25

Следующие два дня протекали одинаково: мы с Софи читали, рисовали, полдничали в домике на дереве, готовили.

За ужином пошел дождь.

- Вот и осенняя пора, пора затяжных дождей и холодных ветров, - задумчиво сказал дворецкий.

- Нади, - обратился Бернар ко мне.

Я подняла глаза на мужа, отмечая его осунувшееся лицо, круги под глазами, морщину, что стала глубже на переносице.

- Да, Бернар.

Он задержал взгляд в моих глазах.

Ух! Какой он в сексе, интересно?

От этой мысли по позвоночнику пробежались легкие мураши, опустились в пальцы на руках и ногах, в сосках закололо, низ живота потяжелел.

Я чуть прикрыла глаза, ловя эти ощущения, подняла снова взгляд. Муж чуть поддался вперед, всматриваясь в моё лицо, резко выдохнул, шумно сглотнул.

Я отвела взор.

- Через неделю бал по случаю нашего союза, нам надо быть всем у короля.

- И детям? – хрипло получилось произнесли.

"Хорошо не простонала тут как мартовская кошака..."

- Да, - граф смотрел на меня так, будто я сидела голая перед ним: жадно, голодно.

- Ладно, надо, так надо, - я повела плечами.

Фред, Бернар и Генри переглянулись, будто я что-то сморозила несвязное.

- Нади, а когда ты нам всё расскажешь? – Фред, прищурив глаза, спросил.

Я облокотилась щекой на руку, поставив локоть на стол:

- Спрашивай!

- Да? Так просто?

- А зачем усложнять?

- Ты жила в монастыре?

- Нет.

Бернар дышал тяжело, я видела, как поднимается и опускается его грудная клетка. Фред выдохнул.

- Нади, кто ты?

- Фред, ты очень хороший парень, ты в курсе?

- Не хочешь рассказывать?

- Боюсь.

- Здесь тебя никто не обидит, - как-то по-взрослому ответил юный маг. - Даже, если ты ещё не доверяешь здесь никому, Дом - за тебя. А это сила, поверь.

Граф всем сердцем благодарил юную магессу, что так легко вошла в их семью, он видел сына сейчас не настырным подростком, а парнем, что чувствует, слышит, мудро рассуждает.

Генри кивнул мне, подбадривая и подтверждая слова юного графа, а на Бернара я не смотрела.

- Мама, расскажи!

Софи вряд ли что-то поймет, она просто болтала ногами, хихикала, наблюдая за всеми, явно пребывая в прекрасном настроении.

- Генри, Софи, Фред, - я подняла глаза на Бернара.

Граф сглотнул.

- Бернар, я не Надия.

Фред, не меняя положения, просто перевел взгляд на отца.

Граф чувствовал страх жены, чуть наклонился, взял за руку графиню, крепко и нежно сжал, тихо сказал:

- Кем бы ты не была, ты моя жена, ты хозяйка этого дома, ты графиня Говарди. И я не собираюсь ничего менять. Никогда.

«Вау! Звучит как признание!»

- Несколько дней назад я умерла в своем мире, - начала.

Посмотрела на Фреда. Парнишка округлил глаза, Бернар еле кивнул мне.

- Я жила на другой планете, в немагическом мире, звали меня Надежда. Я была взрослой женщиной, недавно выдала дочь свою замуж за прекрасного человека, Михаила. Дочь мою зовут Милана.

Слезы подступили, горло запершило, Генри участливо подал бокал с водой.

- Я рано вышла замуж по любви, у нас с мужем родилась Милана. Муж меня бросил, ушел к другой женщине, мы с дочерью жили вдвоем, она выросла очень хорошей. Родители у меня – самые прекрасные люди, отец – добрый, чуткий и строгий – всё как надо, мама – просто душа. У меня там остался младший брат, у него скоро, уже родилась, наверное, дочь, моя племянница. Я проснулась утром, лил дождь, вот, как сейчас, увидела в соседнем здании свет – там пекарня, захотела круассаны, это такие пирожные вкусные, побежала, чтобы их купить, не увидела машину. И меня сбили. Насмерть. Я нарисую как-нибудь, как выглядят машины – это транспортные средства, у нас нет карет, двигатели заправляются топливом. Фред, я тебе покажу, может в твоей магии пригодится. Я должна была на свидание идти в ресторан…подруга моя решила познакомить меня с мужчиной. Уже после смерти с моей душой говорил Ангел мой, рассказал о будущем моих родных – всё у них сложится благополучно. Богиня Дамагии предложила прожить еще одну жизнь, переместив мою душу в тело погибшей Нидии - монашки, что упала с дерева и от удара скончалась. Я согласилась. Очнулась в этом мире, когда подъезжала в карете к дому. Богиня наградила меня магией. Вот.

