Эпилог
Майя
2 года спустя
Весна нынче поздняя. До конца марта бушевали метели, а по ночам стоял мороз. В апреле началась вялая оттепель, словно у солнца не хватало сил, рвения и желания, чтобы отогреть промерзший насквозь город. И только теперь, в мае, пришло настоящее тепло. Я, наконец, спрятала в шкаф теплую куртку и достала легкое пальто.
— Неужели у тебя своих дел нет? — спрашиваю у Славки, когда светофор меняет свет на зеленый, и его машина трогается с места.
— Просьбы брата для меня превыше всего, — отвечает он, как делал это уже много раз.
— Я могла бы поехать на такси.
— Влад сказал, чтобы я тебя привез, — отзывается невозмутимо, всем своим видом показывая, что мои возмущения его не трогают.
Я нервничаю так, что у меня не закрывается рот. Хочется ругать его за то, что он слушается брата и носится со мной, как с ребёнком, всякий раз срываясь с места, когда меня нужно куда-нибудь отвезти.
И вместе с тем, хочется сплавить Славку куда-нибудь, потому что именно сейчас мне нужно побыть с мужем наедине.
— Я поговорю с ним, чтобы он больше не просил тебя, — продолжаю настаивать.
— Мне не сложно.
В их отношениях полная гармония и взаимопонимание. Слава, словно пережив личностный кризис, постепенно успокоился и признал авторитет старшего брата как нечто незыблемое. Вернулся на базу, заняв место старшего механика, и все время напоминает нам, что он член нашей семьи.
— Когда уже девушку приведешь?
— А я не тороплюсь, — хмыкает парень, — Есть ещё время повыбирать.
— Смотри, разберут хороших девчонок, останешься ни с чем, — шучу я.
— Вот была бы у тебя сестра...
— Ой, не начинай!... — засмеявшись, хлопаю его по плечу.
Он тоже смеётся, потому что всякий раз наш разговор о его потенциальной девушке сводится к одному и тому же: женится, когда встретит кого-нибудь, кто похож на меня.
— Может, к Вике вернусь, не знаю... — рассуждает вслух, — Если она захочет.
Он встречался с ней больше года, пока не умудрился изменить с ее же подружкой.
— Попробуй.
— На месте, — говорит он, заезжая во двор нового дома через недавно установленный шлагбаум, — Влад сейчас должен подъехать.
Я, словно что-то почувствовав, оборачиваюсь и вижу, как во двор въезжает его внедорожник. Следуя тем же маршрутом, пересекает парковку и останавливается напротив нас.
Мое сердце ухает с высоты той пятнадцатиэтажки, в которой он купил нам квартиру. Мы не виделись два дня из-за его командировки в область.
Толкнув дверь, я оказываюсь в его руках.
— Привет, — здоровается тихо, внимательно осматривая меня с головы до ног, словно что-то подозревая.
Я висну на его шее и сильно зажмуриваюсь.
— Мы могли бы посмотреть ее завтра. Ты с дороги, — проговариваю, одновременно целуя его лицо.
— Все нормально, — как обычно лаконично отвечает он и обращается к младшему брату, — Спасибо, обратно мы сами.
Тот, так и не дождавшись приглашения на экскурсию в наше новое жилище, молча кивает и сразу уезжает. А Влад, переплетя наши пальцы, ведет меня к дому.
Шагая рядом с ним через холл к двум лифтам, я мысленно прикидываю, как будет устроена наша жизнь здесь.
— Что?... — спрашивает он, когда двери лифта закрываются.
— Ничего, — улыбаюсь я.
— Что-то случилось? Ты нервничаешь.
Мне приходится отвести взгляд. Он всегда чувствовал меня лучше других. Каким-то чудом замечал малейшие изменения в моем настроении. Видел мысли до того, как они появятся в моей голове.
— Не терпится ее увидеть, — отвечаю тихо, имея в виду квартиру.
Его дымчатые глаза темнеют, и крапинки в них становятся ярче. Он все чувствует. Прижавшись щекой к его плечу, я опускаю глаза и прячу улыбку за прикушенными губами.
Мы выходим на седьмом этаже. В просторный, светлый холл, в котором ещё пахнет свежей краской. А через минуту оказываемся в нашей новой квартире.
— Ох!... — выдыхаю восторженно, охватывая взглядом все пространство.
Две большие спальни, отдельная кухня и угловая гостиная с панорамными окнами с одной стороны и большим балконом — с другой.
Я останавливаюсь в центре комнаты и буквально вижу мысленным взором наш быт. Диван с пледом и сонным котом, белые полупрозрачные занавески на окнах, мягкий ковер и разбросанные по нему игрушки.
Ощущение абсолютного счастья расцветает в душе огромной яркой клумбой. Забивает эмоциями горло и заставляет меня трепетать от предвкушения.
— И как?... — спрашивает стоящий за моей спиной Влад, — Нравится?
Не в состоянии вымолвить хотя бы слово, я усиленно киваю.
— Дальше все, как сама захочешь...
Я снова дергаю головой, а потом оборачиваюсь к нему. Смотрю сквозь пелену слез и сообщаю о том, что знаю уже целые сутки:
— Я беременна.
Смаргиваю слёзы, быстро стираю ручейки с щек и уставляюсь на Влада во все глаза. Я хочу пережить его первые эмоции вместе с ним.
Неволин застывает. Припечатывает меня тяжелым горячим взглядом, который, окутав теплом мое лицо, стекает ниже и останавливается на пока плоском животе.
Я не поняла бы его чувств, если бы не знала мужа достаточно хорошо. Он в шоке. В шоке, даже несмотря на то, что месяц назад, через полгода после того, как поженились, мы оба пришли к выводу, что хотим ребёнка.
— Беременна, — повторяет без вопросительной интонации.
— Да.
Один его шаг, и я ныряю в его объятия с головой. В мой дом, мое пристанище. Территорию безопасности и счастья.
— Майя, беременна?... — проникает ухо его напряженный тихий голос, — Ты серьёзно?!
— Серьёзно! — смеюсь сквозь слёзы, — С первой попытки, Влад!
Он обхватывает мое лицо ладонями и смотрит в глаза. Кадык на его шее ходит ходуном, губы подрагивают.
— Я тебя люблю, — шепчу еле слышно, потому что наши признания только для нас двоих.
— Ты носишь нашего ребёнка, Майя? — проговаривает снова, словно пытается распробовать новую реальность на вкус.
— Ты рад?
Он улыбается. Ошалевший взгляд продолжает наматывать круги по моему лицу.
— Я счастлив, — склоняется ниже и проговаривает в мои губы, — Настолько, что мне хочется открыть окно и орать об этом на весь мир.
Недоверчивый смешок вырывается из моего горла, когда я представляю эту картину.
— Я люблю тебя, — опускает глаза к моему животу и поправляется: — вас. Я люблю вас, Майя. Ты меня сейчас бессмертным сделала.
— Даже если родится дочка? — смеюсь я.
— Пусть родится дочка.