вид с моего места не ослабляет его, а усиливает. – Можно взять его в рот? – спрашивает Соня, закончив облизывать ствол, а я готов взорваться только от этого вопроса. Киваю. Она подается вперед и скользит губами по головке, всасывая ее. Я откидываюсь на руку и, подняв голову, на несколько секунд закрываю глаза. Слишком горячее зрелище и яркие ощущения. Есть риск облажаться и кончить раньше времени. Мои глаза распахиваются, когда Соня берет глубже и втягивает щеки. – Черт, – шиплю и смотрю на то, как сочные губки скользят по стволу. Вдохновленная моей реакцией, она начинает быстрее скользить. Практически выпускает член изо рта, а потом снова всасывает. Опять скользит вверх, обильно смачивая его слюной. У меня закатываются глаза от нереального удовольствия, которое она мне дарит. Так самозабвенно сосет, что в глазах темнеет. Я чувствую, как вспыхивает низ живота. Жар опоясывает мой пах, и я понимаю, что слишком близок к разрядке. Зарываюсь пальцами в волосы Сони, чуть подталкиваю ее так, что член достает до горла. Соня давится, и я позволяю ей выпустить ствол изо рта. Сделать вдох, и снова насаживаю ее на себя. Скриплю зубами. Слишком острые ощущения. – Проглотишь? – спрашиваю, но не жду ответ. Грубовато насаживаю на себя несколько раз. Заставляю замереть и заливаю ее горло спермой. Моя умничка проглатывает все до последней капли. Медленно выскальзываю. Член не то, что не опадает. Он даже не собирается стать хоть чуть мягче. Хватаю Соню под подмышки и рывком поднимаю наверх. Крутанув, заваливаю на кровать и падаю сверху. Вклиниваюсь между молочных бедер и резко засаживаю в свою девочку член. Она вскрикивает и выгибается. Царапает мои плечи. Набрасываюсь на ее губы поцелуем. Сразу ныряю языком в рот и сплетаюсь с ее собственным, пока бедра жестко врезаются в ее, а член таранит тугую дырочку. Трахаю быстро и без остановки. Даже когда Соня кончает, я не замедляюсь. Ее внутренние мышцы сжимают мой ствол, пока я остервенело гонюсь за собственным удовольствием. Выдергиваю член из Сони и кончаю ей на живот. Из меня вырывается сдавленное рычание, и я падаю на спину. Обнимаю свою малышку и подтягиваю к себе. Она кладет голову мне на плечо и лежит тихо, пока мы восстанавливаем дыхание. – Я согласна, – шепчет, а я улыбаюсь. – Не сомневался, что ты ответишь именно так, – отвечаю сипло.