Глава 29

– Доброе утро, – хриплю, глядя на подругу. – Сонь, прости меня, – прыгает Мирослава с места в карьер. – Я просто… Я обиделась на то, что ты мне не сказала. Мне плевать, кто твой мужчина. И если папе с тобой хорошо, то я только рада. Просто… понимаешь, меня столько раз обманывали подруги, что я уже отчаялась найти настоящую. Потом появилась ты, и тут вдруг я узнаю, что ты скрывала от меня отношения с моим отцом. Конечно, я подумала, что ты такая же, как они. Злилась. Полночи не спала. А утром пришел папа и все рассказал. – Все? – выдыхаю в ужасе, и мои щеки покрываются румянцем. – Ну да. Сказал, что познакомился с тобой, когда ты на какой-то вечеринке подрабатывала официанткой. Пригласил на свидание. Ты согласилась, и у вас начались отношения. – Да, – отвечаю, растерянно моргая. – А разве не так было? – Все именно так. Я просто… удивлена, что он тебе все рассказал. И благодарна Игнату, что часть правды он утаил. Не знаю, как смотрела бы в глаза подруге, поделись с ней отец настоящим положением дел. Хотя правда и его выставила бы не в самом лучшем свете. – Папа решил, что лучше мне все знать, чтобы понять тебя и ваши отношения. – Он прав, – киваю. – Доброе утро, моя… – Игнат запинается, видя, что я не одна в комнате. В его руках поднос с завтраком. Он останавливается в дверном проеме и окидывает нас с Мирославой взглядом. – Что я пропустил? – Доброе утро, – произношу и чувствую, как щеки покрываются румянцем. Сажусь на кровати, прижимая к груди одеяло, хоть под ним я не обнажена. – Мира, прости, но тут завтрак только для двоих, – с улыбкой произносит Игнат и кивает ей на дверь. – Я все равно уже убегаю, – говорит она, вскакивая на ноги. – Пап, я возьму машину? – спрашивает эта хитрюшка, решив, видимо, воспользоваться ситуацией. Я закрываю губы одеялом и улыбаюсь. Игнат проводит зубами по нижней губе, но тоже тянет улыбку. – Бери. – Спасибо, папочка! – восклицает она и, чмокнув его в щеку, вылетает за дверь. Потом возвращается. – Буду часам к трем. – Дня, я надеюсь, – произносит ее отец и ставит на кровать поднос на ножках. – Конечно. Я планирую сегодня весь вечер проболтать с Соней. Пап, а она же будет у нас жить, да? – А это как Соня сама решит, – говорит Игнат и смотрит на меня так… так, будто его слова – только формальность. Потому что он сам уже принял решение относительно того, где я буду жить. – Пап, ее надо убедить, – подмигивает Мира и, закрыв дверь в спальню, убегает. – Коза такая, – смеется Игнат и садится рядом со мной. – Как же мне тебя убедить? – задает вопрос таким голосом, что моя кожа покрывается мурашками. – Начнем с завтрака? Нет, с поцелуя. Он тянется ко мне, а я опять закрываю рот одеялом. Игнат хмурится, глядя на меня. – Я еще не чистила зубы. – Вечером же чистила. – Игнат, все равно… Я не успеваю договорить, как он срывает одеяло и впивается в мои губы своими. Невозможный просто. От него мои колени слабеют, а мозги превращаются в кашу. Я совершенно не могу ни о чем думать, кроме как о его чувственных поцелуях и горячих руках. – Завтрак, – говорит Игнат, оторвавшись от меня. Мы едим вкуснейшие блинчики с разными начинками, которые приготовила экономка Игната. Слушаю его и поражаюсь. Для меня это как будто параллельная вселенная. Экономка! Я такое только в фильмах видела. А Игнат говорит, что Ирина с ним уже около пятнадцати лет. Она следит за чистотой в доме, приглашает садовника, разных мастеров, клининг, когда нужна более тщательная уборка, готовит еду, возит одежду в химчистку. В общем, настоящая экономка. – А вдруг я ей не понравлюсь? – спрашиваю я. – Тебе и не надо ей нравиться, – отвечает Игнат, давая мне откусить от сладкого блинчика с вишневым конфитюром. – Ты же моя девушка, а не ее. Главное, чтобы ты нравилась мне, – добавляет и, закинув в рот остаток блинчика, подмигивает мне. Мы допиваем утренний кофе, болтая обо всем и ни о чем. Тему нашего с Мирой разговора ни я, ни он не поднимаем. Зачем, если главное было разрешить конфликт, и мы это сделали? – Поела? – спрашивает Игнат, когда я ставлю чашку на поднос и вытираю рот салфеткой. – Да. Спасибо. Было очень вкусно. Он берет поднос и ставит его на пол, а потом встает. Хватает меня за лодыжки и резко дергает. Я с писком съезжаю по кровати, заваливаясь на спину. – Что ты делаешь? – спрашиваю со смехом. А потом он обрывается, когда Игнат наваливается на меня и забирается рукой под одеяло. – Хочу начать убеждать тебя остаться в моем доме. Его горячая ладонь сжимает мое бедро, и даже через одеяло я чувствую, как его твердость толкается мне в живот. – Игнат, – выдыхаю. – Мы не одни дома. – Плевать. Никто сюда не зайдет. И отсюда никто не выйдет, пока я не трахну тебя и не увижу эти губы на своем члене. А еще пока ты не согласишься на мое предложение переехать. – Все так быстро, – произношу дрожащим голосом, когда его рука уже забирается под футболку. – А зачем тянуть? Я хочу быстро. Жестко, быстро и с криками, – подмигивает он и накрывает мои губы своими. Без прелюдий сразу проникает в мой рот языком и сплетается с моим. Слегка толкается бедрами вперед, и я еще явственнее начинаю ощущать его каменный член. Игнат приподнимается на одной руке, срывает с меня одеяло и снова накрывает собой. Вклинивается между ног и дразнит членом мою чувствительную промежность. А я непроизвольно стону, когда чувствую, как губки пропитываются влагой от этого движения. – Вот так, маленькая, – приговаривает Игнат, чуть энергичнее двигая бедрами. – Нравится? – Да, – выдыхаю со стоном. – И так будет каждый день. Соглашайся.