Фред взял стакан, жадно глотая содержимое, смотрел на меня, не моргая.

Мужчины Говарди знали, что Нади не врет.

- Как к тебе обращаться? – прокашлялся Фред.

- Нади, я привыкла, наши имена похожи.

- Мама, у меня есть сестренка?

«Моя ты хорошая!».

- Софи, пошли, я тебе книжку почитаю? Да, есть, но очень-очень далеко, она уже взрослая.

Я проглотила слезы, шумно втягивая в себя влагу.

Девочка тут же соскочила, ей уже надоело сидеть на одном месте, взяла меня за руку, и мы пошли.

Я оставила малышку у себя, не зная, как сложится завтрашний день.

Проснувшись утром, я обнаружила букеты шикарных цветов. Они стояли повсюду: на столе в вазе, на полу в ведре, на комоде. На подносе в центре стола - две кружки и два пирожных.

- Мам, как это красиво! Это нам?

- Похоже на то!

Я обняла Софи и повалила её на кровать, стала целовать и тискать. Она звонко смеялась.

Дверь открылась, вошел Бернар.

Он был в домашнем: легкой рубахе и таких же штанах.

Я подняла лямку топика, что сползла с плеча.

- Доброе утро, Нади и Софи.

- Доброе, - одновременно мы ответили.

- Там Фред завтрак готовит.

- Вау! Мы скоро!

Граф кивнул, развернулся.

- Спасибо за цветы! Они прекрасны!

Мужчина снова кивнул.

Он хотел сказать, что прекрасна она, но все слова застряли в горле и казались ему банальными, он вышел, чувствуя, что теряется с этой девочкой рядом, с этой Нади с душой из другого мира.

Вчера после их ухода, ему впервые за долгие годы удалось поговорить с сыном. Он признался ему и Генри, что любит свою жену, что у них магии синхронизировались. Они еще долго сидели, обсуждая будущее, делясь планами. Бернар поделился, что король, как никогда, заваливает его делами, и ему это видится подозрительным.

Фред сделал гренки, мы с удовольствием их съели.

- Нади, нарисуй машину, пожалуйста, - протянул мне подросток лист бумаги и графити и посмотрел так заинтересованно, как смотрят на какого-нибудь выдающегося профессора, ожидая от него услышать тайну смысла жизни, не меньше.

Как могла, нарисовала и легковую, говоря, что их тысячи моделей, и грузовую и автобусы, и самолет, вспомнила про экскаваторы, бетономешалки и даже про укладчиков асфальта. Доступным языком попробовала рассказать про газ, сцепление и устройство двигателя. Фред слушал, открыв рот, внимательно следил за каждым движением графити, качая головой, явно поражаясь.

Мужчины ушли по делам, мы с Софи решили навести ревизию осенних вещей, завтра нас Генри и Бернар везут по магазинам.

Дождь лил всё утро, к обеду затих. На обеде Фред был молчалив, даже подавлен.

«Где обедает Бернар? Хоть бы пришел поговорить. Неужели с Тамилой?»

Время пролетело за чтением книг, я хотела поговорить с Бернаром о Софи, ей бы в школу. Есть тут какая-нибудь образовательная организация для детей? Или не графское это дело в школу ходить, может, образование на дому практикуется? Интересно, он видится с Тамилой? Какой у них был секс? Или есть до сих пор?

Мыслемешалки крутились вокруг Софи и Бернара.

Я встала, прошлась, разминая ноги: так! решаем по мере поступления!

- Софи, ты чего такая грустная? Сейчас Генри придет, принесет нам пирожных от Ватруха, только бы дождь не застал его.

- Фред, - прошептала малышка.