Глава 2
Майя
В поздней маршрутке кроме меня никого. Водила, забив на приличия, включает телефон на громкую и разговаривает на нерусском со своей женой и курит в открытое окно. Я, забившись в угол на заднем сидении, смотрю на проплывающий мимо пейзаж промышленного района.
Настроение не просто на нуле. Оно пробило пол и улетело в пропасть, но не это меня тревожит. Если Леры сейчас не окажется дома, мне придется ночевать на улице. Ее телефон не доступен, а контакта ее парня у меня нет. Как нет и других знакомых, к кому я могла бы напроситься на ночь.
— Савельевская! — выкрикиваю я, и маршрутка, сбавив скорость, подкатывает к остановке и останавливается.
Я пробираюсь вперед и, буркнув «спасибо», выхожу на улицу. Стало холоднее, и я сильно надеюсь, что не замерзну насмерть под окнами Леркиной однушки .
Пройдя через два двора, я подхожу к нужному подъезду и, набрав нужный код, тяну дверь на себя. Квартира, в которой ей разрешила пожить ее тетка, на первом этаже. Однако, как я и думала, дома никого не оказывается. Я звоню, стучу, пока не выходит соседка и не гаркает:
— Может, хватит уже!.. Люди спят давно!
— Простите, — роняю я и иду из подъезда.
Дерьмо собачье! Что она себе думает?! Где ее черти носят?!
Опустившись на промерзшую насквозь лавку, я достаю телефон из кармана и набираю Лерку снова.
«Абонент не доступен».
Охренеть просто!..
Подняв воротник и натянув шапку на уши, я дую в холодные ладони и судорожно ищу выход из ситуации. Я живу за городом, и такси до моего дома стоит косаря два. Учитывая время суток — все два с половиной. Это последние деньги на моей карте, а до зарплаты дней десять.
План «Б» — поехать на вокзал, занять там лавку до утра и вернуться домой на первой электричке. Я практиковала такое всего однажды, когда задержалась на работе из-за учета.
Потом неделю будут ныть бока и шея, но это лучше, чем замерзнуть на морозе.
Поднимаюсь на ноги и, несколько раз подпрыгнув на месте, чтобы разогнать кровь, беру курс на выход со двора. Ныряю в темную арку, по привычке миную опасное место бегом и вдруг вижу машину Сашки, парня Леры. Она стоит всего в нескольких метрах от меня, и судя характерно двигающимся теням за запотевшими стеклами, парочка там целуется.
О, Боже, спасибо!.. Ты милосерден и всемогущ!
Бросившись к Жигули, я требовательно молочу кулаком в окно, а потом дергаю ручку двери.
— Майка?! — пьяно изумляется подруга, — Ты это... ты как тут?!
— В смысле, как?! Лера, мы же договоаривались, что я ночую у тебя!
— Да?..
Она вытирает губы тыльной стороной ладони и неуклюже слезает с колен Саши. Ее короткая юбка задралась и обнажила неприглядную дыру на колготках, которую она старательно замазывала лаком для ногтей перед выходом из дома.
— Ладно, — говорит она другу, — Я пошла.
Он кивает и, подталкивая Лерку в поясницу, помогает той выбраться из машины. Я придерживаю ее за локоть.
— Где твоя сумка? — спрашиваю, вдруг испугавшись, что она оставила ее в квартире Славки.
— Сумка?..
— Вот, — подает ее парень.
Ее сильно развезло после пива и водки. Она спотыкается и несколько раз чуть не падает, пока я веду ее до подъезда.
— Эти ключи? — спрашиваю, найдя связку в боковом кармане сумки.
— Да... где мой телефон?
— На месте.
Боже!.. Слава богу! Слава богу, что я ее нашла!!!
Она приваливается спиной к стене, пока я подбираю ключ к замочной скважине и открываю дверь.
— А... ты чего у Славки не осталась? — спрашивает, Лера, вваливаясь в крохотную прихожую.
Опасаясь, что она завалится и пробороздит носом пол, ловлю ее и усаживаю на низкий табурет.
— У Славки? Ты чего?.. Я его знаю всего неделю.
— А-а-а...
Снимаю с нее расстегнутый серебристый пуховик и сапоги на каблуке, на которые она копила с лета.
— Идем...
Обхватываю Лерку подмышками и, поставив на ноги, веду в комнату.
Ее голова безвольно болтается. Спутанные волосы закрывают лицо.
— Тебя не тошнит? — спрашиваю, встряхнув ее, — Может, в туалет?..
— Не-е-е-е... Спа-а-а-ть...
Ну, спать, так спать.
Укладываю ее сначала на край, а потом осторожно перекатываю к стене. Затем быстро умываюсь над раковиной, раздеваюсь и ложусь рядом с ней, рассчитывая проснуться пораньше и уехать домой первой электричкой.
Вырубаюсь мгновенно, даже несмотря на то, что перед мысленным взором совершенно неожиданно всплывает образ этого Левши.
Просыпаюсь, когда за окном еще сумрак — от ритмичных ударов чайной ложки о кружку. Разлепляю глаза и вижу сидящую с ногами на пластиковом стуле Лерку. В одних трусах и топике она что-то размешивает в чашке.
— Голова раскалывается, — поясняет, заметив, что я проснулась.
Выглядит действительно больной. Бледная, с кругами под глазами и невыспавшаяся. Хорошо, хоть не было рвоты ночью.
Я сажусь и спускаю ноги на пол. Он холодный и почему-то липкий.
— Не помню почти ничего. Меня Сашка привез?
— Ага...
— А ты?
— Я на маршрутке приехала.
— Блин!.. — выдыхает хрипло, — Я думала, ты со Славкой осталась.
— Да ну... — тянусь к стулу на колготками и джинсами, — Ты же видела, что... этот всех выгнал.
— А-а-а... да!.. Левша!
Уставившись в одну точку, неприязненно морщится, и я полностью разделяю ее мнение на его счет. Очень неприятный тип. Сразу видно, что отморозок.
— Это брат Славы? — спрашиваю все же.
— Старший.
— Они не похожи, — вспоминаю я.
Славка более тонкий, изящный, что ли. А его брат как асфальтоукладочный каток — мощный и некрасивый.
— У них вроде отцы разные, — проговаривает Лерка незаинтересованным тоном.
— Почему он всех выгнал?
Натягиваю теплые черные колготки, а сверху джинсы. Заправляю в них футболку и застегиваю молнию. Лера отпивает из чашки и смотрит на меня.
— Потому что ебанутый.
— Это его квартира?
— Славкина. Левша с ним не живет.
— Тогда что не так?
— Да, не знаю я!.. Чего пристала? Они там что-то мутят, он этого Славку везде с собой таскает... Ну и следит, чтобы не пил.
— Ясно...
Надеваю свитер и проверяю, на месте ли телефон.
— Хочешь бутерброд? — спрашивает подруга, заметив, что я собралась уходить, — У меня батон и сыр есть.
— А почему Левша? Фамилия такая?..
— Нет, кличка. За удар левой.
Пф-ф-ф... Бандито — гангстерито?..
Знала бы я раньше, что Славка из такой семьи, даже знакомиться с ним не стала бы. Мне и без них приключений хватает.