41

Огнев не вызывает у меня приятных эмоций. Хотя бы по той причине, что в нем чувствуется слишком много общего с Медведем. Пусть и не в первые моменты, но сходство считываешь.

Уже знаю, что от таких людей лучше держаться подальше.

Однако тут возникает рабочий вопрос. И предложение действительно интересное. Это может оказаться выгодно для клиники.

И главное — прямая польза для пациентов. Больше возможностей для операций. Повысит результативность. Поэтому я здесь.

Почему я должна отказаться от встречи с Огневым? Просто потому что Медведю это не по вкусу?

— Ты меня поняла, — добавляет он таким выразительным тоном, что не может не мелькнуть мысль в духе «а может и правда наплевать на приглашение?»

Пойти туда — себе дороже. Медведь может выкинуть в ответ что угодно.

Однако сейчас он вставляет палки в колеса моей работе.

— А с чего ты взял будто можешь мне указывать, что делать, а что нет? — спрашиваю ровно.

— Я тебе сказал, — отрезает, мрачно сверкнув глазами.

— Мне теперь каждый свой шаг надо согласовывать с твоими желаниями? — брови сами собой вскидываются от раздражения. — Ты не просто мне жить мешаешь. Не просто преследуешь. Давишь. Ты еще и в мою работу вмешиваешься. Работать не даешь!

Медведь молчит. И по его лицу ничего нельзя прочитать. На какой-то момент мне даже кажется, что все еще может закончиться спокойно, нормально.

Однако в следующую секунду он подступает ко мне вплотную. Нависает так, что буквально опаляет мои губы горячим дыханием.

— Не испытывай мое терпение, — чеканит хрипло.

Приходится всю волю собрать в кулак, чтобы сразу не отшатнуться и выдержать его взгляд.

— Ты ничего не можешь мне запретить, — отвечаю, стараясь убрать все эмоции из голоса. — Тем более, когда это касается дела. Будет логично, если завтра мы разделимся. Ты займешься делами здесь, а я посещу выставку, о которой говорил Огнев.

Его челюсти сжимаются. Жестко. И желваки угрожающе играют. Даже как-то жутко.

— А теперь, извини, но мне пора идти, — прибавляю. — Я здесь, чтобы работать, а не устраивать конфликт на пустом месте.

Разворачиваюсь и направляюсь в другой зал.

Напряжение спадает далеко не сразу, потому что я не верю, будто Медведь так легко успокоится. Проходит час. Два. На третьем он так и не дает о себе знать. Вообще, словно бы пропадает из поля зрения.

И я понимаю, что теперь именно это начинает меня беспокоить.

Было привычнее, когда он вел себя в обычном стиле. А теперь нельзя не волноваться, гадая, что этот тип задумал.

Под конец у меня вовсе возникает мысль, что даже это все часть какого-то нового трюка, только бы вывести меня из состояния равновесия.

Медведь пропадает. Ослабляет давление, разжимает хватку. Просто чтобы я о нем думала.

Пресекаю размышления. Стараюсь полностью сосредоточиться на своей работе. И это получается.

Медведь возникает передо мной, лишь когда начинаю вызывать такси, чтобы ехать домой.

— Я тебя отвезу, — говорит.

Будто чувствует.

И как бы мне не хотелось отказаться, доехать на любой другой машине. Умом понимаю, что придется согласиться.

Не стоит разжигать без того тяжелое общение.

Мой заказ такси так и висит на экране приложения. Никто не торопится его принимать. А я устала, хочу поскорее оказаться в квартире.

Отрываю взгляд от дисплея.

— Поехали, — заявляет Медведь.

Бесит этим всем. Но я подавляю чувства.

Поездка короткая. Здесь недалеко. И к счастью, он всю дорогу молчит. Лишь когда притормаживает возле дома, поворачивается ко мне, прошивает взглядом и его низкий голос буквально обвивается вокруг моего горла, вызывая кипучую волну напряженного покалывания во всем теле.

— А вообще, ты права, — произносит он. — Иди на выставку. Делай, как знаешь.

Ну надо же.

Подозрительно легко отступает.

— Давай, — кивает он. — Вперед.

И я не могу не замечать холодок, который предательски проскальзывает по моей спине.

— Я тебя предупредил. А ты иди, — повторяет Медведь и, прищурившись, недобро оскаливается, когда выдает: — Это мне только руки развяжет.

Что?

Тянет взвиться. Но судя по искрам в его потемневших глазах, он чего-то подобного как раз ожидает.

— Доброй ночи, — говорю сухо.

Отворачиваюсь от него. Выхожу. Очень стараюсь игнорировать прожигающий взгляд, который впечатывается в меня так, что не ощущать его нереально.

Спокойнее мне становится только в квартире. После того, как завариваю чай и принимаю душ. Не сразу, но все же собираюсь.

Поздно спохватываюсь, заметив сообщение от сестры. Лена, наверное, уже спит. Не надо ее будить. Отвечаю ей, решая, что поговорим утром.

Но утром я с трудом просыпаюсь, потому что всю ночь не удается сомкнуть глаза. Сплю плохо. Тревожно.

Настроение становится лучше, когда попадаю на закрытую выставку Огнева. Сперва меня терзают недобрые предчувствия. Решаю, что если ситуация вдруг начнет накаляться, то найду повод раньше уйти.

Медведь доводит до такого состояния, когда везде и всегда автоматически ожидаешь подвоха.

Однако Огнев держится в стороне. Мы обмениваемся формальными приветствиями. Еще несколько вежливых фраз — и все.

Предложения у него действительно интересные. Обсуждаю возможный контракт с одним из его представителей на выставке. Ничего из ряда вон выходящего тут не происходит.

Если не считать момент, когда во время обсуждения вероятной сделки, ловлю взгляд Огнева на себе.

Он не подходит. Ничего не говорит. Ничего не делает.

Поэтому я держу данную ситуацию в голове, но не придаю ей особого значения. В конце концов, нет смысла себя накручивать.

Мне могло просто показаться. Верно? И даже если нет, один взгляд еще не значит ровным счетом ничего.

Медведь делает из меня истеричку. Может, у них с Огневым конфликт, но мне этот человек ничего плохого не сделал. А для нашей клиники сотрудничество с ним выгодно. Я тут по работе.

Домой возвращаюсь в приподнятом настроении. Собираюсь набрать сестру. Однако переступив порог квартиры и на автомате захлопнув дверь, чувствую что-то не то.

Будто…

Нет, глупости, мне просто чудится.

Набираю Лену, но она не отвечает. Откладываю телефон. Ладно, сейчас быстро приму душ и наберу снова.

Сбрасываю пиджак. Начинаю расстегивать блузку.

И замираю.

Запах кофе. Такой явный, словно кто-то лишь недавно включил кофе-машину. А дальше следует какой-то звук на кухне.

Шагаю вперед механически. Застываю на пороге комнаты.

Моргаю. С трудом. Не могу поверить, что это реально происходит. Медведь стоит посреди кухни. Небрежно привалившись бедрами к столешнице.

Он держит чашку кофе. Наблюдает за мной с невозмутимым видом. Одна секунда — и он делает глоток.

— Ты что здесь делаешь? — вырывается у меня вмиг севшим от волнения и возмущения голосом. — Ты что такое…

— Кофе решил выпить, — следует небрежный ответ.

Будто все это в порядке вещей. Нормально. И никаких вопросов у меня вызывать не должно.